Чёрное и золотое

Локи входит в его покои без стука. Ему позволено все, о чем другие не могут даже помыслить. Тор, его брат, его Бог, его возлюбленный, стоит и смотрит на разгорающееся в камине пламя, он молчалив и задумчив. Золото волос струится по широким плечам. Тор оборачивается и поднимает на брата взгляд ясных голубых глаз, наблюдая теперь за тем, как чародей ступает по комнате. Локи видит, что глубокая печаль сквозит в выражении его лица. Локи ненавидит эту скорбь; она — верный признак предстоящей разлуки. На рассвете Тор должен будет покинуть его, чтобы отправиться в военный поход. Локи ещё не готов к битвам, как считает Всеотец, к тому же он больше чародей, чем воин. А в военном ремесле важную роль играет грубая сила. Локи не горит желанием сражаться. Его лицо всегда бесстрастно, когда Один сообщает о том, что скоро Тор уедет на войну. Локи молчит, когда Тор говорит о том, что он не знает, как долго он там пробудет. Локи — принц, и он сохраняет своё достоинство. Но каждый раз перед таким походом он остаётся ночевать в покоях старшего брата. Локи ненасытен. Он оставляет на Торе засосы, зацеловывает его широкую спину, прикусывает самые чувствительные места. Тор стонет, сжимается, тяжело дышит и ни на секунду не отпускает Локи от себя. Младший ревнив — он никогда не скажет Тору прямо, что не хочет делить его с кем-то, но он покажет это своими действиями. Сегодня он берет Тора вновь и вновь, словно заново присваивает себе его. Локи знает, что Тор нуждается в этом. Он любит Тора исступленно, до синяков на бедрах, до исцарапанной поясницы и сбитого дыхания. Тор наэлектризован, молнии искрятся на кончиках его пальцев, легкие электрические заряды проходят по телу Локи, заставляя его вздрагивать каждый раз из-за нового электрического импульса. Сила, которая заключена в Торе, сводит Бога Обмана с ума. И Локи дрожит от осознания того, что Тор принадлежит ему и телом и душой. Две божественные сущности сплетаются друг с другом, подстраиваются друг под друга. Локи буквально вплавляется в Тора, становится с ним одним целым. Громовержец хочет чувствовать брата, он прижимает Локи к себе, обвивает его талию ногами, запускает ладони в черные, как смоль, волосы и что-то бессвязно шепчет. Локи помогает ему забыть о своих тревожных мыслях. Время неумолимо приближается к утру. Тор кладет голову ему на грудь и прикрывает глаза. Улыбка едва уловимо трогает тонкие губы Локи. Они сидят на софе, прислонившись к мягкой спинке. В предрассветных сумерках тишина кажется звенящей. Тор старается не думать о том, что завтра он отправится на войну, на которой он, возможно, потеряет своих товарищей, что его ждет долгая разлука с матерью, что рядом не будет его брата, его возлюбленного. Локи, словно прочитав мрачные мысли Тора, обнимает его, притягивая ближе, утыкается носом в макушку и вдыхает запах его волос, стараясь запечатлеть его в памяти. Он отсчитывает время, которое осталось у них. Громовержец лишь благодарно трется носом о голую грудь брата, задевая кожу своей колючей щетиной. Им не нужны слова, чтобы понимать друг друга. У Локи щемит в груди из-за прилива нежности к своему Богу, который ищет у него утешение. Он перебирает мягкие пшеничные волосы брата. Его тонкие пальцы путаются в них, но Тору это не причиняет ни малейшего дискомфорта. Прикосновения чародея вызывают у него легкую дрожь. Локи любовно гладит его по голове, бездумно глядя перед собой, а затем замирает. В его ладони материализуется острый ножик. Тор лениво поворачивает голову — в его голубых глазах нет страха, только любопытство. Он безоговорочно доверяет Локи сейчас. Его брат может плести интриги, обманывать приближенных, беззастенчиво лгать окружающим, родителям, учителям, но в моменты уединения Локи ведет себя искренне. — Что ты намерен делать? — спрашивает Тор и слегка отстраняется, чтобы проследить за действиями чародея. Локи ловко поворачивает ножик в своих пальцах и протягивает Тору рукоятку — казалось бы, самый простой жест, но Тору приятно, ведь брат мог спокойно кинуть в него этот нож. — Отрежь прядь моих волос, — негромко произносит он. В его пленительном взгляде зелёных глаз скользит уверенность. Тор на короткое мгновение замирает. Любовный локон. Вещественное подтверждение любви, верности и преданности. И Локи позволяет ему срезать прядь своих волос. Бог Грома с благодарностью смотрит на брата, затем проводит ладонью по его голове — Локи невольно отзывается на ласку, чуть откидывая голову назад, словно желает продлить прикосновение. Тор приподнимает его волосы и срезает прядку в месте, где этого будет не видно, а затем протягивает ее чародею. Локи вплетает прядь в волосы Тора с левой стороны, ведь с этой стороны бьется сердце. Тор бегло пробегает по аккуратно заплетенной косичке, а затем протягивает нож Локи, в его взгляде — молчаливая просьба. — Мне можно коснуться твоих роскошных волос? — с улыбкой спрашивает Бог Обмана, хотя ответ ему уже известен. Старший кивает, и Локи, убрав набок большую часть волос Тора, срезает прядку. — Ты хоть понимаешь, что ты единственный во всех девяти мирах, кому я позволяю так обращаться с моими волосами? — шутливо спрашивает Тор. — Я это ценю, брат мой. Младший принц отдает Тору его локон, поворачивается к нему правым боком и искоса смотрит на Тора. Но его это не устраивает. Тор поднимается и садится с другой стороны от Локи, подносит свою крупную ладонь к его груди, проверяя, действительно ли у него там бьется сердце. Локи нервно сглатывает и накрывает ладонь Громовержца своей, будто бы уверяя его в том, что там, за его грудной клеткой, отстукивает свой ритм его крохотное сердце, день ото дня поддерживая в нем жизнь. — Þórunn*, — шепчет Громовержец, вплетая прядь своих золотистых волос в иссиня-черные кудри брата. — Ann ek þer. — Я люблю тебя. Локи, услышав признание Тора на их родном древнем языке, потянулся ладонью к его лицу и погладил колючую щеку. — Óst min, kyss mik. — Моя любовь, поцелуй меня. Тор наклоняется к нему, обвивая руками шею, прижимается грудью к чужой, уступая право ведущего, и Локи отвечает на его поцелуи пылко и сильно, сминая его губы своими, тонкими и обветренными. Тор целует так, словно боится, что Локи вот-вот исчезнет, превратится в звездную пыль прямо у него на руках: он целует его губы решительно, глубоко, напористо. Рассвет подкрадывается незаметно. Скоро в его покои явятся служанки, чтобы разбудить и помочь собраться в военный поход, но сейчас у него есть Локи, дарящий ему успокоение, прижимающийся к нему и разделяющий с ним одно чувство на двоих.