Imagine...

[Что-то настроение у меня сегодня какое-то грустное, так что давайте погрустим вместе с Томасом Шелби] . . . . . .       Полли и Эйда усиленно хлопотали над Артуром, чье лицо в настоящий момент напоминало свиную отбивную. «Сторожевые псы» нового инспектора из Лондона так здорово его отделали, что даже пришлось наложить несколько швов.       Джон рвался в бой, намереваясь научить мерзкого законника уму разуму, а Томас всеми силами старался осадить младшего брата и выяснить у старшего, о чем именно его спрашивали полицейские.       И только Т.И. сидела молча, устремив взгляд в пустоту, и методично перебирала монетку между пальцами.       - Т.И., ты-то что обо всем этом думаешь? – обратилась к Т.Ф. тетушка Грей, и невольно привлекла к девушке внимание всех оставшихся Шелби.       - Вам нужна полная версия, или хватит краткого содержания? – Т.И. подняла глаза на подругу матери, а после перевела крайне красноречивый взгляд на мужчин. – Мне нужно подумать.       С этими словами молодая особа встала из-за стола и, прихватив с вешалки свое пальто, вышла из конторы, оставив всех в глубоком недоумении. Обычно, когда мнения в семье Шелби разделялись, то дополнительным советчиком в разрешении спора становилась Т.Ф., дочь старой подруги Полли Грей. Однако сегодня «вспомогательная сила» в ее лице впервые осталась в стороне.       После войны Т.И. сделала все возможное, чтобы обеспечить матери безбедную и спокойную жизнь вдали от Бирмингема, а сама осталась в Смолл Хит и продолжила помогать Элизабет в управлении делами семейства Шелби. Томми помнил, как на фронт его провожала тихая и скромная девчушка с ласковой улыбкой, а по возвращении на перроне стоял уже совершенно другой человек.       Т.Ф. изменилась до неузнаваемости, и дело было не столько во внешности, сколько в характере и взгляде на жизнь. Пройдя через все тяготы войны и бедности, когда за любую копейку приходилось перегрызать чужие глотки, Т.И. навсегда утратила огонь жизнерадостности, сменив его на холод безразличия ко всему, кроме собственной семьи. За нее, так же, как и Томми, она была готова отрывать головы, перешагивать через трупы и пачкать руки в крови.       На полпути к пабу, Томас перехватил Т.Ф., все это время, следуя за ней по пятам от самой конторы.       - Не хочешь поговорить? – поравнявшись с девушкой, полюбопытствовал Шелби, но в ответ получил только прямой холодный взгляд. – У тебя что-то случилось, Т.И.?       - Все свои проблемы я вполне способна решить самостоятельно, Томми. А с тех пор, как я стала негласной частью вашей семьи, личные проблемы отвалились сами с тобой, уступив место проблемам «семьи».       - То есть ты такая смурная из-за этого лондонского щеголя? Я чего-то не знаю?       - Местные бобби либо круглые идиоты, либо прикормленные дворняги. И те, и другие не представляют никакой угрозы, и совсем другое дело – детектив, приехавший из столицы по просьбе самого Черчилля. Кэмбелл уже показал себя далеко не глупым человеком, раз предпочёл местным законникам «свежую кровь». Кто знает, на какие хитрости он еще способен!       - У тебя ведь уже есть идея, я прав? – Томас ухватил Т.И. чуть выше локтя и заставил ее затормозить в шаге от дверей паба. – Выкладывай!       - Знаешь, как говорил Макиавелли? «Держи своих друзей близко, а врагов еще ближе»!       - Ты это сейчас не серьезно? – зашипел Шелби, но по спокойному выражению лица девушки понял, что не ошибся в своих догадках. – Я не подпущу тебя к этому легавому!       - А у тебя есть другие идеи, Томми? С огромным удовольствием их выслушаю.       - Одно дело возиться с бумажками, и совсем другое – выходить в поле! Оставь грязную работу нам.       - Мои руки и так по локоть в крови, Томас. Думаешь, пока ты с братьями воевал на фронте, мы с Полли и Эйдой тут в куклы играли? Нам всем пришлось заплатить высокую цену за эту войну, и теперь так как было раньше, уже никогда не будет.       - Куда же подевалась та тихая девочка, для которой я рвал цветы с соседской клумбы? – Шелби ласково огладил впалую щеку Т.И. и получил в ответ слабую, но по-прежнему самую красивую улыбку.       - Она выросла, Томми. И поняла, что кроме своей семьи больше никому не нужна.       Т.Ф. по-дружески поцеловала Тома в щеку и скрылась за дверями паба, оставив мужчину на улице в гордом одиночестве.       - Ты нужна мне, Т.И. …