Сделка

— Ну, так что скажешь? Мне нужен ответ прямо сейчас, у меня график, всё расписано до августа.       Геркулес взглянул на связанную, мотающую головой и смотрящую на него с непонятной мольбой Мег, затем — на Аида, и глухое отчаяние нахлынуло сплошной волной. — Люди пострадают? — спросил он, заранее зная ответ. Возможно, надеясь, что бог солжёт. Но тот лишь усмехнулся, оказываясь рядом и наклоняясь к так, что он мог чувствовать запах — холод, смерть, табачный дым и что-то сладкое. Если бы боги дышали, он бы почувствовал дыхание Лорда Подземелья на своих губах. — Ты ведь и сам знаешь ответ, Герк. — Пообещай, что не причинишь ей вреда. — Обещаю, — растянул в довольной улыбке серо-синие губы Аид, выпрямляясь. — Если я нарушу условия сделки, она станет недействительной и твоя сила вернётся к тебе. Ну, скрепим договор поцелуем? — П-поцелуем? — недоуменно воскликнул Геркулес, отшатываясь.       Он думал, они просто пожмут руки и всё, как делают обычные люди. Он ведь ещё ни разу не целовался, и мысль, что его первый поцелуй будет принадлежать этому странному зловещему мужчине, а не остроумной красавице Мег пугала и смущала. — Да, поцелуем. Какие-то проблемы? — оскалился Аид, хищно щурясь. — О, неужели наш герой, окружённый множеством прекрасных птичек, ещё не познал удовольствия от сего действия? Похоже, в дополнение к силе я получу ещё и первый поцелуй великого воина. Замечательно.       Геркулес покраснел, опуская глаза. «Он явно издевается,» — мелькнула мысль в голове, тут же исчезая. Он тряхнул головой, напомнив себе, ради кого он соглашается на сделку, и поднял взгляд на Аида, сжав руки в кулаки. — Ты говорил, что у тебя мало времени. Давай покончим с этим и больше никогда не встретимся. — Как пожелаешь, дорогой.       Аид взял Геркулеса за подбородок, приближая его лицо к своему, другой рукой обнимая за талию и прижимая к себе, от чего по телу прошла трепещущая дрожь из смеси страха и волнения. Аид накрыл тёплые мягкие мальчишеские губы своими, тонкими и холодными, целуя властно и грубо, задевая острыми зубами губы, оставляя маленькие, слегка кровоточащие ранки, и Геркулес ощущал себя маленьким и ничтожно слабым в жестоких объятиях настоящего могущественного бога. Спустя минуту, показавшуюся ему всей вечностью, Аид отстранился, довольно облизываясь, проходясь языком по губам, слегка окрашенным красным. — А теперь вторая часть заключения договора. — Вторая часть? — удивлённо спросил Геркулес, отходя на несколько шагов назад, касаясь кончиками пальцев ноющих губ. — Именно. Пожмём друг другу руки, — и протянул бледную ладонь с длинными пальцами.       Геркулес послушно, но медленно вытянул свою, которая тут же оказалась в плену когтистой холодной руки, оставившей едва заметные царапинки. Всё тело прошибла волна боли и слабости, на плечи будто опустили что-то невыносимо тяжёлое. Он опустился на одно колено, тихо застонав, не видя торжествующего, злорадного выражения лица бога. — Чувствуешь слабость? Конечно, ты чувствуешь. Теперь ты как все, наслаждайся, — насмешливо произнёс Аид, отшвырнув от себя Геркулеса. — Теперь, когда все препятствия устранены, пора начинать, — лёгкий взмах руки и перед ним появилась чёрная колесница. — Освободи Мег, — хрипло напомнил бывший бог. — Конечно, — щелчок пальцев и дымчатая верёвка, сковывающая девушку, исчезла. Мегара тут же бросилась к Геркулесу, помогая тому сесть. — Ах да, ещё один маленький сюрприз: эта чистая голубка работала на меня всё это время. И нет, я не вру. Ну, прощайте.       И улетел на чёрной колеснице, запряжённой чёрным чудовищем, громко и злобно хохоча.       Геркулесу показалось, что на этой колеснице вместе с его дядей улетела вся его жизнь, все надежды и мечты.