Всё зависит от нас самих

— Катя, расслабься. — Прозвучал мужской голос откуда-то сбоку. Это был один из медицинских работников команды, очевидно, заметивший волнение девушки. Уже шла 20 минута матча, а голов и опасных моментов Ротор ещё не создал, в то время, как Краснодар едва не вкатил мяч в ворота волгоградцев. Голкипер был на уровне. Сегодня ворота защищал Алексей, ему около 30 и он коренной житель этого Города Героя. Леша был одним из тех, кто посещал тот самый матч с Манчестер Юнайтед, когда Ротор разгромил англичан. Его отец тогда играл за местный клуб и маленький мальчик Леша мечтал быть таким же. Но года шли, разруха приходила и Ротор потухал. Лишь пару недель назад в этом мужчине возродилась детская мечта, так что теперь он был готов вырвать эту победу. Катя знала об этом и от этого лишь сильнее волновалась. Когда казалось бы всё потеряно, Александр, подающий надежды нападающий Ротора, забивает гол со штрафного и стадион вскакивает. Аплодируют и игроки Сборной, внимательно следящие за происходящим. Саша радостно вскидывает руки к небу, но не бежит к своим одноклубникам или зрителям. Он направляется в сторону Катерины. Парень хватает ее в объятия и начинает радостно кружить. Катя не противится действиям футболиста, а только смеётся и улыбается. Момент, который ждали все и она не исключение. Где-то рядом даёт «пять» другим игрокам тренер. Этот гол был невероятным важным для них. Катерину любили в команде, это можно повторять и повторять сотни раз. Она была открытой, работала ради клуба и поддерживала игроков. За пару месяцев работы футболисты начали считать ее одной из своих и по-братски переживать. К примеру, историю Алексея знала только она, потому что тот не любил распространяться о своих чувствах. Этакий Волгоградский Акинфеев. Парень как-то поделился этой мыслью перед матчем с Тамбовом, рассказывая о том, как хочет порадовать отца. И таких историй она знала много. Даже главный тренер как-то поздним вечером поделился своей тайной. Они тогда смотрели матчи соперника, чтобы лучше понять их тактику и сильные стороны игроков. Смолов стоял на вип-трибуне рядом с Дзюбой и внимательно следил, но не за игрой, а за девушкой на кромке поля. Она все ещё стояла в его толстовке, что бесспорно радовало футболиста и чувство собственности зашкаливало в этот момент. Что может быть лучше. Фёдор безумно переживал сначала тайма. Окружающие полагали, что парень волнуется за свой клуб и Артём не уставал подшучивать над ним. Однако сам Смолов знал, что причина в девушке и ее преданности команде. Тогда в отеле они обсуждали насколько важно для неё все происходящее в Волгограде. Однако видеть это совсем другое, нежели слышать. В тоже время где-то неподалёку стоял Головин, бросивший все и приехавший сюда. Переход в Монако и быстрая травма казалось бы сбили парня с толку, вывели из равновесия, хотя да, так и было. Было, пока Катерина не назвала его чемпионом. Он сразу же улыбнулся, вспоминая то самое смс. А когда Дзюба написал, что собирается в Волгоград на решающую игру для Ротора и выразил желание поддержать Катю, Саша не раздумывая согласился. Тем более он уже купил билеты до Волгограда. Тогда на Базе в Новогорске, когда Головин признался, что у него все хорошо в отношениях с Ангелиной, он не соврал и о том, что хочет целовать Катю. Звучало действительно странно, но в тот момент он решил, что ему плевать на все и терять нечего. С Катериной они пришли к решению, что останутся друзьями. Она тогда сказала, что не желает рушить его отношения и как-то мешать его личной жизни, которая так или иначе может повлиять на его футбольные достижения. Девушка не понимала лишь одного: выкинуть ее из головы футболист уже не мог. В тоже время Саша начал осознавать, что между помощницей тренера и Смоловым что-то есть, а фотография в профиле последнего убедила его на все 100 процентов. Он помнил, как Федя когда-то говорил, что не видит смысла выкладывать в Инстаграм проходящих девушек. 10 номер постоянно причитал, что туда попадают только его любимые и дорогие, именно поэтому их так мало. Все над ним посмеялись, но теперь Головин понял насколько честно тогда ответил нападающий. От раздумий Александра отвлёк выкрик Артёма: — Да пошёл ты! Всё шло как нельзя лучше, но на последней минуте Краснодар забивает Ротору и звучит свисток, отправляющий команды на перерыв. — Твою мать! — Выкрикнул активно жестикулирующий Роберт Геннадьевич. Команды ушли в раздевалки: гости с ощущением гордости, хозяева с тревогой. — Мужики, всё огонь! — В комнату влетел Дзюба, а за ним и остальные. — Держитесь давайте! Вы их там прессовали, прости Федя, но дубль Краснодара сегодня должен проиграть. Футболисты Ротора, которые должны были удивиться или обрадоваться появлению таких звёзд, лишь сосредоточенно смотрели и слушали парней. При других обстоятельствах их реакция была бы иной, ведь во время Чемпионата каждый из них восхищался игроками Национальной команды. Но сейчас они стояли в паре сантиметров от мечты, которую будто бы оттаскивали от них. — Да, всё нормально. — Кивнул старший Миранчук. — Защита чутка не собрана. — А я вам говорил! — Довольно поддакнул тренер. — Защитники, очнитесь, там вратарь один остаётся. Парни, хватит витать в облаках, не будет пламенных речей. Соберитесь, игра закончилась и теперь началась суровая реальность. Саня один всё тащит в нападении. — Саши вечно одни тащат всё. Да, Головин? — Усмехнулся Антон. Александр лишь скромно кивнул, понимая, что сейчас речь идёт о Монако. — Роберт Геннадьевич, расслабьтесь. — Артём улыбнулся тренеру. Катя не спешила идти к футболистам, она немного зависла в подтрибунном помещении, читая подбадривающие сообщения от Нармин. Девушка знала, что подруга совсем не смыслит в футболе, но ей было приятно, что та всеми силами поддерживает её. Она долго решала стоит ли идти в раздевалку или лучше не передавать своё волнение игрокам, но желание увидеть их было превыше. Катя толкнула дверь и прежде, чем что-то успела понять, была заключена в объятия Дзюбы. — Екатерина Васильевна. — Воскликнул футболист, прижимая девушку ещё ближе. — Вы так не нервничайте, а то я не матч смотрю, а только на Вас. — Артём, отстань. — Девушка расслабленно улыбнулась и слегка оттолкнула парня. — Привет. — Хором выкрикнули братья. — Рада нас видеть, ну, признайся? — Безумно. Спасибо вам. — Девушка глянула на часы. — Так, пора. Ребят, давайте. Вы лучшие у меня. — Ну вот, а Вы говорили, что без пламенных речей, Роберт Геннадьевич. — Рассмеялся Андрей. — Головин, ты то сюда какими судьбами? — Они шли по подтрибунному помещению и Катерина не удержалась от этого вопроса. — А Сашка у нас решил на нормальный футбол посмотреть. — Усмехнулся Дзюба. — Это же важный матч. — Пожал плечами 17 номер. — Не мог пропустить его. — Ой, да ладно вам. — Артём махнул рукой. — «Важный матч», «не могу пропустить». Вот я между прочим отпросился с игры ради этого. Так что, Екатерина Васильевна, помните своего героя. Все рассмеялись, Дзюба ходивший со своим юмором на грани, постоянно находил нужную середину, чтобы никого не обидеть. Казалось, что этот парень может разрядить любую обстановку. — О да, тебя сложно забыть. — Кивнула девушка. — А я вот ещё хотел спросить. Почему ты не в форме команды. — Она внизу, там футболку. — Катерина слегка задрала край толстовки, показывая парням фирменную майку клуба. — А чего толстовку местную не нацепила? — Артём, отцепись. Это талисман. Смолов самодовольно улыбнулся, но на собеседницу не глянул. Он знал, что никто из парней не поймёт чья эта вещь, но главное, что они с Катей знали правду. Попрощавшись на выходе, девушка отправилась в сторону поля, когда к её окликнул Головин. Губы непроизвольно растянулись в улыбке. — Я приехал бы, даже если бы не было травмы. — Саша улыбнулся. — Хочу, чтобы ты знала. — Я знаю, Саш. Спасибо тебе. — Катя обняла молодого человека и легонько поцеловав его в щёку, ушла. Второй тайм был тяжёлым и эмоционально, и физически. Команды гоняли друг друга по полю как звери. Вратари лишь успевали прыгать то в верхний левый, то в нижний правый угол. Зрелищнее этого матча болельщики Ротора едва ли видели. Команда билась и сейчас можно было точно сказать, что, даже проиграй они, никто и пальцем на них не покажет. А поражение было совсем близко: на 71 минуте Максим Кутовой, прорвав защиту после красивейшего и точного паса Никиты Сергеева, забивает мяч в ворота Ротора не оставив голкиперу ни единого шанса. Роберт Геннадьевич в ярости, скамейка запасных сидит, схватившись за голову, болельщики продолжают подгонять своих. Последующие 19 минут прошли без голов и каких-либо очевидных шансов на атаку местной команды. Катя ощущает, как её потряхивает. Сжав руки в кулаки, девушка продолжает стоять и делать вид абсолютного спокойствия. Вновь идут дополнительные минуты, а с ними и шансы на положительный исход. Сейчас каждый понимает, чем всё закончится. Катерина оглядывается по сторонам, останавливает взгляд на Главном тренере, который старается подгонять своих, на игроках, рвущихся вперёд и болельщиках. Девушка даже заметила, как футболисты Сборной что-то кричат в такт с фанатами, это заставило её улыбнуться. В следующее мгновение Катя поворачивает голову обратно на поле и становится свидетелем слаженной работы. Полузащита Ротора показала зубы: Денис Якуба обводит двух соперников, пробивает мяч вперёд и, когда кажется, что это пас в никуда, появляется Артём Попов и забивает. Вратарь предпринимает попытку словить мяч, но по итогу лишь провожает взглядом. 2:2! Комментатор кричит, что есть сил: — Гол за Ротор забил — Артём! — Попов! Никто не празднуют, мяч сразу же вводят в игру и разыгрывают. Тридцать секунд и финальный свисток. — Ничья. — Произносит Катя, смотря пустым взглядом вперёд. — Конец. — Поддерживает тренер. Вместе с финальным свистком Катины эмоции прорываются наружу. Слёзы текут по щекам, а сама она захлёбывается в них. Краснодар не улыбается, футболисты понимают, как тяжело сейчас их соперникам. Ведь игроки этой команды, как и многие другие, следили за волгоградцами и их нелёгкой дорогой. Футболисты Краснодара аплодируют всем зрителям и отходят в сторону. Ротор подавлен. Катерина стягивает с себя чёрную толстовку, оставаясь в футболке клуба, идёт к раскинувшему руки для объятий Алексею. Вратарь был на уровне, но этого, к сожалению, мало. Девушка утыкается носом в грудь мужчины и начинает вздрагивать от всхлипов ещё больше. — Ну всё, малыш, всё хорошо. — Лёша гладит девушку по волосам. — Успокойся, это же не конец жизни. Мы выйдем в следующий раз. — Матч Тамбов — Луч продолжается. — Раздаётся на весь стадион голос диктора. Болельщики уходить не спешат. — Прости нас. — Кто-то из игроков кладёт руку девушке на плечо. — Да за что. — Катя пытается выдать хоть что-то внятное, но сотрясается в попытках остановить слёзы. — Вы так играли сегодня, никогда такого не видела здесь. Футболисты Ротора, видимо последовав примеру коллег из Сборной, растягивают баннер с надписью: «Давай за Ротор! Спасибо». Трибуны сразу одобрительно кричат и аплодируют. — Дождёмся результата Тамбова здесь. — Сказал Роберт Геннадьевич и присел на газон. — Всё равно поле наше до самой ночи. Игроки часто делали так на тренировках, но девушка ни разу не видела, чтобы тренер позволял себе такое. Последовав примеру главного, вся команда ФК Ротор усаживается на газон. Катя аккуратно умостилась рядом с вратарём, подтянула к себе ноги и уткнулась в них, обхватив голову руками. — Они не уходят. — Воскликнул удивлённо Саша. Девушка глянула в сторону и действительно: трибуны были всё также полны, а слева от хозяев сидела команда противника. На стадионе было тихо. Все молчали и ждали последних слов. Мальчик, лет 18, вынес микрофон и протянул его Тренеру, но тот лишь помотал головой. Изначально планировалась прощальная речь, которую Роберт Геннадьевич обещал произнести в любом случае, вне зависимости от исхода игры. Однако сейчас ему было так обидно и грустно, что никакие слова не лезли в голову. Да и говорить ничего не нужно, всё и так видно. Игроки Сборной также спустились вниз, разместившись на местах для запасных, они наблюдали за этой картиной и были подавлены. Каждый из них знал, что значит поражение. Каждый понимал каково сейчас этим парням, которые возможно лишились всего. А ещё им было больно видеть Катерину в таком состоянии, в коим её ещё никто из них не видел. Смолов и Головин внимательно рассматривали девушку с красными глазами, всхлипывающую и пытающуюся унять слёзы. Кто бы только знал, как каждому из них хотелось подойти, обнять и не отпускать её. Фёдор винил себя в том, что не настоял ещё жестче и не забрал Катю в Краснодар. Парень изначально понимал, чем всё закончится и каково ей будет. Ему так хотелось оградить её от всего этого, но уже было поздно. Головин же корил себя за то, что никак не смог помочь девушке, хоть и обещал быть рядом. И вот сейчас у Кати было целых два парня, которые могли бы поддержать её в такую трудную минуту, но по факту она была одна. Настырная вибрация в кармане заставила девушку всё-таки достать телефон и посмотреть на сообщения. Было множество смс от одного из футболистов Луча, с которым она познакомилась на выезде. Прослушав одно из голосовых и переслушав его ещё раз пять, Катерина поднялась со своего места, вытерла рукой опухшие от слёз глаза и взяла у молодого человека микрофон. Она оглядела команду, они плакали. Сидели на поле и плакали, даже на лице жёсткого и твёрдого тренера, неприступной горы виднелось парочку мокрых дорожек. Вот это семья, о которой девушка так усердно твердила всем. В этом молчании волгоградцы и команда объединились лучше, чем во время всех матчей, которые были. На стадионе не было того, кто ушёл бы махнув рукой. Они сидели на своих местах и ждали вместе с командой, хоть каждый и понимал, что Ротор проиграл. Но никто не оставил своих. И это молчание сейчас превратилось для Кати в тишину поддержки. — Спасибо вам, я говорила это сотни раз, но буду повторять. — Катя пыталась говорить, но постоянно останавливалась из-за всё ещё льющихся слёз. — Я, как маленький ребёнок, верю в чудо. А судя по моему росту я и есть маленький ребёнок. — Послышались смешки, девушка улыбнулась. — Сегодняшняя игра и её финал стал показателем, ведь такого зрелищного футбола от нашей команды мы ещё не видели. Спасибо Краснодару и его болельщикам за честную игру, поддержку и понимание. Спасибо каждому, что не ушли и остались ждать с нами, молчать вместе с нами. Мы поднялись однажды, сможем и ещё раз. — С трибуны раздались одобрительные возгласы. — Пару минут назад закончился матч Тамбов — Луч. И сейчас я могу заявить, что люблю каждого игрока Луча. Девушка легонько рассмеялась и, под непонимающие взгляды окружающих, поднесла телефон к микрофону. Ткнув на нужную кнопку, она улыбнулась. Зазвучал мужской голос: «Ротор, вы красавцы. Вы пример для всех команд ФНЛ, который теперь знают, что так можно. Луч с вами. Катерина Васильевна, знай, что это для тебя! — Мужчина сделал паузу, его голос был бодр и весел, что не вписывалось в атмосферу на «Волгоград-Арене». — Мы с пацанами хотим, чтобы Вы — Ротор, показали этим ребятам из Премьерки, что такое ФНЛ! Мы только сейчас закончили матч с Тамбовом. 1:1, парни! Вперёд!» — Мы… — Девушка сглотнула. — Мы с разницей в одно очко опередили Тамбов. Секунда для осмысления и оглушительный гул. Трибуны вскакивают и начинается самая странная часть вечера. Катя отдаёт микрофон обратно и, уткнувшись в ладони, начинает улыбаться. Объятия, поздравления, крики и бурные возгласы раздались на Арене. — И Ротор Волгоград в следующем сезоне выходит в Премьер… — Прокричал диктор. — Лигу! — Закричал стадион. Катя развернулась и кивнув Фёдору, который неотрывно наблюдал за ней, пошла в объятия Головина. Если бы она знала, через что придётся ей пройти в этом клубе, то всё равно согласилась бы. Такой радости и счастья девушка не испытывала давно. — Спасибо, что приехал. — Она улыбнулась и легонько поцеловала парня в щёку. — Это невероятно важно. Смолов просто стоял в стороне и улыбался. Снаружи казался таким спокойным, а внутри царило буйство эмоций. Девушка так хотела подойти к нему и обнять, уткнуться носом в плечо и почувствовать эти успокаивающие руки на себе, но он стоял и лишь улыбался. Нет, помешать радости это никак не могло, но неприятные ощущения привнесло. А с другой стороны был Головин, который прилетел из Монако, писал и поддерживал Катю всё это время, но который был в отношениях. На базе Саша сказал девушке много приятного и запоминающегося, особенно о желании её целовать, но Катерина запомнила другие слова: «Мне комфортно, когда тебе комфортно». Она частенько думала о нём: для окружающих он пай-мальчик, в жизни бунтарь, который и крепким словцом может одарить, а для неё он был просто милым Сашей. Милым, но не её и это стоило признать. Время от времени, находясь уже в расположении Ротор, Катерина просматривала сводки новостей в надежде увидеть новость о личной жизни парня. Эгоистично, но что поделать, это же жизни. Разве есть среди людей тот, кто отпустит понравившегося человека и просто пожелает ему счастья? Нет, каждый будет надеяться, но рано или поздно смирится. А мысли нет-нет, да проскочат в голове. Смолов был другим. Она не могло в точности описать свои ощущения на этот счёт. Но сейчас парень просто стоял в стороне, засунув руки в карманы. Празднование переместилось в огромное помещение «Волгоград-Арены». Пару ящиков шампанского, пиццы, торты и всё это в момент появилось здесь. Никто не думал о победе и о необходимости её отпраздновать, поэтому, когда директор клуба узнал исход, сразу же занялся решением данного вопроса. И после сотен интервью, когда все журналисты были счастливы от полученных ответов, игроков и тренерский штаб отпустили отдыхать. Катя стояла где-то в стороне, когда вратарь команды залез на стол и с бокалом шампанского начал свою речь на правах капитана: — Я так горд. Никто из вас не знает, но мой отец когда-то играл за Ротор и даже забил в матче с МЮ. С тех пор моей мечтой стала наша команда. Затем пошли неудачи, но я стойко верил в победу. И вот она произошла. Я точно знаю, что сейчас мой отец дома гордится мной и наверняка он обзвонил уже большую половину своих знакомых, рассказывая о сегодняшнем. — Послышались одобрительные смешки. — Роберт Геннадьевич, простите, что был момент, когда мы опустили руки и не поверили в Вас. Мы благодарны Вам! Мужики, горжусь каждым из вас. Огромное спасибо за мою детскую мечту, она стала реальностью. И Катя, этот бокал за тебя, ты наш талисман. Так искренне за нас ещё не рыдал никто, почти смыли Арену. — Да, ну тебя. — Катерина рассмеялась и махнула на мужчину. — Правда, спасибо. Все подняли бокалы и залпом опустошили их. До дна, как говорится. Дальше понеслась музыка, душевные песни и разгорячённые футболисты. Катерина лишь отошла в сторону и с улыбкой наблюдала за происходящим. Они были, как дети. Девушка до последнего надеялась, что Нармин тоже придёт на празднование, но работу никто не отменял. — Поздравляю. — Шепнул на ухо мужской голос и она уже знала чей он. — Спасибо. — Нам надо обсудить всё? — Федь, нет. — Девушка покачала головой. — Не надо. — Почему ты такая сухая? Тебе настолько всё равно? Молодые люди уже вышли из комнаты и направились в сторону поля, чтобы схватить немного свежего воздуха. — Ну давай, расскажу тебе душевную историю. Мне было 18 лет, когда я влюбилась в того, кто мной пользовался. Я постоянно пыталась с ним поговорить, выяснить какие-то проблемы и то, что мне не понятно. А потом он меня кинул, сказал, что получил всё и теперь пошёл дальше. С тех пор я стараюсь ни с кем ничего не обсуждать. Потому что исход один и тот же, а проблем в голове море. И не говори, что ты не такой. — Все такие, а я не такой. — Весело сказал Смолов, отчего девушка заулыбалась. — Я ждал пока ты удалишь нашу фотку. — Федя, ты не выносим.- Девушка рассмеялась. — А я ждала пока это сделаешь ты. — Как обычно! — Парень закатил глаза. — Но ты носишь мою толстовку. — Мой талисман. И сегодня помог. Смолов выдохнул и притянул девушку к себе в объятия. — Слушай, я не сухарь. — Начал футболист. — Я так хотел тебя обнять сегодня, когда ты плакала. Так хотел быть рядом. — Но не был. — Молчи! А потом Головин и ты пошла к нему. Этот парень мне нравится, но чего-то так бесить начал. Не знаешь почему? Девушка подняла на него глаза и просто смотрела. — Ну, и чего ты молчишь? — Федя непонимающе покачал головой. — Ты же сказал, цитирую: «Молчать!». Мужик сказал — надо делать. — Ой, ребёнок. — Самую малость. — Девушка аккуратно провела рукой по щеке Смолова, отчего тот прикрыл глаза. Они ещё немного помолчали, прежде чем Катя решилась высказать то, о чём долго думала до этого дня. — Я видела фотки с девушкой. С брюнеткой. Думаю, что тебе надо удалить ту фотографию из аэропорта. — Ой, бля! — Выругался Смолов из-за чего девушка толкнула его в бок. — Прости, но иначе никак. Она просто сделала мне новую стрижку и всё. Попросила сфотографироваться, таких сотни. Я же не виноват, что она так близко ко мне подошла. — И я не виновата, что Саша так далеко зашёл. — Девушка пожала плечами, развернулась и пошла обратно к команде. Смолов сказал ей в след что-то грубое, но она пропустила это мимо ушей. Ещё одна причина отсутствия разговоров в подобных ситуациях — они заканчиваются одинаково, порой приводят к тому, что ты теряешь человека. Катя вернулась в зал, где веселье и не собиралось прекращаться. — Катя, хватит грустить. — Дзюба взял девушку за руку и потащил на медленный танец. И вот в объятиях нападающего Сборной и Зенита, Катерина кружится по импровизированному танцполу и во всю поёт: «Знаешь ли, вдоль ночных дорог, шла босиком не жалея ног». — Не знал, что ты знаешь слова этой песни. — Усмехнулся парень. — «Пусть обнимает не меня, но помнит всё равно. И пусть случайно моё имя вслух произнесёт. И пусть молчит, что всё же помнит». — Катя улыбнулась. — Я же выросла под эти песни. До сих пор не понимаю, почему их считают фанатским. — Я как-нибудь тебе расскажу, молодёжь. Дзюба помог девушке расслабиться. Он кружил её, таскал то вправо, то влево, но она улыбалась. Так широко и естественно. Смолов и Головин стояли в компании Миранчуков, тоже подхвативших это настрой, и внимательно следили за ребятами. Фёдор всё ещё злился на Катю и пытался понять, что же именно позволил себе Саша. Именно поэтому со стороны нападающего можно было заметить взгляды в сторону игрока Монако. Но всё рано или поздно заканчивается и уже около часа ночи все начали разъезжать по домам. — Так, ну, мы остановились в Отеле. — Подытожил Артём. — Вы с нами? — Тём, у меня здесь дом, так-то. — Улыбнувшись ответила девушка. — Тём? Все слышали? — Мужчина резко развернулся к своим друзьям. — Она назвала меня «Тёма». — Да-да, Артём, мы уже поняли. — Закатил глаза Смолов. — Ладно, тогда обнимаемся и по домам. — Пробубнил Дзюба. — Иди сюда. Попрощавшись со всеми и обернувшись к Саше, Катя даже не стала мешкать и юркнула в его распахнутые руки. — Поздравляю. — Головин легонько поцеловал её в макушку. — Я здесь до завтрашнего вечера. Увидимся? — Конечно. А остальные? — Они вроде утром улетают. — Пожал плечами Саша. И последним оставался он. Катя прекрасно слышала, что тот крикнул ей в след во время беседы на поле. И вот теперь девушка совсем не понимала, как надо попрощаться с ним. А Смолов и не собирался помогать ей в решении этого вопроса. — Пока. — Катя разворачивается и уходит к такси. — Ну как, нагулялась? — Нармин встретила подругу с чашкой чая. — О да, Нарка, мы прошли. Мне не верится. — Я поздравляю. Знала же, что ты всё сможешь. Горжусь тобой. — Нара заключила подругу в объятия. Девушки сидели на кухне и общались, казалось, что им всё равно два часа ночи сейчас или пять вечера. Из-за плотного графика у обеих девушек, такие посиделки стали такой редкостью. — Вы решили что-нибудь с Кириллом? — Катя допивала вторую чашку чая. — Ну да, поговорили. — Девушка пожала плечами. — Попробуем встречаться, но он сразу сказал, что не хочет ничего серьёзного. — Тогда почему вы вместе? — Я тоже не понимаю. — Нара подошла к окну, чтобы прикрыть его. — Ой, кажется это к тебе. — Ты чего угораешь? — Катя поспешила встать и подойти к девушке. — Да, вы издеваетесь. Быстро накинув куртку и наспех переобувшись в кеды, Катерина побежала вниз. — Какими судьбами? Ты время то видел. — Катя тепло улыбнулась. — Высплюсь в самолёте. Когда я ещё это сделаю. — Мужчина поспешил подойти к девушке. Катерина лишь покачала головой, но улыбаться так и не прекращала. Весь день какая-то авантюра, так почему бы и не попробовать ещё одну. Но куда она приведёт, это уже другая история.