Imagine...

[Крепимся и держимся, друзья! Я надеюсь, что в скором времени все невзгоды закончатся, и мы вернемся в привычное жизненное русло!]

{Depeche Mode – Strangelove (1987)}

      Закончив собирать вещи, Ксавье нажал на кнопку выключателя и уже было направился к выходу, когда его взгляд зацепился за белую полосу света, выглядывавшую из-под двери в дальнем конце коридора.       «Неужели кто-то еще проводит тренировки в столь поздний час?»       Оставив сумку на скамье возле стойки регистрации, Плимптон подкрался к танцзалу и заглянул в крохотную щель, образовавшуюся из-за неплотно прикрытой створки.       В небольшом помещении с зеркальной стеной горела только половина ламп, освещая лишь самый центр комнаты. Из динамиков старенького, видавшего лучшие времена, кассетника звучала ритмичная мелодия, а в ореоле светового пятна застыла одинокая фигура, облаченная в черное спортивное боди и легкую юбку из нескольких слоев тюля.       Т.И. была частым «гостем» в клубе. Ее уроки танцев пользовались огромным успехом, и администраторам приходилось делать запись на несколько месяцев вперед, лишь бы хоть чуть-чуть сократить очереди из желающих приобщиться к данному виду искусства.       Ксавье не единожды наблюдал за тем, как Т.Ф. репетирует вместе со своими учениками, и каждый раз поражался, насколько гибкой и виртуозной она выглядела в эти моменты. Монтана не упускала случая подшутить над другом, намекая, что стоит Плимптону только увидеть Т.И., как тот тут же терял голову.       - Смотри, не захлебнись слюной, Ксавье!       Вот и сейчас парень завороженно следил за тем, как хрупкая фигурка легко взмывала в воздух, совершая очередное сложное па, всем своим видом напоминая диковинную птицу. Легкие край юбки, словно крылья бабочки, рассекали воздух, открывая вид на стройные ножки в черных капроновых колготках и округлую попку. Резкие выпады ловко перемежались с плавными взмахами тонких рук, складываясь в причудливый танец, рассказывающий целую историю.       Т.Ф. совершенно не замечала случайного зрителя, полностью погрузившись в неповторимую магию музыки, но стоило ей открыть глаза и бросить взгляд в сторону зеркал, как она тут же остановилась и резко обернулась, различив во мраке коридора чью-то фигуру.       - Боже, ты меня напугал!       - Прости, я увидел свет и решил узнать, кому это не спиться. – Плимптон переступил порог зала и виновато улыбнулся, опуская голову, словно провинившийся школьник.       - Ничего страшного! Я часто остаюсь после закрытия, чтобы немного порепетировать. Дома у меня нет возможности столь тщательно прорабатывать программы, поскольку я снимаю квартиру вместе с подругой, а она довольно часто приглашает в гости своего парня, так что … вечерами мне нередко приходится подолгу «выходить погулять».       - Другими словами, она выставляет тебя за дверь?       - Я не жалуюсь. Всяко лучше, чем слушать их громкие стоны по ту сторону тонкой стены.       - Может тебе стоит отплатить ей той же монетой? – парень облокотился плечом о дверной косяк и сложил перед собой руки. - Не то, чтобы я напрашивался, но если что, то я всегда готов подставить тебе свое дружеское плечо и не только… - Ксавье лукаво подмигнул Т.И., на что девушка ответила тихим смехом и хитрой улыбкой.       Ей не составило труда понять завуалированный намек в словах молодого инструктора, и Т.Ф., пожалуй, солгала бы, если сказала, что Плимптон ее совершенно не интересует в «этом» плане. Не только он наблюдал за девушкой, но и сама танцовщица не отказывала себе в удовольствии между собственными тренировками заглянуть в соседнее помещение и полюбоваться на то, как молодой и красивый «гуру аэробики» отрабатывает очередное упражнение.       - Давай проверим, удастся ли нам составить конкуренцию этой ненасытной парочке! – прошептала Т.И. Ксавье прямо в губы, сократив расстояние между ними до непозволительного минимума.       - В этом можешь не сомневаться.       Поцелуй получился резким, но не менее желанным. Перешагнув порог, Плимптон легко захлопнул за собой дверь танцкласса, не забывая при этом защелкнуть замок. В клубе никого не осталось, но юноше очень не хотелось, чтобы кто-то, пусть даже случайно, нарушил их хрупкую идиллию.       Ловкие пальчики Т.Ф. быстро расправились с молнией на ветровке инструктора и помогли ему избавиться от лишнего предмета гардероба, а Ксавье в свою очередь отстегнул пару крючков на юбке, позволяя той бесформенной тряпкой рухнуть к ногам. Широкие ладони юноши очертили изгиб талии и скользнули за спину, приподнимая Т.И. над полом и заставляя ту обхватить любовника ногами.       Балетный станок стал отличной точкой опоры. Усадив девушку на мягкие перила, Плимптон помог ей стянуть плотно прилегающий к телу боди и тут же припал губами к округлой груди, заставляя Т.И. запрокинуть голову и упереться затылком в зеркальную поверхность. Девичьи пальчики прошлись по плечам, очертили шею и жадно зарылись в светлые вихры, подстегивая парня к более активным действиям.       Наигравшись с грудью, Ксавье спустился ниже, прокладывая влажную дорожку из поцелуев по плоскому животу Т.Ф. и доходя до кромки колготок. Оставив последний особо чувствительный поцелуй чуть ниже пупка, парень резко дернул за тонкую ткань капрона, разрывая изделие по шву и стягивая вниз вместе с остатками костюма.       Горячее дыхание Плимптона заставило Т.И. вздрогнуть и сильнее сжать пальцы, запутавшиеся в его прическе. А в следующую секунду тишину комнаты прорезал громкий стон, отозвавшийся сладким томлением в паху инструктора.       Ксавье никогда не был обделен женским вниманием, и надо сказать, что парень этим довольно часто пользовался, но еще ни с одной из своих «подруг» он не испытывал такого острого желания. Дрожь женского тела заставляла инструктора все яростнее впиваться губами в податливую плоть, подводя ее обладательницу к самому краю. Выгнувшись дугой, Т.И. вскрикнула и инстинктивно попыталась свести колени, но крепкая хватка Плимптона на ее бедрах не позволила девушке этого сделать.       Оставив короткий поцелуй на загорелой коже, Ксавье поднял голову и тут же столкнулся взглядом с подернутыми поволокой глазами Т.Ф. Гипнотизируя танцовщицу, юноша облизнулся, и от того, насколько откровенным получился этот жест, внутри у Т.И. внутри все сжалось от предвкушения продолжения.