Судьба/Апокалипсис

      Огонь, ревущее пламя и нескончаемая боль. Не осталось ничего от того величия, силы и воли. Тело со сломанными костями лежало среди руин некогда офисного здания среди обвалившихся перекрытий и обломков металлоконструкций. Кровь сочилась из множества ран, прерывистое дыхание выдавало всю тяжесть состояния. Где-то далеко на фоне слышались выстрелы, звуки техники и людские крики. Кто-то все ещё сражался, заставлял себя хвататься за каждый вздох, пытаясь отсрочить неизбежное.       Подняться? Даже собраться с мыслями казалось невыполнимым. Пальцы не слушались как бы сильно их не пытались сжать. Ноги и вовсе не ощущались. Попытка глубоко вздохнуть отзывалась острой болью и приступом кашля и жжением где-то в области лёгких. В отблесках огня можно было разглядеть что-то наподобии арматуры торчащей из бока.       “С таким не выживают”, - пронеслось в мыслях. Звать на помощь было некого, а даже если бы кто-то и оказался поблизости, то всё равно не смог бы разобраться с такими ранениями. Даже если бы под рукой был какой-нибудь амулет, то на его активацию ушло бы больше сил, чем у него осталось, а ускорение регенерации привело бы к смерти, поскольку тело бы не вынесло таких нагрузок… – Кх-кха-кха, - мужчина попытался снова сдвинуться несмотря на повреждения. Тело практически не откликалось, а последствия использования силы не позволяли использовать никакие навыки. - как иронично… самоубиться в попытке победить…       Мужчина прикрыл глаза, концентрируясь на очередном вдохе. Ему уже пару раз мерещилось нечто на периферии, но он всё никак не мог сфокусировать взгляд. Разомкнув веки, он вновь взглянул в сторону заинтересовавшего объекта, чтобы узнать в нём рубильник. – Хах… ах… кха-кха-кха, - начавшийся было иронический смех перешёл в кашель. Тот самый рубильник, который должен был всё закончить и отправить Файтера и Широ в следующее место, оказался в этом самом здании, вот только он был покарёжен и вряд ли работал как запланировано.       Мысли путались, попытки вспомнить события предшествовавшие падению были перемешаны. Яркими вспышками мелькали сцены города охваченного боями, потом был какой-то удар, а после темнота. О том, что он мог врезаться в здание из-за невнимательности думать было излишне. Более разумной казалась мысль, что он исчерпал всю энергию и просто развоплотился, но судя по повреждениям постройки, он именно, что влетел в неё, а не упал. Или она была разрушена ранее?       Шум боя и крики становились всё отчетливее, будто приближались. Датчики костюма окончательно отключились, а сама броня стала только лишней нагрузкой из-за чего автоматически открылась, и случилось это явно до того, как его бок пронзило арматурой. Скорее всего здание обрушилось несколько раз после его падения.       Рука с силой обхватила окровавленный кусок железного прута. Помощи ждать было неоткуда, так что и беречь последние утекающие крохи жизни было незачем. Впрочем, всегда оставался шанс на чудо… хорошо спланированное и подготовленное заранее чудо.       С мычанием и скрежетанием зубов, парень вытаскивал железо, которого в его теле явно был переизбыток. боль была настолько сильной, что ему казалось, что он может отключиться в любой момент, что и произошло, стоило обломку окончательно покинуть плоть. Был это сон или небытие, ему было неизвестно, но сознание словно отключилось, оставив тело под грудой обожженного толи камня, толи бетона. Сколько времени прошло он не знал, да и не хотел знать. Как и не мог он знать, что тусклое зелёное свечение окутало его тело, словно кокон, поддерживая жизнь, тратя последние крохи маны, что теплились в его теле.       Солнечный свет всегда был лучшим бесшумным будильником, вот и сейчас отголоски рассвета били в сомкнутые веки, побуждая открыть глаза. Боль всё ещё наполняла тело, но былого чувства разбитости уже не было. Возможно прошло несколько часов, а может и пара десятков минут. Сняв с головы бесповоротно разбитый визер, Файтер протискивался среди обломков и небольших огней, что ещё не потухли. Шум отдалённого боя полностью заполнил округу, а вместе с ним вернулись и воспоминания. Да, он действительно упал, вот только он был буквально запущен в это здание с расстояния в несколько километров. А шум боя, что он слышал вероятно был знамением приближения одного из самых ужасных монстров, что он видел в этом городе.. Огромное… похожее на муравья состоящее из серой жижи, а главное… главное оно множилось, создавая себе подобных..       Именно эта штука схватила его в воздухе, запустив в здание. Не смотря на всю мощь воплощения, оно не сгорело. Получило повреждения, но не сдохло, умудрившись в процессе запустить пламенную птицу в бесконтрольный полёт, который закончился падением огненного метеорита на город. – Облажался, мать твою, как же облажался! - продолжал злиться Файтер, пытаясь выбраться из зоны боя. Помочь здесь он ничем не мог, а потуги военных ничего не давали. Да и самих военных осталось не так и много. Ни амулетов, ни брони, ни доступа к хранилищу. Что он мог здесь поделать? Сам факт того, что он мог передвигаться и избегать внимания двух тварей был актом превозмогания превзойти который сейчас он был не в силах. – Обычно я злорадствую, но сейчас… Эмия, надеюсь, что у тебя дела обстоят лучше, чем у меня…       Выбравшись из обломков, парень подхватил потерянный кем-то автомат и вещмешок, вновь скрывшись за обломками. Выждав момент, он мелкими перебежками поспешил покинуть зону боевых действий. - Бля, на фоне этих проблем, человечество выглядит лишним, - прошептал он, спускаясь в канализацию, надеясь, что там будет безопаснее.       Голый и напуганный, мокрый не только от дождя, но и от пота, уставший от бессмысленного бегства и сексуальных сношений, отчаявшийся от картины мира и перемежающихся в голове криков сексуальной агонии и хрипов предсмертного угасания… Именно таким был учитель физкультуры обычной японской школы, которому при рождении дали имя… которое в текущем контексте значения более не имело. – Срань господня, нет, прошу не на…. - голос очередной жертвы оборвался, когда звуки зубов вгрызающихся в человеческую плоть достигли ушей спрятавшегося мужчины. Спасший его человек был прав, за стенами его школы всё было ещё хуже, но пути назад уже не было. С тех пор, как встреченный им умирающий солдат сил самообороны сказал о месте эвакуации, мужчина не щадя своего тела пытался достичь места безопасности, что было совсем не просто. Ему приходилось закрывать глаза на страдания других, но даже это не могло защитить его. Где-то через несколько часов после своего попадания в город полный смерти и разложения, он угодил в пасть одного из обратившихся, но по какой-то причине, едва отведав его крови, тот забился в конвульсиях и рухнул без движения. Причины мужчина не знал, но вместе с этим некое чувство облегчения настигло его, даря здравомыслие и собранность. И это не было связано с тем, что он избежал смерти, это было связано с тем, что его эрегированный на протяжении всего времени член наконец показал признаки того, что его трахание охладили.       Его страхи, что он вскоре обратится так же оказались беспочвенными, но даже не смотря на свой “иммунитет”, он не спешил попадаться на зуб новым хозяевам города, осторожно пробираясь по улицам в тени развалин. К счастью или нет, но его путь был практически чист в виду того, что многочисленные звуки боёв привлекали большинство зомби, освобождая эту часть разрушенного города. И, хотя пешком передвигаться было медленно и некомфортно, Синохара Такехико (Низкорослый Принц Бамбука) продолжал отчаянное путешествие, надеясь на лучшее, но морально готовый к худшему.       Побираясь в разграбленных магазинах, где в достатке были только презервативы и деньги, он неумолимо двигался вперёд. То ли стараясь не привлекать излишнего внимания, то ли не найдя подходящей по размеру одежды, он не озадачивал себя её ношением, поэтому и не брал с собой больше того, что мог бы унести в руках, а точнее в рюкзаке, который он избавил от всего ненужного, снабдив только самым необходимым. Рисовыми чипсами и лапшой быстрого приготовления. Именно в таком походном виде его и застал военный патруль, спешивший к общему штабу эвакуации. И хотя они не горели желанием сажать к себе в машину голого мускулистого мужика с засохшим дерьмом на ляжках, военный долг и заверения со стороны мужчины о том, что у него иммунитет вынудили их пойти ему на встречу с общением неминуемой казни, если он им соврал.       С другой стороны, Кабураги Райко решала для себя себя весьма важную, а главное остро стоящую проблему. Добравшись до церкви, кроме прочего встал вопрос о том, что же делать с пресловутым мешком из автобуса, который нужно открывать только в крайнем случае. Разумеется, она не была дурой, да и сам Файтер сказал, что там люди, оставался только вопрос можно ли его открыть просто так. Остерегаясь неожиданностей, она всё же позволила себе заняться этим вопросом в отдельном установленном перевозном медицинском павильоне, куда доставили мешок и защитное снаряжение для женщины.       Не сказать, что появление двух озабоченных подростков стало для неё большим потрясением, а вот рассказанная ими история позволяла собрать те немногие данные что у неё были воедино. Взятая же на анализ кровь и вовсе привела женщину к некоторым открытиям, к которым, судя по всему, Файтер пришёл несколько раньше. В крови подросток наблюдались антитела, если их можно было так назвать, тем не менее, по какой-то причине, остатки иной инфекции, которая вынуждала искать сексуальную близость так же присутствовала. Из того, что подростки знали со слов их “спасителя” количество зомби инфекции было недостаточным, чтобы полностью избавить их от сексуального влечения, но позволило им сдерживать его некоторое время, а так же осознанно выбирать партнёра. Добавить к этому непонятные вопли, что она слышала из телефона, пытаясь связаться с парнем, становилось понятно, что кроме стандартных зомби есть ещё и озабоченные, как понятным стало и то, что две заразы нейтрализуют друг друга. Абсурдность этого поражала, но результат был прямо перед ней. Собственно, было и ещё кое что, что выяснилось в процессе. В некотором смысле оказалось, что все люди уже частично заражены вирусом, однако концентрация была недостаточной, и это было странным, ведь судя по тому, что Файтер успел наговорить вслух при подростках, он считал, что это микробы или что-то в этом роде. Так или иначе, всё больше в ней крепло желание расспросить самого “первооткрывателя”, однако такой возможности не было с того момента, как он отключил связь. Позже она узнала, что незадолго до этого он отправил нескольких учёных на вертолёте, однако остальная часть группы, с которой он должен был двигаться ещё не добралась до пункта эвакуации, продолжая подбирать разрозненные отряды и немногих выживших.       Так же она знала о появлении нескольких жутко сильных монстров, один из которых, судя по всему, был достаточно силён, чтобы разнести целый танковый батальон. Правда вместо этого он продолжал громить город, а отблески пожарища и взрывов можно было услышать даже из церкви. В какой-то момент, она подумала, что могла бы выдвинуться навстречу, но эта идея была быстро отброшена, когда несколько десантных вертолётов наконец добрались до церкви и начали вывозить первых пострадавших. Впрочем, делалось это медленно из-за летающих типов монстров, которые так и норовили слопать громкую “птичку”. – Ну что там, Ньюберри? - подал голос один из солдат, выглядывая из-за машины. – Порядок, - ответил тот, махнув рукой, - свои. Это последняя группа. Раненых нет, но по дороге они подцепили несколько гражданских. Транспорта пока хватает, но согласно плану, больше остановок нет. Отсюда двинем прямо в церковь. – А командир? - спросил Аидзава, хотя надежд не питал. – От него ни слуху ни духу с тех пор, как мы эвакуировали школу. Если он и выжил там, то явно уже далеко и не собирается с нами состыковываться. – Ставлю штуку йен, что он живее всех живых, - Сейдзо как всегда был оптимистичен. – Тогда ладно, - пожал плечами Аидзава, - сейчас все соберёмся в кучу и двинемся. – Конвой, это Ковчег, доложите свой статус. – Ковчег? - удивился Ньюберри, не сильно следивший за меняющимися позывными. – Это новый позывной ребят из церкви, - пояснил Рюдо, закатив глаза. – Я перестал обращать на это внимание с тех пор, как мы потеряли связь со штабом эвакуации в городе с позывным Малый Грааль, - посетовал лейтенант Огуро, развалившись на внешней части броневика пока группа ожидала солдат, которых откопал Ньюберри. – Грааль, мать твою, я вспомнил! - внезапно заорал Урю, переполошив всех вокруг. – Мать твою, что ты там вспомнил, что так орёшь?! - Аидзава аз подпрыгнул от неожиданности. – Я вспомнил, что мне казалось знакомым, - кинулся объяснять парень, - помните, тогда на водоочистной, я говорил, что мне всё это казалось знакомым, а Файтер отмахнулся. – Ну и? - с небольшим интересом подначил друга командир. – Я вспомнил, что именно мне было знакомо, вся эта муть про граали, сейберов, арчеров и прочая лабуда, это ж визуалка, которую я проходил от нефиг делать. – Ну мало ли сколько ещё вас таких повёрнутых на голых нарисованных девочках в армии. Вот кому-то понравилось, он и приплёл, - пожал плечами Кузуки. – Там не про это! - огрызнулся Урю. – Можно подумать этот рыжий придурок ни с кем там не трахался, - закатил глаза снайпер. – О, разумеется он… постой-ка, Кузуки, мне кажется или я чего-то о тебе не знаю?! - требовательно обратился к мужчине сослуживец.       От неудобной темы всех спасло появление машины с четырьмя солдатами и одного микроавтобуса с шестью гражданскими, которые вырулили на трассу из-за груды сдвинутых к обочине машин. – Завязывайте, пора работать, - прервал спор Аидзава, - у нас нет времени на игры, - он вернулся внутрь броневика откуда послышался конец фразы, - мы должны воевать! – Воверы… - устало произнёс Урю, возвращаясь к первостепенной задаче – сопровождению. Махнув рукой водителю первой машины, чтобы он встроился в уже довольно длинную колонну техники,он и сам занял своё место на броневике.       Не теряя больше времени, колонна двинулась в сторону не встречая на своём пути ничего более угрожающего, чем два три отдельно бродящих дохляка, которые не то что напасть, а даже достойной мишенью считаться не могли. Невольно посещала мысль, что в отсутствии Файтера отсутствуют и проблемы, и пусть это было несколько грубо по отношению к парню, правда перевешивала этические и культурные нюансы.       Стараясь оставлять частоты открытыми для экстренных сообщений или внезапных “камео”, развлекаясь только болтовней внутри транспорта, некоторые пытались поспать, помечтать, и быть может некоторым даже удастся. Единственная девушка, имевшая отношение к военным, а именно Эрика, которая ехала в медицинской машине вместе с гражданскими и одним военным вооруженным охранником. Настроение было мягко сказать очень не очень, так ещё и какой-то озабоченный школьник с густой чёлкой на глазах всё время пялился на её грудь, которая подскакивала на выбоинах в дорожном покрытии. Аромат, разумеется, тоже был далёк от морского бриза и утренней свежести. Дело было даже не в запахе гнили, копоти, да и бог знает чего ещё, нет, сейчас, в спёртом пространстве автомобиля, главной проблемой был запах пота. Пережив несколько ночей в этом городе без возможности даже до душа добраться, это не было удивительным, от того, ещё более странными выглядели бросаемые заинтересованные взгляды в сторону девушки. Разумеется, мир полон разного рода извратов, но Эрика сомневалась, что таких осталось много, учитывая процесс естественного отсеивания. Последним препятствием на пути к комфорту и беззаботности была ограниченная в количестве и качестве провизия. Военные, конечно же, питались лучше, но даже их продовольствие подходило к концу, а смешанное омбре не располагало к принятию пищи в принципе. От того чувство неуёмной тошноты перемежалось со слабостью и чувством голода, приводя к странному помутнение рассудка. Сойти с ума или отрубиться это не позволит, но вот заторможенность проявлялась всё больше. – Рядовой, - обратилась девушка к охраннику, - свяжитесь с командиром и скажите, что нужно остановиться, - прошептала она. - Желательно около какого-нибудь небольшого здания где ещё цел водопровод и туалет. Мы задохнёмся, если не проветрим тут и не вдохнём свежего воздуха. – Мы недавно останавливались, - отрицательно покачал головой солдат. – Да, но никто кроме военных из машин не выходил. Поверьте, этим людям нужно подышать, - заверила медик. – Ладно, я попробую, - сдался вояка, связавшись с командованием. К его удивлению, но через несколько минут хода машина и правда остановилась, а дверцы открылись снаружи, показав двух солдат и Аидзаву. – Эти люди проводят вас в мотель. Там есть душ, вода и кое-какая еда. Мы уже проверили, - пояснил он. Двое солдат останутся на случай непредвиденных проблем. Берите всё, что нужно. Мыло, влажные салфетки, полотенца, всё приветствуется. Я уверен, что в церкви не ждали такой ситуации, так что там не будет воды для умывания. – Я поняла, - кивнула медик, - тогда не буду терять времени и приступлю немедленно. - Не став дожидаться ответа Аидзавы, она пояснила ситуацию людям и сама направилась вслед за солдатами ко входу. Машины выстроились полукругом, чтобы прикрыть подход и не позволить никому постороннему пробраться в здание.       Ощущение удовольствия струящейся по коже тёплой воды после нескольких дней вынужденного пребывания в грязи, крови, пороховых газах и копоти сложно описать, а учитывая, что к этому добавляется осознание того, что этот раз может стать последним или как минимум одним из них, превращает это едва ли не в оргазмическое наслаждение, так что нет ничего странного в том, что стоя под горячими струями воды, Эрика немного забылась и отдалась ощущениям. Так же не удивительно и то, что она не услышала звука открывания двери в номере.       Одинокая мужская фигура хозяйничала в необжитой комнате, исследуя ту что-нибудь интересное. К счастью или нет, но в этом лавмотеле оказалась встроенная стиральная машина и сушилка, что было редкостью для таких заведений на час, так что никто не отказал себе в удовольствии простирнуть вещички, учитывая, что новыми разжиться в ближайшее время не получится. Обилие белых халатов в номерах позволяло такую роскошь, главное, чтобы не случилось ничего, из-за чего такие халаты могли бы стать единственной одеждой на людях. Впрочем, это меньше всего заботила парня, развалившегося на кровати номера, по хозяйски закинув руки за голову. В его голове сейчас роились совершенно другие мысли, а именно те, где он мстит всем тем шлюшкам, которые называли его мусором, вонючим девственником и просто порочили его доброе имя, которое маменька выбрала, в порыве очередного оргазма в позе “мир”, когда очередной ублюдок спускал в неё с воплем: “Залети!” И как бы часто его единокровный брат Ашия не издевался над ним, присылая на эмейл видео из папиной коллекции, где они с друзьями в очередной раз натягивают матушку, но не смотря на это, он любил эту женщину, давшую ему жизнь. Увы, из-за всех вещей через которые она прошла, её рассудок стал несколько нестабильным, проявились определённые зависимости, так что большую часть времени его воспитанием занималась бабушка. Однако, как бы она ни старалась дарить ему тепло и заботу, она не могла скрыть той злости и ненависти, которую испытывала к подонкам, сломавшим жизнь её дочери.       Постоянные припадки матери, где она беспорядочно металась в поисках методов самоудовлетворения заставили парня быстро повзрослеть, так что про все особенности секса он уже знал в свои девять. В те редкие моменты здравомыслия матери, она всегда тепло ему улыбалась и говорила, что однажды он точно найдёт хорошую девушку, которую полюбит. А ещё она всегда заставляла его обещать, что он будет обходительным и очень заботливым по отношению к людям, и девушкам в частности. Увы, матушка не знала, что не всё, что было живым и похожим на человека было человеком в глазах маленького Казумы.       Немудрено, что в его голове созрел план мести, требовавший однако тщательной подготовки и ожидания. Во первых ему пришлось ждать своего пятнадцатилетия, но это принесло свои плоды. Из-за регулярных мучений матери, он знал о женском теле едва ли не больше, чем среднестатистические женщины, и вот, ему наконец представился шанс использовать знания на практике.       Как говорится, один урод с высокой долей вероятности вырастит другого, так что ничего удивительного в том, что его папаша засранец, не признававший Казуму, решил сделать подарок своему младшему сыну в виде удочерения одинокой девочки, для сексуального обучения сына, так сказать. Ашия же, разумеется не мог не похвастаться, но на этом его извращённый мозг не остановился, так что под предлогом знакомства с братом, он допросился у отца разрешения пригласить Казуму к себе. На деле же, юный изврат не придумал ничего лучшего, кроме как связать своего старшего брата и посадить на стуле, чтобы он наблюдал за тем, как он будет развлекаться со своей новой игрушкой. Увы, у Казумы были свои планы на этот счёт. То ли веруя в своё превосходство, то ли не ожидая сопротивления от всегда подавляемого старшего, Ашия не предвидел, что вместо брата сам будет сидеть в своей комнате, связанный и наблюдающий за тем, как брат старше его всего на год жарит его подарок на день рождения, да так, что подарок визжит и задыхается от удовольствия. Именно тогда, Ашия понял, что что-то в его плане пошло не так, а Казума наконец осознал, что месть его не обязательно должна быть полна жестокости, ведь удовольствие тоже может быть пыткой.       Следующие три года продуктивной работы ушли на то, чтобы позаботится о жёнах, дочерях, прислуге, любовницах всех тех, кто удовлетворял свои желания с его матерью. В процессе этого действа, Казума узнал и ещё одну страшную истину прошлых лет. Некоторые теперешние женщины из высшего общества, тогда были всего лишь весёлыми старшеклассницами, которые со смехом смотрели как его мать превращали в живой онахол, так что он не ощущал за собой вины, когда опьянённые удовольствием и некоторыми препаратами, эти женщины убивали своих мужей, а свои средства оставляли молодому любовнику.       Увы, всему хорошему рано или поздно приходит конец. В свои девятнадцать, продолжающий жить двойной жизнью насильника искусителя и забитого девственника Казума осознал, что превратился в такого же отброса, каким был его отец и его дружки, однако, даже осознав это, было уже слишком поздно. Осложнения при беременности из-за приёма наркотиков, частый секс и сломанная в детстве психика дали о себе знать в самый неподходящий момент. В двадцатый день рождения, Казума осознал, что уже не может жить без этого ощущения господства над женщинами и желания их сношать. С ужасом он понял, что с ним начинает происходить нечто похожее на то, что было с его матерью. Единственное чем он себя утешал, это то, что он не будет притрагиваться ни к кому кроме уже порабощенных девушек. Это он считал последним аспектом своей праведности и черты за которой он перестанет быть человеком. И вот… оно случилось… Человечество потеряло свой моральный облик столкнувшись с катастрофой, где неизвестно сможет ли кто-то выжить. Потерявший деньги, рабынь и тормоза, Казума собирался совершить то, чему бы раньше предпочёл смерть. Он собирался подчинить невиновную в его глазах девушку, которая занималась тем, что спасала человеческие жизни, но его нестерпимый голод брал своё. Всё стало ещё хуже сутками ранее, когда он начал слышать странный шёпотом принуждающий его к акту изнасилования, однако будучи искусным любовником, он сопротивлялся, понимая, что ожидания только усилит конечные эмоции, однако, даже его божественному терпению, выдержке, достойной леопарда на охоте, приходит конец, и он собирался вонзиться в свою жертву, лишь только она выйдет из душа…       Как бы не было прекрасно стоять под струями горячей воды, Эрика понимала, что время их ограничено, так что ещё больше предаваться безделью она не могла. Закрыв наконец кран и накинув халат, она сделала шаг в сторону к двери, когда ей почудилось, что дверь в комнате скрипнула. Тем не менее, здание охранялось военными, так что без шума выстрелов никто бы точно не проник, а значит ей показалось. Но даже так, глупая мысль о том, что среди гражданских мог оказаться кто-то с недобрыми намерениями её не отпускала. Так что не было ничего удивительного, что перед тем как выйти, она решила подстраховаться, схватив первый попавшийся стаканчик и наполнив его кипятком. Против мертвеца это, разумеется бы не помогло, а вот против живого…       Двери ванной скрипнули при открытии, выпуская женщину, сделавшую несколько неуверенных шагов, однако вся её тревога оказалась беспочвенной, так как никто не прятался, ожидая её в тёмном углу, только молодой человек по хозяйски развалившийся на её кровати с торчащим колом эрегированным членом, который он изредка поглаживал, насвистывая приятную мелодию.       Встретившись с такой картиной лицом к лицу, девушка слегка рассеянно пыталась собрать мысли воедино. Дело в том, что если бы это была обычная ситуация, то реакция бы не заставила себя долго ждать, однако они находились посреди зомби апокалипсиса, в лав отеле окруженном военными, а пацан с торчащей штукой лежал в номере, который она заняла двадцатью минутами ранее. Тут само собой может возникнуть подозрение, что он перепутал двери, или не заметил, что здесь уже занято, что было маловероятно, или он собирался её изнасиловать.       Решив, что сразу делать вывод будет поспешным, она решила оставить за собой преимущество дистанции и позволить задать вопрос. Хотя прозвучало это как угроза. – Даю тебе десять секунд, чтобы убраться и найти себе другую комнату, иначе…       Услышав обращение к себе, Казума приподнялся, сев на край кровати. Взглянув на девушку, он задумчиво произнёс. – Эта единственная комната, которая меня интересует. Так что давай не будем всё усложнять, - улыбнулся он. По собственному опыту он знал, что убеждать девушку словами бессмысленно, самым действенным способом было её сломать. Разумеется, это требовало времени, но он был уверен в себе. Они долго сопротивляются, отрицают, но бесконечного наслаждения край, рано или поздно сделает своё дело. Главное, чтобы изнасилование оставило о себе приятную память, что для обычного человека звучало бы как бред, но не для Казумы, который видел это. Кажется, это называлось Стокгольмским синдромом, но он не был уверен. Он не раз видел, как женщины, которых он доводил до оргазма во время изнасилований не хотели больше заниматься сексом некоторое время со своими партнёрами, пытаясь осмыслить и перебороть произошедшее. Главное в такое время продолжать раз за разом пользоваться этой ситуацией, чтобы разум и тело запоминали яркое и острое наслаждение с насильником, после чего обычный секс уже не приносит того восторга, а жертва всё чаще возвращается мыслями к тому, что с ней делали против её воли. Это вызывает противоречивые чувства, которые в конечном итоге ломают девушку. Главное, это правильно определить типажи не превращать изнасилование в насилие.       Эрика же, стоящая перед нахальным парнем не знала его мыслей, но смутно подозревала, что человек перед ней не обычный насильник. Обычный уже бы набросился, а этот пытался делать это как-то “по научному”. Невольно она задумалась о том, что у него наверное большой опыт в этом деле. – Ладно, - кивнула она, - я тебя поняла. Чтобы я не делала, кажется в конце мне не избежать тебя, а потом у нас будет долгая счастливая, полная утех жизнь, я правильно поняла? – Пусть это и прозвучало насмешливо, но ты попала в самую точку. К сожалению у нас времени маловато, чтобы как следует прочувствовать, но главное начать, а потом мы наверстаем упущенное, - улыбнулся он, тёплой, как не странно, улыбкой. – Ты ведь больной, не так ли? - спросила Эрика, сделав шаг назад, так как Казума наконец встал. – Увы, - согласился он, - это своего рода зависимость. Не подумай, я не убиваю, не граблю и тому подобное. Моя одержимость в том, что я не могу жить без доминирования над женщиной в сексуальном плане. Раньше у меня было около десяти девушек, так что я пообещал себе, что на этом и закончу и больше никогда никого не трону. Тем более, что те девушки не были из добреньких и всепрощающих, - он сжал кулаки из-за воспоминаний того, что они сделали, - однако сейчас я снова один, а голод берёт своё. Я думал, что наброшусь на тебя едва ты выйдешь, но каким-то чудом я всё ещё контролирую себя, так что пока я это я... - сложил он руки и поклонился, - прости меня за то,что я с тобой сделаю.       Поклонившись парень пошёл в сторону Эрики, пребывавшей в некотором шоке. Разумеется, она много чего слыхала, но вот озабоченный, который признавал свою проблему и извинялся… это что-то новенькое. Тем не менее, у неё не было желания снова становиться чьим-то пёсиком с хвостом в заднице, облизывая чей-то агрегат. Хватило и того, что она делала это в школьные годы. А теперь она совсем другой человек, и совершенно точно не вернётся к старой себе…       Полная решимости, затаенного страха, как у алкоголика в завязке, и желания сражаться за свою чистоту, она бросилась вперёд намереваясь выплеснуть кипяток в лицо насильника, однако тот удачно перехватил её руку. В результате непродолжительной борьбы, кипяток таки был выплеснут, однако, к счастью или нет, но выплеснулся он не на лицо, как она хотела, на прямо на показавшийся из пол халата член нападавшего.       Визг боли смешался с вздохом облегчения, когда девушка поняла, что победа за ней. Для верности, она ещё пнула пах скорчившегося Казумы, после чего выволокла его стонущее тело в коридор и закрыла дверь, на этот раз наверняка. Едва замок щёлкнул, девушка тяжело сползла по двери. – Фух… - она поджала колени, - было близко. Ещё бы чуть-чуть, и я снова бы….брр - она тряхнула головой и ударила ладонями по лицу, прогоняя дурные мысли.       Оставшееся время, всё, что занимало мысли девушки, это как быстрее одеться и свалить из мотеля, да так, чтобы не встретиться с этим озабоченным. Впрочем, как ни странно, но Казумы и след простыл. Встретила она его только гораздо позже, когда все гражданские собрались около машин, и то, лишь мельком. Он прошёл рядом с ней, шепнув спасибо и скрылся среди людей.       Тем не менее, сразу же колонна не покинула мотеля. Оказалось, что пока гражданские развлекались и плескались в тёплой водичке, военные отыскали ещё один отряд, точнее его остатки. Бедолаги прятались на заправке. Всего их было трое, окровавленных и уставших. Самым шокирующим оказалось то, что пострадали они не от рук зомби. а в перестрелке с вооружёнными людьми, которые решили их ограбить. Из семи человек уцелело только трое. Нападавших было как минимум человек пятнадцать, а может и того больше. Как выяснилось, их импровизированная база была в маленькой пекарне, чуть дальше по трассе. Они точно бы не стали нападать на целый военный конвой, так что беспокоиться было не о чем. Но, после прибытия и рассказа этих трёх военных, посовещавшись, военные решили обойти эту небезопасную зону. А пока корректировался маршрут, было решено, что и самим военным не помешает принять душ. Конечно же, это не было так же расслабленно. Чтобы не терять боеспособность, они уходили по двое и тратили не больше десяти минут времени на всё, но даже так, всё это растянулось на остаток дня. Сроки эвакуации были сбиты, и если быть совсем честным, то эвакуация требовалась в основном военным. Гражданских оставалось не так уж и много к несчастью. – Жалеете, что не отправились с учёными на вертолёте? - Лейтенант Огуро неспешно подошёл к девушке. – Не очень, - покачала Эрика головой, - сейчас везде небезопасно. Нет гарантий, что воздухом было бы лучше. – Ребята Аидзавы то же самое сказали, - кивнул офицер, - зато у нас народу больше. – Я слышала, что они должны были сопровождать учёных, которых схватили, - поддержала разговор врач, - но они в последний момент решили отказаться. – Да, - усмехнулся Огуро, - вместо них полетели ребята из береговой охраны, которым не терпелось убраться. Файтер скорее всего рассердится, когда узнает. Он лично хотел, чтобы они сопровождали этих яйцеголовых. – Мне этот парень не показался надёжным, - хмыкнула Эрика. – Просто он из тех, кто работает один. Такие люди весьма надёжны, так как полагаются только на себя. Но в команде они чувствуют себя неуютно, так как не привыкли исполнять приказы, а те вещи, что кажутся им самими собой разумеющимися требуют объяснений для остальных. Вот и получается, что не человек, а кактус какой-то, - хохотнул лейтенант. – Вам виднее, - закатила глаза девушка, но задумавшись о чём-то, кивнула и продолжила, - я бы хотела получить оружие. Я прошла военную подготовку, и в случае чего смогу поддержать вас огнём. Тем более, что я военврач. – С чего такое внезапное желание взяться за оружие, - прищурился офицер, - случилось что-то, о чём вы не сообщили, док? – Ничего такого, - отмахнулась девушка, - но я бы предпочла… – Капрал Ли, - кивнув позвал Огуро, - выдайте тип 89 нашему доктору и два магазина. – Слушаюсь, - последовал ответ и мужчина скрылся из виду, вернувшись чуть позже с названным вооружением. – Надеюсь не нужно объяснять как… - начал было офицер, но глянув на то, как бодро девушка обходится с полученным оружием не стал продолжать. Сверившись с часами он глянул на здание откуда выходили последние бойцы. - Всем, - крикнул он, - пятнадцатиминутная готовность! Грузимся!       Длинна ли коротка ли дорога домой, но канализационными путями туда не добраться. Так что пришёл тот час, когда ослабевшему Файтеру, всё же пришлось покинуть узкий и длинный городской кишечник, встретившись лицом к лицу с унитазом, который это дерьмо в кишечник и поставляет, а именно - городом.       В этой части города он ранее не был, так что понятия не имел какая тут обстановка. Однако, судя по преобладающей тишине, отсутствию горящих зданий и некоторой пустынности дорог, складывалось ощущение, что это место не сильно затронуто инфекцией. Однако, первое впечатление оказалось обманчивым. Кровавые разводы на дорогах, выбитые стёкла придорожных магазинчиков, останки человеческих тел. Скорее всего это место было не нетронутым, а одним из первых очагов. Оставалось только вопросом, тут ли ещё “местные жители” или уже ушли в поисках пищи.       Заглянув в один из магазинчиков, который раньше, судя по всему, был кондитерской, парень привалился у стены, переводя дух. Всё в помещении было перевёрнутым, а света не было. Витрина была разбита, а на двери в служебные помещения остались кровавые разводы. Пушистые пуфы, некогда розовато белые, теперь были красными, а коричневый кафель, сделанный под паркет, скользил, покрывшись запёкшейся кровью.       Аккуратно приоткрыв дверь, с помощью подствольного фонарика, Файтер осмотрел коридор, не обнаружив там никаких тел. Медленно продвигаясь, он оглядывал стены, которые по его ожиданиям должны были тоже быть окровавленными, но к удивлению были совершенно чистыми. Дойдя до конца коридора, он увидел дверь ведущую в туалет, где под светом мигающей лампы лежало тело мужчины. Судя по тому, что он стоял на коленях с головой опущенной в унитаз, вероятно он предполагал, что его стошнит или что-то вроде этого. Файтер же был практически уверен, что если его потревожить, то труп начнёт проявлять признаки деятельности обычному трупу несвойственные. Налево вела дверь, которая скорее всего вела к духовкам, а направо к раздевалкам и комнате отдыха.       Свернув в правую дверь, как и ожидал парень, он обнаружил совершенно тёмную комнату. Попытка воспользоваться найденным выключателем ни к чему не привела. Скорее всего подача электричества в эту часть города была кем-то специально ограничена, что говорило о том, что кто-то всё ещё управляет энергоснабжением.       Окинув беглым взглядом под светом фонарика комнату, Файтер обнаружил ещё один труп. На этот раз явно женский. Запах подсказывал, что умерла девушка уже давно, и судя по степени разложения, даже в качестве зомби встать она уже не могла.       Пихнув тело берцем для верности, он убедился в своей догадке, после чего перешёл к более тщательному осмотру. В результате было обнаружено ещё два тела работников магазинчика. Осмотр шкафчиков показал, что девушкой была студентка, если верить удостоверению. Скорее всего это была её подработка. Найдя относительно рабочий мобильник, парень спрятал его в карман до лучших времён. Даже свяжись он сейчас с кем-нибудь, это не дало бы никакого толку. Помочь ему было некому, а дозвониться до Широ с помощью телефона было невозможно. – И что я вообще пытаюсь тут отыскать? - несколько растерянно спросил он сам себя. Это место явно не подходило для отдыха или сна, так что нужно было двигаться дальше. Единственными полезными находками кроме телефона, оказались пальчиковые батарейки, которые можно было использовать для фонарика в будущем, скотч, несколько упаковок бингальских огней и благовония для дня поминовения усопших, пару коробков спичек и одна зажигалка, но назвать это большим уловом было сложно.       Вернувшись на пустынные улицы, Файтер осторожно продвигался куда-то вперёд… скорее всего. Было бы печально случайно вернуться в зону боестолкновения, где от него сейчас было мало толку.       “Щёлк”. Характерный щелчок под ногой заставил парня замереть и с ужасом опустить взгляд вниз. В следующий момент цензурная лексика полностью покинула глубины его сознания, уступив ненормативному потоку брани и обзывательств. – Я … блять… ну… блять, ебал я вас в рот, сука. Ну … Ну нахуя надо было минировать эту ёбаную, имел её в рот, дорогу?! Какую такую необходимость испытывали… сука, бомбит, нахуй!       Глядя на размещённую прямо на асфальте противопехотную мину, Файтер не смог не ударить ладонью по лбу, сетуя на свою невнимательность, и на тупость, которой должно было быть в избытке у того придурка, который разместил единственную мину на дороге, и на которую он - Файтер, просто обязан был наступить. Хотелось кого-нибудь пнуть, сильно, но рядом была только мина, на которой он стоял,... стоял и матерился.       Разумеется, возвышенная, не только по слогу, но и по децибелам речь не могла остаться без благодарного слушателя. Поэтому, из пустынного квартала, пустынной улицы, и скорее всего, пустынных зданий, начали показываться шатающиеся посеревшие существа, которых совершенно точно здесь не было ещё минуты полторы назад. – У вас тут спаун что ли, блять? - наблюдая свой маленький локальный персональный армагеддон, Файтер выл, не только душой, но и всем своим существом. Ближайший дохляк, бывший, скорее всего самым быстрым и одетым, по иронии судьбы в клоунский костюм из МакДональдс, внушал свой собственный, особый вид ужаса. Но вишенкой на этом гнилом торте была странная до одури музыка, играющая из плеера закреплённого на его костюме. И Файтер был готов поклясться, что это была самая страшная и пугающая штука за всю его жизнь. Даже не так, это было явной психической атакой из области психоделики и параллельных смыслов. – Неужели музыкальные эффекты так необходимы, - произнёс он обречённо. Но самой большой пыткой было то, что клоун с тупой музыкой был непозволительно медленным, ну или Файтеру так казалось. - Если я послушаю ещё хотя бы чуть-чуть, то я сам себя взорву, - проревел он.       Автомат уверенно выплюнул несколько пуль, положивших конец не только музыкальной пытке, но и неудачливому клоуну. Однако, это стало тем самым знаком для остальных, после которого они, словно найдя свою цель, повернулись и двинулись уже точно в сторону Файтера. – Не хотите ли попробовать наш новый чикен макнаггетс, маленькую колу или хеппи мил с игрушкой? – …       Развернувшись на голос, парень устало взглянул на лежащего на асфальте клоуна, который подняв голову смотрел прямо на него и улыбался… гнилыми губами и чёрной полостью рта с раздутым языком. Речь его была невнятной, но ещё можно было различить. – Не хотите ли попробовать наш новый чикен макнаггетс, маленькую колу или хеппи мил с игрушкой? - повторил клоун, сделав усилие , чтобы подползти ближе. – Нет спасибо, - неуверенно ответил Файтер. – Не хотите ли попробовать наш новый чикен макнаггетс, маленькую колу или хеппи мил с игрушкой? - подползая повторила тварь. – Если у меня останутся комплексы, это будет твоя вина! - предупредил клоуна Файтер.       Ловушка, в которой оказался парень, продолжала сжиматься, буквально, сдавливая зомби кольцо вокруг мужчины. В мыслях пронеслось, что кажется наступает время для очередного сумасшедшего отчаянного поступка, но запас сумасшествия уже давно превзошел все допустимые пределы, и лишь отчаяния было в достатке. – Ладно, - выпалил Файтер несколько сконфуженно, - вы сами меня вынудили!       Запустив руку в вещмешок, он выудил скотч, нож, пачку бенгальских огней и несколько батареек, искренне надеясь, что последние достаточно паршивого качества, чтобы взорваться при нагреве. Отломав излишек “ножки”, он скрутил скотчем все огни из упаковки, просунув между ними несколько батареек и обломанные ранее ножки бенгальских огней. Поколебавшись пару секунд, он достал найденную в комнате отдыха бутылку коньяка. Судя по этикетке, скорее всего его использовали в приготовлении сладостей, а может и выпивали после. Просунув горлышко бутылки всё в те же бенгальские огни, он приготовился делать глупость. – Не хотите ли попробовать наш новый чикен макнаггетс, маленькую колу или хеппи мил с игрушкой? - с трудом поднявшись на четвереньки, клоун продолжал неумолимо продвигаться оставшиеся ему пять метров. – Разумеется, - откликнулся Файтер, щёлкая зажигалкой.       Достигнув парня, клоун словно из последних сил совершил рывок, целясь в шею. – Выкуси! - взревел Файтер, наконец завершив процесс поджигания, совершенно не уверенный в результате своих действий. Перехватив тварь под челюстью, он с усилием воткнул бутылку донышком вглубь открытого клоунского рта, после чего резко оттолкнулся от мины, и использовав зомби как трамплин, прыгнул подальше, надеясь, что навалившиеся со всех сторон мертвецы погасят собой взрыв.       Звук взрыва смешался с мычанием клоуна, который всё ещё пытался предложить чикен макнаггетс с бутылкой коньяка во рту. Раскалённые бенгальские огни, наконец смогли довести батарейку до той температуры, что содержимо протекло и хлопнуло, едва ли сильнее питарды, но этого, вместе с температурой горения оказалось достаточно, чтобы расколоть бутылку и пролить воспламенившийся коньяк в пасть зомби, расплескав ещё и по округе. Увы, силы взрыва не хватило, чтобы сильно покалечить клоуна, зато было более чем достаточно, чтобы разметать целую кучу непосредственно упавших на мину зомбарей. – Не хо**те л* по*р**овать наш **вый ч**** м******тс, ма******ю колу *л* хе**и *и* с и***шкой? - попытка улыбнуться выглядела ещё более ужасающе, учитывая, что у клона отсутствовала нижняя часть лица, а в горле догорали остатки коньяка и бенгальских огней. – Ненавижу навязчивую рекламу, - прокатившись после взрыва и поднявшись, Файтер оценивающе взглянул на горящего клоуна. – Здравствуйте, коллцентр докодемо, я Риса, чем могу помочь? - женский голос с другого конца улицы донёсся до Файтера. Резко развернувшись он увидел девушку зомби, бредущую в его сторону и повторяющую одну и ту же фразу. – Всем привет, сегодня мы не отдыхаем! - ещё одна девочка подросток, держа руки в жесте “мир” и улыбаясь показалась из какого-то здания, скорее всего ресторана. – Приветствую, дорогой Хозяин! - девушка одетая в костюм типичной горничной из мейд кафе пылала не меньшим воодушевлением, чем остальные. – И когда всё это превратилось в ебаный цирк? - оглядев округу, ляпнул Файтер, принявшись бежать       Незаметная тень скользила между прожекторами, оставаясь незримой и неслышимой для других. Внимательные и настороженные солдаты, охранявшие округу, как ни пытались не могли заметить ничего странного, кроме лёгкого дуновения ветра, когда что-то проносилось прямо около них. пасмурное небо и не вовремя начавшийся дождь осложняли охрану и надзор, так что прожекторы не выключали с ночи, вместе с тем благодаря богов, что электричество пока ещё работало.       Майор Кабураги расхаживала по командной палатке взад и вперёд. Она хмурилась, но от негодования, злости или нервов было непонятно.. Раз в несколько секунд, она то и дело бросала взгляды на свой мобильник, который лежал на столе, словно ожидая, что ей вот-вот позвонят. И словно отвечая на её мольбы, экран наконец засветился показав входящий вызов. Схватив трубку, девушка не задумываясь нажала на зелёную трубку, ожидая услышать голос, который хотела услышать с начала этого апокалипсиса. – Сузука - голос дрогнул, как только Райко поняла, что связь успешно установились. – Нее-сан, - послышалось с другого конца, - ты в порядке? – Всё со мной нормально, почему ты не позвонила сразу, дурочка, ты хоть представляешь, что я себе надумала?! - орала Райко. – Я не могла, - послышалось плаксивое возражение. - Когда всё началось, мы запаниковали. Мы скрывались, а потом все начали кусать друг друга и пожирать трупы и… – Я знаю, знаю, Сузука… я всё знаю, прости, - поспешила утешить сестру девушка, - скажи где ты сейчас. Я пошлю кого-нибудь тебя забрать. – Я вместе с Ушией и Ниномией. Мы прячемся в доме отца Масаюки, - всхлипывая продолжила объяснять девушка. – А где сам Масаюки? - спросила Райко, подозревая, что уже знает ответ на этот вопрос. – Он… - девчонка замялась с ответом, но в итоге продолжила, - он напал на Саю, и… - она вновь остановилась. – Он обратился? - неуверенно спросила Кабураги. – Нет, - тут же ответила Сузука, - когда мы добрались до его дома, он сказал, что… в общем сказал, что за безопасность нужно платить, а так как выходить мы не можем, то единственное что у нас есть, это наши тела. В общем, он попытался… – Я поняла, - вздохнула Райко, - что было после? – Саю отбивалась, но он заперся с ней в спальне. Мы не сразу сообразили, что делать, но ребята выломали дверь. Саю не хотела больше оставаться в доме, поэтому убежала. Мы старались объяснить ей, что там опасно, но она была в истерике. Мы не знаем успел ли он, но не стали выдворять его из своего же дома. Так что заперли в кабинете, а сами принялись думать, что делать дальше. Я смогла зарядить телефон и позвонить, - закончила объяснения девушка. – Скажи, а когда вы скручивали Масаюки, вы не видели цвет его глаз? - вдруг спросила Райко. – Видели. Он вырывался и был не в себе, а глаза краснющие, как у безумца - тут же откликнулась девушка. Было очевидно, что она бы закивала, если бы была сейчас рядом. – Значит так, - начала серьёзным тоном Кабураги, - внимательно выслушай то, что я тебе скажу и просто поверь мне. Каким бы невероятным это не было, просто поверь… - выглянув наружу и убедившись, что никто не подслушивает, девушка вернулась обратно и продолжила значительно понизив голос. - Масаюки не насильник, просто он заражен. Всё дело в том, что есть два вируса….       Разговор продлился ещё некоторое время после чего, Райко ещё раз решила уточнить все подробности. Судя по её наблюдениям, между превращением в зомби и одержимостью сексом, последнее было предпочтительнее, так как лечилось наверняка, а значит, даже если её сестра заразилась, то максимум она забеременеет. Так что, взвесив все за и против, Райко решила, что сначала детям нужно пройти карантин и самоизоляцию, чтобы убедиться, что они не заразились от Масаюки, а потом, она бы могла послать солдат с Окинавы, чтобы забрать их. Пока они остаются в доме, то будут в безопасности… скорее всего. – Нет смысла страшиться, - послышалось откуда-то со стороны кровати.       Резко обернувшись, райко увидела девушку, лежащую на её кровати, в её персональной палатке, но главное… – Ты! - выпалила девушка, едва увидев вторженца. – Я, - кивнула Наоми. – Пошла вон отсюда, пока я не пристрелила тебя, как монстра. – Стрелять бесполезно, в сопротивлении нету смысла. Я сильнее, - пожала она плечами. – Ты монстр! - не успокаивалась Райко. – Ты тоже станешь, - спокойно пожала плечами Наоми в неопределённости. – Я лучше умру! – Это было бы… - собеседница задумалась подыскивая слово, - нежелательно, - наконец закончила она. - Но с трупом мы тоже сможем поработать. Жаль, - вздохнула она, - твоё возвышение было бы интереснее, чем моё. – Какоё ещё нахрен возвышение! – На более высокую стадию бытия, - пожала плечами Наоми, - ну или ты умрёшь. – Ну зашибись теперь, - всплеснула руками Райко, - а если мне не интересно?! – Мне интересно, остальное неважно, - последовал сухой ответ. – Ах ты сучка! - пистолет мелькнул в руках девушки, выпустив пулю в Наоми. Характерный звук сотряс палатку, но вместо убитого тела, на кровати осталась только мятая простыня, а в следующую секунду Кабураги почувствовала, как что-то сильно ударило её по ногам, после подбросило, и вон уже она сама лежит на кровати, её руки скрещены над головой и держатся кем-то, а на бёдрах ощущается вес человека. – Когда он с тобой закончит, - её губы шептали очень близко от лица Райко, а ноги плотно сдавливали талию, скрипя одеждой, - ты тоже станешь такой же сучкой, как и я, - довольно облизнулась Наоми. – Майор Кабураги, у вас всё впорядке, мы слышали выстрел! - забежавший патрульный быстро осмотрел палатку, но следом лицо его приобрело очень интересное выражение, стоило ему увидеть провокационную сцену на кровати. – У нас всё замечательно, - взглянув на солдата, ответила Наоми, излучая честность и наивность, - вы тоже хотите поучаствовать в возвышении? - спросила она невинно. – Нет, конечно же нет, - покраснев задёргался солдат, - прошу прощения, что потревожил. Я ничего никому не скажу, прошу, продолжайте. – Никакой тревоги, - всё так же спокойно ответила Наоми, поёрзав бёдрами для удобства, - Просто я пытаюсь убедить её, - она указала свободной рукой на девушку под собой, - в необходимости возвышения. – Я понимаю, - кивнул солдат, стараясь не смотреть и скрыть эрекцию одновременно, - прошу, приложите все усилия. - проголосил он, собираясь выскочить из палатки, - постарайтесь! - бросил он напоследок. – Конечно, предоставьте это мне, - ответила Наоми, хотя и знала, что её уже не услышат. – Да слезь ты с меня, - пришла наконец в себя Райко, попытавшись высвободиться. - Зачем ты вообще сюда припёрлась? – Файтер приказал, - не двинувшись ни на миллиметр ответила наоми. – Он приказывал меня насиловать? - выгнула бровь девушка, намекая на положение. – Он сказал присмотреть за тобой, - пояснила Наоми, - я выполняю поручению - смотрю! – Просто слезь, ты можешь смотреть на меня и на расстоянии, - поморщилась Райко. – Могу, - согласилась Наоми. – Чувствую здесь но, - процедила офицерша. – Ты мягкая, мне удобно, - вместо этого ответила “подружка Файтера” – О Боже… – Он обещал, что придёт, когда сможет, а потом ты возвысишься. – Дьявол! - выругалась Кабураги, потирая отпущенные запястья, - один обещает трахнуть, но не трахает, другая трахает, но не обещает, что за чокнутая парочка. – Кабураги-сан, - девушка всё ещё находилась в некотором шоке после разговора с сестрой. Тяжело было поверить в то, что мир вокруг рушится, а люди делятся на две группы: тех кого имеют и тех, кого уже никогда не поимеют. Сузуки не была наивной, не с такой сестрой, как Райко. Впрочем, она бы ни за что не променяла свою старшую сестру на кого-то другого. И дело было не в том, что уже в одиннадцать лет она знала как оторвать член, пробить в кадык, сломать руку или выбить плечевой сустав незадачливому ухажеру. Дело было в том, что старшая сестра никогда не была ей по настоящему сестрой, скорее она была лучшей подругой, с которой можно было поговорить обо всём.       История их жизни была не простой. И не простой она была начиная с родителей, которые официально работали инструкторами по дайвингу, а по факту служили в засекреченной воинской группе, заканчивая самой Сузукой, которая прошла курс неоднозначных тренировок под руководством своей сестры в учебном центре для подростков. Разумеется, она никому не могла об этом рассказать, да и не горела желанием. Воинская разносторонняя подготовка, это не то, о чём стоит рассказывать неподготовленным школьникам. Особенно, если твои школьные подружки от одного упоминания голого члена краснеют и отводят глаза, а ты на протяжении трёх лет делила смешанные душевые с девушками и парнями от четырнадцати до семнадцати лет.       Всё это Кабураги Сузука держала в себе, и единственной отдушиной для неё была сестра, с которой она могла поговорить, и провести пару часов на стрельбище, отстреливая мишени с фотографиями всех нелюбимых ею преподавателей, одноклассников и просто придурков, которые пытались залезть ей в трусы.       Для себя, молодая девушка всё решила ещё в свои шестнадцать. Она пойдёт по стопам сестры и свяжет свою жизнь с военной службой, так или иначе, но, увы, её же сестра пообещала, что сделает всё для того, чтобы разрушить мечту своей младшенькой. Разумеется, Сузука прекрасно понимала, как и причины, так и последствия такого решения сестры, поэтому смысла пытаться продолжать попытки стать военной в Японии не было. Единственным шансом была Окинава и её смешанные силы. Увы, её собеседование прошло просто ужасно, если можно считать ужасным выпущенную ею пулю в голову начальника военной базы, с которым она встречалась.       Потом началась форменная вакханалия, поиск друзей, с которыми она приехала на остров и попытки уцелеть, не раскрыв свои… способности. Всё это время в голове у девушки была только одна мысль: “Я должна найти сестру”. Увы, её балласт… кхм… друзья, не смогли бы справиться без неё, а потому ей пришлось тащиться вместе с ними, защищая и прикидываясь дурочкой, терпеть ухаживания какого-то нафуфыринного болвана и сдерживать своё желание всунуть уже, что-нибудь большое и твёрдое, чтобы унять нестерпимый зуд между ног.       Стресс продолжал копиться, так что сдерживаться было все сложнее, однако, она отчётливо понимала, что сейчас не время. Не понимая причин, которые к этому привели, она продолжала попытки связаться с сестрой, и вот… наконец…       Кинувшись к зеркалу, её худшие опасения подтвердились. Её глаза были явно красного оттенка, в отличии от обычных, а желание лишь нарастало. Впрочем, теперь она понимала почему, но всё ещё не знала когда могла успеть подцепить это, ведь зуд начался не недавно. Тем не менее, пройдя тренировки снайперов на выносливость, она практиковала и такие неоднозначные методы, как медитация. В отличии от своей сестры, Сузука считала, что человеческое тело куда более загадочно, чем все полагают, хотя и не могла этого доказать. Так что, ей нравилось думать, что медитации и тренировка мозга, как она это окрестила, могут однажды окупиться с неожиданным результатом. Что же, кажется они окупились. – Кабураги-сан! - голос стал более настойчивым, и нарушающим концентрацию. Притворяться и дальше было невозможно, поэтому она была вынуждена ответить. – Прости, Ниномия-сан, я задумалась, - не соврала девушка. – Это… всё впорядке, - отвёл глаза парень. Руки его слегка подрагивали при разговоре. Он не знал когда это началось, но стоило ему увидеть эти стройные ножки, чувственные губы, упругие ягодицы, которые нередко приоткрывал ему ветер, и его сознание мутилось. Он желал эту девушку, желал так сильно, что был готов кончить от одного взгляда на неё. Его привлекало в ней всё, запах волос, пальцы рук, подмышки в конце концов. Он был готов получить от неё хоть что-то, даже если это будет пресловутый “золотой дождь”. Его одержимость не знала границ, и он сам не понимал её причин.       Ниномия Иссей, черноволосый юноша, не обидевший в своей жизни и муравья, сильно изменился с прошлого лета. Началось всё с того, что ему пришлось взять фамилию матери, так как его фамилия по отцу – Ишибуми, стала не только головной болью, но и поводом для слухов. Отчаявшись, парень уже не знал кого винить за то, что в свет начала выходить такая неоднозначная, но принятая с воодушевлением работа, за авторством его тёски, рассказывающая о пареньке из старшей школы с неординарной тягой к женской груди.       Сам по себе Иссей никогда не был особенно впечатлительным, не разделял увлечений одноклассников, особенно их тягу к всяческого рода DVD изданиям и прочей манге. Разумеется, никакого отношения к одноимённому автору он не имел, но одноклассницы всё равно называли его извращенцем за глаза, а одноклассники завидовали, говоря, что он-то наверняка нанял пару тройку натурщиц, чтобы писать “своё” произведение.       Сменив не только фамилию, но и школу, что было крайне сложно, Ниномия готовился к своему первому школьному дню, когда это произошло. Как и бывает в разного рода манге, банально, глупо и неправдоподобно. Шёл, попался на глаза испуганному коту, который вцепился в него лапами, несколько неловких шагов, и вот его голова находится между женских ног, полной грудью вдыхая аромат женщины…женщины, которая полностью изменила его жизнь.       Такое взрослое, чёрное, нижнее бельё на старшекласснице, ровное дыхание и никакого показного крика, просто заинтересованный взгляд девичьих глаз с немым вопросом: “а что происходит?”. Быть может, знай тогда бедняга Иссей, что за нейтральным лицом скрывалась буря эмоций и сдерживаемое желание задушить его этими самыми бёдрами, он бы реагировал иначе.       Та встреча изменила всё. Дни и ночи напролёт он проводил в своей комнате, блуждая сознанием по задворкам разума, где чёрные трусики переходили в упругие бёдра, аромат женщины заполнял нос, а слюна сама начинала извергаться. Счета за салфетки превысили коммунальные платежи, а физические силы иссякали со скоростью пустеющего кошелька. Его идеал, мечта, была в его глазах когда он спал, ел, ходил в школу, но самым лучшим было время, когда она действительно была перед ним. Если бы не совместные уроки плавания раз в месяц, он бы уже умер, но именно благодаря этим урокам он продолжал жить… жить и дрочить.       Завязалась череда необъяснимых событий, где парень жил, чтобы увидеть Сузуку-чан, после дрочил, чтобы пережить разлуку и ожить до новой встречи, чтобы подрочить. Мозг отказывался думать о чём либо, а член не реагировал ни на какую другую женщину. Ниномия Иссей сходил с ума и знал об этом.       Пары месяцев хватило парню, чтобы осознать, что украденные трусики из женской раздевалки уже не удовлетворяют его желание. Вылизывание тарелок с которых она кушала в столовой не приносили того восхищения, что вначале. Одностороннее влечения было и мукой и наградой, но с каждым днём хотелось большего.       Он перестал общаться с родителями, сняв отдельное жильё и устроившись на подработку, а всё из-за глупой сестры, которая застукала его за дрочкой и засняв на телефон показала родителям. Но во всём есть свои плюсы. Снятое жильё оказалось квартиркой в доме напротив жилья Кабураги, так что каждую ночь он мог видеть тень своей желанной девушки за шторами её спальни. Спустя полгода, одна мысль о Кабураги Сузуке вызывала непреодолимый стояк, который нельзя было не заметить. Пришлось подкладывать разного рода подкладки. чтобы брюки не топорщились от просто разговора с девушкой, однако финалом его мук стал спортивный фестиваль. Приложив немало сил и огромное количество услуг, Иссею удалось наконец попасть в одну команду со своим идеалом. Это стало как исполнением всех его мечтаний, так и приговором в некотором роде.       Здраво оценив свои шансы, парень всю ночь провёл, высвобождая запасы своего либидо в очередную упаковку салфеток, чтобы не ударить в грязь лицом, но именно это сыграло с ним злую шутку, вызвав приступ анемии во время фестиваля. Разумеется, Сузука, как и полагается образцовой ученице и партнёру по команде, вызвалась помочь ему дойти до больничного крыла, где и свершился самый большой позор в жизни подростка, а вместе с тем и самое большое счастье.       Поддерживаемый девушкой своей мечты, вдыхая её запах, держась за её талию, видя её волосы и округлости под школьной формой он кончил… кончил всем что было, начиная с носового кровотечения, заканчивая обильной струей в штанах. Как он добрался до медпункта он не помнил, но отчётливо слышал, как Сестра Марикава объясняла Кабураги-сан, что с молодыми парнями случается подобное из-за переизбытка гормонов, и как разумной женщине, ей просто стоит не обращать на это внимание и сделать вид, что ничего не заметила. Что именно ответила Сузука, он уже не слышал, так как при попытке вспомнить как Кабураги провожала его до медкрыла, что-то предательски дёрнулось в штанах и высвободило очередную порцию либидо. – Прости, я доставила тебе хлопот, - улыбнулась девушка, скрывая свой внутренний конфликт и желание врезать парню посильнее. – Нет, что ты, - запротестовал парень, выныривая из собственных воспоминаний, - это я всегда доставлял тебе хлопоты, но… - он собрался с мыслями, посчитав, что наверное именно сейчас он должен признаться ей, ведь никто не знает, что случится дальше. – Ты слишком близко, Ниномия-сан, - поспешила одёрнуть парня Сузука. Она буквально видела, как Иссей младший приготовился к неравной схватке и пытался выбраться из тканевых цепей, а дыхание Иссея старшего стало более густым, учашённым и каким-то пугающим. – Я те… - парень моментально заткнулся, услышав просьбу о дистанции, решив, что видимо это точно будет неверным решением признаваться сейчас. – Я знаю! - прервала парня Сузука, - давно знаю, что ты помешан на мне, ясно, - раздражение взяло верх над здравым смыслом. - Твой стояк сложно не заметить, и я не полная дура, чтобы не заметить, как моё нижнее бельё пропадает из раздевалки уже в седьмой раз. И, если ты не знал, от тебя спермой за километр несёт, а твоя сестра… - она замялась, думая, стоит ли добивать парня, но решила, что терять уже нечего, - вообще рассказала, что ты постоянно носишь онахолл, чтобы не обкончать штаны при виде меня. – Эта мелкая дрянь! - разъярился парень, - не ношу я никакого онахолла, я верен тебе и только тебе, понимаешь? Я люблю тебя, люблю всю. От пальцев на ногах, до глазных яблок, понятно тебе! И вообще, из-за кого я стал таким, как думаешь? Ты даже не представляешь, что со мной сделала, но я покажу!       Продолжая орать, парень рванул свою брюки вниз, оголяя стоящий колом член. – Видишь? Видишь ты это или нет? Думаешь мне комфортно, что девушка, которая мне нравится вызывает у меня только одно чувство? Чувство необходимости вставить ей, и как сильно я сдерживаюсь, чтобы не повалить тебя сейчас и не обкончать? Ты не представляешь степень моего безумия, - орал Иссей, махая руками, - мне уже не нужна твоя киска, рот или зад, мне достаточно просто, чтобы ты на него посмотрела, и он будет кончать. Я, самый обычный школьник, который опустился до того, чтобы напускать слюны в твой сок, когда мы были на прогулке перед этим кошмаром, потому что мне показалась интересной мысль, напоить тебя моей слюной! Ты понимаешь, что это полное безумие, безумие, причиной которого стала ты и твоя щель, которую ты подсунула мне в начале года?!       Слегка ошарашенная таким словоизлиянием, да и не в лучшем расположении духа в целом, Сузука невольно взглянула на подёргивающийся налитый кровью член парня, опасно покачивающийся перед ней, так и зазывая отдаться ему. – Я…я… - слова остались где-то там, позади. Неважно, думать становилось тяжелее, ведь всё внимание было сосредоточено на огромном куске мяса, который словно человек шептал ей в голову: “ну возьмите меня!” – Твою ж… - выпалил парень, попытавшись дёрнуться, но скрутившая его конвульсия начисто лишила парня возможности двигаться. Член дёрнулся в последний раз, окатив девушку струёй горячего семени.       Упав на спину то ли от возбуждения, то ли от испуга, он с ужасом и удовлетворением смотрел на забрызганную его “меткой” девушку перед собой, чей взгляд становился всё более и более туманным. Он не знал чего ждать от неё, боялся осуждения, знал, что перегнул палку…буквально. – Ты… твоя штуковина… - голос девушки сошёл на шёпот, обещающий нечто заманчивое и ужасное, но животный ужас от содеянного не позволил парню услышать этот призыв в голосе своего идеала. – П…п…прости меня! - завопил он, вскакивая и пытаясь убежать, на ходу натягивая штаны. Закрывая за собой дверь, он услышал то ли полный отчаяния, то ли жажды, девичий крик: “нет!”, но истолковать её порыв верно он уже не мог.       ЧЛЕН! Как же странно было осознавать, что в этом простом японском слове сошлось всё. Смысл жизни, секрет бытия, величайшая цель вселенной и сиюминутное желание. Необходимость, крик души и тела, вопль безысходности и стенания жаждущего в пустыне.       Тело ныло, горело, требовало и стонало. Жаждало чего-то вне досягаемости и напрочь отказывалось от альтернативы. Отдаленными остатками сознания, Сузука поняла, что если перед ней появится обезьяна или собака, то и этого будет достаточно. Сама мысль и легкость, с которой эта мысль принималась мозгом было пугающим открытием. Тёмным, потаённым, чем-то, что навсегда должно остаться затерянным в анналах человеческого разума.       СПЕРМА! Вторая вещь, что имела значение для девушки, и к счастью, вселенской удаче, она у неё была. Мало, но была. Она стала для неё той самой водой для жаждущего в пустыне, глотком воздуха для утопающего, спасительной дозой для наркомана в период ломки.       Густая, пахучая, терпкая и солёная. Именно то, что требовало её тело и разум, но вместе с тем, этого было катастрофически мало. Этого едва ли хватило, чтобы вернуть толику осмысленности в действиях, мышлении, порывах.       Неугомонное тело требовало разрядки, металось в поисках удовольствия, спасительного наслаждения, дарящего покой и комфорт. Пальцы сами собой поползли по телу, стремясь к центру удовольствия, взор затуманился, объятый пеленой возбуждения, а голос больше не принадлежал ей. Всё тело словно обратилось сплошной эрогенной зоной, упивающейся удовольствием и ласками.       Грудь ныла и требовала внимания, но сколько бы Сузука не старалась, собственные прикосновения не могли унять необъяснимое желание. Трусики давно уже были мокрыми насквозь, не способные сдерживать бурное наводнение и всё же… – Не могу… - стон в голос сорвался неожиданно и бесконтрольно. Спина выгибалась в ожидании такого необходимого оргазма, который всё не приходил, словно говоря, что условия для его достижения не были соблюдены. - Кончить, я должна кончить! - стон перешёл в визг, но ничуть не приблизил девушку к желаемому. Ни уютный диванчик, ни жёсткая подушка, ни стол так и не дали столь желанной разрядки. Наполненная отчаянием и поиском, она не заметила как отчаялась настолько, что в руке оказалась труба от пылесоса, которая хотя бы на ощупь была подобна тому, чего так неистово желала обезумевшая девушка.       Возбуждение продолжало неконтролируемо возрастать, окончательно грозя спалить мозги, и что с этим делать она не знала. Единственной осмысленной идеей была необходимость прийти к кульминации сего действа. Тело окончательно перестало слушаться, сорвавшись в бесконтрольные конвульсии. Пальцы двигались совершенно произвольно и неорганизованно, корпус затрясло, ноги сами собой свело судорогой. Дышать стало очень тяжело, казалось, что-то бурлит и пенится прямо в трахее, а глаза грозили вылезти из орбит, когда после очередного сильного толчка всем телом наступила тишина. Перед глазами была полная темнота, все мысли улетучились, оставляя лишь небытие. Нечто бессознательное и необъятное, но в то же время кристально чистое и ясное. – Я умерла… - ровно и спокойно произнесла Сузука, но голоса не было. Губы не открылись, воздух не покинул лёгких. - умерла от перевозбуждения, - закончила она свою мысль, когда смогла составить все факты в стройную цепочку. - меня обкончали и я умерла от перевозбуждения… - эмоций больше не было. Хотя нет, было некоторое разочарование и немного иронии, но это всё. - Этот идиот даже не удосужился отыметь меня нормально… что за облом, - подумала она, осознавая, что при других обстоятельствах была бы совершенно против. Впрочем, выбирая между смертью из-за недотраха и смертью от перетраха… она бы определённо выбрала второе, ведь это было бы не так позорно.       Блуждание в пустоте тянулось, казалось не один час, но время тут было относительным, так что вести нормальный счёт было невозможным. Мгновения продолжали тянуться, пустота была всё так же темна. – Странно, - подумалось девушке, - нет ни тоннелей, ни белого света, ни воспоминаний. Неужели это и есть смерть? Бессмысленное пребывание в пустоте навечно? ДА ЧТО ЗА БРЕД!       Осознав всю безысходность и грозящую растянуться на вечно муку, девушка собрала все остатки своих душевных сил ради вопля возмущения. Каково же было её удивление когда… – Да! Я могу говорить! - радость так и вырывалась вместе со словами, словно свершилось нечто невиданное и незабываемое. - Так, постойте ка…А разве мёртвые могут говорить?       Цепочка предположений и осмысленности действий заставила пробудиться эго, возвращая желание докопаться до сути, осознание себя, желания и потребности. – Нет, если я мертва, то какой смысл блуждать в пустоте? И почему я тут совсем одна? Это точно не “тот” свет, - убедилась она. Но теперь вставали новые вопросы, а именно: Где я? И как вернуться?       Стоило этим вопросам сформироваться, как яркий свет заполнил всё пространство. Вернулось ощущение тела, сильная головная боль и чрезмерная сырость в районе низа живота. Глаза медленно открылись, вновь лицезрея комнату, в которой она была перед… перед чем? Над этим стоило подумать потом, потому как первое, что бросилось в глаза Сузуке, это разбросанные повсюду вещи, абсолютно мокрый ковёр под ней, разорванная местами одежда, очевидно ей самой, и шариковый дезодорант в промежности. – Вот чёрт! - вырвалось у неё помимо воли. Попытка встать показала, что тело все ещё тяжёлое, как будто налито свинцом. С трудом приподнявшись и облокотившись о диван, Сузука, не без дрожи, изъяла посторонние объекты из отверстий для них не предназначенных, параллельно пытаясь привести свой внешний вид в порядок. - Такому в спецшколе не учили, - посетовала она, прикрыв глаза, чтобы собраться с мыслями и понять, что же всё таки с ней произошло. – Не хо**те л* по*р**овать наш **вый ч**** м******тс, ма******ю колу *л* хе**и *и* с и***шкой? – Здравствуйте, коллцентр докодемо, я Риса, чем могу помочь? – Всем привет, сегодня мы не отдыхаем – Приветствую, дорогой Хозяин! – А-А-А-А-А-А-А-А!!!       Полчаса, это продолжалось уже на протяжении получаса. Он убегал, они преследовали и не прекращали галдеть. – Заткнитесь, если вы сдохли и стали зомби, вы обязаны заткнуться и бессвязно мычать! Это закон, блять, правило, вселенская, сука, концепция! – Не хо**те л* по*р**овать наш **вый ч**** м******тс, ма******ю колу *л* хе**и *и* с и***шкой? – Здравствуйте, коллцентр докодемо, я Риса, чем могу помочь? – Всем привет, сегодня мы не отдыхаем – Приветствую, дорогой Хозяин!       Не выдержав этой новой пытки, Файтер заскочил в первое же попавшееся здание, походя прострелив голову поднявшегося трупа на входе. Захлопнув за собой, тяжёлую на вид дверь, он обернулся, чтобы наконец осознать, что оказался не где-нибудь, а в частном стоматологическом кабинете, где из оружия была только бормашина, которая чисто технически может и подходила к ситуации, но практической ценности не представляла.       Какофония рук долбящих в дверь смешивалась с мёртвыми голосами, предлагающими всё самое разнообразное и ненужное. Хотя, может чикен макнаггетс он бы и съел… От одной мысли об этом его желудок заурчал, а мозг нарисовал картину гнилого клоуна из маккдака и голод сменился тошнотой. – Так дальше продолжаться не может, - вздохнул парень, усевшись в кресло отведенное для клиентов. Сделав пару вдохов и успокоившись, он решил обыскать клинику, если её можно было так назвать. Труп того, кто сидел на ресепшене был сгрызен до такого состояния, что не представлялось возможным узнать даже пол. Проигнорировав ненужный ксерокс и принтер, парень направился дальше, намереваясь осмотреть помещения на предмет кислородных баллонов или хотябы веселящего газа, хотя скорее всего по местной исторической хронологии его уже перестали использовать.       Остановиться и задуматься парня заставил странный шум сверления доносившийся из последней комнаты. Решив её оставить напоследок, он пошёл туда, где как правило случаются самые неожиданные ситуации, приходят самые неожиданные и часто гениальные мысли, а так же обнаруживаются необычные предметы. Он направился в туалет.       Помещение было обычным, для небольшой стоматологии. Никакой вереницы писсуаров или унитазов, а самый обычный одинарный и ухоженный туалет разделенный на мужской и женский. Начав, разумеется, с женского и никого там не найдя, Файтер направился ко второй кабинке, где, как и предрекал абсурд и несуразица, нашлось нечто полезное и внезапное. Труп! Точнее не сам труп, а то, что было при нём. По форме сразу было понятно, что перед ним было тело полицейского, а точнее какого-то спецназовца. – Ты выбрал хороший день, чтобы умереть, - произнёс он собираясь обчистить тело. Всё же, бронежилет, рация, пистолет и дополнительные патроны никогда не бывают лишними. Судя по ранениям, умер он не от нападений зомби, а от пулевого ранения брюшины. Вполне вероятно, что он попал под пулю какого-то дохляка, каких Файтер видел уже не мало. Можно ли было считать счастьем то, что он умер своей смертью, не обратившись, он не знал, но был благодарен мужчине за то, что он не стал пытаться оставить ему засос на прощание.       Далее всё было стандартно. Файтеру удалось разжиться аптечкой, кое-какими обезболивающими, замораживающим спреем и небольшим количеством гипса, который Файтер пока не знал где применить, но был уверен, что возможность ему обязательно представится. – Итак, последняя дверь, - прошептал парень, уставившись на обитель неожиданных сюрпризов, которых никто не ждёт, но они всегда появляются.       Покрепче сжав рукоять пистолета и не забыв взять фонарик в левую руку, Файтер наконец пихнул дверь, сразу же осветив помещение. Судя по темному помещению с стоматологическим креслом в центре, разбитыми лампами и сверлящим звуком, стало понятно, что это помещение было ещё одной смотровой. В кресле, исходя из одежды, находилась девушка. Лица видно не было, да и Файтер не был уверен, что хотел видеть это. Дантист, яво не ожидавший нападения на себя использовал бормашину, воткнув её в глаз напавшей девушке, но та всё равно смогла прокусить его шею. Это было очевидно по количеству натёкшей крови на полу. А ещё нападавшая совершенно не собиралась позволить жертве убежать, обхватив её ногами и частично завалив на себя для удобства. – Как же я ненавижу свою работу, - промычал парень, играясь светом от фонарика, пытаясь понять реагирует ли уцелевшей глаз на блики.       Реакции не было, что, впрочем, не сильно внушало доверие. Опускать оружие Файтер тоже не спешил. Тело было напряжено, как пружина, ведь сейчас у него не было ни той скорости, ни той прочности, что раньше. Помедлив несколько секунд и, что-то для себя решая, он уже почти опустил оружие, когда внезапно резко поднял его обратно и сделал неожиданный выстрел в голову женщины.       Вздрогнувшее от попадания пули тело качнуло лежавшего поверх дантиста, который зашевелился. Лениво и немного дёргано, словно после долгого сна. – Как чувствовал, - прошипел парень, сделав ещё один выстрел, поразив на этот раз мужчину. Не дожидаясь результатов, он попятился назад, закрыв за собой дверь и направился на ресепшен, где приметил стоящую вешалку для одежды. Вооружившися импровизированным “детектором нежизни”, он вернулся в помещение, предварительно выставив вешалку перед собой.       К несказанному удовлетворению, никакого движения не было, что в обычной ситуации заставило бы парня расслабиться, но только не сейчас. Сделав несколько аккуратных шагов, чтобы не поскользнуться на крови, он ткнул в лежащее на полу мужское тело. Не найдя признаков движения, он проделал тоже самое с женским в кресле, после чего, используя всё ту же вешалку стащил женщину на пол и протолкал в угол, куда следом доставил и мужской труп. – Ни света, ни окон, - ещё раз оглядевшись, произнёс Файтер, освещая потолок фонариком, - надо глянуть холодильник с медикаментами, - добавил он, увидев оный около дальней стены.       Провозившись минут десять, пытаясь разобраться в иероглифах на упаковках, он просто побросал всё в сумку, решив, что разберётся позже. Отдалённые выстрелы намекали на всё ещё идущие бои где-то далеко, что вселяло некоторую надежду. Тем не менее, видевший всё своими глазами из первых рядов, он не рассчитывал, что у армейской группировки, что-то получится. Единственное на что он надеялся, так это на то, что они с Широ смогут выбраться отсюда пока всё не стало ещё хуже. – Огуро, Томсон, Ли, правый фланг. Кузуки, Сейдзо, Урю, левый фланг! Акано, Морис, Мизушима, на вас тыл. Ньюберри, Рюдо, со мной. Расчистим центр! - разрывался приказами Аидзава. - Всем остальным защищать гражданских и транспорт! Попытайтесь связаться с “центром”, мы уже недалеко от них, пусть попытаются оказать нам помощь. – Есть Сэр, - послышались отклики.       Эвакуационная колонна, под командованием Майора Аидзавы, собрав всех оговоренных и не очень выживших, беженцев и потерявшихся, почти добралась до церкви, когда дорогу внезапно заполнило, что-то, чего они ещё не видели. Впрочем, то, чего они не видели в последнее время стало обыденностью, так как новые виды плодились если не каждый час, то раз в сутки уж точно. – Воздух! - заорал сержант Нанао, присоединившийся на одном из пунктов сбора. – Азуса, за пулемёт! - приказал Огуро, так как это было ближе к его позициям.       Ещё одна девушка военный, также пополнившая ряды эвакуантов, поспешила выполнить приказ, занимая место в хамви с крупнокалиберным пулемётом.       Началось всё это внезапно. Сначала дорогу слегка тряхнуло, и если бы ребята аидзавы уже не испытали этого раньше, то так бы и не поняли. Землеройка вылезла прямо позади колонны, отрезав путь к отступлению. Вместе с этим с воздуха началось что-то, что нельзя было описать никак иначе, как налёт. Огромные существа, отдалённо напоминающие летучих мышей или крыс с перепончатыми крыльями сбрасывали на людей странные мясные шарики, которые, стоило им коснуться земли, раскрывались, выпуская наружи какие-то непонятные создания. Тараканоподобные, кузнечики мутанты, гусеницы, комары. Из этих импровизированных яиц могло вылупиться что угодно, и пусть размером оно было невелико, количество и непрекращающийся поток этого десанта начинал доставлять проблемы. – Лейтенант, жуки на семь часов! - крикнул кто-то. – Землеройка на тринадцать часов! - тут же отозвался ещё кто-то. – Ханадзака, давай за пушку, на тебе землеройка! - мгновенно скомандовал Аидзава, - Морис, используй гранаты! Роудс, что там со связью? – Глухо, Сэр! - последовал ответ, - не можем пробиться. – Пытайся! - рявкнул Огуро, не прекращая стрелять. – Эвак один, на связи Рассвет, мы поймали ваш сигнал! – Рассвет? Вы кто такие? - проорал в наушник Аидзава. – Военно-морские силы Самообороны. Готовы поддержать вас огнём, дайте координаты. – Нас размажет, если вы сюда пальнёте, - последовал ответ майора. – У нас два вертолёта в вашем районе, они поддержат вас огнём, - пояснили на том конце. – Отрицательно, Рассвет. Воздушное пространство закрыто противником, как поняли? – Поняли вас, Эвак один. – Если вы смогли поймать наш сигнал, попытайтесь связаться с центром эвакуации, там есть военные силы, которые могли бы оказать нам поддержку. – Принято, Эвак один, держитесь. – Спасибо, Рассвет! – Ходоки! - проорала Эрика, стоило тени хороших новостей появиться на поле, - они идут по тоннелю землеройки. – Мизушима, огонь из ракетницы! Завалить тоннель! – Есть, Сэр! - проорал мужчина бегом направившись к грузовику за обозначенным оружием. – Роудс! - крикнул Огуро, - замени меня, от тебя всё равно никакого толку на рации!       Дождавшись пока старший капрал доберётся и займёт его позицию, Лейтенант кинулся в сторону Аидзавы, пригибаясь и уворачиваясь от шипов, что летели из глоток низколетящих комаров. – Аидзава. - постарался он произнести так, чтобы его не услышали посторонние, - есть идея. – Нет, - отрезал офицер, примерно понимая о чём собирался говорить его зам. – Останемся я, Томсон и Мизушима. Просто дайте нам ракетницу и несколько гранат, мы прикроем вас, а вы сможете… – Я сказал тебе нет! - рявкнул Аидзава, - ничерта вы не прикроете. Даже если мы и сможем прорваться, то нас снова поймают тем же способом метров через пятьсот, и ты это знаешь! – А так у нас и этих пятисот метров не будет, - возразил лейтенант, - они уже не дохнут от выстрела в голову, не все из них. Прибывают они быстрее, чем мы их убиваем, и их уж точно больше, чем у нас патронов. – Патронов у нас достаточно, - отмахнулся майор. – НА ТРИ ЧАСА! - вопль Ньюберри был таким громким, словно он не верил, что они смогут это пережить. Бросив взгляд в том направлении, Аидзава и Огуро были вынуждены признать, что у парня были основания для паники. Огромный жёлтый глаз, раздутый мешок и орудие, целившееся в них. Описывать это было сложно, а названия у этой махины просто не было. Но, наверное оно походило на арбалет, только какой-то странный и…органический. – Всем! - начал орать Аидзава, первым опомнившись, - в ук… - его голос потонул в шуме танкового залпа. Болванка прилетела аккурат в глаз существа под углом, размажжив его достаточно сильно, что существо закачалось и начало падать с крыши здания на котором расположилось. – Эвак один, мы вас прикроем. Начинайте отступление, - донеслось из рации, вместе со вторым танковым залпом. Несколько бронемашин с пулемётами и солдатами показались на трассе, наскоро отстреливая наступающих тварей. – Грузимся! Давай-давай-давай, вперёд обезьяны! - разрывался Аидзава, прикрывая отходящих людей.       Пара боевых вертолётов показалась на отдалении выпустив пару ракет, угодивших в летающих особо крупных монстров. взрыв привлёк летающую часть врагов, и те понеслись навстречу летящему противнику. В этот момент несколько групп солдат в зданиях выпустили зажигательные ракеты по врагам, едва ли не создав стену пламени в небе. Несколько десятков скорострельных пулемётов продолжали стрелять в тыл летучему отряду, выкашивая его или заставляя метаться между целями.       Едва колонна транспорта и боевых автомобилей сорвалась с места и нагнав своих спасителей покатила прочь, по огромной дуге в место, где они были ещё совсем недавно прилетело несколько корабельных дальнобойных артиллерийских залпов, создав взрыв и запустив процесс обрушения соседних зданий, окончательно заваливая проход. Не было никаких сомнений, что хотя бы этим ребятам повезёт добраться живыми до центра эвакуации. Лишь по прибытии они узнают, что из семи сформированных эвакуационных отрядов военных и гражданских в городе, до центра доберутся лишь три, и они были первыми из них. – Плохой день! Плохой день! Плохой день! – Не хо**те л* по*р**овать наш **вый ч**** м******тс, ма******ю колу *л* хе**и *и* с и***шкой? – Здравствуйте, коллцентр докодемо, я Риса, чем могу помочь? – Всем привет, сегодня мы не отдыхаем – Приветствую, дорогой Хозяин! – Да какого ж рожна, я вас спрашиваю!       Файтер стоял около заколоченной двери стоматологической клиники, наблюдая, как группа его преданных фанатов неистово колошматила в двери. Разумеется, это не было пугающим, возможно слегка раздражающим, но и только. Однако, как и всегда в его жизни, когда ему начинало казаться, что он сможет справиться с ситуацией, ситуация доказывала обратное стремительно меняясь.       Шум работающей бензопилы с первых секунд не понравился парню, но уверенность в том, что двери устоят, так как были сделаны не из дерева, вселяла некоторую уверенность. Как оказалось… зря.       Пластиковая коробка стеклопакета с характерным треском разрушалась прямо на глазах парня, грозя стать новым ночным кошмаром. И причиной этих кошмаров стал бы не сам факт разрушения, а разрушитель. Тощее тело, с единственным красным глазом на всё лицо, без носа или рта, но с двумя… бензопилами вместо рук. Разумеется, Файтер уже ничему не удивлялся, ибо пребывал в состоянии полнейшего ахуевания последние лет десять своей жизни. – Это, блять, уже не шутки, сука! - пятясь от человека-бензопилы, мямлил он. Присмотревшись повнимательнее, стало понятно, что тварь вламывающаяся в окно, это не просто мутант, нет, это было искусство. Две бензопилы заменяющие руки твари, ноги, толстые с огромным количеством мышц и…воздуходувки? Присмотревшись, парень был уверен, что из голеней торчат воздуходувы, а остальная часть скрывалась в массивных икрах, а в центре живота виднелась какая-то штуковина похожая на мясорубку, но с открытыми ножами, куда запросто можно было вместить человеческую голову. – Вот же хренов Франкенштейн, - выругался Файтер, прикидывая сможет ли просто пристрелить сволочь. Не став долго раздумывать, он вскинул пистолет, но сразу же осознал тщетность этого действа, когда увидев целящегося человека, монстр прикрыл глаз скрещёнными бензопилами. – Да ты издеваешься! - рявкнул Файтер, предпочитая отступить в соседнее помещение и придумать план.       Тварина такой изобретательности явно не оценила, направившись следом, помогая себе воздуховодами и неустанно сканируя окружение красным глазом. Где-то позади всё ещё были слышны реплики других представителей неживых, но общительных, однако они были самой маленькой проблемой в данной ситуации. – Вжз-з-з-з-з-з-з-з–з-з… - шум цепных пил приближался, так что определить приблизительное местоположение утырка сложным не представлялось, так что дождавшись, когда он пройдёт проём войдя в узкий коридор, Файтер катнул гранату, надеясь, что это ясно донесёт мысль о необходимости соблюдения социальной дистанции между ними.       Следующее, что пришлось второпях делать парню, это укрываться за косяком, чтобы его не нашпиговало осколками гранаты, которые отразились от вращающихся ножей в пузе зомби и прочих его “улучшений”. Тем не менее, не бывает худа без добра. Отвлекшийся на нестандартную ситуацию монстр не сумел вовремя среагировать и две пули друг за другом угодили в глаз монстра, разметав его в ошмётки с характерным звуком расколотого арбуза.       Счастье от попадания было недолгим, так как в силу вступило несчастье связанное с тем, что Файтер попал. Попал серьёзно. Лишившись глаза, цепной монстр не упал замертво, а просто замер, словно обдумывая, а что же такое это было. К чему бы не привели его мыслительные процессы, для Файтера ничего хорошего это не предвещало. Задёргав раненой головой, монстр стал просто беспорядочно размахивать своими “конечностями” пытаясь попасть и разрезать хоть что-нибудь. И если сначала такой курс действий казался удобным, то пару секунд спустя, Файтер пожалел о своей поспешности. Параллельно безумию, увеличилась и скорость, и ловкость монстра, так что как бы беспорядочно он не метался, а увернуться стало ещё проблематичнее. – Плохой день! Плохой день! Плохой день! - метнувшись прочь от кроказябры, Файтер устремился в ближайшую открытую дверь, а именно тот самый туалет, где он нашёл ту самую гранату. Наскоро закрыв за собой дверь, зная, что надолго это не удержит никого, он огляделся, судорожно соображая. - Окно! Разумеется, окно, - кинувшись к небольшому окошку возле раковины промямлил парень. Возиться с фрамугой времени не было, так как звук бензопилы уже вовсю раздавался из прорези в дверях. Разбив стекло рукояткой от пистолета, стараясь на поранится из-за остатков стекла, выгибаясь под причудливыми углами, парень пролез наружу косплея побег из Шоушенга, понятия не имея, что будет ждать его снаружи.       Переулок в который попал Файтер, приветствовал посетителя запахами мусора и дерьма с ближайшей помойки, но несмотря на это, он был готов приветствовать их словно манну небесную, ведь поехавшие эксперименты вивисектора остались наконец позади… пока. На этот счёт он никогда не питал особых надежд, жизнь здорово успела его выдрессировать.       Ослабленный организм, в отсутствии пищи, воды и отдыха, давал о себе знать приступами тошноты. Слегка мутило и кружилась голова. Сейчас как никогда ясным было то, что смертные не могут пережить такие приключения, и это приводило к вопросу о том, что если ему настолько хреново, то каково же должно быть обычным людям, которые столкнулись с тем же самым.       Заставляя себя переставлять ноги через силу, он ринулся прочь, куда угодно и подальше от любых опасных звуков. Наверное именно так себя чувствовали пехотинцы проведшие несколько дней в бою практически без сна и на грани своих сил и выносливости. Раньше такие нагрузки не казались чем-то из ряда вон, но только не сейчас.       Пробегая мимо уличного автомата с напитками, он резко затормозил. Не став соблюдать никаких приличий, Файтер нагло разбил витрину и жано открыл банку с каким-то энергетиком. Вкуса он практически не почувствовал, как и удовлетворения, но продолжал жадно пить, ища периферийным зрением вторую банку. Запастись впрок он себе позволить не мог, так как лишний груз только бы замедлил его, так что оставалось только напиться впрок. – Чувствую себя верблюдом, - утолив жажду подметил он, - во всех смыслах, блин.       Пользуясь вынужденным привалом, Файтер вытащил рацию, надеясь услышать какие-нибудь общие новости. В целом по всем каналам было одно и тоже. Предсмертные вопли, ругань, просьбы о помощи и общее управление. Как ни старался он выудить в этом ворохе кого-то знакомого, всё было бесполезно. То ли сказать этим людям было нечего, то ли они перешли на закрытые каналы. – Ладно, - кивнул он, - что я всё о плохом, может ничего необычного не произошло, и они просто все померли где-то, - скривился парень.       Смяв очередную банку из под напитка, Файтер осмотрелся, пытаясь понять где он. Куда ему и как попасть… почувствовав некоторое отчаяние и беспомощность, впервые за долгие годы Файтер не знал, что делать и куда податься. Все планы пошли прахом, как и самом начале его пути, когда казалось, что именно он сможет всё изменить, привести к лучшему будущему. Что ж… тогда не получилось, и сейчас тоже скорее всего не выйдет. Впрочем, сейчас вообще было глупо о чём-то рассуждать. С того момента, как он принял ставки в этой игре, это было путешествием в одну сторону, а годом раньше или годом позже, не столь уж и важно для мертвеца. – Вот жешь мать твою, - горько произнёс он, - я бы многое сейчас отдал за одно сраное заклинание для геолокации.       Пытаться вспоминать свой маршрут движения было абсолютно бессмысленно. Его так помотало по городу, что было впору сравнить с походом на комикон с девушкой. Вроде ты знаешь куда тебе надо, но хрен ты туда доберешься, пока пару кругов не намотаешь. Ориентироваться на названия улиц тоже не особо то и помогало. Во первых он не помнил всю карту наизусть, а во вторых, даже помни он, ни одной вывески поблизости не было.       Решив, что нет большого смысла торчать без дела, он не спеша поплёлся куда-то вперёд. Ну или приблизительно туда, где было это самое “вперёд”. Где-то в отдалении виднелась высотка с большим рекламным монитором, рекламировавшая очередное аниме этого сезона, которое скорее всего никто уже и никогда не посмотрит. Удивительно, что такие вещи всё ещё снабжались энергией. А вот интернет кафе, перевёрнутое вверх дном и, скорее всего, покинутое. – Стоять! - озарение было внезапным. Молясь о том, чтобы доступ к сети всё ещё был, как и рабочий компьютер, Файтер буквально вломился в заведение, на ходу вытащив пистолет и приготовившись к бою. Обыскав ряды столов, он и правда смог найти всё ещё работающий аппарат. На экране всё ещё светился какой-то новостной сайт, который был совершенно бесполезен и не нужен. А вот что было ему нужно, так это… – Так, определить айпи адресс. Хотя бы приблизительно. - пальцы стучали по клавиатуре, ища соответствующий сервис. - Ох ёпт…. - получив наконец искомые данные выпалил парень. - Это ж меня вообще к чёрту на рога закинуло. Я отсюда своим ходом и за пару дней не доберусь через весь этот бардак. Лучше где-то затаиться и переждать, иначе двину кони раньше срока.       Улица теперь не казалась такой унылой, а настроение не было ниже плинтуса, ведь великий, мать его, попаданец теперь чётко и ясно осознавал всю глубину той геопозиционной задницы в которой оказался. Тем не менее, знать глубину, значит понимать как высоко придётся взбираться. Вернувшись, в ставшие уже знакомыми на вид, проулки, парень снова осмотрелся, приметив ранее незамеченные два трупа. Парня и девушки, которые явно прятались за мусорными бачками. Судя по сдёрнутой юбке и расстёгнутой ширинке, они тут явно не от мертвечины прятались, но от судьбы не убежишь. Улыбнувшись тому, что сам он ещё жив, парень прибавил хода, стараясь добраться до небольшого парка чуть впереди, если верить карте, которую он посмотрел в сети. Сдаваться ещё было рано, ведь у него было три обоймы и граната. – Ну что, ублюдки, хотите жить вечно?! - скорее всего залогом этого возросшего боевого духа и лёгкого безумия стали энергетики, но Файтер предпочитал не думать о таких мелочах. Куда важнее было найти место, которое могло называться безопасным по текущим сумасшедшим меркам.       Вернувшись на основную широкую дорогу, с которой он ранее удрал в стоматологию, он продолжил свой путь, но теперь отдавая себе отчёт куда именно хочет попасть. Редкие мертвецы продолжали попадаться на пути, но он старался не обращать на них внимания, расценивая их угрозу как низкую. Если кто-то из них всё же приближался достаточно близко, то Файтер ограничивался ножом или сильными ударами, отправляя незадачливого наглеца куда подальше. И всё было хорошо, пока он не увидел, наверное самую странную штуку за всё это время. Странной она была не потому, что отличалась мутациями, а потому, что была одета в подобие какой-то униформы с висящим на поясе мечом. А точнее. катаной, как оказалось при ближайшем рассмотрении. – У меня галюны или это императорская Армия из Последнего Серафима? - ошалело спросил он пустоту. Разумеется, форма отличалась, но общий фасон… - плевать, - собрался он с мыслями, - но оружие я реквизирую!       Пистолет был вскинут мгновенно, и пуля с характерным звуком покинула ствол, чтобы срикошетить после другого характерного звука. – Серьёзно? - глядя на зомби с обнажённым клинком спросил Файтер. Сделав ещё несколько выстрелов, от которых труп преимущественно увернулся и отразил последний, Файтер не на шутку забеспокоился. - Я, конечно знал, что на тёмной стороне лучше, но должны же быть пределы безумию?       Положившись на рефлексы и остатки интуиции, парень рванул влево, как раз вовремя, чтобы увернуться от промелькнувшего лезвия. Схватившись за нож, он мигом развернулся, пытаясь блокировать новый удар, но силой столкновения его буквально смело, опрокинув на спину. Не растерявшись, Файтер тут же сделал очередной выстрел, не позволяя трупу прикончить его, но тот лишь отогнул голову слегка влево, пропустив пулю мимо. Тем не менее, этой заминки хватило, чтобы Файтер откатился, а лезвие ударилось об асфальт. – Где вас таких делают! - ругался парень, кувырками пытаясь уйти с линии удара, попутно пытаясь всё же отстрелить хоть что-нибудь. - Хорошо хоть медленный попа…       Мелькнул порыв ветра, что-то ёкнуло в разуме, когда Файтер, без всякой стратегии просто грохнулся, повинуясь инстинкту. Лезвие прошло прямо над ним, едва не снеся голову, а человеческий силуэт уже вновь испарился, пропав где-то в пространстве.       Нож был моментально выставлен прямо перед лицом, поймав изогнутый клинок, высекая искры. Подсечка из положения лёжа, и тварь вроде бы завалилась. Не став дожидаться, Файтер спустил все оставшиеся патроны прямо в голову хреновины. Рука трупа дрогнула, сжавшись на клинке ещё сильнее. Превращённая в месиво голова, казалось, его ничуть не беспокоила. Лезвие снова мелькнуло, вынуждая парня согнуться всем телом, едва не сломав себе спину. Вместе с этим, он пытался вставить новую обойму в пистолет. Продолжая уворачиваться от менее точных ударов, ему наконец удалось разорвать дистанцию, передёрнув затвор. Ещё четыре выстрела в руку, в попытке перебить то, что можно было бы назвать мышцами или сухожилиями. Рука трупа разжалась, выпустив клинок, чем Файтер сразу воспользовался. Использовав рывок с места, он прокатился рядом с зомби, подхватив упавшую катану. Следующим же взмахом с разворота, он располовинил труп прямо по середине от промежности до шеи, а затем, выпуская всю накопленную ярость и раздражение, продолжил безостановочно кромсать ещё не успевшие опасть части тела. – Вжз-з-з-з-з-з-з - звук ранее незамеченный за стрельбой и уворотами ворвался в накалённый разум подобно демоническому рёву. Ставший ещё крупнее, с восстановившимся глазом и подросший на добрые сантиметров десять бензопильный трупак показался на дороге, несясь во всю мощь ног и воздуходувов. Где-то поодаль неслась и старая процессия голосящих “профессионалов” предлагающих тебе наггетсы, досуг и прочее. – Стоит прибить одного зомби, так сразу вылазит десяток новых! - выругался Файтер. Бежать было уже поздно. С последней встречи цепная самоходная пила набрала в весе, скорости и росте, так что, по всем параметрам сейчас она превосходила парня. – Джзз - катана столкнулась с бензопилой, высекая искры и издавая неприятный для уха звон. – Да! - удар, - Когда! - парирование второй пилы вниз, - Ты! - новый блок, - Уже! - уворот под низ и заход за спину, - Сдохнешь! - клинок упал на оборачивающегося монстра отсекая ему одну из “рук”. Ещё один блок другой пилы лезвием, которое уже всё в зазубринах после такого варварского боя, и Файтер получает удар ноги в корпус, отлетая на добрые метров сорок, больно прокатившись по асфальту. – Уизааааааааааааааааааааа! - вопль стал какой-то неожиданностью. Раньше рта у этой твари не было, но теперь что-то дырчатое проглядывалось на месте губ. Сложно было истолковать, что хотело сказать этим воплем существо, но первым его движением после удара по парню, стало движение в сторону ранее убитого зомби. Согнувшись рядом с разрубленным телом, точнее ошмётками, оно начало стараться расположиться так, чтобы эти куски падали прямо в мясорубку в животе.       Не став дожидаться окончания трапезы, как догадался Файтер, кряхтя и стеная, он поднялся, поспешив скрыться, оставляя монстру выполнять свою миссию дневного дожора. Ни наблюдать, ни дожидаться окончания парень не хотел, да и в принципе надеялся, что сможет сбежать подальше до того, как оно вспомнит о нём. решив, что лучше скрыться в очередном повороте, он устремился к парку, который и был его промежуточной точкой пути. Впрочем, могло ли всё быть так просто? Разумеется, нет!       Минут десять, а может и все двадцать, а быть может и час. Он уже не ощущал время после всего пережитого за сутки. Всё, что его интересовало, это найти еду. Вряд ли бы он признался в этом, но сейчас его бы устроила даже самая неприглядная пища, если бы она была.       Добраться до парка оказалось проще, чем он ожидал, хотя и пришлось обезглавить пару назойливых преследователей, которые, впрочем, и в подмётки не годились его недавно сформированному фанклубу. Что же до парка, то, как он и ожидал, тут были тела. Много тел, что не удивительно, ведь среди деревьев проще прятаться, а значит, прятаться там могли как выжившие, так и зомби.       С осторожностью приближаясь, к мёртвым на вид людям, Файтер старался не заострять внимания на ранах, но даже так заметил, что некоторые из них были огнестрельными, иные колотыми. Казалось, что люди переубивали сами себя, что было полным бредом, однако…       Склонившись у одного из трупов, лежащего в неестественной позе, парень заметил дыру в голове, очевидно от огнестрела. Пихнув тело ногой, он перевернул его с живота на спину. Рубашка окровавленная, пасть открыта, зубы местами искривлены, словно пытались прогрызть нечто очень крепкое. – Понятно, - подойдя к другому телу, произнёс Файтер, - на них налетело несколько тварей, а потом началась неразбериха.       Откинув тело женщины в сторону, открывая взгляду тело полицейского, Файтер внимательно осмотрел его, заметив, что в его шее торчал нож, а женщина получила пулю куда-то в район живота. – Странно, - задумался он, - выглядит так, будто она была ещё жива, когда пыталась заколоть его, а он… нет, не так.       На шее мужчины красовалась рана от зубов, что говорило о том, что он тоже был инфицирован, однако умер, не обратившись. Здешние тела в принципе можно было разделить на два типа. Первые были зомби, напавшими на людей, вторые были людьми убившими вначале зомби, а потом друг друга. – Значит, те кто остались просто ушли? - задал сам себе вопрос мужчина, снова оглядываясь на мрачную картину.       Двинувшись дальше по дорожке вглубь парка, он то и дело натыкался на мёртвых. некоторые лишились голов, другие были застрелены, некоторые зарезаны. Однако, все они лежали так, будто поубивали друг друга сами. Единственным вопросом было то, как именно это произошло.       Выйдя в центр парка, где была зона отдыха, а также многочисленные торговые лавочки, парень потерял дар речи. Количество тел тут было в разы больше, чем по дороге. Но и некоторые вещи теперь стали понятнее. К примеру, трупы ребят с битами и цепями объясняли откуда у трупов такие повреждение. Тела нескольких полицейских объясняли количество огнестрельных ран, но всё равно некоторая нелогичность происходящего витала в воздухе.       Завершал этот вид лоток с какими-то закусками и одиноким зомби стоящим за прилавком. Не замечая ничего вокруг, он, словно делал это сотни раз, орудовал палочками, не позволяя начинке сгореть на встроенном гриле, затем начинял ими то ли блинчик, то ли булочку, после чего складывал их на поднос. Несмотря на несколько рваные движения, делал он это совершенно обыденно и незамысловато. Глаза его были пусты и смотрели на гриль, а на лице застыла маска апатии и обыденности, которую даже страх смерти не смог смыть. Если бы Файтеру нужно было предположить последние мысли этого человека перед смертью, то он бы умер пытаясь…       Впрочем, возможно это было бы нечто вроде: “Кажется так и умру не став богатым… обидно, надо бы гриль выключить, а то пожар будет. Аями-чан, прости, но братик больше не сможет помогать тебе…”       Именно такими, скорее всего, были последние мысли владельца торговой лавки “Totaro-Snucks”, Каябы Тотаро, В своей жизни он не смог достичь многого. Будучи умным парнем, он с отличие окончил Токийский Университет, отучившись на факультете кинематографии, однако не смог найти работы по специальности. В итоге жизнь привела его в дешёвое съёмное жильё на окраине, где он проживал вместе с младшей сестрой Аями. Их отец оказался неизвестен, и матушка долгое время скрывала причину, но, всё тайное становится явным. Печально лишь то, что выяснилось это не самым традиционным способом, когда преподаватель из ВУЗа, заметив Тотаро вместе с матерью попросил автограф у женщины, восхищаясь всеми фильмами с её участием. Разумеется, Тотаро знал, что его мать никогда не снималась в кино, поэтому посчитал, что профессор ошибся, но правда оказалась куда более жестокой. Его мать была самой популярной актрисой прошлого десятилетия, вот только фильмы эти продавались в строго ограниченной секции магазинов. Узнав правду о накоплениях, Тотаро узнал и то, что родился в результате съёмок одного такого фильма. Отца установить не удалось, поэтому вся съёмочная группа регулярно скидывалась на “воспитание” мальчика. Утешало лишь то, что с отцом сестры такой тайны не случилось. Им оказался Ичиро Шидо. Местная большая шишка, метящая в самые верха. Признавать ребёнка, он разумеется не собирался, и обещал, что заткнёт мать, если та будет трепаться об этом. Как так получилось, что матушка оказалась под этим свином, Тотаро не знал, но догадывался, что, как актриса этого жанра она могла подрабатывать и на личных встречах. Впрочем, это было уже не так и важно. Потратившая огромную сумму на его обучение и не способная к работе ввиду возраста, она больше не могла финансово обеспечивать семью. Старые “знакомые” тоже не горели желанием помогать, поэтому парню ничего не оставалось как начать работать. Развитие интернета предоставило новые возможности, поэтому Тотаро всерьез мечтал о том, чтобы запустить собственный сериал, но до этого было очень далеко. Деньги нужны были уже сейчас, поэтому всё, что он смог, так это устроиться в магазинчик торгующий разными фильмами, аниме и продукцией для взрослых. Зарплата была небольшая, но альтернативы всё равно не было. Просить денег у отца сестры было глупо, да и опасно к тому же. матери становилось всё хуже, и приближался тот день, когда вместо семейного ужина уместнее будет проводить поминальный вечер.       Юная Аями тоже всё понимала. На самом деле, понимала она даже больше, чем старший брат. Будучи школьницей подверженной новым современным веяниям, она была менее скована общественной моралью, так что не прошло много времени, как она нашла способ заработать. Скрывая от брата, она начала ходить на свидания за деньги. Разумеется ни о чём развратном и речи быть не могло. Прикинуться чьей-то подружкой на вечер, прогуляться с каким-нибудь мужиком по городу, сделать пару снимков с каким-нибудь задротом, чтобы тот похвастался перед друзьями или просто прогуляться с ним, чтобы придать уверенности в себе.       На оценки Аями никогда не жаловалась, так что и репетиторство охотно приветствовала. Иногда даже больше, чем всё остальное. Пусть денег это приносило меньше, зато работа была “чище”. Впрочем, “грязной” работы девушка тоже не боялась. Узнав правду о матери, она не отвернулась от неё и не осуждала. Порнофильмы это такие же самые фильмы, просто охват аудитории у неё несколько иной. Главное тут пересилить себя и свыкнуться с тем, что превратишься в общественную собственность, а остальное можно и пережить. Вот только ложиться под незнакомцев не слишком то и хотелось. Тогда в её мозгу и созрела мысль, которую можно было охарактеризовать как “приятное с полезным”.       Разговор с братом был непростым. А точнее он был ужасным для обоих. И проблем тут было много. Во первых, Тотаро был замкнутым в себе и не показывал своих эмоций. Таким его сделала нелёгкая жизнь, но главная причина была в том, что он старался убить свои чувства, чтобы скрыть свою тягу к сестре. Сама же Аями, хоть и любила своего старшего брата, его мужской заинтересованности не разделяла, но не потому, что не хотела отвечать взаимностью, а потому, что предпочитала девушек. Оба, столкнувшись с жестокостью судьбы были вынуждены чем-то поступиться и на что-то пойти. Тотаро поступился здравым смыслом, Аями своей любовью к инструктору по акробатике, которую тайно любила и знала, что та тоже к ней что-то чувствует.       Тотаро прекрасно знал рынок кинематографа, а Аями была готова продолжить семейный бизнес. Лишних денег на наем актёров не было, поэтому пришлось пойти на компромисс, превратив наследственную профессию в семейное дело. Как говорится, инцест – дело семейное.       Первое любительское видео вышло в свет спустя неделю. Пытавшийся добиться идеала Тотаро не щадил главную актрису, раз за разом переснимая “неудачные” сцены, желая добиться наилучшего качества. Никто из них не ждал чего-то из ряда вон, но реальность оказалась иной. Впервые за долгое время, на улице семейства Каяба случился “праздник”. Юная актриса очень понравилась зрителям, и первые донаты выглядели вполне обнадеживающе. Однако, успех требовалось закрепить, поэтому пришлось в срочном порядке приступать к новым съёмкам. Оба понимали, что это только начало, и успех требуется закреплять. Отдыхать было некогда, поэтому всё свободное время после школы тратилось на отработку актёрского мастерства и съёмки, ночами же, измаждённый Тотаро редактировал материал, готовя конечный продукт.       Первую приличную сумму, новоиспечённые актёры потратили на смену антуража, сняв номер на горячих источниках с приватной ванной под открытым небом. Успех, как и предполагал Тотаро был ошеломительным. За несколько месяцев съёмок удалось скопить некоторые средства, которых было достаточно на лекарства, аренду и новое увлечение парня - поварские курсы. Разумеется, работу в магазине он не бросал, продолжая откладывать деньги, собираясь в скором времени обзавестись мобильной лавкой, где смог бы делать закуски и продавать их. Приближались каникулы, а значит времени на создание фильмов должно было прибавиться, что позволило бы ему выделить свободное время под торговлю и заработать ещё немного деньжат. Финальным планом было открыть сеть таких мобильных “ресторанов”, где работали бы наёмные люди, а самому сосредоточиться на создании собственного сериала с Аями в главной роли. Разумеется. её известность, как актрисы определённого жанра подогрела бы интерес к шоу. Ну или Тотаро надеялся на это. К сожалению, лавка не принесла того дохода, на который надеялся парень. Тем не менее, дохода от неё и интернет контента было куда больше, чем от его работы в магазине, так что он стал брать меньше смен, да и это он делал только ради того, чтобы оставаться в трендах быстро меняющихся предпочтений. Матушке было решено ничего не рассказывать, чтобы не травмировать. Незачем ей было знать, что её дети занимаются сексом на камеру ради заработка. Хотя, если быть честным до конца, Тотаро получал от процесса не только профессиональное удовольствие. Что до Аями, трудно было сказать наверняка. Она напрочь отказывалась расширять штат сотрудников, но оказалась совершенно не против, когда Тотаро привёл её любимого инструктора и предложил немного подзаработать. Так что, обобщая, можно было сказать, что в жизни Аями было два любимых человека. Братик и инструкторша.       Всё шло прекрасно, бизнесс креп и разрастался, популярность зашкаливала, а предложений на “главные” роли у Аями становилось больше день ото дня. Матушка, так и не узнав “позора” дочери скончалась, едва Аями закончила школу. Поступать в университет она не хотела, понимая, что тамошние ученики быстро опознают в ней секс-идола, и это испортит ей обучение. Работать за донаты больше никто не хотел, поэтому фильмы снимались сугубо под заказ будущих зрителей с накопительной чашей и платным доступом к просмотру. Работы, таким образом, стало меньше, а заработок не изменился. Тотаро стал уделять больше времени лавке, окончательно вытянувшись и посвящая ей всё свободное время. Даже во сне он продолжал двигать руками, словно наполнял блинчики, а вечерами думал над тем, как можно было бы разнообразить своё меню. Сиськопудинги, леденцы для взрослых, мороженное в форме половых органов, он использовал всё до чего смог додуматься. Увы, этого всё ещё было недостаточно, чтобы полноценно развернуть вторую торговую точку. Да и Аями становилась нервной. Оказалось, что повседневный секс для девушки привыкшей к нему уже не приносил такого восторга, а значит, нужно было придумывать что-то новое. Впрочем, проблема была глубже. Аями не отказывалась от секса, скорее наоборот, она его хотела. Вот только хотела она того самого восторженного и одухотворенного, а этого дать ей было с каждым новым разом всё сложнее. Тем не менее, когда Тотаро скрипя сердцем предложил ей найти себе парня, она избила его тапком и сказала, что единственный парень, который войдёт в её тело и жизнь, это он и никто другой. Любовь к женщинам любовью, а член женщина не отрастила…скорее всего… Поэтому отказываться от своего брата она не собиралась. Вся романтика с “возлюбленной” закончилась, как только она ушла из кружка по акробатике. Встречаться они стали реже, а сниматься на постоянной основе женщина не хотела, особенно после того, как ей начали поступать весьма неоднозначные предложения о частных занятиях на дому. Вот и получилось, что жизнь Тотаро свелась к торговле в парке с понедельника по четверг с десяти утра до четырёх вечера, сексу с субботы до четверга с шести утра до восьми и шести вечера до десяти, а также монтаж и выкладка материала по пятницам. Всё строго по графику, Аями ушла от этого не далеко, с той лишь разницей, что вместо торговли на ней были ежедневные бытовые обязанности. Разумеется, продолжаться так долго не могло, и вот, Каяба Аями не выдержав устроилась в свою бывшую школу в качестве натурщицы на уроках изобразительного искусства. Увы, работать долго ей не удалось, ведь спустя семь дней её новых обязанностей всё, о чём она могла думать, это о двух членах старшеклассников, что двигались в киске и заднем проходе, и нависающей над её лицом текущей киске главы студсовета. И лишь где-то на задворках её сознания крутилось сожаление, что член её братика сейчас не может заменить собой хоть один из той очереди, что стояла на выходе из класса ИЗО.       Было несколько печально осознавать, что вся жизнь этого человека пройдёт мимо из-за его текущего состояния. В то же время, его зацикленность на своих действиях, или скорее приверженность своему делу, выглядели забавно, но не могли не вызвать некоторого уважения. Если в аду есть место для лавочников с Фаст Фудом, то этот парень его заслуживал. Понаблюдав ещё некоторое время за этими движениями, да и ощутив вполне вменяемый и немного манящий запах, Файтер несколько виновато заозирался, словно боясь, что его кто-то застанет за тем, что он собирался сделать. Аккуратно склонившись над одной из жертв, он забрал сумочку. Подавив в себе зачатки хорошего человека, парень беспринципно изъял всё полезное до чего смогли дотянуться его руки и взор, после чего снова вернулся к созерцанию мёртвого повара. Идея казалась глупой настолько, что мысль о домогательствах к Сёстрам Битвы на её фоне выглядела как охренительная идея. Тем не менее, у этого плана, последствия должны были быть менее… впечатляющими… наверное.       Зажав в руке купюру, парень направился к прилавку, двигаясь при этом предельно осторожно. меньше всего ему хотелось очередного боя, которых ему уже было по самые неболуйся, и ещё столько же ждало впереди. Позаламывав руки и попроклинав себя в голове, он наконец обратился к мертвецу, попросив у того блинчик. К удивлению и удовлетворению Файтера, мертвец и правда потянулся в сторону еды, но выглядело это отвратительно. На полпути рука трупа внезапно замерла, и изменив своё направление, раскрылась ладонью вверх перед парнем. Догадавшись, чего ожидает “владелец” закусочной, Файтер положил купюру на руку, которая тут же сомкнулась и попыталась спрятать деньги в недрах одежды, что было сложно сделать в перчатках покрытых соусом и начинкой. А Файтер, тем временем, не теряя ни секунды, схватил один из блинчиков, молясь, чтобы в них не было ничего странного появившегося из-за состояния “отрупления” повара. Бросив последний беглый взгляд на “лавку”, Файтер со смешанными чувствами отметил, что мертвец продолжает заниматься своими делами и даже не думает о преследовании. – Жаль… такой талант пропадает, - бросил он откусив кусочек, и побежал дальше, не позволив себе вернуться за добавкой.       Что такое жизнь в глазах человека? Обычно это отрезок времени за который вы пытаетесь успеть всё на свете, а в конце понимаете, что ничего так и не успели. Что такое жизнь для того, кто видел смерть? Жизнь - это отрезок времени за который умирает человек. Именно так видел жизнь Файтер. Не важно кто ты, кем хочешь стать, на деле ты мертвец доживающий отпущенное время. С того момента, как плачущее тельце покидает утробу матери, оно начинает неостановимо умирать. Кто-то называет это взрослением и старостью, кто-то становлением личности, Файтер называл это предсмертной агонией. Мелкие существа барахтаются в своей луже, считая, что делают нечто значимое, важное, на деле же, отдельная личность или их множество ничего не значат перед лицом всей вселенной. И всё же, именно это мимолетное пламя, яркое и горячее было тем скрытым смыслом, который оставляли после себя люди.       Иллюзий парень не питал. Люди это отвратительные, эгоистичные машины разрушения вселенной. И было это в силу их разумности. Разум толкает к исследованию, исследование требует конечных ответов, а ответы требуют испытаний. Болезни, разрушения, голод, пытки, разрушение планет, галактик, всё это под силу человечеству, лишь дай время. И даже так, это был выбор, выбор, который приходилось защищать.       Кто-то скажет, что небо слепо, вселенная неразумна, а всё сущее существует, чтобы им пользовались. Если уж Файтеру нужно было сформировать своё собственное Дао, то он несомненно бы изрёк нечто, что звучало бы как, самое сильное Дао это Дао инструмента. И это, по его мнению не было простым издевательством над здравым смыслом. Всё в этом мире рождалось с некой целью и ей служило. Солнце освещает и созидает жизнь, вселенная окутывает небесные тела, человек созерцает. Всё вокруг подчинялось пути инструмента, оставался вопрос, кто же тот кузнец, что их куёт. Самым смешным в этой цепочки размышлений было то, что даже кующий всё это кузнец лишь инструмент в чьих–то руках, а руки в свою очередь это инструмент человека, который подчиняется разуму, который в свою очередь существует, чтобы направлять, что делает его таким же инструментом вселенского закона созданного с целью контроля, что тоже лишь функция, а значит - инструмент.       Печально же было не то, что Файтер понимал это, печально было то, что изменить этого он не сможет, сколь бы не пытался. Всё подчиняется законам, изменить законы - уничтожить мир. Стань законом - стань новой клеткой. Всё было так просто, что хотелось то ли плакать, то ли смеяться. Свои амбиции сделать лучше он оставил ещё тогда, после первой попытки. Он наглядно убедился в том, что чем сильнее твоё убеждение в том, что ты знаешь как лучше, тем быстрее ты делаешь ошибки, а плата за них будет неподъемной. Что такое сила? Инструмент достижения цели, увы, сила не прибавляет мудрости, она её затмевает. Наверное каждый обретающий силу делает ряд своих ошибок на пути осознания. Кто-то больше, кто меньше. У кого-то ошибки мелкие, а у кого–то непростительные. Себя Файтер относил к тем, кто совершил непростительный грех и дорого за него заплатил. – Хотелось бы мне узнать чей грех искупаете вы… - бросил он, проходя мимо очередного поля смерти, очередной заваленной полусъеденными телами улицы, - какой “Бог” выбрал этот мир полем боя… – Слышишь, шлюха, нам с тобой возиться смысла нет. Мы думаешь бабу себе не найдём? - послышался мужской голос. Слышен он был откуда-то издалека, куда Файтер ещё не дошёл. Ответов он не слышал, но судя по репликам, которые доносились от быковатого мужика, всё и так было понятно. – Давай-давай, передвигай копытами, сейчас скакать будешь, хы-хы, - послышался другой голос.       Глубоко вздохнув, Файтер с мрачной решимостью поплёлся вперёд гадая нужно ли в это вмешиваться. Все тут были обречены, это было неизбежно. Спасать кого-то сейчас, чтобы он умер чуть позже смысла не было. С другой стороны… – Луна светит всем, и злодеям, и жертвам, - сжав выщербленный клинок в руке покрепче, он тяжёлыми шагами зашёл в подворотню между улицами, где обычно стояли мусорные баки. Трое мужчин посмеиваясь издевались над девушкой. У одного был пистолет, у остальных ножи. Женщина лежала, отвернув голову в сторону и остранённо глядя в стену, ожидая пока эта пародия на мужчин удовлетворят свои желания. Те же, в свою очередь, обступив лежащую расстёгивали ширинки, готовясь приступить к делу.       Клинок мелькнул, отбросив блик и вышел из горла того, что был с огнестрелом. Стоя спиной к дороге, они не видели парня, а занятые насмешками и смехом, не услышали его приближения. Поражённый захрипел, пистолет выпал из его рук, которые рефлекторно потянулись к горлу. В его глазах было непонимание, испуг и удивление.       Услышав своего подельника, оставшиеся двое не на шутку перепугались, тут же найдя убийцу, но Файтер не стал давать им время на реплики. С характерным звуком, клинок покинул шею уже мёртвого подонка и молниеносно устремился к оставшимся. Кровавый фонтан вырвался из рассечённой груди одного, а следом звук пронзания отзвучал от сердца второго. Из-за зазубренности, раны были рваными, выгрызая куски мяса, так что крови было много. Как бы быстр и осторожен не был парень, но кровь всё таки залила его торс и лицо. Бросив взгляд на ошалевшую девушку, он поднял пистолет и развернувшись, молча покинул переулок не сказав ей ни слова.       Убивать людей… Сложно ли это? Нет, не сложнее чем убить котёнка, птичку или зарезать свинью. Вопрос в том, можешь ты это сделать или нет. Хочешь ли ты убивать? Откат, как его называют, настигает лишь тех, кто задумывается, а Файтер уже давно не задумывался. Он ненавидел. Смерть при совершении подвига, смерть при убийстве в подворотне, смерть от отравления или смерть из-за удара головой всё равно останется смертью. Нет большой разницы. Разница лишь в том будет твоя смерть быстрой или нет, болезненной или мгновенной. Если уж решил убить, то не мучай перед смертью, если хочешь мстить, причиняй боль, но не даруй смерти. Всё это он ненавидел. Всем своим существом ненавидел… и совершал. Даже убийство того учителя в школе в самом начале он совершил оправдывая себя тем, что от этого человека будет много проблем в будущем, а его смерть может дать Файтеру ответы. Жалел ли он? Нет, ненавидел ли он себя за это? Однозначно. Легко уйти от этой мысли, когда вокруг тебя есть люди, ты продолжаешь жить или чем-то занят. Стоит остаться одному, и вот ты утопаешь в этом чувстве отвращения к себе, граничащем с жалением себя. Но жалеть было глупо. Это его выбор, его путь, его желание, в конце концов, толку жалеть о своём выборе. С ним нужно жить, переиграть всё равно уже не выйдет, все попытки упущены, а те, что остались оставлены в залог успеха. – Ты! - женский разозлённый вопль заставил парня стремительно развернуться. К нему неслась женщина, лицо искажено от нескрываемой ярости и досады, в руках зажат нож, которым она метила ему в спину. Перехватив её руку, Файтер задрал её глядя в обезумевшие женские глаза. Страх смешивался в них с отчаянием. - Тварь! Как ты посмел их убить, - она всячески пыталась освободить руку, - я битый час умоляла их взять меня с собой в обмен на моё тело а ты всех убил, скотина, урод, ничтожество!       Полная ярости и гнева, она свободной рукой пыталась расцарапать лицо парня, но тот уворачивался, пока в её руке не блеснул второй нож, который она подобрала с тел убитых Файтером людей. Уклониться он не успел и короткое лезвие угодило прямо в правое плечо парня.       Медленно скосив взгляд, он увидел, как лезвие упёрлось в материал плаща и сломалось, так и не пронзив его. Осколки отлетели порезав руку девушки. Покачав головой, он отшвырнул пытавшуюся его убить женщину, после чего снова молча пошёл прочь, думая, как же он мог так глупо ошибиться. – Нет, - донёсся его шёпот, - Бог не может ошибаться, ведь концепции добра и зла созданы людьми и для людей…       Женщина так и осталась сидеть на грязном асфальте, полная гнева и жажды убийства. Но куда важнее для неё сейчас было отыскать других идиотов, которые могли бы взять её на опеку взамен убитых этим сумасшедшим.       Время неумолимо двигалось, а вменяемость происходящего таяла буквально на глазах. То и дело прыгая между состояниями смертности и сверхсилы, тело начало постепенно отказывать. Не до такой степени, чтобы свалиться от изнеможения, всё же присутствующая мана не позволила бы такого, однако, всё чаще о себе давали знать боль от травм, внезапные приступы слабости, при которых и на ноги встать было настоящим подвигом, а также нестерпимый голод, который уже не получалось игнорировать.       Блинчик, позаимствованный у зомби не слишком-то помог, хотя и был вкусным, насколько это вообще возможно для блинчика приготовленного мертвецом. Проблем с тем, что поваром был зомби у Файтера не было. Хотя, правильнее будет сказать, что пока пища была съедобной, у него не было предрассудков по поводу повара. В конце концов, разумная нежить, способная выполнять сложные задания для Файтера не новость, а история жизни.       Избегая лишнего противостояния, парень решил вернуться к реке и продолжать путь где-то неподалёку. Ему казалось, что вероятность наткнуться там на монстров должна быть меньше. Морские твари, а в их существовании Файтер не сомневался, уже давно сожрали всех прибрежных мертвяков и нашумели в процессе достаточно, чтобы собрать там и тех, что были неподалеку. Чего парень не ожидал, так это того, что случилось далее. Произошло всё внезапно, но от этого было ещё опаснее.       С мощным всплеском, воды реки взметнулись, явив на свет нечто рыбоподобное и размером не уступающее киту. Проблема, однако, была не в существе как таковом, а в том, что оно было сильно ранено и истекало какой-то жидкостью. Причиной этого ранения был другой объект. Гуманоидный, хоть и гораздо крупнее человека, он буквально врос ногами в шипастую спину рыбы, что доставляло ей неописуемую боль. Трудно было сказать, что именно он делал, но тело монстра стремительно усыхало, словно из него высасывали все жизненные соки. Вместе с тем, существо безошибочно направлялось к берегу, что видел Файтер. По его прикидкам, не пройдёт и минуты, как туша выберется на сушу. Глотка существа была открыта и изнутри безостановочно выпадали тела. А если быть точным, то зомби. Что ещё важнее, судя по тому, что у большинства из них был только один глаз ровно по центру, четыре конечности не считая видоизмененных ног, что больше напоминали таковые у кузнечиков, а также мощную мускулатуру, то становилось ясно, что рыба была не обычным монстром, а чем-то вроде производственного центра. В отличии от прочих зомби, эти больше походили на ту дрянь с бензопилой. Они точно видели свою цель, могли слышать, чувствовать запахи, а главное были быстры, сильны и могли регенерировать. И, поскольку, единственным живым человеком в зоне видимости был Файтер, они испытывали к нему самый, что ни наесть гастрономический интерес. Вместо ртов у них были какие-то мешки с всасывательными каналами, что походило на попытку собрать генетический материал. Нечто подобное Файтер уже видел, а точнее имел представление. Сомнений в рукотворности этой заразы у него не было. Кто-то хорошо поработал над этим, и с учётом предыдущих миров, что были в этом путешествии, Файтер начинал думать, что текущая ситуация является апогеем всего предшествовавшего, да ещё сдобренного обилием культовых отсылок. Виновником был “человек”, и он точно был из мира Файтера, даже гадать нечего. А если так, то все первичные мысли по поводу вируса были ошибочны. Теперь это было очевидно.       Новой теорией был двухкомпонентный, разумный, запрограммированный вирус с возможностью саморазвития. Одна его часть заставляет расти население планеты, вторая жаждет его истребления. Если мыслить в этом направлении, то вскоре выжившие люди образуют некие города за стенами. Для продолжения рождаемости в геном будет внедрён вирус вызывающий сексуальную зависимость, которая, скорее всего будет прекращаться с беременностью женщины. Каким механизм будет для мужчин, Файтер не был уверен, но подозревал, что у нового поколения людей будет некий переключатель в момент полового созревания или сезонное обострение. Что же до зомби, то с учётом скорости прогресса, скорее всего параметры роста были заложены изначально, а “системный” код был сжат и начал процесс распаковки с увеличением количества заражённых, попутно подвергая их мутациям. Если это было лабораторией и было связано с попытками уничтожения Земли, то скорее всего таким образом разрабатывался некий вид новых бойцов взамен тех, что первоначально использовались для нападения на Землю. В таком случае вряд ли планировалось полное уничтожение. Вероятнее всего, в какой-то момент вирус прекратит экспансию, позволив человеческому роду взять передышку и перегруппироваться, адаптироваться к новым условиям. – Я не могу рисковать, - покачал головой парень, - если это и правда испытательный полигон, - прорычал он сжав кулаки. Мысль, что посетила его голову была ужасной, но он ничего не мог с этим поделать. - Как только я придумаю как вырваться отсюда или разорвать петлю… - глаза его вновь похолодели, приняв полностью безразличное выражение, - я уничтожу эту планету!       Ещё раз глянув на толпу достигшую берега и особенно выделяющегося на их фоне великана, он приложил все силы, чтобы добраться до ближайшего входа в здание. Везением можно было считать, что это оказалась адвокатская контора. Перевернув офис вверх дном, Файтер нашёл, что искал. Пачка бумаги для принтера была стремительно раскромсана на небольшие лоскуты – Нельзя создать амулет не вложив в него энергии, - рассуждал сам с собой парень, - но моя кровь тоже мана. - приняв решение, он достал нож и без колебаний перерезал себе запястье, начав сливать кровь в вазочку из под конфет. свойства надетого плаща поспешили начать залечивать рану и восстанавливать кровообращение, но Файтер насильно прервал процесс, позволяя крови вытекать и дальше. Лишь почувствовав головокружение, он позволил себе остановиться. - Ну что ж, - злобно прошипел он, - кровавых амулетов я ещё не делал, но всё бывает впервый раз, не так ли? - окунув палец в кровь, он начал не очень аккуратно выводить рисунки на бумаге, надеясь, что его теория не была ошибочна.       Изготовив первый же амулет чьим свойством было общее укрепление на внешние предметы, он попытался активировать его применив к одежде. Засияв цветом крови, он мгновенно активировался, наложив кровавый рисунок на плащ, рубашку и брюки. Убедившись в работоспособности метода, Файтер вознамерился сделать так, чтобы ни капли пролитой им крови не пропало зря.       Треск ломаемого бетона и шум взрывов огласил округу. Мужской силуэт вылетел из пыли и кусков битого бетона, прокатившись по земле. Не позволив себе слишком долго лежать без дела, он вскочил пустив красный клинок в дело. Несколько голов многоруких тварей отлетели разбрызгивая жёлтую жидкость. Сам мужчина был покрыт рисунками, которые отдалённо можно было описать, как проявление магических цепей, но цвет их был такой же, как у запёкшейся крови. Клинок отливал алым, словно был насквозь пропитан резнёй и жаждой смертоубийства.       Из разрушенной стены вышел гигант, которому впору было сойтись в рукопашную с таким проявлением силы и мощи, как Берсеркер. Оно совершенно спокойно преследовало Файтера, словно воплощение невозмутимости и целеустремленности. В чём-то, что можно было описать как глаза, светился интеллект и жажда. Жажда силы, необходимость чего-то, что точно было у его цели.       Файтер отвечал ему только холодом и отрешённостью. Мыслями он вернулся на много лет назад, в те времена, когда отказался от всякого рода эмоций. С него было достаточно. Что именно стало последней каплей он не смог бы сказать даже если бы захотел, просто в какой-то момент он понял, что с него хватит. Эксцентризм, юмор, надежда, всё это уже не могло скрывать главного - усталости. Он устал играть в эту игру, устал переигрывать эту шахматную партию. Устал идти на компромиссы с самим собой, оглядываться на чувства, страхи, устал думать... – Назвался Богом – веди себя, как Бог, - произнёс он, - стал Богом – отринь смертность, - его глаза закрылись, - отринув смертность, отринь человечность и стань тем, - его глаза открылись полыхая презрением и надменностью, - кем был перерождён… монстром. Богом для тех, кто преклонился и Дьяволом в глазах тех, кто пошёл против.       Клинок ещё сильнее наполнился алым светом, начав потрескивать от перенапряжения. Никакой божественности в нём не было, лишь несколько зачарований амулетами. Произнесённые ранее слова адресовались самому себе, хотя и состояли по большей части из того, что было сказано ему, когда он заключил свою самую главную сделку. Остаток искры пламени, что теплился в умирающей планете, последняя капля той сущности, что поддерживала всю эту мириаду миров и населяющих их людей. Последний вздох Земли, коллективного сознания хранителей человечества, что некогда назывались богами, а после стали известны как Гайя, и отданного в обмен на обещание победить и вернуть заёмную силу с процентами.       С хрустом асфальта под ногами, “человек” сорвался с места устремившись к своему врагу. Хоть он и несколько изменился, но Файтер узнал его. Именно эту штуку он выпустил из метро вместе со второй гадостью, что сейчас уничтожала военных по всему городу. Он понимал, что убить её сейчас не сможет, но уж точно даст бой достаточный, чтобы “Немезис” передумал преследовать его.       Клинок, переживший непосильные испытания располосовал “руку” существа, но остановился напоровшись на кость. Противник не стал медлить, и используя этот момент, попытался ударить Файтера второй рукой, а повреждённую отвёл назад, пытаясь таким образом лишить Файтера оружия.       Попытавшись всё же вытащить лезвие, Файтер покрепче ухватился за рукоять, но такое испытание было выше того, что могло выдержать потрёпанное холодное оружие. Окончательно потрескавшийся клинок развалился, а Файтер был отброшен ударом назад. Из хорошего было лишь то, что осколки так и остались в руке, которая уже начала понемногу восстанавливаться.       Прокатившись через спину, парень вскочил на ноги, выхватив из под плаща два пистолета, которые подбросил в воздух. Тут же он вытащил два кровавых амулета по одному в каждой руке. – Метеоритный залп! Огненная лилия! - прокричал он. Два рисунка расцвело от амулетов параллельно дороге. Падающее оружие прошло через эти рисунки, которые сразу же отпечатались кровавыми узорами на металле. Поймав пистолеты, Файтер тут же сделал один выстрел из правого ствола подчистую снеся голову подобравшемуся близко прихвостню.       Проанализировав степень угрозы, монстр выпустил несколько жгутов из здоровой руки, которые тут же пронзили нескольких зомби с четырьмя руками, чтобы спешили ему на помощь. Притянув их к себе, он закрылся ими как живым щитом. Прогремел выстрел, и пуля из левого пистолета угодила прямо в одного из захваченных мутантов, но нового выстрела не последовало. Вместо этого спустя несколько секунд, тело мутанта раздулось и прогремел взрыв, разметав его остатки по всей улице. Остальным тоже осталось, но они всё ещё могли выполнять роль щита. – Вззззз… - звук бензопилы стал более отчётливым на фоне тишины после взрыва. Оглянувшись, Файтер увидел старого знакомого, что уже оправился от повреждений, а сейчас был занят тем, что кромсал мутантов на своём пути, стараясь как можно большую их часть поглощать своей мясорубкой в животе.       Оценив перспективы, Файтер сделал несколько выстрелов метеоритным залпом в сторону “Немезиса” заставляя того изменить положение, так как первый же выстрел не только пробил нанизанного на жгут мутанта, но и нанёс повреждения по корпусу ему. Ударом ноги Файтер откинул бросившегося на него слева мутанта и сделал выстрел огненной лилией в землю перед собой, после чего поспешил тут же отступить, позволив уклоняющемуся от выстрелов эксперименту нагнать себя и быть подорванным сдетонировавшей с задержкой пулей. – Взззз! - звук стал ещё ближе, настолько, что казалось, он раздавался прямо под ухом, а ведь времени прошло всего ничего.       Развернувшись, Файтер тут же сделал выстрел в пилу, что грозила опуститься ему на грудь. Раздался звук столкновения ускоренной метеоритным залпом пули с цепной пилой и треск ломающегося металла. Звенья цепи отлетели прочь, а зомби был немного отброшен из-за инерции. Воспользовавшись моментом, Файтер сделал ещё один выстрел разрывной пулей себе под ноги и тут же подпрыгнул, прикинув, что “Немезис”, уже должен быть на позиции. Нога коснулась торса монстра, чьи обе руки теперь были повреждены, впрочем сейчас ему было не до Файтера, так как оставшееся целое лезвие бензопилы начало стремительно погружаться в плоть мутанта. Файтер же, использовав плечо как трамплин, перепрыгнул мутанта и устремился прочь от места теперь уже их схватки. И хотя он смог отделаться от самых проблемных противников, на улице вдалеке маячили пара тысяч изменённых выкормышей той шипастой дряни. – Время пробежаться… - ринувшись прямо на толпу, парень сделал несколько выстрелов, продырявив головы нескольких мутантов в разных частях толпы. Спустя несколько секунд раздались взрывы, разметавшие ошмётки. – Уиааааа! - визг монстров явно не походил на человеческий.       Файтера эти мелочи уже не волновали. Удар ногой, пригнуться, выстрел продырявивший сразу несколько тварей на линии, прыжок и сальто, в процессе два разрывных выстрела. Снова оттолкнуться от головы очередного уродца и опять два выстрела пронзающими. Два размашистых удара ногами и удар в прыжке. Зацепиться ногами за шею очередно свернув её и сделав ещё выстрел. Кувырок и снова несколько выстрелов из обоих рук.       Отбросив опустевшее и поврежденное из-за использования не по назначению оружие, он выудил пару амулетов стихии молнии с парализующим действием. – Печать молнии! - крикнул парень, наблюдая, как площадь диаметром в пятьдесят метров становится зоной высокого напряжения. Выудив ещё несколько амулетов, он обновил зачарование на одежде, а так же добавил к обуви усиление. Разрезав обе ладони ножом, он позволил крови стекать по руке, пользуясь выигранным временем молниевой печати. - Кровавая жатва! - приказал он, и кровь стекавшая до этого по рукам пришла в движение сформировав два кровавых лезвия. - Кровавый Серп! - новый приказ был отдан и два слеша полетели от клинков сметая всё перед собой. - Кровавая Жертва! - ещё больше крови покинуло тело парня через порезы в ладонях, которым он не позволял закрыться. Скапливаясь, она приобретала форму кровавых клинков, что выстроились кругом за спиной парня. - Рывок! - новый амулет вспыхнул кровавым светом создав воздушный толчок швырнувший парня вперёд. Конечности монстров отваливались раньше, чем они осознавали происходящее. Клинки то и дело отделялись от парня, кромсая врагов вокруг. Чем большее количество они убивали, тем меньше и тоньше становились, но это совершенно не распространялось на те два кровавых меча, что были непосредственно в руках.       Множество тварей были лишь ранены, но никак не добиты, поэтому с визгами и воплями продолжали преследовать парня. Он же в свою очередь отвлекался лишь на тех, что были в зоне его безопасности. куда большую угрозу представляли целые и готовые к бою мутанты. Мельком осмотревшись и подметив, что ряда уже давно сомкнулись за его спиной, и волны накатывают по телам поверженных врагов, Файтер кровожадно улыбнулся. – Кровавое Воздаяние! - сотни тончайших кровавых игл выросли из тел как раненых, так и уже убитых тварей. Это были те капли крови, что оставились в телах, истанчая клинки за спиной парня. - Кровавая жертва! - произнёс он следом. Иглы, что были в мертвецах мгновенно покинули куски мяса, а раненые окончательно иссохли, позволяя крови забрать из них всю жидкость. Указав рукой вперёд, Файтер отдал приказ заставив тысячи игл острой волной устремиться во врагов на его пути. Иглы устремились в тела ревущих монстров, действовавших предсказуемо из-за их количества. Будь их всего несколько с простором для манёвра, убить их было бы сложнее, но только не когда они прут всей кучей и плотно друг к другу. - Кровавая Лилия! - словно приговор закончил Файтер. Кровавые иглы, что попадая остались в телах едва ли сильно пострадавших монстров резко уплотнились и сжались, начиная процесс перегрузки и детонации. Несколько секунд спустя округу разорвало многочисленными взрывами. Тела монстров разбухали изнутри из-за сжатого взрыва, а потом их внутренности забрызгивали округу.       Единственным минусом было то, что прибегать к магии крови Файтер хотел в последнюю очередь, так как это была крайняя мера, после которой ему требовалось восстановить не только магические силы, выносливость, но и жизненную энергию, которую черпать мертвецу неоткуда, если он не начнёт поглощать живых, действительно живых людей.       Сделав несколько прыжков от стен зданий, чтобы окончательно выбраться из окружения, он принял ещё одно решение, о которых точно не будет сожалеть, но будет ненавидеть. В конце концов сколько ещё отъявленных подонков он встретит на своём пути. Шанс восстановиться точно представиться, главное не упустить его. Скрывшись от преследовавших его тварей, он увидел повреждённый вертолёт, что бесконтрольно метался по небу, грозя потерпеть крушение где-то неподалёку. – На это у меня нет ни сил, ни времени, - отмахнулся он, наблюдая, как машина резко пошла на снижение начав закручиваться, - это хороший день, чтобы умереть, - проводив “птичку” скрывшуюся за высоткой взглядом произнёс он, собираясь наконец отдохнуть и зализать раны в церквушке, что оказалась на его пути. Тело уже окончательно не хотело слушаться, а потеря крови второй раз за короткое время грозила долгим сном. Поэтому в его же интересах было отыскать спокойное и безопасное место, чтобы переждать последствия его решительных действий.       Япония всегда была удивительным государством и землёй, но отнюдь не уникальным во многих аспектах. Тем не менее, не так много исторических земель, где бок о бок могли бы существовать самые разные верования и предания. На островах находилось место всем: Ёкаям, божествам, духам, тотемам, призракам и культам. Не сказать, что такой подход к делу был единственным в своём роде, но только японцы могли увязать вместе призраков, духов и божеств, дать им суперсилы с названиями в честь нордских героев или орудий и поместить всё это в какой-нибудь этти гаремник, где главным действующим лицом был бы какой-нибудь изврат с чёлкой на глазах.       Ещё одним стереотипом, а возможно просто верованием одного конкретного человека было то, что католические храмы в Японии не могут нести в себе ничего хорошего. Можно было даже сказать, что это новая концепция веры.       Садато Кая не был приверженцем этой концепции. Его жизнь сложилась, как и у многих. Отец был участником второй мировой и на ней же погиб. Мать погибла при бомбёжках. Всё, что оставалось молодому парню, это молиться. Молиться за умерших, молиться живых, молиться за благополучие. Садато не был глубоко верующим человеком в детстве, но он видел ад. На самом деле, если спросить всех людей Земли кто из них видел ад, то наверное японцы ближе всего к этому. Если ад это место мучений, место где умершие не могут обрести покоя и получают бесконечное наказание, то чем место падения ядерной боеголовки не ад? Тысячи погибших, сотни навечно искалеченных и даже годы спустя десятилетия трагедия напоминает о себе врожденными заболеваниями, экологией, историей. Тем больнее сознавать, что в ответе за это был не Бог, а человек. Человек создал, построил и применил это оружие судного дня, но знаете что? Воля Бога направит руку человека, как дар художника правит его кисть на холсте. И ежели Бог сотворил такое, значит люди переполнили чашу терпения демонов на земле и Бога на небесах. Так считал Садато, и по той же причине он подался в религию. Увы, местные религии не казались мужчине такими уж однозначными. Все Боги, коих насчитывалось не мало, так или иначе призывали к чему-то, поклонению, войне, жертвам или подаянию. Господь же не требовал ничего из этого. Он требовал верить. Не требовал он храмов, не требовал денег, не требовал убивать. Люди да, Бог нет. Библию, как её знают переписывали столь много раз, что трудно понять, что есть правда, а что ложь, за исключением разве что того, что Библию написали люди и для людей. Вот за десять заповедей можно было ручаться. Ведь они ничего плохого не требуют, а вот в Библии есть много всего неоднозначного. Посвятив себя этому, Садато Кай стал священником своей небольшой церкви. Как и все, он принимал пожертвования и помогал страждущим, давал советы, но не отпускал грехов, ибо считал, что человек не вправе отпустить грех свершённый человеком. Ибо не свят.       Чтил он и иной завет. Мужчине положено в жизни создать семью, продолжить род и посадить дерево. Трактовок этого изречения множество, Садато же придерживался своей собственной. Человек рождается из союза, а значит не одинок и таковым быть не должен. Одинокий не поймёт тех, что в группе, а значит и помочь не сможет. Тебе жизнь дарована, и ты подари её, ибо рождение есть чудо. Жилище воздвигни, дабы костям твоим приют был, а детям дом отчий, как Господь Землю воздвиг чадам своим. Дерево посади, дабы корни на земле пустить и о грехе помнить.       Так и жил священник, проводя дни свои в молитве к Господу своему, помощи нуждающемуся и воспитании детей, любви к супруге да о саде заботе. Дом Божий всегда был открыт, утвари было в нём не много, а от того и интереса среди людей, что могли бы с чёрным сердцем прийти, не вызывал. В последние свои минуты жизни, Садато не разуверился ни в вере, ни во Всевышнем, он лишь спрашивал себя о том, как просмотрел пришествие Чумы, Войны, Голода и Смерти.       Стоя перед распятием, с крестом, пробившим его череп, Святой Отец шептал свои молитвы. Он всё ждал когда же сознание покинет его. Несколько его прихожан уже были мертвы. Он собственными глазами видел, как ворвавшись, обезумевшая тварь покусала нескольких людей, и те обратились практически мгновенно. Застигнутый врасплох, он и слова сказать не успел как его укусили за шею, забрызгав одеяние свежей кровью. Самые отчаянные попытались дать отпор, в результате чего церковь наполнилась мёртвыми телами. Он и сам не избежал этой участи, когда одна из женщин с визгами и воплями пробила его голову крестом, что и сейчас венчал его макушку на манер короны. Пока сознание ускользало, он продолжал молиться, спрашивая себе как же так случилось. Он молился, молился и молился, пока в церкви не воцарилась тишина, нарушаемая лишь его бормотаниями. Больше не осталось ничего, лишь мольбы о спасении душ грешного народа Земли.       Скрип распахнувшихся входных створ был каким-то чуждым и неожиданным в этом мёртвом покое. Размеренный топот сапог по полу, отдававшийся тяжёлым эхом по молельне. Резкий запах свежей крови исходивший от вошедшего пробудил несколько, на вид мёртвых существ, но так же быстро кровавый клинок отсёк их головы ещё сильнее наполнив помещение кровавыми лужами.       Осознав, что кто-то вошёл, Святой Отец медленно развернулся к гостю, считая, что это Ангел Смерти пришёл за его душой, но встретившись взглядом с холодными глазами человека с длинными чёрными волосами одетого в чёрный плащ, окровавленного, равнодушного, излучающего вселенское спокойствие и отрешённость, он замер. – Ты Дьявол, пришедший по наши души или Господь милосердный, что сжалился над своими детьми? - спросил священник, устремив взгляд на мужчину. – Для одних я Бог, несущий спасение, иным же предстану Дьяволом уничтожителем, - спокойно ответил парень, рассматривая священника. Его глаза сфокусировались на голове Святого Отца, словно он видел что-то, чего не могли видеть остальные. – И кто же ты сейчас? - разведя руки в стороны спросил церковник. – Ныне я Дьявол, что несёт погибель этому миру, - дал спокойный ответ Файтер, устремив холодный взгляд на священника. – Стало быть, ты возжелал нашей смерти, - кивнул он в ответ. – Не смерти я желаю, - покачал головой собеседник, - но лишь должен вам нести её. – Разве есть понятие долга у Бога или Дьявола перед тварями Господними? - удивился “Сын Божий” – Кто знает, - покачал головой Файтер усевшись на скамью для прихожан, - одни остаются глухи к мольбам, иные же отвечают на них, а есть и те, кто карают молящихся… – Разве всё это не проистекает из желаний? - философски подметил священник, - хотеть или не хотеть. Высшие ничем не обязаны и ничего не должны по отношению к низшим. Нам дарован мир, дарован разум, это уже больше того, что можно было желать. Тогда разве не остаётся лишь желание высших коим они следуют в нашем отношении? – Всё не так просто, - покачал головой Файтер. Клинок его был настороже, готовый в любой момент убить обращённого священника, который видимо и сам не понимал, что уже не человек. – Ты хочешь нас всех убить? - просто спросил зомби. – Нет, - твёрдо ответил Файтер, - но должен. – Раз не хочешь, то не убивай, - пожал плечами церковник, - это же так просто. Хочешь убить - убей, хочешь остаться безразличным, не обращай внимания, хочешь спасти - спаси. – А что, - Файтер поднял глаза и встретился с на удивление живыми глазами мужчины, - если чтобы спасти одного, требуется убить другого? – А разве Бог не может спасти всех? - с удивлением спросил святоша. - если Бог захочет спасти, они спасутся, если захочет - умрут, - подвёл он итог, - раз ты не в силах этого понять, то значит в тебе больше человеческого чем божественного. – А разве Дьявол не должен понимать людей, чтобы соблазнить их пороками? – Дьявол? - мужчина рассмеялся хриплым старческим смехом, - а кого соблазнил Дьявол? Кто может сказать, что именно Дьявол заставил его сделать что-то? Рай и Ад это как город и тюрьма. За нарушение законов тебя отправляют в тюрьму, но начальник тюрьмы не заставлял тебя нарушать закон, город как Рай, где ты живёшь пока следуешь правилам. – И что же тогда делать Богу, что захотел спасти мир, и для этого нужно уничтожить другой мир, что несёт угрозу тому, который ему приглянулся? – Хм, - старик задумался, присев подле Файтера на скамью, - спасти, уничтожить, разве в конце это не сводится к желаниям Бога? Боги делают лишь то, что желают, никто не может заставить его сделать того, что ему не нравится. Впрочем, сам я не Бог, а лишь верный слуга его в этом мире, - многозначительно посмотрел старик на Файтера. - Боги повелевают мирами, миры отвечают им, отдавая всю свою энергию, так Боги и вершат судьбы. Раз уж ты назвался Богом, так реши судьбу этого мира, - улыбнулся старик. Пелена прозрачного-молочного цвета окутала его тело, исходя от креста в его голове, постепенно истончаясь. То, что привлекло внимание Файтера с самого начала теперь стало для него таким очевидным. С тем, как свет тускнел, парень понимал, что именно исчезало перед ним. Этот человек был так одержим своей искренней верой, что достучался до сокровенного. Это было так просто, но Файтер напрочь забыл об этом. Вскинув руку, он прикоснулся к умирающему старику, ощутив свет на своей руке. Незапятнанная мана заструилась по его ладони, проникая в тело.       В любом “низшем” мире есть некий канал, что обеспечивает подпитку от старшего мира, это он понял уже давно. Некая сущность в этом мире всегда выполняла такую задачу, являясь связью. Библейский Бог из мира Иссея, Престол Божеств в Канасубе, Семя в САО, Титаны на Азероте и таких примеров было множество. В одних мирах эти “воплощения” системы умирают, в других жертвуют собой, в третьих становятся самым большим злом, но они всегда есть. Но этот мир был мертворождённым. Если верить сказанному, то “Пророк” этого мира мёртв, а история не была рассказана, значит сила просто оставалась бесхозной и любой, кто соблюдает условия сможет дотянуться. Сила от истоков Земной Гайи, что порождает и питает этот мир…       Наблюдая за погрузившимся в мысли Файтером, старик не без удовлетворения увидел, как выражение лица его немного посветлело, словно он смог нащупать путь, поэтому последние его секунды, пока он обращался в пепел он улыбался. Улыбался тому, что даже в конце своей жизни смог направить на путь страждущего. – Что ж, старик, - глянув на обратившегося в залу священника произнёс Файтер, - не могу тебе ничего обещать, но если будет хотя бы шанс, этот мир выживет! - произнёс Файтер с поклоном проводив развеянный пепел. Взвесив упавший крест на руке, парень припрятал его в полах плаща, намереваясь использовать в будущем. Разобравшись с мелочами и заперев входные двери, он наконец мог осуществить идею, что пришла ему в голову вместе с осознанием. Поэтому, не став больше терять ни минуты, он, закрыв глаза, погрузился в глубокую медитацию. Объём маны, который открывался перед его глазами обещал качественный скачок в развитии и грядущие кардинальные изменения.       Через пустынные улицы, лавируя между грудами обломков и некогда рабочей техники, не сбавляя темпа, в спешке проносились три хамви. Высвечивая светом фар любое препятствие, транспорт вполне успешно мог не терять скорость и двигаться к цели несмотря на тьму ночи.       Произошедшее ещё долго будет яркими вспышками посещать умы выжившего отряда морпехов и капитана сил особого назначения полиции. Минами Рика устало откинулась в кресле на переднем сидении одного из хамви. Джонсон участливо согнал с руля уже откровенно уставшего паренька, который после дозы адреналина в аэропорту чувствовал себя крайне вяло. На старого вояку можно было положиться, потому Рика и сама уже начинала понемногу бороться со сном, постепенно проигрывая это противостояние. Лениво докуривая реквизированную у Эйвери сигару, девушка приспустила молнию тесной в груди униформы, наконец осознавая насколько лишь одно серьёзное столкновение с противником истощило их силы. Физические и духовные.       Они и до этого момента были далеко не свежими и полными сил, а сейчас и подавно. Но к чести отряда, держались они хорошо. Джонсон, с его собственных слов конечно, лично отбирал в свой отряд бойцов по одним лишь ему ведомым критериям. В результате чего, в его группе собрались специалисты самых разных назначений, от эксперта по хакингу и взлому, до мастера заварки капучино.       Провожая тёмные силуэты зданий, проносящихся перед глазами, Рика в очередной раз задумалась о подруге, оставшейся в этом городе совсем одна. Хоть Рике и удалось получить обнадёживающие новости, на сердце всё равно было тревожно. Старый мир рухнул и это пробуждало в людях худшие стороны, скрытые до этого моралью. Она была обязана отыскать Сидзуку и обеспечить её безопасность, ибо больше у них обеих никого не осталось.       И всё же, пока была возможность, следовало отдохнуть. Минут десять, не больше. Вряд-ли кто-то будет возмущаться после того через что они прошли. Неизвестно когда снова появится свободное время и следовало распорядиться им мудро. Да и на врагов они не натыкались с самого выезда. Нужно было только расслабиться и… – Контакт! - заорал во всё горло один из сидевших в машине морпехов.       И дать всему полететь к чертям!       Не успел он даже закончить предупреждение, как машину мотнуло вправо и она резко затормозила, заставив Рику приложиться плечом об дверь. Где-то со стороны земля буквально взорвалась и обдала их крошкой асфальта. Помотав головой, Рика подхватила винтовку и на автомате соскочила с машины, взглядом ища ближайшие укрытия, но натолкнулась на… странность. То место, где случился взрыв, располагалось посреди дороги чуть впереди, из-за чего и пришлось резко тормозить, но главным было не это. Посреди небольшой воронки был воткнут огромный, в пару метров длины штырь… напоминающий арбалетный болт. Жёлтый, словно изъеденный ржавчиной, и с пульсирующими прожилками, этот снаряд при попадании мог превратить их хамви в бутерброд, где прослойкой между пластами металла были бы их собственные тела.       Ошарашенные внезапным нападением, оставшиеся поспешили остановиться, расположив машины поперёк дороги, создавая укрытие для ответного огня. Впрочем, противопоставить минометному огню, за который сначала приняли внезапный снаряд, бойцам было нечего. Тем не менее, превращаться в банку с тушёнкой ни у кого тоже желания не было.       Рика поспешила отступить ближе к зданиям. Заняв позицию за бетонной колонной какого-то офисного здания, она вскинула свою Гекату и начала выискивать засевшего стрелка. Кто бы ни выстрелил из такой штуки, его габариты должны быть не маленькими, чтобы раскидываться такими снарядами и с такой большой силой. Невольно вспомнился сбежавший с аэропорта мутант, но он получил серьёзные повреждения и не должен был вернуться в строй так быстро. Наверное.       Сумерки тоже не прибавляли шансов засечь противника, но её малышка обладала оптической модификацией ночного видения, что должно было уравнять шансы. Пока Джонсон быстро и резко раздавал указания парням, Рика осматривала окрестности. Судя по углу наклона болта, стреляли явно не с земли, поэтому самым логичным местом поиска оставались здания. И в скором времени враг был обнаружен. – Да что же это… - прошептала женщина.       Это больше всего походило на пусковую установку, только из живой плоти. Не зря Рике пришла ассоциация с арбалетным болтом, потому как это нечто по сути и было живым арбалетом! С большим, жёлтым глазом, который неотрывно смотрел в их сторону! Большой, размером с двухкомнатную квартирку, “арбалет” выглядывал из-за угла одного из зданий вдалеке, словно приклеенный снаружи. Сзади можно было разглядеть раздутый мешок, напоминающий паучье брюшко, он вливал внутрь этого непонятного нечто какую-то жидкость, и чем больше вливал, тем более жёлтый глаз краснел, пока не стал полностью кровавого цвета. Одновременно с этим, подобие тетивы стало вновь натягиваться. Он натурально взводил новый снаряд, готовясь стрелять прямо из собственного тела! – Не сегодня, кусок дерьма! - её рука была быстрее. Вскинув винтовку, Минами взяла под прицел мутанта и Геката коротко рыкнула, выпуская пулю в цель, прямиком в кроваво красный глаз. Существо дёрнулось и выстреливший болт отклонился от изначальной траектории и угодил в брошенный отрядом хамви, превращая его в сплющенный блин. Это было плохо. Если они ещё и транспорта лишатся… – Джонсон! Надо уходить отсюда! У меня патронов не хватит убить его окончательно! - прокричала она, видя как пострадавший орган зрения уже начинал понемногу регенерировать! – Вы все слышали леди, мальчики! По коням! - отозвался морпех. Даже с учётом потери одной машины, у них было ещё две, а это было терпимо… – Сэр, мы окружены! - прокричал в ответ один из связистов, Маэда. – Что?!       Они не успели ничего осознать, как несколько болтов накрыло их позиции. В один момент перекрёсток на котором они остановились, накрыла какофония взрывов. Взбугрился асфальт, разворотило тротуары, а оставшиеся две машины снесло взрывной волной куда-то в стороны. Накрыло всех, без исключений, и перекрёсток погрузился в звенящую тишину.       Широ пролетал над городом, стараясь не подниматься слишком высоко, надеясь не упускать по дороге никаких важных деталей или уцелевших. Его острое зрение нещадно потрошило квартал за кварталом в проносящейся полосе высоток и зданий, потрошило на любой намёк тех, кто не мог самостоятельно справиться с реалиями этого нового, безумного мира. Конечно Файтер уже к тому моменту проделал просто отличную работу и сумел собрать воедино разрозненные силы военных, но этого всё равно было недостаточно. Вирус развивался слишком быстро, слишком стремительно, порождая довольно живучих и приспособленных носителей уже на данном этапе.       А ещё, Широ был вынужден признать, что попав в этот мир, он действовал слишком вяло, мало где проявляя инициативу. Сказывалось путешествие с Файтером, ибо в тех мирах он был компетентным экспертом, у которого был большой опыт за плечами, следовательно, Широ позволил себе быть ведомым, но при этом никогда не забывал о своей прямой обязанности спасать тех кто нуждался в этом. Следовало это исправить и начать действовать активнее.       У Эмии было смутное чувство каждый раз, когда он смотрел на группу подростков, что осталась в апартаментах подруги Марикавы, было чувство того, что они важны. Может именно они должны были влиять на события в этом городе до того как вмешался он с Файтером. Широ привык доверять интуиции, потому то он и отдал предпочтение именно им. Ещё и эта Сая со своими хотелками… это вызывало улыбку, ибо она была слишком похожа на Рин. – На связи морпех Шичика Маэда, из Американских спецсил Окинавы, передача на всех частотах! Мы подверглись массированной атаке и несём потери! Запрашиваем помощь, приём! Хоть кто-нибудь! Мы застряли на перекрёстке в нескольких километрах к северу от аэропорта! Повторяю на всех частотах…       Широ мгновенно остановился, зависнув в воздухе и прислушиваясь к передаче по рации. Выходило так, что Файтер умудрился собрать не все группы военных и одна такая угодила в передрягу. Решение было принято быстро. – Приём, Шичика Маэда из Окинавы. На связи Выживший, уточните ваше местоположение и я обеспечу вас огневой поддержкой, как слышите? – Выживший?! Какой ещё Выживший… а впрочем, плевать! Мне всё равно кто ты, если можешь, то помоги! От отряда осталась лишь половина! - слова из рации сыпались быстро, вперемешку с грохотом и взрывами. - Мы можем выпустить сигнальную ракету! Ориентируйтесь на красный дым и ради всего святого, поспешите! – Принято. Скоро буду. - сказал он и почти тут же засёк зрением вдалеке яркую вспышку в ночи, озарившую ближайшие высотки алым отблеском света. Ни теряя ни мгновения, Широ рванул так быстро, что создал небольшую воздушную волну.       Окружающие здания промелькнули смазанным слайдом и вот он уже приземляется на одной из таких высоток, расположившись на гигантском не то шпиле, не то антенне. Отсюда был самый лучший обзор. Призвав в руку лук и стрелы, он был готов в очередной раз бороться со смертью.       Рика очнулась мгновенно и болезненно, резко вдохнув воздух. В голове нещадно гудело, а картинка постоянно расплывалась перед глазами. Она лежала посреди раскуроченного асфальта и совершенно не помнила как там оказалась. Последнее что было в памяти, как кто-то закричал о засаде, а потом была тьма.       Женщина медленно приподнялась на локтях и попыталась оглядеться, чувствуя пульсацию в висках и что-то тёплое на лбу и щеках. Не нужно было быть гением, чтобы понять что именно. Где-то в отдалении валялась её винтовка и несколько трупов морпехов. От перекрёстка по внешнему виду осталось одно название. Теперь это было лишь месиво из обломков тротуара, земли и машинного металла. Лишь вражеские штыри возвышались, воткнутые в самых разных местах. Получается, что их накрыло со всех сторон в самый неподходящий момент. Они были беспечны… и поплатились за это.       В этот миг один из очнувшихся солдат запустил в воздух сигнальную ракету, сопровождая это различными фразами, которые Минами не могла различить из-за звона в ушах. Она тряхнула пару раз головой и тут же поморщилась от боли, но звон стал постепенно отступать. – … питан! Капитан Минами! Да придите вы в себя! - она повернула голову на звук и увидела пытающегося докричаться до неё Джонсона. Бедняга тоже был помят, но не смотря на это, взвалил на плечи одного из видимо ещё выживших морпехов. - Мы должны уходить прочь с улиц! В зданиях безопаснее! – Сэр, я вышел на связь! - крикнул откуда-то Маэда. - Какой-то выживший обещал нам помощь! – Один человек?! И это всё?! Что может один единственный боец против такой силы?! - прокричал Эйвери и тут же закашлялся, подкосившись. – Капитан! – Не дождётесь! - рыкнул морпех и через силу заставил себя вновь встать. Где-то на уровне бедра стало отчётливей видно красное пятно увеличивающееся в размерах. – Они готовят очередной залп! Живее! - прокричала Рика бросившись к своей винтовке. Даже без ночного видения она могла видеть эти кровавые глаза на зданиях вокруг них. Им устроили засаду из которой никого выпускать не планировали.       Она не успевала их спасти. Никого из них. Вот до залпа оставались считанные моменты и ни намёка на укрытие или возможность избежать смерти. Одна винтовка против десятков мутантов… что она сможет сделать? Лишь продать жизнь подороже. Она не верила в героев или удачу в самый последний момент, ибо многих в этом городе эта удача обделила. Лучше уж умереть отдав все свои силы, чем уповать на везение. Винтовка уже в руках, затвор передёрнут, дуло наведено на врага. Она готова…       Они выстрелили одновременно.       Ничего… а затем, вспышка.       Всё слилось с раскатом ночного грома. Минами даже не сразу поняла, что именно произошло. Вот в них со всех сторон летели болты… и в тот же миг, они все исчезли. Стоило лишь проморгаться как спустя лишь несколько секунд на их головы посыпалась мелкая крошка, оросившая всё поле боя. Сердце Рики замерло на пару секунд, когда в одного из мутантов прилетел синий росчерк, нанеся тому существенный урон, разворотив половину корпуса и вывернув часть внутренностей наружу. А затем ещё… ещё и ещё. То тут, то там, громадные здания стали освещать ярко синие вспышки, после которых враги едва ли могли вести огонь. – Что это… было? - прошептала снайпер. – Бог мой… - от себя добавил Джонсон. – Вы так и будете там стоять и тратить впустую купленное мною время? - раздалось со стороны связиста Маэды. Рика тут же поняла что это была оставленная включённой рация. - Сомневаюсь, что также поступят ваши противники. - закончил он, после чего послышался какой-то щелчок и почти в тот же миг очередной синий росчерк метнулся с северо-западного направления, сбивая ещё один снаряд, который был готов отнять жизнь девушки. Очередной взрыв раздался в воздухе и Рика тут же поняла… всё то мелкое крошево после вспышки грома… это были выпущенные снаряды врагов. – Но как… и так быстро… - она тут же прильнула к оптическому прицелу, всмотревшись в то направление, откуда предположительно прилетели синие выстрелы. Сначала она ничего не могла увидеть, а потом… потом изумилась открывшейся картине. - с-с… с такого расстояния?!       Вдалеке, едва на грани видимости оптики Гекаты, на вершине нёбоскрёба, на шпиле стоял… силуэт. Абсурдная догадка посетила женщину. Догадка о том, что именно это и был их таинственный спаситель. И промелькнувшие синие трассеры над головой стали тому полным подтверждением. Раздался очередной грохот взрывов, но даже с оптикой нельзя было сказать из чего стреляет этот Выживший. – Уходим! Пока ещё есть возможность! - прокричала Минами и убрав винтовку подхватила ещё одного раненого морпеха. У неё были вопросы, и она хотела их задать, но сейчас это было бессмысленно, ибо жизни в отряде были куда важнее. Уже спустя десяток секунд группа скрылась в глубине офисного здания под продолжающуюся канонаду взрывов и разрушений. – А им ещё повезло. Весь квартал кишит этими “турелями” - вздохнул Широ, выпустив ещё пару стрел, превращая очередную мишень в месиво. Большинство этих… организмов уже заметили его и попытались обстрелять, но видимо их потуги не были рассчитаны на такое расстояние. По крайней мере в точности стрельбы. Они могли до него достать, но вот попасть, это уже было проблемой. Ему особо ничего не стоило сбить особо опасные снаряды прямо на подлёте, обеспечив собственную безопасность. Скоро надо будет сменить позицию и продолжить зачистку. Широ не собирался бросать работу на полпути. Он будет помогать этим людям пока они не окажутся в относительной безопасности, но на этом всё. Слишком многим в городе требовалась помощь которую он мог предоставить. Посему, вступать с ними в непосредственный контакт, он не будет. – Приём, на связи капитан Эйвери Джонсон младший, из Американских спецсил Окинавы. Выживший, вы там?       Усмехнувшись, Широ на секунду отвлёкся и ответил на передачу.       Ночь обещает быть долгой.       Ввалившаяся в офисное здание группа, насчитывала всего лишь десять человек из изначальных шестнадцати. Просто в одно мгновение шесть человек расстались со своими жизнями несмотря на весь свой боевой опыт и подготовку. Это было похоже на русскую рулетку, где было от двух до шести комнат, где в каждой ты доверял свою жизнь богу рандома. Стоило ли говорить о шансах?       Никто не собирался даже думать о том, чтобы задержаться у входа. Свежи ещё были те жуткие свистящие звуки при приближении страшных болтов. Лишь оказавшись глубже в здании, под прикрытием нескольких толстенных стен, группа позволила себе перевести дух, чтобы собраться с мыслями и заняться ранениями. Только когда адреналин начал понемногу спадать, Рика почувствовала наконец боль в боку. Неглубокая рана… не страшная, но кровь остановить стоило. Тем же занялись и остальные. – Маэда, соедини-ка меня с этим парнем. - сказал Джонсон, пока один из ребят его перевязывал. Долго возиться не пришлось и вот рация оказалась у него в руках. - Приём, на связи капитан Эйвери Джонсон младший, из Американских спецсил Окинавы. Выживший, вы ещё там? – Всегда. - послышалось с той стороны. – Что ж, прежде всего позвольте поблагодарить. Вы спасли моих ребят. Спасли от участи возможно хуже смерти. – Пока нет. Ещё какое-то время я буду прикрывать вас, ибо исходя из того что я видел, сейчас ваши возможности весьма… лимитированы. – Хех… вот уж где отрицать будет глупо. Итак, каков ваш план? – Пока что, я ваш ангел-хранитель, капитан. Обеспечу прикрытие и тяжёлую артиллерию. Снаружи идёт какое-то копошение и враг ведёт себя странно. Пока я работаю там, вы и ваши люди пусть ожидают распоряжений. Как только зона станет безопасной, вы продвинетесь дальше. Буду вести вас зданиями. Большинство из них имеют рамы из стеклопакета, весьма уязвимы для пуль, так что смотрите в оба и перемещайтесь осторожно. Как у вас с боезапасом? – Плохо… - не стал скрывать Эйвери, мельком оглядев своих бойцов. - в строю лишь вспомогательное оружие, да и его ненадолго хватит, а ещё одна снайперская винтовка с… - он глянул в сторону Минами и увидел знак пальцами, - девятью зарядами. Пара гранат, да ножи. Часть поклажи была в уничтоженных хамви, так что сегодня просто не наш день. – Принято, тогда с вашего позволения я… вот же черти… внимание! Сгруппируйте и спрячьтесь за стенами! Они собираются обстрелять здание!       Практически в тот же миг, здание чуть дрогнуло, а холл наполнился звуками разрываемого бетона и крошащегося стекла. Десятки болтов ворвались, уничтожая ресепшн первого этажа. К счастью стены за которыми укрывались морпехи устояли. Эйвери аккуратно выглянул из-за угла и поначалу даже не узнал место которое они пробежали буквально пять минут назад. Всё было утыкано отвратительными прутьями. – Ха, кажется у них закончились идеи. - высказался эксперт по подрывным работам, Хичика Кагарикава, за что тут же получил по шапке от соседа, инженера, хакера и бывшего взломщика, Кёске Римуры. Помимо них, в строю ещё находились Кира Хисахиде (химик и специалист по любым взрывчатым веществам), Рокуро Кихара (бывший пилот военных истребителей, может пилотировать любой воздушный транспорт), Дэн Тадано (спец по скрытным проникновениям) и Ано (зелёный новичок) которому невесть как вообще удалось пережить все эти события невредимым. Последними были полицейские, что помогали оборонять аэропорт. Вот и вся группа оставшаяся от славных ребят Окинавы. – Из всех возможных слов, ты решил сказать именно это. Хичика, если в итоге… - договорить Кёске не успел, ибо все прутья вокруг них изменили цвет с зеленоватого на красный, словно став немного ярче. Уже через пару секунд все могли наблюдать зрелище выделяющегося алого газа. Стремительно распространяющегося алого газа! - да твою мать, Хичика! – Кира, что за дрянь?! - не выдержал уже Джонсон. – Тяжёлая хрень! - мигом отозвался химик. - Нужно подняться выше!       Дважды повторять не пришлось и группа мигом рванула по ближайшей лестнице. Никто не захотел проверять действие этой несомненно отравы. Как и предсказал Кира, газ довольно быстро распространился по первому этажу, но вот вверх он продвигался уже с изрядной задержкой, но даже так, теперь уже нельзя было оставаться на месте, позади была лишь смерть. – Не смогли пристрелить, теперь отравить собрались?! - возмутилась Рика, вскидывая пистолет и отправляя пулю ближайшему мертвецу, офисному клерку который решил выяснить, кто же сегодня решился пошуметь в его офисе. – В темпе, засранцы! В аду отдохнёте! - подгонял всех Эйвери, при этом двигаясь впереди всех, и это несмотря на рану в боку, полученную ещё совсем недавно. – Он что, терминатор?! - поражался Рокуро. – Да как по мне, Слай Марбо, собственной персоной! Шевелись давай! - ответил ему Дэн, на ходу сбивая мертвеца собственным весом. Боеприпасы старались не тратить.       Если они думали, что всё на этом закончится… то нет, оно никогда так просто не кончается. Несколько прутьев пробили окна и врезались в стену, начав распространять газ, перекрывая “Бегущим по лезвию” коридор. – Выживший, видите нас? - взял рацию Маэда, понадеявшись на очередное чудо со стороны таинственного союзника. – Вижу, и уже в курсе ситуации, отойдите. - донеслось в ответ. Едва отряд сделал пару шагов назад, как несколько синих линий ворвалось в самую гущу газа, уничтожая и прутья и стену их удерживающую. А сильный порыв ветра разметал остатки газа, сделав его концентрацию в воздухе незначительной. Даже если что-то и осталось, сквозняк из окон довершит начатое. Сказать что морпехи были удивлены, это ничего не сказать. – А… эм… спасибо. – Да из чего он палит, чёрт возьми… - прошептала Рика. Как снайперу, этот вопрос никак не давал ей покоя. – Впереди будет большая группа зомби, - предупредил он в перерывах между теми самыми щелчками, после которых раздавались взрывы в самых различных зданиях района. - прорежу её для вас, так что двигайтесь быстрее. Кажется газом решили напичкать всё здание. Поднимайтесь выше… чем дольше вы тянете время, тем легче мне будет зачищать это место. – Вас поняли… удачи. – Да уж, удачи в последнее время было маловато. - шептал Эмия продолжая обстрел. Он уже уложил свыше пяти десятков мишеней, а они и не думают заканчиваться. Если так и продолжится, даже ему придётся стать серьёзнее.       К слову, газ стал полной неожиданностью.       Это уже переходило все границы. Способы убиения живых становились всё более изощрёнными. Мало было двух разных вирусов, так ещё и биологическое оружие подключилось! Терпение Широ подходило к концу, и счастье, что было на ком выместить злобу. Но долго так продолжаться не могло. Кому-то придётся за всё это ответить. Маг в тайне надеялся, что Файтеру удалось напасть на след кукловода, который и затеял всё это сафари. Если же нет… что ж, им просто надо будет продолжать делать то, ради чего казалось их выковала сама судьба. Как бы Файтер не пытался материть его и убеждать в обратном.       Очередная стрела выпущена и мутант в полукилометре к северу разлетается на части вместе с частью смотровых балконов к которым прицепился. Оказывается, эти твари всё же умели передвигаться подобием улиток, только крайне медленно. Вопрос только оставался в том, откуда они берут материал для стрельбы? В голову приходит только один вариант – извне. Сами эти “самоходки” вырабатывать ничего не могут, банально не хватит веществ, а значит их нужно снабжать. И вскоре Широ сумел увидеть этот процесс подзарядки.       Один из мертвецов на одном этаже с турелью внезапно остановился и после пары секунд неподвижности развернулся и зашагал прямо к ней, лавируя(!) между препятствиями и различным мусором. Приблизившись он замер, а турель тем временем развернулась к нему… задом, или тем что так называлось… как либо. Это… оно… Широ ещё не решил как это называть. Так вот, эта штука развернулась и раскрыла свой мешок из которого и закачивала вещество в камеру, где оно становилось снарядом. Как только мешок раскрылся, мертвец спокойно шагнул навстречу и его тут же схватило и начало поглощать… перерабатывать в ресурс для стрельбы. На ум тут же пришли ассоциации с бутонами хищных растений и мухоловками.       Широ передёрнуло.       Стрелы залетали гораздо чаще.       Восхождение продолжалось. Группа Эйвери преодолевала этаж за этажом, подгоняемая всё новыми и новыми порциями выстрелов и газа. Тот факт что лестница была в нескольких местах разрушена, и приходилось каждый раз искать на этаже другую, никого особо не радовал. Тем не менее, отчаянные солдаты в не менее отчаянной ситуации были готовы на многое… даже на то, о чём сами не подозревали. – Какой это уже этаж? - прохрипел на очередном пролёте Ано, стараясь выиграть хоть мгновение для передышки. – Двадцать седьмой, - ответила тому Рика, которая чувствовала себя не особо лучше. Сердце билось как бешеное и норовило выпрыгнуть из груди. А сама грудь так и просилась из тесного плена броника. Это был первый раз в жизни когда девушка пожалела о наличии в своих активах таких больших сисек. Сейчас они казались ей неподьёмным грузом, что тянул вниз, к самой смерти.       Да и в голове капитана полиции было не лучше. Все мысли вновь и вновь возвращались к тому как Выживший расчищал им путь своим “особым” оружием. Она долго не могла понять что это, пока не получила доказательства, торчащие прямо из голов мертвецов. Стрелы! Грёбаные стрелы из лука. ЛУКА, КАРЛ! Это было уже выше её понимания. Все эти фокусы, эта огневая мощь и расстояние… всё было проделано с помощью стрел.       Это. Было. Невозможно!       По крайней мере так говорил её мозг и разум, в котором она уже начала сомневаться. – Никогда не думал, что буду благодарен инструкторам за усиленные курсы физ. подготовки. - выдохнул рядовой. Следовало отдать ему должное, что сумел выжить несмотря ни на что. Любой другой бы уже опустил руки, а этот всё ещё бодрый и даже улыбается. – Уже устали, дамочки? - не преминул вмешаться Джонсон, морально опуская очередную сигару, выкуривая её со скоростью болида формулы один. Глаза солдат, полные кринжа, стали ему наградой. Это какие лёгкие надо иметь, чтобы так бегать и при этом уничтожать табак в промышленных масштабах? – Вот за дамочку было обидно, ка-пи-тан… - протянула в его сторону Рика. Милая улыбка и спокойное выражение лица не вызвали бы какой-либо тревоги, но именно это заставило бравого негра кашлянуть. – Прошу прощения – виноват. - стушевался вояка, вызвав короткие смешки других членов отряда. Что ж, Рика была не против маленького спектакля, чтобы чуть разрядить атмосферу жгучей безнадёги с вкраплениями “выживача”. Всё лучше чем в один момент получить перегоревших и вооружённых людей, думающих что “зерг раш” уже не такая уж и плохая мысль. – Да нет, сэр, как вы могли так подумать? - дополнив, ответил ему Дэн. - Сейчас, только оставлю на ступеньках своё лёгкое и можно бежать дальше.       Вояка ничего не ответил, а лишь устремил свой взгляд вниз, на лестничные пролёты, высматривая скорость распространения газа. – Полагаю, минутка у нас всё же есть.       Это стало сигналом, и с громким облегчением в голосе, группа развалилась на задницах там же, где и стояла. Двадцать секунд, ровно двадцать секунд группа провела в полнейшей тишине, пытаясь отдышаться и устаканить произошедшие события. Через двадцать секунд содрогнулось само здание. – Что на этот раз?! - хором раздалось от подскочивших людей. – На связи Выживший, приём. – Что за чертовщина у вас там происходит?! - ответил на передачу Джонсон. – Да… по поводу этого… постарайтесь успокоиться и выслушать меня. А ещё никакой паники пожалуйста, - вздохнул маг. С той стороны то и дело было слышно какой-то грохот и рёв невесть какого существа. С их позиций разглядеть что-то было попросту невозможно. - просто так получилось, что они начали обстреливать несущие колонны и поэтому вскоре… здание накренится.       Тишина стала ему ответом. Если бы Широ был тут, то смог бы запечатлеть вытянувшиеся, побелевшие лица военных, которые только что осознали в какой жопе оказались. – Ты хотел сказать, сложится карточным домиком?! - дрогнувшим голосом воскликнул Рокуро, покрепче сжав рукоять верного пистолета. Нужно было говорить, что он выразил мнение сразу всех членов отряда? – Ну… в общем, да. Также мне придётся ненадолго приостановить ваше прикрытие. Видите-ли, тут какой-то гигантский муравей вылез и стал полной неожиданностью. Поэтому мне придётся позаботиться сначала о нём, - признался маг. Слова его подтвердились, когда даже они, находясь внутри здания, услышали этот громоподобный рёв, который был не похож ни на что другое, ранее слышимое кем либо из них. Выждав паузу, Эмия продолжил. - количество мутантов обстрелявших вас, снизилось к минимуму. Я не обратил на это внимания сразу, но на вершине здания есть посадочная площадка… и ваш единственный билет отсюда. – Частный вертолёт… - прошептал Рокуро. Вот где пригодятся его навыки. Теперь шансы на выживание не были такими катастрофически низкими. У них просто был один шанс на миллион, всего-то! – А как же вы? - беспокоился Джонсон. Несмотря на скоротечность знакомства и даже на то, что в лицо своего спасителя он не видел, он успел проникнуться к нему уважением. Прискорбно будет, если такой славный парень умрёт спасая их задницы. Но нутром он понимал, что сейчас они просто балласт, у которого даже патронов почти не осталось. Именно сейчас он наконец почувствовал себя беспомощным солдатом, который не может помочь одному единственному человеку. Не на это он рассчитывал, когда брал в руки оружие. – Да всё нормально. Просто не думал, что буду ещё раз иметь дело с жуками. - с сожалением отметил парень. Его голос был ровным, спокойным, странным в подобной ситуации. Он был готов встретить врага в одиночку, словно так и должно было быть.       Эйвери хотел возразить, сказать что они готовы помочь, выступить единым фронтом и сокрушить заразу. Он хотел так сказать… пока не осмотрел лица своих сослуживцев. У них не было сил, а главное – желания сражаться. Они были не готовы поставить собственные жизни ради эфемерной возможности помочь одному единственному человеку, хоть и спасшему их от смерти. А он… он всё ещё был их командиром, ответственным за их жизни. Его долгом было довести их до конца, живыми и здоровыми. Поэтому, скрипя зубами и цедя слова от собственного бессилия, он вымолвил: – Вас понял… мы продолжим идти. Удачи… и да поможет вам Бог.       После чего он отключил рацию. – Капитан… - выдавила из себя Минами, обратив взгляд на Джонсона. В её глазах можно было разглядеть неодобрение. Она словно бы спрашивала “Мы действительно собираемся поступить так?”. – Я знаю что вы хотите мне сказать… и я полностью понимаю вас, но других вариантов у нас попросту нет. Даже если мы захотим помочь, то просто не сможем. Не в том мы состоянии. Если же мы бросим всё на свете и помчимся на выручку, то только обесценим все усилия, которые этот паренёк на нас потратил. Остаётся лишь надеяться на лучшее.       Он ободряюще похлопал её по плечу и двинулся дальше по лестнице. Отряд двинулся следом, давая ей немного времени наедине с самой собой. – Не ради такого я значок получала… - досадно прошептала женщина, понимая, что настал момент когда нужно пойти наперекор своим убеждениям как полицейской. Умом она понимала все слова Джонсона, но вот сердце было не согласно. Если она выживет после всего, то непременно найдёт этого Выжившего и поблагодарит его от всей души. И ему лучше бы тоже выжить, иначе она его из под земли достанет! – Итак… - прошептал Широ когда передача завершилась. - и что же мне с тобой делать?       В какой-то сотне метров от него, расположив свою монструозную голову на крыше высотки, засел громадный, переливающийся серым цветом муравей. Судя по внешнему виду, эта тварь состояла не из плоти и хитина, а какой-то однородной массы, что значило в перспективе способность полностью менять свою форму. Был только вопрос, откуда оно вообще вылезло?       Внимание Широ привлекли опалины в некоторых местах противника, которые были оставлены очень сильной магией. Которые впрочем зарастали, хоть и медленно. И это наводило на некоторые выводы. – Довольно редкое явление, - усмехнулся парень, но тут же стал серьёзен. В одно мгновение, муравей сместил голову чуть вперёд и два сгустка такой же серой массы, полетели в Широ со скоростью пули, от которых тот впрочем легко увернулся, не сводя взгляда с врага. - это не впервый раз, когда мне приходиться прибирать за тобой… Файтер.       “Значит он принял бой и выложившись на полную, не смог убить его… скорее всего он выжил, но вынужден скрываться и восстанавливать силы, иначе уже давно бы объявился и помог. Дерьмо”.       Лишь на долю секунды, но Широ ощутил себя полностью одним, посреди этого города заполненного под завязку различной заразой. Что бы он ни говорил о своём подельнике, но он никогда не позволял ему принять вызов в одиночку, всегда оказывая поддержку. Даже когда Эмию засосало в Варп и он очутился в Имматериуме, во владениях Нургла, Файтер всё же нашёл способ создать портал который помог ему сбежать. Но не прежде чем Широ оставил памятный подарок “доброму дедушке”, который ещё долго будет восстанавливаться после залпа Экскалибура, под завязку наполненного божественной энергией. Как и его владения.       Всё это промелькнуло в голове мага и тот сорвался с места, меняя позицию.       Росчерк влево, и вот он уже на соседней высотке с натянутой стрелой. Первый выстрел угодил прямо в морду и сдетонировал, чуть сместив мишень с крыши, но как и предполагал парень, урон был небольшим и повреждения стремительно регенерировали. Это объясняло почему у Файтера возникли проблемы. Одного мощного удара было недостаточно, следовало напирать и атаковать, надеясь истощить врага. Новый рывок вперёд, минуя несколько плевков заразы. Оказавшись на той же крыше что и жук, руки парня засветились и в них мгновенно возник Каладболг и был преобразован в стрелу.       Выстрел мгновенно достиг головы и снаряд искривляющий пространство начисто разорвал трёхметровую голову в клочья. В теории этого могло быть достаточно, но Широ знал что с этим вирусом было не всё так просто. Он тут же спроецировал Каншо и Бакуя, метнув их в оставшуюся тушу врага. Развернув крылья, он метнулся с крыши прочь, минуя гигантскую лапу пытающуюся его раздавить. Обогнув монстра по воздуху он продолжал проецировать парные клинки и метать их в различные места на его теле. Но тут что-то пошло не так. Нанесённые повреждения стали заживать намного быстрее, даже снесённая голова стала стремительно восстанавливаться. Это была настолько аномальная регенерация, что Широ опешил буквально на момент, за что поплатился, получив удар увесистой лапой, которая также неожиданно удлинилась и словно рогатка, запустила его в сторону ближайшего здания. Воздушное пространство было преодолено за считанные мгновения, а стекло и бетон радушно встретили спину Эмии, завершив приём где-то в глубине многоэтажки. Закрепляя успех, полностью восстановившийся монстр послал вдогонку огромную порцию вируса в виде водяных пуль, накрывших нужный этаж, не оставляя никаких шансов уйти не заразившись. – Burst… - раздался шёпот на разрушенном этаже и в этот же миг, все застрявшие копии клинков в теле монстра изменили свою форму, став больше и длиннее, расцветая словно цветы, превращая тело насекомого в подобие роз с шипами.       А в здании, согнувшись и прикрывшись семислойным барьером, сидел Широ, на которого не попало и капли выпущенного вещества. Если бы не пассивное усиление, которое он не снимает даже в мирное время, то отделаться так легко не получилось бы. Когда монстр оказался утыкан по самую голову, парень просто щёлкнул пальцами и все клинки обратились сломанными фантазмами и взорвались, разворотив тварь изнутри и разбрызгивая её останки по ближайшим крышам. – И вот тут я должен сказать что-то то вроде “всё закончилось хорошо…”, - сам себе пробормотал парень и тут же протяжно вздохнул, видя как останки пытаются собраться воедино и разрастись… но уже не в одного противника, а в десяток. - но ты же не хочешь, чтобы это стало проще для меня, не так ли?       Краем глаза он успел отметить как одинокий служебный вертолёт сумел оторваться от посадочной площадки и полетел в противоположную от его битвы сторону. – Ладно… второй раунд! – Влево! Бери влево! – Оно под нами! Вверх, вверх! - Минами с ужасом наблюдала как одна из немногих тварей собиралась положить на них очередной “арбалетный болт”, который после трёх предыдущих обещал стать результативным. – Кихара, - взревел Хичика, - ты же пилот, сделай что-нибудь! – Если ты не заткнёшься, - проревел в ответ пилот, - Ано будет не боевым товарищем, а перманентным состоянием! – Я выиграю нам время! - вызвалась Рика, открыв дверцу в задней части вертолета. Выставив свою Гекату, она прицелилась, намереваясь выстрелом отвлечь прицеливающуюся в них махину. – Если у кого-то остались гранаты, - Эйвери, хоть и был ранен, но не преминул напомнить о себе, - то самое время их выбросить.       В этот момент, миновав высотку, все увидели огромное муравьино подобное тело, что было правее. Оно возвышалось над небольшими зданиями, словно жижеподобный монстр. – Вот о чём он говорил! - осенило зелёного новичка. При одном взгляде на эту махину хотелось просто умереть, чтобы не страдать.       Звук выстрела винтовки с трудом был различим на фоне работающих винтов. Пуля угодила прямо в налитый светом глаз “арбалета”, сорвав атаку. – Какого чёрта?! - несколько взбудоражено и ошалело подал голос Кира. Видя, как нечто похожее на стрелы летит от одинокой фигуры на здании в тело этого монстра, он решительно отказывался понимать, чем именно были начинены эти стрелы. – У меня два патрона! - подала голос Рика сосредоточенная на отвлечении другой проблемы, - если мы не выберемся из зоны поражения, то всё кончено. – Берегись! - крикнул Кёске увидев, как туша муравья надулалась вдалеке. Взрыв сотряс округу, ударная волна тряхнула вертолёт. Отброшенная назад Рика больно ударилась о стенку, Геката выпала из её рук ровно в тот момент, когда огромная “стрела” прилетела в хвостовую часть вертолёта, отсекая её ко всем чертям. – Всем держаться, мы падаем! - заорал Кихара, пытаясь стабилизировать машину, которую начало закручивать. перед глазами мелькали здания, небо, какие-то тени и Бог знает, что ещё. – Ыу! - сдавленный вскрик боли послышался со стороны Джонсона, которому Ано упал локтем на живот. – Дэн! - закричал Ано, увидев как мужчину отшвырнуло в сторону открытой дверцы. Заметив что, двое полицейских, что пережили весь этот ад, попытались схватить его до того, как он окончательно вывалится, он смог перевести дух, но не прекратил попыток подняться. – Держись! - один из полицейских, напрягая всю силу мышц тянул Дэна обратно в салон, второй пытался закрыть дверцу, чтобы больше никто не вывалился. – И, взяли! - сдавленно охнув, Эйвери поднялся, помогая втащить парня вовнутрь. Ано в это время пытался привести в чувство Рику, хотя проще было сказать, чем сделать.       Резкий удар, куда жёстче прочих сотряс еле живую вертушку. Так и не успевший закрыть дверцу парень тут же был вышвырнут прочь, оставив кровавый развод на здании финансового центра. В следующий миг со звуком бьющегося стекла и корёженного металла, дымящийся край вертолёта влетел в офисное здание, проломив собой целый этаж. Лопасти моментально искривились, брызнув дробленым бетоном в разные стороны. – А-яа-а-а - вопль боли и страдания был практически не замечен. Обломок какой-то трубы торчал из тела второго полицейского, буквально вытащив его из проскальзывающего вертолёта и оставив нанизанным на себя, словно чучело на шест. Кровь вперемешку с кишками лилась изо рта уже мёртвого человека, пока тело медленно соскальзывало с трубы. Но этого никто уже не видел. – Ещё не всё! - голос чудом оставшегося в живых пилота раздался в кабине, когда череда офисных помещений, стен и колонн сменилась небом, означающим, что вертолёт прошёл насквозь и вот-вот вывалиться с другой стороны.       Хоть и замедлившись, но не теряя решительности, вертолёт окончательно развернуло передом внутри здания, и всё, что удерживало его от полного падения, это раскуроченный хвост, вывернутые обломки которого зацепились за край здания. – Даже не дышите, - прошептал спасённый Дэн, оценив обстановку. – Голова… - очнувшаяся наконец Рика рефлекторно попыталась подняться, но оступившись тут же повалилась, так и не поняв в каком положении был вертолёт. – Проклятье! - прошептал Джонсон, когда со звуком от которого уши сворачивались в трубочку, вертолёт начал распарывать здание по вертикали, спускаясь со скорость скоростного лифта мордой в землю. – Всем, прочь из кабины! - заорал Кира, поняв, что тем кто будет там, придёт конец. – Всем за мной! - придя к единственно верной мысли, как ему казалось, Дэн отцепил бичёвку и крюк закреплённые на поясе позади и наобум выкинул крюк, надеясь, что тот зацепится за здание. Едва ощутив натяжение, он тут же выпрыгнул, пробежав по цельной части стекла, уходя от возможного ущерба.       Глянув на это безрассудство, Джонсон улыбнулся. – Живей – живей, мартышки, пора возвращаться к истокам! - подначивая бойцов прохрипел он.       Обхватив девушку за талию, Ано следующим выпрыгнул из вертолёта, держась одной рукой за верёвку. Поступок этот был одновременно отчаянным и геройским, но девушка, быстро сообразив, сама ухватилась за верёвку, помогая парню не упасть обратно на вертушку. – Бегом-бегом, верёвка не бесконечная, так что придётся уходить парами! - проорал Джонсон, подтаскивая раненного Кёске к краю.       Всё прочее слилось в какофонию звуков, криков и проклятий, выпрыгивающих солдат. Замыкал процессию сам Джонсон, которому верёвки хватило только на одну руку. Будучи раненным, и замыкающим, он не успел сделать прыжок, а просто вывалился из падающего металлолома, распоров себе ногу острым обломком и повиснув из последних сил. Из-за разницы во времени, все бойцы висели на разных высотах, да и до земли было ещё прилично. Парой десятков секунд позже все услышали звук падения, а после и взрыва, разметавшего куски железа по округе. – Все живы? - как мог прокричал старый вояка. – Почти, - последовал ответ с высока. – Я в по… - начала говорить Рика, когда что-то пронеслось возле неё и пробив стекло влетело в здание. Присмотревшись, она поняла, что это была её винтовка, которую она уже и не планировала увидеть. Взрывом её запустило в полёт, словно кусок шрапнели, так удачно влетевший прямо в стекло рядом с девушкой, и открыв ей проход в относительно целую часть здания.       Раз уж проход появился буквально из ниоткуда, то не было ничего неожиданного в том, что люди висевшие на “волоске” решили им воспользоваться. Подтягивая верёвку, они общими усилиями втащили раненого Эйвери, после чего все дружно развалились на полу, получив наконец возможность отдышаться. – Когда всё это закончится, - прошептала Рика, - я потребую прибавку у начальства. – Будьте оптимистичнее, - тяжело дыша вклинился Ано, - когда всё это закончится, мы сами можем стать начальством. – Вот уж обнадёжил так обнадёжил, - сказал кто-то, лежавший лицом в пол. – Кем бы вы там ни стали, - послышался голос Джонсона, поднявшегося и оглядывающего помещение, - ваши задницы останутся собственностью Морской Пехоты! – Вот кому не знакомо понятие оптимизма и мотивации, - хохотнул Кёске. – Всё, отдых окончен, - Джонсон уставился в окно, смотря на что-то вдалеке, - обыскать здесь всё, если найдёте что-то полезное – прекрасно, если нет, нам же меньше лишнего груза. – Что входит в категорию полезного? - спросил один из солдат. – Всё, что может взрываться, гореть, стрелять и защищать, - пояснил Джонсон. – Я в подсобку, - тут же последовал ответ Хичики. – Пробегусь по этажу! - с энтузиазмом сказал Ано. – Поищу что-нибудь съедобное, - с усталостью в голосе ответил Дэн. – Поищу медикаменты, - Кихара потопал к выходу из помещения. – Что за сумасшествие, - Кира пнул стул, - мы морпехи, а не суперсолдаты. – Скажи за это спасибо, - усмехнулся Джонсон, - будь ты супер солдатом, тебе бы пришлось разгребать всё это дерьмо в одиночку.       Осмотр помещений занял не так много времени. Увы, и найти ничего особо ценного не удалось. Повезло только с торговым автоматом, который Рика нещадно распотрошила на закуски и выпивку. Но учитывая насколько оголодали бойцы, того немногого, что было там, оказалось недостаточно. Кире удалось смешать пару бутылок взрывной смеси из моющих средств, но и только. Чтобы выиграть войну этого явно было маловато, но чтобы пережить ещё один день… почему бы и нет.       Сбив ноги спускаясь по ступенькам, так как лифт не работал, группа военных высыпала на улицу. Первым делом осмотревшись и отметив умеренную безопасность текущей позиции, было решено сориентироваться на местности и определить в каком направлении двигаться. – Кто-нибудь может сказать в какой части города мы оказались? - первым спросил Джонсон, так как никаких намёков в здании найдено не было. – Всё так сильно изменилось, что даже если я бывала здесь раньше, то не узнаю местность, - ответила Рика. – Мы можем определить направление по солнцу, но придётся дождаться рассвета, - предложил Дэн. – У меня такое ощущение, что мы по кругу ходим, - возмутилась Рика. – Не удивительно, - пожал плечами Ано, - я до сих пор не верю, что мы всё ещё живы. Кругом такой трындец, а до зоны эвакуации ещё топать и топать. – Все за мной, - скомандовал Джонсон, - я видел церковь в паре кварталов отсюда. Переждём там. – Вы прямо идущий к рассвету, Сэр, - глянув на спину Эйвери усмехнулся Ано. – Рассвет это новое начало, - задымив на этот раз свою последнюю сигару, ответил Джонсон, - так что да, я идущий к рассвету. Вперёд, бойцы, или вы не хотите жить вечно?       Отряд вооружённый преимущественно кусками арматуры, парой пистолетов, одной винтовкой с двумя патронами и верой в собственные силы, непоколебимо двинулся за своим командиром. Окружение казалось спокойным, и если не шуметь, то оно вполне могло таковым и остаться. Куски бетона и асфальта хрустели под ногами. Соблюдать какое-то построение казалось глупым, особенно учитывая, что добрая половина бойцов была ранена, а вторая еле переставляла ноги от усталости. В отдалении продолжали громыхать отголоски боя. Трудно было сказать кто выживет, а кто нет, но главное было сохранять присутствие духа. – У нас компания! - Рика, замыкающая их строй, услышала какое-то шум. Повернувшись, глазам её предстало несколько тварей, лишившихся конечностей и едва волочащих ноги. Было жутко и одновременно радостно осознавать, что в городе ещё есть что-то, что могло так потрепать этих тварей. Трудно было сказать как они выглядели в лучшие свои моменты, но сейчас от рук были одни обрубки, ноги были переломаны, тем не менее они продолжали тащиться в сторону людей. – Берегите патроны и старайтесь не рисковать, - бросил Джонсон мимоходом. – Предоставьте это нам, Сэр, - обрадовалась пара солдат, принявшихся со всем накопившимся раздражением избивать тварей арматурой. – Только не увлека…. - Рика осеклась, почувствовав как земля под её ногами начала слегка дрожать. – Землетрясение? - неуверенно спросил Кёске, чувствуя, как мелкие камешки и обломки начали подпрыгивать. – Я уже ничему не удивлюсь, - Кира пытался ухватиться за впереди идущего. – Гуа-уа - странный вскрик или вой послышался откуда-то из далека. – Капитан? - растерянно спросил Хичика – Да ты издеваешься! - голос Рики, смотрящий в прицел на что-то очень далёкое от них прозвучал как сообщение о скорой кончине. – Что там? - пыхнув дымом спросил Эйвери. – Вон там! - передав винтовку Эйвери, она указала рукой на далёкое здание. – У меня дежавю, - перебросив сигару во рту промолвил Джонсон, смотря на высокую фигуру их давнего знакомого, что направлял толпу изменённых трупов в их сторону. Правда находился он на расстоянии пары километров и стоял на верхушке какого-то здания в пару этажей. – Как он нас нашёл?! - вырвалось у Рики – Кто нашёл? - переспросил Ано. – Сто-стоп-стоп, - вклинился Дэн, - прежде всего… зачем он нас нашёл? – Эм, Сэр! - Кира наставил пистолет и выстрелил в непонятное существо, выбившее крышку канализационного люка прямо возле их группы. Оно было чем-то средним между тараканом и крысой, но больше всё же напоминало жука. – Тут тоже! - Кихара выстрелил совсем в другую сторону, остановив что-то похожее на пиявку, вылезшую из под развалин какого-то здания. – Воздух! - закричала Рика увидев как несколько десятков тварей появилось из-за облаков предрассветного неба. – Есть идеи, Сэр? - спросил Дэн. – Только одна, - кивнул Джонсон, передёрнув единственный на всю группу автомат, - погибнем, как морпехи!       Толпа тварей в мгновение ока перевалила отметку в несколько сотен. Они вылазили отовсюду. Из канализации, развалин, некоторые буквально выкапывались из под земли, иные прилетали или сбрасывали из своих лап шары с тварями. Вспышки выстрелов и оханья солдат, пытавшихся огреть нападающего куском чего потяжелее перемежались с воплями и рычанием. – Пустой! – У меня тоже всё! – Тьфу! - сплюнул Эйвери, отбросив пустой автомат.       Геката давно уже отстреляла последние патроны, и сейчас, Рика, верная своей боевой подруге использовала приклад, чтобы крошить подбирающихся к ней монстров. Вибрации в земле нарастали, словно готовясь извергнуть нечто невообразимое. – Давай взрывчатку, - скомандовал Джонсон, когда монстры обступили его группу почти вплотную. Две бутылки полетели в толпу, взорвавшись при контакте содержимого с воздухом. - оставь одну… для нас, - добавил офицер, когда заметил, что Кира собирался использовать последнюю.       Внезапно удар молнии разрезал небо, опустившись в здание церкви до которой бойцы не успели дойти каких-то метров сто. Небо затянуло облаками, которые клубились и наполнялись энергией, словно готовясь низвергнуть небесную кару.       Ещё более мощный удар молнии обрушился в нескольких метрах от военных, зажарив несколько десятков тварей. Барабанные перепонки едва не разорвала от звука, по телу прошла дрожь и люди попадали, не способные удержаться на ногах. Твари же, словно застыв, уставились в сторону церкви. словно знали что-то, чего не ведали другие.       Молниевый столб упал прямо на церковь, проломив крышу и устремившись внутрь. Вместе с тем, другой столб света, золотого с красно-чёрными прожилками, хлынул изнутри, словно лифт, поднявшись к закрутившимся в око бури облакам. Волна необъяснимого давления прошла по округе, придавив всё в районе пары километров к земле. Джонсону и его людям повезло, что они уже были на земле, иначе вполне вероятно, что кости их были бы переломаны так же, как у взиравших мгновение назад на столб монстров. Еще одна волна, более мощная прошлась по округе, превратив тела мертвецов в кровавый соус, однако людей она никоим образом не затронула.       Золотой свет начал рассеиваться, собираясь в огромный золотой лотос в небе. Явление это было необъяснимым, но величественным, словно кто-то возвысился из тлена прямо у них на глазах. – Там что, человек? - удивлённо спросила Рика, ясно видевшая силуэт на платформе-лотосе. – Я никого не вижу. - ответил Ано, тоже смотревший на небесное явление. – Ху-у-ух, - звук, словно кто-то выдохнул застоявшийся в лёгких воздух разнёсся оглушительным шипением в ушах людей. Фигура поднялась, оглядывая округу и будто осознавая где находится. Свет из лотоса медленно перетёк в золотое колесо с какими-то непонятными символами, оказавшись за спиной фигуры в небе. Закончив осматриваться, мужчина взмахнул рукой, привлекая разрушенные обломки зданий, словно проверяя на что он способен. Тонны строительного мусора подчинившись, взмыли в воздух, начав сжиматься до размеров небольших камушков. – Всё! - взревел Джонсон, - в церковь если хотите жить! - подорвавшись раньше других он на всех парах рванул к единственному оставшемуся в округе зданию.       На бегу, кинув взгляд вверх, Рика увидела как тысячи “камушков” с огненным шлейфом устремились к земле, поражая взирающих на человека в небе монстров. Мир утонул в канонаде непрекращающегося шума разрываемой земли. На месте существ оставались котлованы размером с броневик. Снаряды падали не разбирая есть монстр на их траектории или нет, и как верно отметил Джонсон, единственным зданием, что не пострадало ещё больше была церковь.       Буквально вломившись внутрь, солдаты попадали на пол, не разбирая что перед ними. Нужно было отметить, что на деле в церкви не было ничего. Ни скамей, ни убранств, ни трупов. Всё было словно выжжено ранее и единственным окружением были чёрные стены и потолок с большим отверстием. В этом отверстии было видно, как человек медленно ступал по воздуху. словно спускаясь по лестнице. Руки его были заведены за спину, а взор устремлён куда-то вдаль. Сделав несколько неспешных шагов, он испустил ещё одну волну энергии, которая на этот раз казалось бы ничего не сделала, но спустя пару секунд, голова человека резко повернулась в другую сторону и со следующем шагом он просто исчез в каком-то искажении полыхнувшим синим светом. – Что это мать твою было? - выругался Кёске, придя наконец в себя. – Рассвет, - пространно ответил Джонсон, смотря на пустырь оставшийся после бомбёжки. На расстоянии нескольких сотен метров, в одной из ям лежал перевёрнутый броневик, выглядевший относительно целым. Неподалёку были разбросаны какие-то ящики, в которых угадывалось военное снаряжение. Перевозившая всё это грузовая машина была ещё чуть дальше, и иначе как сплющенной пластиной её назвать было нельзя. – Кажется нам дали ещё один шанс, бойцы! - провозгласил Джонсон, - так что вперёд мартышки, у нас не почасовая оплата!       Высыпав из единственного здания в округе, бойцы поковыляли к своему шансу на спасение, гадая другом или врагом было то существо в небе.       Одинокий человек шагал по покинутым улицам города. Перед ним мелькали картины покинутых зданий, разрушенной техники, гор мусора и редкие останки людей с высохшими лужами крови. Сам же человек был одет в довольно непримечательную одежду, состоящую из берц, чёрных джинсов и накинутого на плечи плаща. Лицо было скрыто обычным капюшоном, но по какой-то странной причине, лицо было разглядеть невозможно, лишь слегка выглядывал подбородок и бледноватые губы с кончиком носа. Он был спокоен… слишком спокоен для гражданского или даже военного. Расслабленная походка и неспешный шаг, словно бы он о чём-то думал. Сюрреализм продолжался, пока на очередном перекрёстке ему не попалась небольшая группа зомби, двинувшаяся ему навстречу.       Но человек не остановился. Он даже не замедлился, продолжая шагать словно бы никого более на улице не было. С каждым шагом он приближался к мертвецам, даже не вынимая руки из карманов, а когда расстояние между ними сократилось до пары метров… ни он, ни зомби никак на это не отреагировали. Они без единого лишнего звука, просто разошлись и двинулись дальше по своим делам.       Лишь когда незнакомец услышал приглушённый лай, он остановился и посмотрел вдаль дороги. Там, вдалеке, между торговыми автоматами и продуктовым магазинчиком, прошмыгнул небольшой щенок, ловко избегая редких заражённых. – Это же… - прошептал мужчина, оставаясь на месте. Он ещё раз оглянулся и приметил одно из немногих зданий в котором горел свет. Двухэтажное, с собственной огороженной территорией и гаражом. Если очень хорошо приглядеться, то можно было разглядеть редкие силуэты на фоне окон.       Он знал это место, как и знал что могло здесь произойти и что уже произошло. Не было нужды вмешиваться или привлекать к себе внимание, следовало просто пройти мимо и не светиться лишний раз. И всё же он тут, просто гуляет по улицам мира, который доживает свои последние годы. Смысл что-то менять, если всех людей ждёт одна и та же участь?       Вздохнув, он двинулся дальше… чтобы раздражённо выдохнуть и развернуться, следуя за собакой. – И сумерки вновь сгустились, и город накрыла тень…       Ведь в этом жестоком мире, звёзды гаснут каждый день. – Откройте дверь! Слышите меня?! Откройте!!! – Папа…       Мужчина остервенело бил кулаком по закрытой двери какого-то не примечательного дома, другой держа за руку маленькую девочку. Здесь горел свет, а значит – были люди. Надежда на спасение. Их дом был уничтожен, когда один из умирающих военных взорвал себя осколочной гранатой, похоронив себя с десятком заражённых. Им пришлось взять еду и воду, сколько оставалось и искать убежище. Весь мир погрузился в хаос, но у мужчины оставался долг, который он должен исполнить. – Впустите чёрт бы вас побрал! У вас там достаточно места! Возьмите хотя бы мою дочь!       Каждый родитель желает защитить своего ребёнка, это инстинкт, который может даже перебороть желание жить. Родитель может пожертвовать собой ради безопасности своего дитя. Не все обладают такой решимостью, но многие. Это желание может придать сил, высвободить скрытые возможности человека, его потенциал… – Я выбью к чертям эту дверь если вы так и не…!       Или навлечь на него беду.       Мужчина выдохнул и опустил взгляд, наткнувшись на лезвие ножа, приклеенное строительной лентой к рукояти используемой ранее швабры. Дверь открылась слишком неожиданно, он даже не успел отреагировать. Он вновь поднял голову и с неверием уставился на небольшую группу из четырёх человек, по виду одного семейства. У них была немаленькая квартира, места хватило бы и на десятерых. У них была при себе еда и они могли поделиться, даже помочь с возможными проблемами…       Но он так и не смог понять… – Простите нас… простите…       Почему? – Простите.       В этом не было никакой нужды.       Пока из его ног уходили силы, а изо рта вытекала кровь, он не мог найти ни единой причины… – Простите!       Лезвие покинуло рану и он, потеряв опору, отступил, глядя с неверием и осуждением на медленно закрывающуюся дверь. – Па…па, - прошептала девочка не до конца осознавая, что произошло. Ровно до того момента, как отец небольшого семейства завалился на спину. Его офисная рубашка стремительно окрашивалась в красный. - Папа!       Розоволосая малышка склонилась над родителем и не знала что делать. Только слёзы лились из её глаз, означая горькое бессилие. – Алиса… доченька, послушай что я сейчас скажу… - собравшись с силами, произнёс отец. - ты должна найти безопасное место… и спрятаться там. Оставайся там сколько сможешь… и будь сильной, никому не доверяй. Хороших людей стало очень мало. – Но папа! Но ты ведь…! – Ах… не волнуйся, мне просто… нужно немного поспать. - через силу он улыбнулся. - Отдохну и буду как новенький… а ты иди… как можно… скорее…       Он медленно закрывал глаза, борясь с усталостью, одновременно молясь всем богам, чтобы дочь его послушала. Сейчас он был готов на всё, чтобы защитить её от ужасов этого нового мира. Даже отдать свою душу. Но он этого уже не увидит. Ему остаётся лишь надеяться на то, что с ней всё будет впорядке. Лишь бы с ней всё было хорошо.       “Бог, если ты есть, выполни мою последнюю просьбу. Даже если мы заслужили эту кару человечества, даже если погрязли в пороках и грехе, я прошу тебя, спаси мою дочь. Я не питаю иллюзий, люди далеки от идеала. Далеки настолько, насколько это вообще возможно, но даже так… я верю что ещё не всё потеряно для нас. Спаси её… спаси…”       Это были последние мысли отца, чья жизнь закончилась на фоне сотен других, что гасли в этом городе каждое мгновение.       Его глаза закрылись, а Алиса не зная что ещё может сделать, разрыдалась над телом отца, чем привлекала ближайшую нежить. Слёзы отчаяния и боли стали маяком погибели для заражённых, которым не было дела до твоих проблем и чаяний. Всё что ими двигало, это одна единственная цель – распространение заразы. Но внезапно… она замолчала.       Как и все звуки в округе, но лишь на мгновение. Позади себя девочка всем существом почувствовала присутствие чего-то невообразимого. Чего-то, что нельзя было игнорировать, словно на уровне инстинктов заставляющее тебя забыть обо всём и замереть, выжидая распоряжений. Пересилив себя, она с заплаканными глазами заставила себя обернуться, чтобы увидеть стоящего в нескольких шагах от себя мужчину. Он был одет в не примечательную одежду с плащом и капюшоном, скрывающим лицо. Его руки были в карманах, а за ногами выглядывала мордочка ещё молодого щенка. Животное, словно не чувствуя этого давления, подбежало к ней и лизнув руку пару раз проскулило. Незнакомец же подошёл к высокой калитке, что служила входом на участок и закрыл её, отрезая путь мертвецам.       Она не проронила ни слова, неотрывно следя за ним глазами. Всё её естество твердило ей, что перед ней находилось само Превосходство во плоти. Неудержимая мощь и неподконтрольная сила, которая заставляет склонить голову в знак смирения. Сам страх и горечь казалось застыли, не решаясь действовать самостоятельно, словно бы именно он взял эти чувства за горло. – Он мёртв. - тихо произнёс он, глядя ей прямо в глаза. Голос звучал молодым, и его владельцу нельзя было дать больше двадцати пяти. - Что ты собираешься делать дальше?       Она хотела что-то сказать, но вспомнив отца, слёзы вновь вернулись, но горло не издало ни звука. Она не знала что сказать, она не ведала что делать. Чего же ожидать в такой ситуации от ребёнка? – Ты хочешь жить? - вновь прозвучал голос. - Твой отец хотел бы этого. – К… кто ты? - наконец выдавила Алиса. Хоть сейчас её жизнь и висела на волоске, она не чувствовала опасности от этого человека. Наоборот, в его присутствии она начала успокаиваться, а разум вновь начинал работать. Ей было неизвестно что это совсем не её заслуга. – Моё имя ничего тебе не скажет. Я лишь тень себя былого, кто потерял всё что было ему дорого. Я спрошу ещё раз, ты хочешь жить в этом мире? Мире наполненном смрадом смерти, в котором тебе всю жизнь придётся бороться за собственное существование, где из-за малейшей ошибки ты лишишься всего чем дорожишь?       Она не ответила сразу, а с какой-то несвойственной девочке отрешённостью, вновь взглянула на отца, который умер с едва заметной улыбкой на устах, чтобы его дочь даже в самый последний момент не чувствовала себя плохо. Как родитель, он сделал всё что от него зависело. И тогда она дала свой ответ. – Да… я хочу жить.       И тогда он протянул к ней свою руку, на которой были странные следы, словно бы от болезни. Указательный палец коснулся лба, и девчушка закрыла глаза, глубоко уснув. Взяв её на руки, он вместе с псом сделал шаг вперёд, и пространство на момент преобразилось, а компания очутилась на крыльце дома подростков за которыми присматривала одна примечательная медсестра.       Когда прозвучит звонок в дверь, она откроется, и обитатели дома обнаружат на его пороге маленькую девочку и собаку, а один снайпер на крыше ещё долго будет гадать что же именно он увидел в прицеле своей винтовки. – Ладно… второй раунд!       Широ вылетел из здания, активировав крылья. Теперь, когда группа Эйвери далеко, а в окрестностях остались только враги, более не было смысла сдерживаться. – Меча своего основа лишь я…       Второй этап плана был очевиден с того момента как муравей показал свои истинные способности к делению и регенерации. Как и ожидалось от паразита в лице вируса, он старался быть максимально живучим. – Сталь моё тело, а кровь из огня…       Вариант противодействия был только один. Собрать группу врагов вместе и изолировать их пространственным барьером. К счастью, у Широ был один превосходного качества… – Создал я тысячи тысяч мечей…       Они набросились на него одновременно. Уменьшились в размере, стали более проворными, скоординированными, казалось что они обучаются прямо на ходу. Приходилось быть крайне внимательным, отслеживая дюжину мишеней. – Не знал ни потерь, ни побед ярких лучей…       От двух первых врагов, вознамерившихся его протаранить прямо в воздухе, Широ без труда увернулся, а третьего пнул, извернувшись так, чтобы запустить его вниз, на дорогу. Ещё трое последовали примеру остальных и напрыгнули, развивая невероятную скорость, но не для мага. Номер четыре был сбит ещё на подлёте, а пятый и шестой угодили в щит Аякса, потеряв весь импульс и устремившись вниз, к остальным. – Создавая орудия, терпел я боли мгновения…       Седьмой и восьмой решили сменить тактику и попытались обстрелять заразой, но Широ был быстрее, устремившись размытым силуэтом на крышу и поражая ударом Дюрандаля монстра. Пока тот только начал регенерировать, парень бесцеремонно спихнул его с крыши ударом ноги, что отозвался в ушах громким хлопком. – Ожидая всего одного появления…       Не оборачиваясь, Эмия отклонил голову влево, пропуская снаряд в считанных сантиметрах от кожи, одновременно вновь переключаясь на лук. Резкий разворот и стрела устремляется в полёт, но не в муравья, а в перекладину под ним. Направленный взрыв заставляет часть крыши обрушиться, сбрасывая мерзость к остальным. – Нет сожалений. Одна лишь тропа среди многих путей…       Оставшиеся пятеро не заставили себя ждать, окружив Широ на крыше. Не став особо выдумывать сложных трюков или приёмов, он поступил радикальнее, метнув в каждого спроецированный меч с прикреплённой цепью на рукояти и соскочил вниз, потянув всех за собой. Кончилась вся эта схватка в тот момент, когда он с грохотом приземлился на асфальт дороги, чтобы через мгновение уйти перекатом и освободить пространство для монстров, угодивших туда же, но уже по самую голову.       Направив на них руку, он заставил пространство исказиться, а ману вытекать водопадом, приводя в действие давно заржавевшие механизмы местной Гайи. – Вся моя жизнь, кузница бесконечных мечей!       Яркая вспышка заволокла все ближайшие улицы, жадно поглощая пространство. Когда же свет исчез, на его месте осталась лишь гигантская сфера объятая языками пламени. Те же здания, что попали под действие техники, более не могли спокойно переносить собственный вес. Когда они лишатся опоры то неизменно рухнут вниз. Десятки домов и высоких зданий сложатся кучей мусора, погребая под собой всех оставшихся зомби и всевозможных мутантов.       А Широ приоткрыл глаза, лицезрея уже давно привычный мир своей души. Край Клинков был всё так же неприветлив к любым другим обитателям кроме своего владельца. Пустошь, сухой ветер и пыль под ржавыми облаками. Если же для Широ то была картина столь же привычная как и завтрак с утра, то попавшие сюда муравьи оказались ошеломлены… и это было странно.       Они вирус, биологические организмы руководствующиеся низменными инстинктами. Было бы глупо полагать, что такие как они способны контролировать, осознавать и просчитывать своё окружение, но в том то и дело, их поведение было странным. Они словно бы оказались отсечены от чего-то… или от кого-то. Впрочем, это не продлилось долго и уже через несколько секунд они сориентировались и всё ещё расценивая парня как врага, ринулись к нему чтобы завершить начатое.       Но у Широ не было сил и желания разбираться с этим сейчас. Тут бы больше подошёл Файтер, чей профиль и возможности больше соответствовали ситуации, но что есть, то есть. И Эмии уже порядком надоело это затянувшееся противостояние. Он собирался с этим покончить, раз и навсегда. – Гнев братьев и сестёр… обрушится на врагов человечества. - он воздев руку вверх и масса клинков воспарила и описав лезвиями круг, нацелилась на группу монстров. - Full Set, Rapid Fire!       Рука опустилась и указала на монстров, и в тот же миг клинки сорвались в полёт. Десятки, сотни, тысячи, это была непрерывная блокада из постоянного обстрела легендарным оружием, способным стирать в пыль целые посёлки или даже города. Где бы они не бежали или прятались, эта атака нагонит их везде в этом мире. Атака нацеленная на уничтожение армий и крепостей в одиночку. Это было неизбежно с того момента как начался обстрел. У монстров просто не было шансов, даже имей они втрое усиленную регенерацию и защиту. Разрываемые на куски, их плоть обращалась в кашу из биомассы, чтобы в тот же миг быть просто аннигилированной на молекулярном уровне, Широ не собирался сдерживаться и продолжал обстрел, пока не останется даже шанса на то, что уцелеет хотя бы атом вражеской ДНК. А когда всё наконец закончилось, не осталось ничего что бы напоминало о недавней угрозе. Лишь кратеры и рытвины от попаданий фантазмов.       Дело было сделано и в тот же миг Зеркало Души было развеяно. Широ вновь стоял на дороге, но уже в одиночку, сопровождаемый звуком падения зданий и десятков тонн бетона. Нешуточная завеса пыли поднялась в том месте. Парень выдохнул, но в ту же секунду, когда пыль улеглась… он замер на месте.       Из клубов дыма медленно вышагивала человеческая фигура. Это был мужчина под метр семьдесят, что носил не примечательный плащ и скрывал своё лицо. Не испытывая казалось ни малейшего страха он шёл дальше, прежде чем остановиться в двадцати метрах от парня. Но не это насторожило Широ в первую очередь, а то, что не смотря на все свои умения, маг никак не мог его почувствовать. Магия, ощущение присутствия, энергия тела и разума, намерения, все шесть чувств молчали и ничего не фиксировали, словно и нет его там.       И это не сулило ничего хорошего. – Неплохо поработал, Широ. Впрочем, как обычно. - первым заговорил он, когда пауза затянулась. Голос не был каким-то особенным, скорее слегка усталым. - Так вот как ты выглядишь вживую… – Мы… знакомы? - спросил парень всё ещё пытаясь оценить уровень угрозы от незнакомца, но каждый раз он лишь натыкался на пустоту, что твердила ему одно и тоже, тут никого нет. Но это было невозможно. Нельзя же просто взять и полностью убрать своё существование из целого мира! Даже Гранд Ассасин со своим сокрытием присутствия EX ранга, как поговаривают, мог сливаться с целой планетой, но не исчезнуть окончательно. – Можно и так сказать. Рад наконец познакомиться лично. Извини конечно, что так внезапно, но тебе лучше прекратить здесь все свои дела. Что ты, что он… вы оба мешаете. – Меша… - и тут его осенило. - так это ты… ты устроил всё это. Весь этот эксперимент с вирусами, с людьми и со всем этим миром! Это всё ты! – Не то чтобы я отрицал это, - вздохнул он. - так уж сложилось. – Сложилось?! Из-за того что ты устроил, миллионы людей погибли! Города превратились в кладбища, а страны в выжженную пустошь! Кровь затопила саму землю, а остаткам человечества придётся десятилетия восстанавливаться от разрушений, голода и конфликтов! Зачем?! Ради какой такой цели понадобились такие меры?! Чем ты оправдаешь сотни миллионов убиенных, которые даже не смогли обрести покой?! – Широ, Широ… - мужчина лишь покачал головой. - ты же не будешь ожидать, что я как любой другой третьесортный злыдень, буду просто брать и выкладывать свои планы? Мы с тобой, - он прыснул от смеха. - не в манге находимся.       Эмия стиснул зубы и напрягся, ожидая нападения в любую секунду. Несмотря на безобидный внешний вид, Файтер утверждал, что этот враг обладает огромными возможностями и лучше даже не пытаться сражаться с ним в одиночку. Но Широ не мог упустить такую возможность, ведь он стоит прямо тут. Одолеть его… и всё это закончится. – Даже не думай, - тон собеседника едва заметно изменился, добавились нотки недовольства. - что бы ты на меня не обрушил, ничего не поможет. – Не узнаешь, пока не попробуешь! - он материализовал Каншо и Бакуя, вставая в стойку. – Ммм? Хочешь сказать… что он тебе ничего толком не рассказал? – О ком ты? – О твоём союзнике, что впитал в себя силу Гайи своего родного мира. Или лучше будет сказать… нашего мира. Странно, он уже должен был догадываться о том кто я… почему же умолчал, мне даже интересно. – Не юли! Твои зверства окончатся здесь и сейчас! – Тот пожар всё ещё бросает тебя вперёд, не так ли? - внезапно сказал он. – Что? – Фуюки, пожар в конце четвёртой войны за Грааль. Ты не можешь оценить пропасть между нами, потому и спешишь так сильно вступить в бой. Даже после смерти и возрождения из трёх своих альтернативных вариаций, твои стремления разить зло не угасли. В мире Демонов, Ангелов и Падших, в мире Гравитаций… Хейло, Трансформеры, Старкрафт, Варкрафт… даже в Вархаммере ты ну очень так отличился, залетев во владения Дедушки Нургла, не отравившись только благодаря Авалону в теле. Там ты нанёс Деду серьёзную рану, затем спас из плена Богиню Жизни Ишу, и теперь ты почётный гость и национальный герой всей расы Аэльдари. Ты подружился с Адептус Механикус, участвовал в обороне Кадии, выпивал за одним столом с Легионом Космических Волков… чёрт, ты даже переспорил Орочьего Варбосса и учил махать мечом самого Кайфаса Кайна. А Ярик тебе вообще статую поставил на Армагеддоне. Внушительный список, не думаешь?       Парень был ошеломлён. – Откуда… ты всё это знаешь? – Опять же, он так ничего тебе и не рассказал. Попробуй как нибудь спросить его сам…       Мужчина поднял руку в его сторону, словно намереваясь колдовать, Широ напрягся… но ничего не произошло. Не было ни заклинаний, ни кругов призыва или же энергии… ничего. – Хм… - он взглянул на собственную ладонь и тут же убрал руку обратно в карман. - значит я не могу воздействовать на тебя напрямую, пока ты находишься под его покровительством. Хитро. – Полагаю, переговоры окончены? - это было скорее не вопросом, а утверждением. – Поверь мне, Широ, ты точно не хочешь этого. – Знаешь как говорят, - Эмия приготовился к бою, а в глазах его вспыхнул огонь. - у всего есть как минимум две точки зрения. Меча своего основа лишь я! – Ты же не думаешь что я буду просто стоять и…       Он не дал тому договорить, сорвав алую ткань с левой руки. – Сталь… огня… …создал… мечей… …ни потерь… лучей… …ожидая… появления… …нет сожалений… среди многих путей… …жизнь… бесконечных мечей…       Это было ускоренной версией арии Зеркала Души. Этому навыку Эмия обучился пока путешествовал с Файтером, стараясь закрыть очевидную уязвимость техники – долгое время активации. Кто-то может по ошибке принять это за навык “Скоростного чтения заклинаний”, но это не так. Широ способен сократить лишь эту арию и никакую больше, всё же это ядро всех его способностей. – …смотреть… мда, я и забыл что ты никогда не слушаешь. Тогда…       Он видел как пространство вновь искажается и его пытается затянуть в замкнутый барьер. Хоть техника и стала слабее за счёт сокращения, её скорость действительно увеличилась, однако… – Сила лишь клетка моя…       И всё замерло. На одно лишь краткое мгновение мир почувствовал как ему воткнули нож в спину. Все происходящие процессы природы на всей планете незамедлительно дали сбой. Гайя этого мира всеми силами пыталась выдержать это надругательство. Погода, климат, почва, растительность, течение времени, концепции… всё это было вынуждено сделать экстренную остановку и приспособиться к казалось бы невозможному феномену… – Быть… не может… - шептал Эмия, широко раскрытыми глазами рассматривая своего противника.       Одновременному раскрытию двух Мраморов Реальности.       Две волны изменяющие привычный мир столкнулись ровно посередине импровизированной арены. Во все стороны хлынул поток праны, снося все здания, что умудрялись до этого уцелеть словно карточные домики. Заброшенная техника, разбитые автомобили, тела мёртвых людей и сама земля, всё было сметено в сторону от возникшей сингулярности… аномалии, что пыталась разорвать окружающее пространство пополам. Мигом загремел гром и молнии, а за ним полил и дождь. Небеса заволокло непроглядными, чёрными тучами, создавая какофонию как никогда присущую концу света.       И всё же, пространство стабилизировалось.       Замкнутый барьер был создан, но не так как многие могли бы ожидать. Широ, всё такой же поражённый, стоял посреди своего Края Клинков, он смотрел на пропасть перед собой. Его всё также привычно окружали клинки и высохшая земля, но теперь она имела свой конец. Метрах в ста от него это поле заканчивалось, обрывалось словно недавно здесь произошло землетрясение, расколовшее земную твердь. Даже небо казалось было разделено невидимой границей. С другой же стороны…       Горные холмы, выглядывающие из-за облаков и объятые пламенем, кроваво-алые небеса… и где-то в отдалении, горный массив с длинным комплексом различных зданий, всё разрушенное. Он стоял посреди этого ада, сдёрнув наконец капюшон. Лицо было молодым, но глаза… это были глаза человека который повидал слишком многое, взгляд в котором читалась тысяча истин, что вели лишь к одному концу. Но самым примечательным были фиолетовые прожилки на шее, словно имитирующие вены. Они походили на болезнь или вирус, пульсируя в такт сердцебиению. Его взгляд был направлен прямо на Широ. – Я закончу это быстро. - пообещал он. - Этот пейзаж режет мне сердце. Восьмой Божественный Ключ, Fenghuang Down, First Power (Нисхождение Феникса, техника первая)...       То что произошло дальше, Широ запомнит на всю свою жизнь. Когда от мужчины разошлась волна энергии, она была настолько сильна, что возникший порыв воздуха едва не сбил Широ с ног, хоть тот и находился в сотнях метров от эпицентра. На него и на весь край клинков обрушилось такое давление, что грозилось впечатать парня в землю. Клинки натужно заскрипели, отчаянно сопротивляясь влиянию чужой воли на своей территории. Возникало ощущение, что если бы не защита собственного мира, то Эмия бы уже потерял сознание, или волю к сражению.       Его противник направил руки вперёд, несколькими круговыми движениями словно создавая водоворот. Вся выпущенная окрестная энергия направилась к рукам, формируя шар из пламени. Левая рука согнулась в кулак, оставляя вытянутыми указательный и средний пальцы, которые он выставил на уровень лба. – Сие есть суть изменений, импульс предшествующий созиданию, что нельзя сковать какой либо формой…       Огненный шар мгновенно обратился в ярко пылающий двуручный меч, целиком состоящий из пламени. Лоб заклинателя загорелся огненной точкой, а под ногами возникла огромная печать Инь-Янь с элементами триграмм, ярко вспыхнувшая от переизбытка энергии. Лезвие меча было направлено прямо на Широ.       И он среагировал мгновенно, расценив угрозу как самую серьёзную со времён всех его путешествий до сих пор. Массив энергии потраченный на эту технику мог с лёгкостью испарить Бога, даже нескольких. Его собирались поразить одним единственным ударом, способным уничтожить всё на своём пути. Его Зеркало Души уже трещало по швам лишь от приготовлений к удару, а жар и огонь с лёгкостью пересилили таковые на его стороне. Без преувеличений, эту технику можно было расценивать как превзошедшую даже Небесный Фантазм ранга анти-мир как например Эа Гильгамеша.       Он умрёт.       Он абсолютно точно умрёт если получит прямой удар. В любых других обстоятельствах это была бы гарантированная смерть, но пока он находится в Зеркале Души… у него ещё есть шанс! – Стиль Taixuan…       Не теряя ни мгновения, Эмия начал собственные приготовления. Воззвав ко всей доступной ему силе без остатка, он подчинил себе все до единого орудия Края Клинков. Мана, прана, жизненная сила, Божественная энергия, сила стража в руке Арчера, в ход безжалостно шло всё, что могло хоть как-то помочь ему выжить. Пока орудия за его спиной подымались всё выше, маг выстроил стену из всех защитных фантазмов, что были в его распоряжении, он даже создал больше пяти десятков копий щита Аякса, и закрылся дополнительными слоями из контролирующих пространство артефактов.       Брызнула кровь из носа и глаз, на тело обрушилось ещё большее давление, а в волосах прибавилось седины. Энергии не хватало, так что для подпитки Широ использовал все переносные источники маны выданные Файтером на самый крайний случай. Он чувствовал истощение как никогда раньше, но останавливаться было нельзя, всё или ничего.       Финальным аккордом стало формирования гигантского вихря из всевозможных мечей которые могло предоставить это Зеркало Души. Можно было без преувеличения сказать, что на защиту Широ выступил целый мир и соразмерная ему мощь. Это была атака, которую повторить уже не выйдет. – Taixuan Eminence (Выбор Возвышения)!       Монструозный поток пламени высвободился и рванул вперёд, преодолевая разделяющее их расстояние за считанные мгновения. Путь ему преградил вихрь клинков, безжалостно столнувшийся с силой за гранью человеческой и даже божественной. Две силы соприкоснулись в яростном противостоянии, терзая само пространство вокруг. Сжигая бесчисленные фантазмы и бросая на убой новые, Эмия сдерживал само воплощение силы, направленное на уничтожение. С яростным криком, он поднажал, бросая всего себя в бой, вкладывая каждую каплю силы что имел.       Но…       Посреди всего этого гвалта послышался треск и пламя стало неумолимо одерживать верх. Постепенно преодолевая фантазмы, оно обрушилось на первую линию обороны. Пять десятков щитов Аякса и бесчисленное множество защитных артефактов с достоинством приняли на себя входящий урон, и на секунду показалось, что этого будет достаточно, но один за другим, щиты ломались, продавливались превосходящей силой. Широ привалился на одно колено, непрерывно истекая кровью. Клинки выстроенные в защитном порядке, бесконечные атаки и пространственная защита, в один миг этого всего просто не стало.       Яростный огонь охватил всё, накрыв поле клинков и не найдя более места для высвобождения своего разрушительного потенциала, рванул вверх, разрывая на части небеса и само Зеркало Души.       Голова немного кружилась. Тело было как будто чужим, а взгляд расфокусированным. Явно не так себе представлял Файтер результаты своего прорыва. Пользуясь, как ему казалось, стандартными понятиями конденсации ци, формирования основы, создания ядра, зарождения души, единства с миром, полубожественности, божественности и бессмертия, он начал с самого начала. Чего Файтер не учёл, так это того, что имея внутри себя энергию “Мира” и получив прямой доступ к местной энергии, он взлетит с конденсации ци до единства с миром едва сформировав своё пространство души. Формирование даньтяня прошло как-то странно, скорее слившись с его собственным ядром, нежели став отдельным источником. Так что, не успел он опомниться, как его уже выкинуло в небо чтобы преодолеть треволнение молниями. Ну шутка ли, попытка покарать молниями существо ранжированное выше самого этого мира, так что ничего удивительного не было, что энергия треволнения просто впиталась в культивационную основу выкинув парня на уровень бессмертия.       Не то, чтобы Файтер раньше не думал о том, чтобы освоить путь культивирования. Необходимые знания для этого у него были с того момента, как он слился с Гайей, другое дело, что ему казалось, будто это потребует большего времени, а потому не имело смысла ввиду его ситуации. Кроме того, Файтер знал, что бесконтрольное повышение силы без укрепления основ является идиотизмом, так что осознав себя на уровне бессмертия всё, что ему оставалось, это насильно подавить свою основу заставив её сконцентрироваться и спуститься до уровня единения с миром.       Остановился он на этом уровне во первых потому, что слишком быстро прорываться вредно, это он знал наверняка, во вторых потому, что ощутил всплеск чего-то необычного, что навело на неприятные подозрения, в третьих, он остановился потому, что собирался вернуться к этому процессу позже с более глубоким осмыслением. Формирование силы без формирования пути Дао было в корне неверным, ну или так казалось Файтеру. И хотя своё “Дао” он сформировал для себя давно, он не был уверен, что связать его с основой культивации будет так же просто, как и подняться в царствах. – Фу-ух, - выдохнул он воздух, придя в себя. Осмотревшись, Файтер обнаружил, что внизу были сотни тварей. Тело его переполняла энергия, которой требовалось, чтобы её привели к гармонии, так что разумным казалось просто воспользоваться ей, проведя по телу, чтобы свыкнуться с новыми ощущениями.       Ещё один всплеск силы, куда мощнее прежнего прошёл по телу Файтера, когда он обнаружил возмущения в самой планете. Прекратив заниматься бессмысленными разрушениями, он выпустил волну, которая должна была обнаружить координаты источника этой аномалии. Имея прямую связь с маной этого мира, он не только восстановил прежние силы, но и повысил их, за счёт своего прорыва, так что текущая задача казалась ему чем-то обыденным, однако сюрпризы и не планировали заканчиваться. Обнаружив наконец точку всплеска, он шагнул в пустоту, собираясь пройти сквозь пространство. – Какого! - удар в голову едва не лишил Файтера чувств. Сфокусировав взгляд он обнаружил себя посреди тёмного пространства с разноцветными прожилками. Выбросив вперёд руку, парень попытался схватиться за что-то и крякнул от досады. - пространственная ловушка, серьёзно?       Прокусив указательный палец, он позволил нескольким капелькам крови выступить наружу, которые он позже послал вперёд, создав из них какой-то символ. – Ломайся! - отдал он приказ. Пространство завибрировало, пойдя волнами, но трещин не появилось. Впрочем, из-за постоянного колебания стали видны границы этого измерения. - что же ты от меня скрываешь… - задумчиво произнёс парень, поняв, что быстро разобраться с этим не удастся. Решив, что время нужно провести с пользой, он начертил ещё несколько кровавых символов, которые начали испускать колебания разной волны, безостановочно терзавших стенки изолированного пространства. Пользуясь этой заминкой, Файтер выбросил руку перед собой, призвав, что-то вроде экрана отображающего нечто похожее на базу данных. – Поиск по ключевым словам! - произнёс он и задумался. Что из окружающего было действительно частью мира, а что было результатом вмешательства. Решив, что ничего не потеряет, он начал с имён. - Комуро Такаши, Рэй Миямото, Кабураги Райко, Шидзука Марикава, Сая Такаги. Вспомогательные категории для поиска: Зомбификация. Вирус сексуального желания.       Перед парнем промелькнули несколько десятков возможных результатов с разной степенью совпадения, однако ни одно не давало полных результатов. Из вероятных были: Школа Мертвецов, Кансен, Заражение, Кабанери Железной Крепости, Обитель зла и ещё несколько десятков. – Указать незаконченные работы по причине смерти автора.       Секунду спустя список резко сократился оставив с пару тройку вещей, однако просматривая материалы, все сомнения Файтера были отброшены едва он увидел ряд совпадающих персонажей. – Школа Мертвецов, - выбрал он, - загрузить информацию.       Пространство щёлкнуло, покрывшись трещинами, но причиной тому была не техника Файтера, а его злость. Ярость бурлила в нём, а всё потому, что перед его глазами была надпись:       Судьба\Апокалипсис.       Автор: Заблокировано.       Fate/Stay Night, High School of The Dead, Fate/stay night: Unlimited Blade Works (кроссовер)       Статус: В процессе создания       Приоритет: Высший       Персонажи: Эмия Широ. Файтер. – Ах ты ж сука! - взвыл Файтер осознав почему он не мог нарушить цепочку этого путешествия. Волна силы разошлась по пространству, разбив его на осколки. Полыхая гневом и всполохами сгорающей на поверхности тела маны, он обнаружил себя в небе над разрушенной частью города. Здания обвалились, словно что-то откусило кусок из конструкций. В округе не было ни одного человека или монстра, кроме единственного парня лежавшего на разбитой дороге без сознания. Подняв взгляд вверх, Файтер увидел серые тучи и дождь, которого он не почувствовал, так как он испарялся не долетая до его тела из-за полыхающей энергии.       Казалось, что само это пространство стало безжизненным. Прикрыв глаза, Файтер наполнил их маной, чтобы увидеть мир иначе. То, что открылось его взгляду было шокирующим. От глубин Земли до Небес простиралась огромная чёрная трещина. Обычными глазами её было не увидеть, однако она точно была там. Первой мыслью парня было столкновение двух миров, и он был недалек от истины. Опустившись на раскрошенную почву, он подошёл к телу парня на земле. Эмия Широ не дышал, одной из рук не было, на лице застыла гримаса боли и лёгкого неверия. Возможно даже разочарования. Положив руку на грудь парня, Файтер влил немного своей силы, чтобы подробнее осмотреть тело и его внутреннее состояние. – Всё таки защитил сердце, - кивнул он сам себе обнаружив, что небольшая толика божественной силы парня защищала еле бьющееся сердце. Все духовные каналы, магические цепи и нервы были повреждены до такой степени, что было бы проще создать новое тело, чем исцелить это. Кости в большинстве своём были переломаны, а те, что не были, треснули везде где было можно и нельзя. Глаза были закрыты, хоть веки и слегка подрагивали, было это от конвульсий в нервных окончаниях, а не из-за того, что Широ был в сознании.       Взмахнув рукой в неопределенном жесте, Файтер установил барьер на скорую руку, чтобы никто не помешал ему оказывать первую помощь парню. Создав на руке небольшой нож, он рассёк своё запястье, насильно открыв рот парня и начав вливать горячую кровь. – Ты конечно будешь в ярости, когда проснёшься, - устало бросил мужчина, - но по другому я тебя в порядок не приведу. - Собрав небольшой уплотнённый шарик энергии на указательном и среднем пальцах, Файтер сделал несколько точечных ударов в разных местах на теле Широ после чего уселся рядом и начал ждать.       Прежде чем куда-то переносить парня, его нужно было стабилизировать, а сделать это было невероятно сложно. По какой-то причине чужеродная энергия всё ещё бурлила в его теле и её нужно было сбалансировать другой, не менее яростной и своевольной. Чем это грозило герою в будущем ещё предстояло выяснить, а сейчас нужно было решить самые важные проблемы. – Жаль, - посмотрев на первый за долгое время ровный вдох парня, Файтер ещё раз огляделся, лениво испепелив нескольких заблудших мертвяков, - жаль, что ни я наткнулся на эту сволочь. Тебе стоило использовать экстренный портключ, а не сражаться, но ты ведь никогда не слушаешь, - покачал он головой.       В этот момент из горла парня послышалось какое-то бульканье и кашель. Незамедлительно Файтер перевернул тело на бок, позволив крови покинуть тело доходяги. – Тихо-тихо - надавливая на точки на спине приговаривал Файтер, - тебе ещё мир спасать, не торопись перерождаться. - несмотря на реакцию тела, сам Широ всё ещё был без сознания, и нуждался в уходе. Восстановить эти повреждения быстро невозможно.       Прождав ещё около получаса, Файтер проверил тело парня и удовлетворительно кивнул. До стабилизации было ещё далеко, но теперь его хотя бы можно было перемещать. Оставался лишь один вопрос, куда именно. Впрочем, на этот счёт была идея. Раз уж он разобрался где они находятся, то… Окутав Широ мутным коконом из энергии, которая поддерживала его состояние, Файтер начал применять заклинание телепорта, боясь, что шаг сквозь пространство слишком сильно навредит. Пару тройку секунд спустя, рунный круг унёс обоих прочь от этого места, переместив на небольшую улочку между невысоких домиков. Сразу было понятно, что это жилой район с частными домами, а не многоквартирными многоэтажками. Оглядевшись, он нашёл тот дом, который был нужен им, совершенно не удивившись тому, что в одном из окон горел свет. – Придётся отвечать на вопросы, - посетовал Файтер, направившись к искомому, - на множество вопросов… Боги, как же я устал… кто бы уже ответил на мои… - мимоходом покрыв дом и пространство вокруг него барьером, делающим здание неприметным и защищённым, Файтер совершенно непринужденно позвонил в дверной звонок, совершенно не представляя, что скажет когда дверь откроется.