You are the reason why I smile

В автобусе все сидели семьями, в основном, кто с кем ближе общался. Кутеповы сидели за Зобниными, Жирковы за Игнашевичами, Смольниковы рядом с Ерохиными; девушка Дениса Черышева осталась в Испании, поэтому он сидел с таким же неприкаянным Марио, чем не мог не вызывать милых перешептываний и шуточек, к которым уже все привыкли. Артем с Игорем сидели через проход друг от друга и мастерски делали вид, что разговоры с женами их очень интересуют. Дзюба время от времени бросал короткие взгляды в сторону, но так, чтобы это не привлекало лишнего внимания. Он в пол-уха слушал Кристину, а про себя думал, как повезло Илье с Ромой, что у них жены так дружат, что можно семьями собираться, общаться; что он хотел бы так же, чтобы просто видеть Игоря хоть немного чаще. - Тём, о чем задумался? - с улыбкой спросила Кристина. - Ни о чем, малыш, просто речь готовлю, - ответил Артем. - Все хорошо? - А разве может быть иначе, когда моего любимого мужа скоро будет награждать Президент? - она нараспев произнесла должность главы государства и крепко поцеловала мужа. - Я так за тебя счастлива! - Да, да, я тоже, - согласился с ней Артем. Игорь слышал, как мило воркует над Дзюбой жена. Катя, хоть и вела себя сдержаннее, тоже заметно расцветала от одной мысли, что ее мужа удостоили такой высокой награды, как Орден Почета. Игорь держал ее за руку и старательно пытался подавить мысли о том, как здорово было бы, если бы на ее месте был тот двухметровый лосяра, который сидит через проход. Делая вид, что просто осматривает автобус, Акинфеев тоже периодически смотрел на Артема, отсчитывая в голове минуты, когда удастся снова перекинуться с ним парой слов. Даже думали они об одном и том же. По приезде в Кремль спортсменов и их жен, а также тренерский штаб тепло встретили и проводили в Екатерининский зал. Здесь распределение мест немного отличалось от того, какое было в Министерстве спорта: жен так же рассадили чуть позади, а вот футболистов - в зависимости от вручаемой награды; Станислава Саламовича, Сергея Игнашевича и Игоря Акинфеева посадили на первый ряд справа, поскольку они удостаивались орденов, прямо за ними - тренерский штаб, остальные футболисты заняли левый сектор кресел. Артем сел почти с краю, между Аланом и Сашей Ерохиным. Они сидели с Игорем почти на одной линии. Дзюба то и дело беспокойно смотрел направо, ловил взгляд такого же волнующегося Акинфеева и отводил глаза, и так бесчисленное множество раз, пока в зал не вошел Президент. Все поднялись со своих мест для приветствия. Во время речи главы государства Игоря ни с того ни с чего накрыло жутким волнением: пришло полное осознание того, где они находятся и что происходит. И как-то интуитивно ему захотелось взглянуть на Артема: это частенько успокаивало, возвращало в норму. Акинфеев тихонько повернул голову налево и нашел его глазами; будто почувствовав на себе этот взгляд, Дзюба сам коротко посмотрел на Игоря и едва улыбнулся уголками губ. Игорь не смог удержаться и, глубоко вздохнув и отвернув голову, моментально расплылся в улыбке. Невероятное тепло растекалось по солнечному сплетению, постепенно перекрывая все внутреннее волнение. Когда назвали Игоря, у Артема будто переключился в голове какой-то тумблер. Потому что он, как завороженный, смотрел на Акинфеева, приоткрыв рот и почти не моргая, и совершенно не слушал, что он там говорит. В этот самый момент Игорь стал для него целой Вселенной; Артем гордился им во много раз больше, чем кем бы то ни было, восхищался, обожал и сходил с ума, и сердце колотилось, как сумасшедшее. Это его Игорь, его абсолютное счастье. Ему сейчас вручили Орден Почета, очень серьезную награду, которую он заслужил, всей своей огромной работой, своей преданностью стране и болельщикам. Артем, наверное, и дышал-то через раз, когда вспоминал, что не только на Игоря надо смотреть. Акинфеев вернулся на свое место, бросив короткий взгляд в сторону Артема. Скоро будут награждать и его. "Что же ты на этот раз выкинешь?" - думал про себя Игорь, понимая, что даже на таком серьезном мероприятии Дзюба останется собой. И не ошибся. Вызвали Артема. Он едва ли не вприпрыжку подошел к Президенту, пожал ему руку и дружески похлопал по плечу. Игорь в это время, вздыхая, покачал головой, то же сделал и Станислав Саламович. Дзюба попросил слова и подошел к микрофону. Чуть пригнувшись, начал говорить: - Всем здрасьте. "Дзюба, ты в Кремле, какое всем здрасьте..." - пронеслось в голове у Игоря. -Владимир Владимирович, для нас огромная честь находиться здесь, и огромная гордость играть за свою страну. И, небольшой такой.. для нас будет приятно, если вы смените хоккейные коньки на футбольные бутсы, это будет для нас самое замечательное. Спасибо большое! Артем еще раз пожал руку Президенту и спешно вернулся на место. Акинфеев не отрывал бы от него взгляда и дальше, но увы, Дзюба сидел на соседнем ряду, и внимание Игоря стало бы слишком заметно. Этот тридцатилетний ребенок определенно вносил смуту в его спокойную жизнь, но по какой-то причине его это только радовало. И причина эта обозначалась всего одной буквой - Л. Торжественная часть закончилась, награды нашли своих героев. Дзюбе так не терпелось рвануть в самую гущу событий, что дважды он едва не совершил "фальш-старт". Артем внимательно следил за Черчесовым, и как только тот поднялся с места, тоже встал со своего, оставив грамоту на кресле. Дзюба сразу прошел куда-то в середину; Игорь сначала стоял немного левее, потом его оттеснил назад Габулов, стоявший рядом. Артем осмотрелся вокруг, заметил Игоря за спиной и, чуть приобняв его за плечо, продвинул вперед. И ощущаемый только ими электрический разряд снова прошел между мужчинами. Глаза Акинфеева загорелись, а сам он едва держался, чтобы не прижаться к Артему еще ближе. И такой шанс ему представился. Дзюба старался пройти вперед, говоря Игорю, чтобы не отставал. А у Акинфеева внезапно появилась паника перед толпой: а как еще объяснять этот детский страх отойти от Артема даже на полшага, это огромное желание укрыться за его широкой спиной и почувствовать себя в безопасности - только рядом с ним. И так кстати пришлась их разница в росте: снова меняя свое местоположение, Игорь скользнул щекой по плечу Артема, прижавшись к нему на долю секунды, но успев почувствовать все невероятное тепло, которое исходило от этого удивительного человека. Акинфеев выставил правую руку чуть вперед, для удобства, ощущая Дзюбу плечом. Артем не мог не воспользоваться моментом: расплываясь в улыбке, он ласково, одними пальцами прикоснулся к локтю Акинфеева, проскальзывая по рукаву пиджака, и на какие-то несколько секунд, которые хотелось продлить до вечности, держал его за руку. Казалось, что не многочисленные лампочки освещали Екатерининский зал, - это улыбка до одури счастливого Дзюбы заполняла светом все вокруг. Они оба научились получать максимум счастья от самых маленьких моментов, которые дарила им судьба. Поэтому любое касание, улыбка или пара мимоходом брошенных фраз оставались в памяти в особенном, бережно хранимом уголке. Вынесли подарок Президенту - большую рамку с футболкой с 11 номером, на которой расписались все члены команды, а за ней, на фоне, располагался коллаж из фотографий блистательной игры сборной на Чемпионате мира. Все было готово для общего фото. Что творилось в голове у Артема, он и сам понять не мог: рядом с Игорем он чувствовал внутри целый пчелиный рой из разных, а подчас и интимных мыслей. Так было всегда, но сейчас как-то по-особому. И как-то само собой появилось желание снова вызвать улыбку на лице его капитана. Вот только шутки были бы неуместны. Поэтому Артем, улыбаясь до ушей и смотря прямо в одну из камер, чуть согнул ноги в коленях, благодаря чему они с Игорем стали одного роста. Акинфеев повернулся к нему на секунду и буквально расцвел, не желая сдерживать улыбки - да и если бы хотел, не смог бы. Именно эту секунду и запечатлели камеры: два абсолютно счастливых человека не могли не выделяться среди сосредоточенных и немного нервных лиц остальных. Игорь решительно не мог перестать улыбаться; его глаза искрили радостью, так же, как у Артема. Затем пришло время для более неформальных разговоров: принесли шампанское. Артем и здесь был в центре внимания и во все стороны сыпал шутками. Игорь стоял рядом с ним, в разговорах участвовал мало, в основном слушал и время от времени смеялся над тем, что выдавал Дзюба. Игорь чувствовал себя спокойно и уютно, несмотря на то, что находились они в Кремле. Причиной тому был Артем. Причиной всего был Артем. И сейчас важным было только это, потому что как ни старался Акинфеев, вести себя максимально серьезно не получалось. Он так откровенно ловил каждый взгляд Дзюбы, вслушивался в каждое слово, не слишком вникая в смысл, и - улыбался. Улыбался так, как никогда раньше, как никому другому. Улыбался, как восьмиклассница на танцах при виде первого красавца школы. Улыбался, потому что не мог больше держать это внутри, потому что он был рядом, прямо здесь, в эту самую секунду. Игорь ловил себя на мысли, что еще не видел Артема таким красивым: они привыкли друг к другу в футбольной форме, по одну или по разные стороны баррикад, а здесь - в строгих костюмах, при галстуках, вид был совсем иным, все было иначе. Акинфеев снова чувствовал себя, как после матча с Испанией - несмотря на множество людей вокруг, казалось, что кроме них двоих никого в целом мире нет. И очень хотелось продлить это ощущение как можно дольше. Мимо Артема прошел сын Юрия Жиркова, которого он по-отечески потрепал за волосы. - Так, это Жиркова, да? - не с полной уверенностью сказал Черчесов. - Мы не знаем, мы еще не решили, - выдал Артем, вызывая всеобщий смех, - Жиркова или мой сын. Игорь посмеялся со всеми, а про себя подумал, какой же все-таки ребенок Дзюба, и язык у него без костей. - Похож на обоих, - поддержал Президент. - Я старался, - смеясь, согласился Артем. Игорь светился, как лампочка на сто ватт, то и дело поглядывая на Артема. Тот же, в свою очередь, вел себя как подлинный шоумен: уверенный вид и ни намека на волнение. Заболтавшись с Габуловым, Игорь не заметил, как Дзюба куда-то исчез. Осмотревшись по сторонам и не обнаружив форварда, Акинфеев на удачу решил выйти в коридор. Повезло: Артем стоял у ближайшего окна и поправлял галстук. Игорь подошел к нему и вполголоса спросил: - Артем, почему ты здесь? Что-то случилось? Мужчина повернулся, и Игорь подумал, что у того нервный вид. - Ты у меня случился, - негромко, не поднимая взгляда, ответил Дзюба. - Это я давно заметил, - положив руку ему на плечо, проговорил Акинфеев. - Сейчас что не так? Артем оперся руками на подоконник, затем дернулся и скрестил их на груди. Посмотрел на Игоря исподлобья и быстро заговорил: - Вот мы здесь, рядом, а я даже поговорить с тобой толком не могу. Всё урывками, короткими фразами, - мне этого так мало! - Ну, а чего ты хотел? - грустно улыбаясь, спросил Игорь. - Официальные мероприятия, все серьезно. - Чего бы я хотел? - Дзюба широко распахнул глаза, шагнул вперёд, отходя от подоконника. - Я бы хотел обнять тебя. - он понизил голос, чтобы никто больше не смог его услышать - Ты уже обнимал, - начал было Игорь, но его перебили. - Это не то! Я сегодня шутками в тройном объеме налево и направо разбрасываюсь, думаешь, просто потому, что мне нравится? Нет, это просто попытки отвлечься. Отвлечься от того, что ты так близко сегодня, понимаешь, Игорь? - он легонько ткнул в плечо Акинфеева кулаком и перешел на едва слышный шепот. - Чтобы не думать о том, как ты выглядишь в этом костюме и не представлять, насколько лучше будешь выглядеть без него... Игорь смутился, но перебивать не стал. - Я на тебя смотрю, а в голове целый день крутится желание взять за руку и увести в какой-нибудь туалет. Я весь день думаю о том, как зажал бы тебя там, содрал твой галстук, расстегнул рубашку и целовал в шею, прикусывал и вылизывал кадык до тех пор, пока ты в голос кричать от удовольствия не начал бы. Закрыл бы тебе рот рукой, чтобы ты нас не выдал, и продолжал до тех пор, пока... - Артем понизил голос, делая шаг навстречу Акинфееву. Голубые глаза сверкали на загорелом лице, голос стал хриплым. Сексом пахло, кажется, уже на весь коридор. Акинфеев сделал шаг назад. - Тём, тут везде камеры. - его голос тоже охрип. После рассказа Дзюбы Игорь дышал часто и неровно, а брюки стали тесными. - Хочешь чтобы охрана увидела, как мы вваливаемся вдвоем в туалет, а через двадцать минут опять-таки вдвоем выходим растрепанные? - прошептал Акинфеев. - То есть тебя в этом всем только камеры смущают? - Артем не выдержал и засмеялся. Игорь улыбнулся в ответ. - Ты как всегда, - покачав головой, ответил Игорь. - Пойдем обратно, нас уже потеряли, наверное.