Не первое свидание

Бар находится прямо над пляжем — несколько десятков каменистых ступенек отделяет их от песчаного побережья — и почти под открытым небом — соломенная крыша не считается, окна слишком большие. Можно даже не наклоняться, чтобы увидеть кучу рассыпанных по иссиня-черному небу звезд. Лэнс с Китом садятся прямо за барную стойку, и Кит тут же заказывает себе картошку фри. Лэнс только закатывает глаза: на самом деле, он немного завидует, что Кит может есть такие вещи без вечных высыпаний на лице, хоть и притворяется, что сам за здоровый образ жизни. Ни черта. Будь его воля, он бы питался одним фастфудом, но приходится довольствоваться салатом. Жизнь кажется уже не такой грустной, когда Лэнс открывает алкогольную карту бара. Кит лениво жует длиннющую картошину, смотря прямо перед собой, волосы собраны назад: из-за этого он выглядит очень домашним и смешным. С него станется заказать обычное пиво, как, впрочем, и всегда, так что Лэнс предлагает: — Может, по коктейлю? Кит пожимает плечами, но пододвигается поближе к Лэнсу и вместе с ним просматривает меню. — Не особенно в них секу, — от него пахнет картошкой фри, морской солью и чем-то душистым. Наверняка опять пользовался мистом Лэнса. Когда Лэнс предлагает ему какой-нибудь крем, тот отнекивается как может, а вот таскать вкусно пахнущие штуки — это, конечно, святое. — Коктейли выбираются по трем критериям: крепкий или слабенький, сладкий или несладкий и насколько большой объем тебя интересует, — поясняет Лэнс. — Еще многих волнует, какой алкоголь будет в основе, но ты в этом вообще не разбираешься. — Точно, — соглашается Кит, забирая с тарелки Лэнса оливку. Лэнс, конечно, шлепает его по руке, но оливку это не спасает. Он, жуя оливку, приваливается к плечу Лэнса щекой: — Может, “Секс на пляже”? — Можно, — соглашается Лэнс, поглаживая Кита по коленке. — А коктейли какие? Шутка даже по критериям Лэнса не сказать, что очень уж смешная, но Кит негромко смеется. Интересно, есть ли вероятность того, что им еще в картошку фри алкоголь подлили? И означает ли смех Кита, что Лэнс и вправду может рассчитывать на продолжение вечера у моря? — Нам два “Секса на пляже”, — просит Лэнс у сурового габаритного бармена. Кит лишь по-дурацки хихикает. — Я согласен, — говорит Кит и подмигивает (и смотрится при этом обезоруживающе глупо), когда бармен отходит. — На секс на пляже. Ты же любишь романтику, все эти звезды, море… песок в нижнем белье. Лэнс закатывает глаза: — Ну все, романтика потеряна. Ты абсолютный профан в романтике, Кит Когане. — Сегодня-то что не так? — Кит всплескивает руками. — Ну знаешь, спонтанность тоже важна, — поучительным тоном говорит Лэнс. — Сейчас ты очень спонтанно полетишь со стула. — Не надо, — Лэнс на всякий случай вцепляется в высокий плетеный стул. Как будто это поможет: если Киту понадобится, он его и вместе со стулом опрокинет. Бармен в это время ставит перед ними коктейли и добавляет тарелку радужных мармеладок. Как мило. — Я не понял, ты согласен или нет? — переспрашивает Кит. Когда их отношения дошли до того, что секс они обсуждают таким рутинным образом? Непостижимо. — Согласен. Спасибо, что спросил, — отвечает Лэнс и отпивает довольно сладкий и крепкий коктейль. — Всегда к твоим услугам. — Ты просто сказка, Кит, всегда такой внимательный, — хмыкает Лэнс, не удержавшись. Но Кит подхватывает: — Нет, это ты сказка, Лэнс. Чудо, самое настоящее чудо, — он чокается своим бокалом с бокалом Лэнса. — Даже не могу представить, что бы я без тебя делал. — Я люблю тебя, Кит Когане, — говорит Лэнс и честно старается не рассмеяться. Кит вообще не помогает, прыснув в ту же секунду. — Всем своим пылким сердцем. Они целуются. Весь остаток вечера они так и общаются по-телемарафонски. Кит когда-то (в первый год отношений) очень удивил Лэнса, подхватив его бессмысленный поток комплиментов с просьбой помыть накопившуюся посуду в раковине. Теперь это помогает убить вечер. Еще, конечно, алкоголь, пресный салат и чудесно пахнущая картошка фри. И то, насколько высоко забралась рука Кита Лэнсу под шорты. — Позволь я заплачу, — лихим движением Кит вытаскивает свой бумажник из кармана. — Ох, нет, ну что ты, Кит, позволь это сделать мне, — говорит Лэнс и тоже тянется за своим. Они препираются минуты две и прерываются только когда бармен устало вздыхает. Он не должен был наблюдать такое. Лэнса бы точно не обрадовало в пятничный вечер смотреть на воркующую парочку. — Извините, — виновато улыбается Кит. — Сдачи не надо. Они сбегают из бара совсем по-мальчишески: медленно и степенно проходят по всему помещению, но, оказавшись на пороге, оба припускают. Конечно же, это превращается в соревнование. И Кит совершенно бесчестно тянет Лэнса за футболку, когда тот его обгоняет на лестнице, ведущей на пляж. Кит спускается первым, что неудивительно при такой грязной игре, но Лэнс не остается в долгу: с разбега запрыгивает к нему на спину. Лэнс думал, что Кит повалится на песок, вместо этого он подхватывает Лэнса под коленями и пробегает по пустынному пляжу к кромке воды. — Нет! — Лэнс пытается воззвать к голосу разума. — Телефоны! Наличка! Карты! И Кит все-таки его отпускает. Кеды тут промокают, они стоят по щиколотку в воде. Кит улыбается, дышит немногим тяжелее, чем обычно, на лице играет румянец. Красивый, такой родной. Даже удивительно, что спустя — сколько там прошло? пять? шесть лет? — у Лэнса до сих пор сердце замирает. Просто так. Когда Кит рядом. Или когда он фирменно, по-китовски, ухмыляется. Да, все-таки алкоголь и звездное небо пагубно сказываются на Лэнсе и на его поэтичности. Но целоваться они тянутся друг к другу одновременно, значит, Кит чувствует что-то подобное. Губы, знакомые до каждой трещинки, до сих пор соленые от картошки фри, и Лэнс не удерживается, облизывает особенно вкусное место. — Лэнс, господи, что ты за придурок, — Кит вытирает губы от слюны, пока Лэнс заливается смехом. Они усаживаются на песок, Лэнс вытягивает ноги, приглашая Кита сесть. Тот, конечно, не отказывается, садится лицом к лицу, так близко, что их животы соприкасаются. Лэнс чувствует исходящее тепло от Кита. Это очень приятно, и пах наливается тяжестью, а в ушах звенит от прилива возбуждения. На Ките легкая рубашка и майка с глубоким воротом, так что ключицы легко достать языком. Они такие выступающие, мощные и красивые, Лэнсу всегда нравилось их покусывать, хоть Киту от этого было ни горячо ни холодно. Зато если провести как нужно под ребрами — Кит выдыхает через нос, — да еще лизнуть сосок… Лэнс сдергивает лямки майки с плеч и покрывает поцелуями грудь Кита, ласкает соски губами и языком, отчего Кит запрокидывает голову, оставаясь таким же беззвучным. Он отстраняет Лэнса от себя, отодвигается, чтобы было немного пространства, и стягивает с себя рубашку, а вслед за ней майку. Туда же — куда-то в сторону — летит и синяя футболка Лэнса, и мешающие смартфон с бумажником. Кит нетерпеливо ерзает, и Лэнс сжимает его задницу, лапает ее с таким же удовольствием, как делал это на праздновании победы Вольтрона над злыми недругами. А тогда это было первое, невинное и катастрофически жадное облапывание. Теперь Лэнс опытен во всем, что касается задницы Кита. — Хватит прелюдий, — хрипит Кит и расстегивает свою ширинку. — Тебе стоило только попросить, милый, — голос у Лэнса тоже сел. Он был бы сейчас не против трахнуть Кита по-настоящему. Жаль, что смазки нет с собой, вечер был больно хорош, и это стало бы замечательным его завершением. Ничего, они еще успеют сделать это на кровати. А может, не дойдут до кровати, как в прошлом месяце, когда Кит разложил Лэнса прямо в коридоре. Это было чертовски горячо. Лэнс точно не против повторить. Они дрочат друг другу, как говорит Кит, “на брудершафт”, целуясь до боли в губах. Лэнс гладит Кита по его нежной красивой спине, накрывает рукой лопатку, а потом скользит до самого низа. Так приятно, так хорошо. Кит дышит как всегда шумно, Лэнс как всегда часто-часто бормочет то “Кит”, то “детка”. Кончают они одновременно — они давным-давно научились подстраиваться друг под друга — и валятся на песок. Лэнс еще так глупо и сентиментально крепко прижимает к себе Кита, когда их обоих дергает от оргазма. Кит гладит его по волосам, пока они отдыхают. Песок не очень приятно ощущается под голой кожей, но Лэнсу плевать. Боже, как он любит Кита. Лэнс косит на него взглядом, и тот улыбается, заметив. Вот, опять. Сердце екнуло. — Продолжение банкета через двадцать минут дома? — деловито интересуется Кит. — О, детка, там будет пир. А теперь быстрее в море, пока сперма не засохла. Первым делом они и вправду обмываются, но Лэнс совершенно не удивлен, что выходят они из моря в насквозь промокших шортах, предварительно устроив соревнование “кто быстрее до буйка” (конечно же Лэнс, и именно поэтому утром будет готовить Кит). Лэнс подбирает все самое ценное — и свое, и Кита. Тот разминается после долгого заплыва и вытряхивает воду из ушей. Настроение у него приподнятое, это заметно по прыгучим движениям, взамен ленца, которая была в баре. Лэнс мимоходом целует его в губы — и они отправляются в свой общий уютный дом.