А мы не ангелы, или Реванш тьмы. Эпилог

Падали, но поднимались!

      Гарри с непониманием смотрел на результаты ритуала, которые лежали прямо перед ним и обозначали вполне конкретные координаты для аппарации. Он просто не верил своим глазам.        — Сев! — завопил парень. — Северус, я нашёл его!        — Что? — зельевар несколько растерялся.        — Я нашёл Тома, — глаза Поттера сияли, он размахивал пергаментом, на который скопировал координаты.       Снейп сглотнул. Ну вот — момент настал. Он дал себе слово, что, если Гарри удастся найти Лорда, он отойдёт в тень, предоставив им возможность помириться. Больше Северус быть помехой их отношениям не хотел. Без Тома всё оказалось не так…       Однажды он потерял своего кумира — когда на кладбище возродилось чудовище. Но Судьба оказалась милосердна, и он нашёл его вновь — Том вернулся. Теперь же его нет, но уже по вине самого Снейпа. И он твёрдо был намерен это прекратить. Он улыбнулся как можно более искренне.        — Я говорил, что у тебя всё получится. Что ты стоишь — аппарируй, пока наш Лорд ещё куда-нибудь не сбежал, — Северус постарался приложить все усилия, чтобы его голос звучал нейтрально и спокойно, ничем не выдавая бурю, которая поднималась в его душе — ему хотелось выть, как вервольфу на Луну, при мысли, что он потеряет и Гарри, и Тома. Но он — лишний, и это он разрушил их отношения. А значит, он уйдёт. Так будет лучше.        — Сев, мы вернёмся и мы… поговорим все вместе, хорошо? — в голосе Гарри звучала тревога.       Он смутно чувствовал, что что-то не так, хотя Снейп и закрылся от него всеми возможными щитами. Но время было дорого — Северус прав. Место пребывания Тома могло быть и непостоянным, а если он снова переместится куда-нибудь — Мерлин знает, сработает ли ритуал в очередной раз. Поттер перепробовал их бессчётное количество, прежде чем — сегодня — у него получилось.        — Конечно, — Снейп спокойно улыбнулся и подтолкнул Гарри в спину, в шутку подгоняя. — Просто верни его — себе и семье.        — Я сделаю для этого всё, — кивнул Поттер.

Выключи своё сознание, Я не прошу понимания. Сколько мы раз убеждались — Падали, но поднимались!

      Гарри оказался на скалистом утёсе. Он осмотрелся. За его спиной расстилался лес, перед ним — море. Том стоял возле края, а у его ног лежал незнакомый человек, находящийся без сознания. Гарри всмотрелся внимательнее и понял, что вокруг человека расчерчены фигуры и выписаны руны. Он узнал рисунок с замиранием сердца — Том собирался создать крестраж.       Поттер заставил себя глубоко вздохнуть. Спокойно. Он этого не допустит. Почему-то же поисковый ритуал дал результат именно сегодня! Одно из двух: или Госпожа Судьба вмешалась, или Том сам снял часть защиты, где-то хотя бы в подсознании желая, чтобы его остановили.        — Том! — собравшись с духом позвал он. — Пожалуйста, нам надо поговорить.       Лорд не обернулся, хотя плечи его и дрогнули. Гарри — хотя ситуация совершенно не располагала — невольно залюбовался: Том выглядел величественно и очень красиво. Чёрные волосы, которые давно отросли, сейчас свободно развевал ветер, осанка была ровной, словно Лорд поставил себе задачу — выровняться в идеальную прямую.        — Том, пожалуйста, — уже настойчивее попросил Поттер. Его не покидало настойчивое ощущение, что время утекает сквозь пальцы. — Я не прошу понять. Я прошу просто выслушать.       Ему казалось, что ответа он не дождётся в принципе, когда ледяным тоном раздалось:        — Говори.       Гарри тяжело вздохнул про себя и собрался с мыслями. Разговаривать со спиной Тома ему совершенно не хотелось, но выбора у него не было. Он не был уверен, что сможет найти нужные слова, но и не попытаться он не мог.        — Том, я не стану извиняться, — решительно начал Гарри. — Просто не считаю нужным извиняться за чувства — и, думаю, ты понимаешь меня в этом как никто. Но я готов признать, что виноват перед тобой. Я накосячил, да — так бывает. И это не первый раз. Сколько раз мы с тобой ошибались? Сколько боли причинили друг другу? Может, это просто Судьба. Может, это мы не умеем по-другому.        — А может, просто нужно было сказать всё, как есть? — всё-таки Лорд не выдержал и обернулся. Взгляд необычных глаз, казалось, мог заморозить море. Но Поттер всё равно чувствовал, что где-то глубоко, под слоями брони, всё ещё живут чувства. Чувства к нему.        — Может, — не стал спорить Гарри. — Может, мне стоило многое в своей жизни сделать более правильно. Как и тебе. Но на ошибках учатся. Но именно то, что мы способны оступиться — делает нас людьми. Сколько раз мы с тобой вставали с колен и шли дальше?        — И ты хочешь, чтобы я просто сделал вид, что всё хорошо? — в холодном голосе скользнули нотки сарказма. — Просто переступил через твоё предательство и жил, как ни в чём не бывало?        — Я точно знаю, чего я не хочу, и сделаю всё, чтобы этого не произошло, — Поттер указал рукой на будущую жертву ритуала — мужчина так и лежал у ног Лорда без сознания. — Том, даже если ты не можешь принять меня и мой поступок, я того не стою — не делай этого!

Знаешь, никто нам не нужен, Круг до безумия сужен, Сколько себе признавались — Падали, но поднимались!

      Лорд смотрел на него, задумчиво склонив голову к плечу. Взгляд оставался холодным, но теперь в нём словно мелькал интерес, или Гарри просто хотел так думать…        — Почему? — неожиданно спросил Лорд. — Просто ответь мне: почему?        — Почему что? — несколько растерялся Поттер, но Том только пристально смотрел на него и объяснять свой вопрос явно не собирался. Внезапно Гарри осенило. — Ты о том, что нам было хорошо вдвоём? Что мы не раз говорили друг другу, или просто давали понять без слов, что, пока мы вместе, мы готовы выступать против целого мира? Что нам больше никто не нужен, хотя мы и принимали семью?        — Да, примерно об этом, — Том скривил губы в холодной усмешке, которая могла бы сойти за демонстрацию безразличия, если бы Поттер знал его немного хуже. — Ты просто нашёл себе новое развлечение? Или новую любовь? Зачем всё это было, Гарри? Зачем было делать меня своим крестражем? Зачем строить планы на будущее? Чтобы разрушить всё в один момент… Ведь это не вчера началось.        — Не вчера, — не стал отпираться парень. — Том, мне сложно объяснить… Просто Северус… он стал настолько своим. Я не мог выбирать, не мог и не могу объяснить. Но одно я знаю совершенно точно: я искал тебя вовсе не потому, что меня мучило чувство вины. Я люблю тебя — и от этого отказываться я не собираюсь!

Всех по углам с расстановкой Перед нелепой уловкой, Сколько стеклом разлетались — Падали, но поднимались!

       — Да, конечно, — с горечью отозвался Лорд. — Я так и понял. Меня любишь, Снейпа любишь, всех любишь — ты у нас вообще любвеобильный, как я посмотрю… Зачем ты пришёл, Поттер?        — Я хочу всё исправить — я тебе уже сказал, — Гарри не отвёл взгляда.        — Исправить? Что именно? Ты же всё так хорошо придумал… Не без твоих усилий вся семья накануне битвы была готова к ней и даже выжила. Ты спас Северуса, убил Дамблдора — всё же отлично сложилось. Зачем тут что-то исправлять? — Том пожал плечами и снова отвернулся к океану.        — Я имел ввиду отношения между нами, — Поттер велел себе запастись терпением и реагировать на всё спокойно. — Я… я, конечно, могу без тебя — все без всех могут. Но я не хочу жить в мире, где тебя нет.        — Да что ты? — голос Лорда звучал холодно и глухо. — Вы победили — осталось только пожать плоды. Все по парам и всё прекрасно. Иди к Северусу, Гарри. И будьте счастливы. А что касается нас с тобой… Помнишь, мы с тобой ругались и нечаянно разбили хрустальную скульптуру? Нам не помогло даже «Репаро» — от неё остались лишь осколки. Мораль: не всё, что разбилось можно склеить.

Может, не будем сдаваться, Проще уйти, чем остаться. Мы же всегда оставались — Падали, но поднимались!

       — Ну да, — Поттер потихоньку начинал злиться. Нет, он, конечно, понимал, что сам виноват, и был готов к тяжёлому разговору, прекрасно понимая, что Том вправе злиться. Но он не ожидал, что Лорд уже принял решение и менять его не собирался. — Всё так. Но, напомню, когда просто из желания поэкспериментировать, Джин и Драко применили «Репаро» к несчастной скульптуре одновременно — она всё-таки восстановилась, а ведь прошло время. Может, всё дело в желании?        — О да! Давай, перевешивай вину на меня, — Лорд горько усмехнулся. — Мне безразлично, Гарри. Ты уверен, что тебе достаточно было прийти и сказать «я виноват», и я — в твоём представлении — должен сгрести тебя в объятия и сказать: «Конечно, Гарри, всё хорошо, я тебя прощаю». Мы много раз ссорились, дважды едва не расстались, но всегда возвращались друг к другу. И плевать, что в этот раз ты перешёл все допустимые границы — в моём доме, с человеком, которого я всегда считал близким другом и уважал, ты просто унижал меня, отправляясь из его объятий в мою постель и наоборот… — Том обернулся и теперь Поттер отчётливо видел маленькую бурю в его глазах, которые опасно вспыхивали красными искрами. — Не дождёшься, Поттер, я этого не скажу. Убирайся!        — Ну конечно. Проще ведь просто уйти, Том? Бросить всё к чертям русалочьим и побежать создавать очередной крестраж? — Гарри потерял терпение окончательно, и ему стало глубоко безразлично — чем всё это закончится. — Остаться и воевать за свои чувства, остаться и разобраться с происходящим — это ведь слишком сложно для тебя, да? Проще вести себя, как истеричная барышня! Да даже если бы ты просто набил мне морду или вызвал на дуэль — я бы понял, но твоё бегство от проблемы понимать отказываюсь!       Том в мгновение оказался с ним рядом и схватил за футболку, приблизив его лицо к своему.        — Ты нарываешься, Поттер, — прошипел он на парселтанге — он часто переходил на язык змей, когда не контролировал свою ярость. — Ты сейчас назвал меня трусом?!

За любовь без сомнения Бьются новые поколения, Оглянись — и пробьёт твой час, Ты же не один! Ты один из нас!

       — А если и так? — Гарри вскинул голову, показывая, что отступать он не намерен. — Можешь — в качестве примера — посмотреть на нашу семью, которую ты, между прочим, бросил! Они давали клятвы тебе, Том! Не мне и не Северусу! Они поверили тебе! Но на это тебе тоже наплевать — у тебя личная драма! Посмотри на Люциуса, в конце концов! Он всю жизнь боролся за того, кто был ему дорог — за Сириуса. И он не сдался. Драко вон рискнул с Джинни… Да мы бились в этой грёбаной битве за свободу и любовь!        — Это всё очень мило, — процедил Лорд, так и не выпустив Гарри. — Вот только ты пытаешься сейчас меня обвинить в том, что я не стал за тебя бороться? А ты не охренел ли, Поттер? Корона не давит? Мир вокруг тебя не вертится!        — Ладно, не прокатило, — легко согласился Гарри. — Чёрт со мной — сволочью и изменщиком. Хотя просто к слову — именно сволочь и эгоиста ты и полюбил, но мантикора тебя отлюби, ты не один, Том! Я понимаю, что ты не хочешь видеть меня и Снейпа, но у тебя, чёрт тебя дери, есть семья! Которая тебя любит и ждёт! Девочки совсем извелись! Если тебе от этого легче — вот как раз наш маленький мирок вокруг тебя и вертится! И тебе достаточно разуть глаза и оглянуться, чтобы это понять!

В людях любовь не приметна, Наша зависимость смертна, Сколько бы не издевались — Падали, но поднимались!

       — Но ты — часть этого мира… Принять его — это принять тебя, — глухо отозвался Том, которого слова Гарри о семье зацепили — он скучал по ним.       Поттер долго смотрел ему в глаза. Его футболку Лорд всё-таки отпустил, и теперь они стояли в паре шагов друг от друга и, похоже, ни один решительно не понимал, что делать дальше. Впервые за последний месяц они оказались не просто рядом, а слишком близко. В глазах Гарри мелькнула какая-то отчаянная решимость, и он притянул Тома к себе, настойчиво целуя.       Лорд не хотел отвечать. Он твёрдо решил, что завязывает с чувствами и со всем человеческим. Нет. Но мысли уже затуманивались — такие родные и знакомые руки и губы что-то привычно переворачивали в душе. Гарри стал слишком близким. Мысленно тяжело вздохнув, Том сдался — перехватил инициативу, углубляя поцелуй и чувствуя себя так, словно наконец получил доступ к бесконечному источнику живой воды. Мерлин!       Гарри отстранился первым — они уже задыхались от нехватки кислорода. Но Тома не отпустил, обнимая его за талию и пристально глядя в глаза.        — Я не могу исправить прошлое… Помнишь, ты сказал мне это когда-то. Том, ты подарил мне этот мир и новую жизнь. У нас никогда не было простых отношений — они начались с того, что ты хотел меня убить и убил моих родителей. Но за годы мы так и не смогли расстаться… Сначала нас сводила Госпожа Судьба и один бородатый старик, а потом вмешалась Любовь, и стало совсем сложно. Возможно, мы когда-нибудь убьём друг друга — фигурально или буквально — но я не хочу, не чувствую в себе сил от тебя отказаться… — Поттер выдохся, понимая, что он и так перевыполнил свои лимиты по красноречию и просто не знает, что ещё сказать.       Том сглотнул. Поттер. Как же так получилось, что он стал ключевой фигурой в его жизни? Гарри сейчас был прав: они связаны всю жизнь — с момента его появления на свет. И эта зависимость друг от друга только укреплялась за годы. Пока они не дошли до отношений, в которых любовь была испепеляющей, а страсть — сжигающей дотла. Они уничтожали друг друга каждый день и возрождались из пепла, словно фениксы. Сможет ли он без этого? Хочет ли действительно отпустить Гарри? Простить измену, по сути, предательство — сложно. Поттер простил ему убийство родителей. Мерлин… Том ненавидел чувства — они безумно осложняли жизнь.

Знаешь, нам надо собраться. Проще уйти, чем остаться. Сколько на это решались — Падали, но поднимались!

       — Том, нам надо что-то решить… — голос Гарри вклинился в размышления Лорда. — Я в принципе всё сказал — оратор из меня не очень, но всё же…        — Надо, — Том отозвался машинально.       Что-то внутри всё ещё подмывало его прогнать парня и завершить ритуал, к которому он долго готовился. Но он не хотел его отпускать. Гарри — его. Его проклятие, надежда, боль, любовь, отрицание, ярость, страсть, радость. Лорд внезапно осознал, что где-то упустил тот момент, когда Поттер просто стал для него маленьким миром, ради которого можно потерпеть и большой.       Намного проще было прогнать Гарри, да. И всё станет безразлично, но чётко и ясно. Вот только так Том уже пробовал и знал разницу — так он уже не хотел. Как человек, попробовав деликатес, уже не хочет садиться обратно на скучную диету. Стараясь не задумываться — что же он всё-таки делает, отрезая себе пути отступления — он втянул Поттера в новый поцелуй.

В мире, где правит «наверно», Всё удивительно скверно. Все мы хоть раз обжигались — Падали, но поднимались!

       — Просто скажи, что ты вернёшься вместе со мной, — попросил Гарри, лениво гладя спину Лорда. Они немного отдышались после страстного поцелуя и сейчас просто стояли в обнимку. — Пожалуйста…       Том прикрыл глаза. Всё вроде было просто. Да и он понимал, что отказаться от Поттера он уже не сможет. Но сейчас за собственное поведение почему-то было стыдно — прав Гарри, повёл себя как истеричная девица. Вернуться?        — Наверное, — неопределённо отозвался Лорд вслух, понимая, что Поттер ждёт ответа.        — Душевно, — голос Гарри похолодел. — Чудно побеседовали… Том, ты же знаешь до какой степени я ненавижу неопределённость — она ни к чему хорошему не приводит. Я понимаю, что тебе сложно принять решение, но может всё-таки?..       Лорд молчал. Поймут ли его дома? В конце-концов, у них святых не было. Несмотря на молодость некоторых членов их странной семьи, у каждого за плечами были свои испытания, в характере — свои странности. Да и каждый хоть раз обжигался в чувствах, в любви и дружбе. Примут ли они, что и Том — просто человек, который позволил себе слабость? А всё чёртов Поттер — раньше у Лорда таких проблем не было, а проявление слабостей он в принципе презирал…

Включим второе дыханье, Нам ни о чём их молчанье. Мы же всегда оставались — Падали, но поднимались!

       — Просто пойдём домой, — отчаявшись дождаться ответа, Гарри прижался к любимому и старался говорить мягким тоном. — Давай просто попробуем сначала?        — Нет, Гарри, мы не станем начинать сначала, — Том заглянул в изумрудные глаза. — Я хочу помнить. Мы ни разу не сдались — что бы между нами ни случалось. И только то, что мы учились на своих ошибках в отношениях, помогло нам их построить. Я не хочу сначала, но я согласен попробовать продолжить строить то, что люди называют счастьем и любовью.       Лорд подавил желание закрыть глаза, чтобы не видеть реакции Поттера. Всё — он это сказал. Снова позволил себе слабость — простить и отпустить прошлое. Или это всё же проявление силы? Он уже устал разбираться в этой странной, запутанной и до сих пор в чём-то неизведанной и чуждой сфере чувств. Неважно. Он не станет об этом думать.       А Поттер не стал бурно выражать радость. Он просто впился в губы Тома, попутно запуская руки под его мантию и стремясь добраться до кожи. Сейчас эти прикосновения казались ему жизненно важными — напряжение отпускало, и он всё отчетливее понимал, насколько соскучился.

За любовь без сомнения Бьются новые поколения, Оглянись — и пробьёт твой час, Ты же не один! Ты один из нас!

      Гарри потом как-то смутно, словно в тумане вспоминал, как он аппарировал их домой. Они с Томом в своё время перемудрили с чарами, и теперь даже хозяева максимум могли попасть в сад, но не в дом. Собственно, именно в саду они и оказались, вызвав удивлённые и радостные вскрики девочек и искренние улыбки мужской части компании — все отдыхали, радуясь хорошей погоде.       Он мимолётно улыбнулся — семья уже некоторое время наслаждалась блаженным бездельем и романтикой — пока такая возможность у них была. Поттер терпеливо подождал, пока все поприветствуют Тома, который заметно расслабился — никто и не думал упрекать его или высказывать недовольство. Целых пять минут Гарри молча стоял в сторонке, отметив только про себя, что отсутствует Снейп, но решил, что они обязательно найдут его позже. Но всё-таки терпение никогда не было отличительной чертой гриффиндорца. Вежливо улыбнувшись близким, он схватил Тома за руку и потащил в дом.       А Лорд чувствовал себя по-настоящему счастливым. Сейчас он сам себе казался дураком — с чего он вообще решил, что его не примут обратно? Чувство было раздражающим, но Том всё больше привыкал, что с появлением Гарри вся его жизнь перевернулась с ног на голову. Только он всё больше и больше убеждался, что не так это и страшно — позволить себе чувствовать. И он был не один. Сейчас он чувствовал, как никогда.

Падали, но поднимались!

      Они начали целоваться ещё где-то на лестнице. Гарри споткнулся, и Том перехватил его, не дав разбить нос. Поттер только заглянул в его глаза, которые были слишком близко, и старая история началась сначала. Они всегда заводились рядом друг с другом с полуоборота.       Том впечатал Поттера в стену и позволил себе отдаться власти привычного дурмана страсти. Конечно, они понимали, зачем идут в спальню, но лёгкое ощущение принуждённости или даже скорее предсказуемости, которую они оба не выносили, мгновенно развеялось случайной сценкой на лестнице, и к спальне они передвигались зигзагами, целуясь на ходу и срывая друг с друга одежду — домовики всё равно наведут порядок.

Выключи своё сознание, Я не прошу понимания. Сколько мы раз убеждались — Падали, но поднимались!

      Такие родные и такие забытые прикосновения. Гарри вспомнилось, как он сказал когда-то Тому, что ему нравится с ним ссориться. Не то чтобы это поменялось, но теперь он точно был уверен, что приложит все силы, чтобы подобные — столь затяжные по времени — ссоры больше не происходили.       Том впился укусом в его шею, и Гарри застонал — почему-то его любовники точно знали, чего он хочет именно в данный момент. Это только заводило ещё больше. И Том, и Северус словно предугадывали его желания… «Стоп. Сейчас есть Том и только Том!» — решительно одёрнул себя Гарри и потянулся расстегнуть ремень летних брюк Лорда — на его взгляд, на любимом было слишком много одежды.       А после он горел — сгорал дотла и возрождался вновь. Потому что Том стал его личным дьявольским пламенем, его наркотиком и страстью, жизнью и погибелью. Жёсткие ласки и долгие поцелуи разжигали пожар страсти всё сильнее, толкая к слиянию и удовольствию — как к последней надежде.       С каждым мощным толчком любимого в его теле Гарри казалось, что ещё немного, и он погибнет, сгорит в испепеляющем, но жизненно необходимом огне, чтобы снова возродиться и любить. И миллиарды звёзд, которые рассыпались фейерверком где-то в затуманенном сознании, вырвали у него крик — полный ликования и радости. Он любит Тома — всё так просто. И даже если он когда-нибудь захочет уйти — он останется. Потому что Тёмный Лорд стал его миром… Его личной — единственно правильной и необходимой, как воздух — Вселенной.        — Больше никогда так не делай, — Том уже пришёл в себя и сейчас нависал над Гарри, настойчиво глядя ему в глаза. — Я могу без тебя, не стану спорить. Но я не хочу, — вернул он Поттеру его же слова. — Ты научил меня любить… Так не отбирай это теперь…        — Я с тобой, Том. Столько, сколько ты только захочешь, — Гарри сверкнул глазами. — Потому что я люблю тебя.       Лорд втянул его в долгий поцелуй. В эту минуту он был абсолютно уверен — всё у них будет просто замечательно.

Падали, но поднимались!