Двое

      Лодка неспешно плыла сквозь окутавший её густой, тёмный туман, держа курс на Остров Чудес. Мрачный лодочник молча правил судном, плавно погружая весла в воду, и лишь мерные всплески воды нарушали гробовую тишину, царившую вокруг.       На дне лодки лежал теперь совершенно ошарашенный и растерянный волшебник и молча смотрел в пустоту. Лёд, сковавший его сердце, таял от такого нежданного, волшебного поцелуя девушки.       Одну руку он положил на то место, которого коснулись нежные губы принцессы, вторую на живот, пытаясь удержать то приятное ощущение, которое возникло у него внутри. Чувство безграничного восторга полностью захватило его.       Но тут раздалось жалобное карканье и мужчина, очнувшись от забытья, сел на скамью.       — Ой, Черныш, прости. — волшебник нервно откинул край своей куртки и достал бедного, помятого ворона. — Я совершенно забыл про тебя.       — Кар. — ворон обиженно посмотрел на хозяина и перелетел к нему на плечо.       — Эх, Черныш. — грустно заметил Седрик, погладив ворона по голове. — Никогда в жизни я не испытывал такого восторга от близости с женщинами, какой испытал сейчас от этого мимолётного поцелуя Софии.       Ворон покачал головой. Последние события, произошедшие в жизни хозяина одновременно и радовали, и пугали его.       Волшебник хотел было излить душу своему вечному компаньону, но почувствовал на себе тяжелый взгляд лодочника. Перекинув ноги через скамью, он повернулся лицом к гребцу и посмотрел на него.       — Наше знакомство не очень-то удалось. — сказал волшебник.       Лодочник, склонившись к Седрику и приложив ладонь к губам, тихо шепнул: — В тумане безмолвия надо молчать.       Седрик, за всю свою жизнь прочёл немало книг и прекрасно знал про туман безмолвия и про все те опасности, которые подстерегают путников в этом странном месте. Поэтому, последовав мудрому совету лодочника, он уставившись на дно лодки, снова стал думать о произошедших намедни событиях.       Вскоре туман рассеялся. Пред взором Седрика возник лазурный берег с мелким белым песочком. Когда до него оставалось менее пяти метров, лодочник снял свой серый плащ с белыми солевыми разводами и выпрыгнув из лодки подтянул её на мокрый песок.       — Эльф? — удивился Седрик.       Взяв свой плащ, остроухий мужчина приказал волшебнику следовать за ним. Выбираясь из лодки, Седрик замешкался. Лодочник усмехнувшись протянул ему руку и помог вылезти на берег. Достав из судна сумку мага, он небрежно бросил её на песок и направился прочь в сторону леса.       — Идём. — поторопил он.       Седрик, подняв с земли свою ношу, поплелся за эльфом проклиная по дороге песок, в котором увязали его ноги и солнце, которое слепило ему в глаза. Они не прошли еще и ста метров, а волшебника уже начала мучить отдышка.       — Подождите. — попросил он у своего проводника. — Я не поспеваю за Вами.       — Шевелись лучше, дохляк. — бросил красавчик ему в ответ. — Госпожа не любит ждать.       Седрик попытался было прибавить шаг, но лишь больше увяз в песке. Сняв с себя туфли, дальше он пошёл босиком. Горячий песок слегка обжигал его ступни, а мелкие ракушки неприятно царапали их, но всё же без обуви идти стало куда легче.       Вскоре они миновали пляж и вышли к тенистому лесу, который простирался на многие километры вперёд. Седрик, отряхнув жилистые ноги от мелких крупинок, влез в свои туфли и с обреченным видом вновь вприпрыжку побежал за проводником, который размеренно шёл вперед, не обращая на человека никакого внимания.       Черныш, который все это время беззаботно сидел на плече хозяина, вонзив свои острые когти в плечевые швы потертой куртки, теперь покинул это удобное место и расправив крылья полетел вперед сквозь деревья, разведать, что ждет их впереди.       Поняв, что по лесу его хозяину предстоит топать ещё довольно долго, он поднялся в небо и с высоты птичьего полёта как следует рассмотрел остров.       Остров представлял собой участок суши посреди бог знает какого моря-океана, протяженностью около тридцати километров. В середине острова располагалась высоченная гора плавно переходящая в отвесную скалу на противоположенном берегу острова. Со скалы прямо в океан серебряными струями обрушивался водопад. В самой же скале имелись многочисленные входы в пещеры. Скорее всего в них обитали гномы.       На вершине горы покрытой белым снегом, который на солнце играл всеми цветами радуги, красовался величественный, ледяной замок, а у подножья расположились холмы с маленькими землянками. Кто мог бы жить в такого рода домишках ворон не представлял. С высоты на которую он сейчас поднялся, он смог рассмотреть лишь пару невысоких фигур.       Дальше простиралась равнина, по которой в разные стороны растекались небольшие речушки, берущие свое начало где-то высоко в горах. Здесь стояли пара-тройка людских поселений, с полями, где крестьяне возделывали землю и лугами на которых пасся скот.       А дальше начинался лес. В начале совсем не примечательный, но чем более удаляемый от людей, тем более волшебный и сказочный. Ворон сразу смекнул, что именно туда и направляется хозяин со своим проводником.       Однако было на острове одно место, скрытое от глаз людей, животных и птиц. Место это было окутано пеленой тумана. Ворону определенно захотелось разузнать, что же именно находиться там, но приблизившись, ужас завладел им и он в панике бросился прочь.       Меж тем волшебник начал выбиваться из сил.       — Скоро мы прибудем на место? — поинтересовался он у своего нового знакомца.       — Скоро, скоро. — ответил проводник, продолжая монотонно переставлять ноги.       Они еще довольно долго шли по лесным дорогам, которые петляли среди пней и корней огромных деревьев-исполинов. Наконец, когда Седрик окончательно изнуренный непривычно жарким климатом попросил сделать привал, эльф объявил, что их поход окончен.       Небольшая деревенька раскинулась на поляне, окруженной со всех сторон величественными деревьями между ветками которых были натянуты всевозможные веревочные лестницы, а с мощных сучьев свисали рукотворные лианы. В центре ее находилось кострище, обложенное черными от гари камнями, перед которым в метрах пяти располагалось подобие трона.       Седрик, измученный долгим походом, бросил сумку на землю и уселся на бревно. Сняв свои туфли и чулки, он посмотрел на сбитые ноги и образовавшиеся на них свежие мозоли.       — Волшебник, тебе нужна нормальная обувь? — с издевкой спросил его проводник, гладя на убитые туфли человека.       — Спасибо, не надо. — раздраженно ответил Седрик, и достав из рукава волшебную палочку хотел было сотворить себе сапоги, но тут услышал знакомый женский голос.       — Даже не пытайся. — заявила волшебница, внезапно появившаяся на поляне. — Хочешь колдовать на Острове Чудес, используй свой талант, а не эти волшебные цацки.       — Здравствуйте Вирява. — заикаясь от ужаса поприветствовал её маг.       — И тебе не хворать, дружок. — Она посмотрела на босого мага с натертыми ступнями, держащего в руке серые чулки и расплылась в улыбке.       — Тебе определенно нужна нормальная обувь.       Седрика передернуло. "Далась им всем моя обувь". — подумал он и вновь взмахнув палочкой, произнес заклинание. Палочка сверкнула пару раз в подобии бенгальского огня и потухла.       — Ну не губи инструмент, Седрик. — произнесла Вирява, давясь от смеха и утирая слезы. — Здесь твоя примитивная магия не работает.       — Что?       — Ты глухой? — влез в разговор Эльф. — Тебе нужна нормальная обувь или нет?       — Ладно. Нужна. — смиренно ответил волшебник, только лишь для того, чтобы эльф заткнулся.       Эльф, получив ответ, мгновенно скрылся в ветвях деревьев, оставив Седрика наедине с могущественной волшебницей.       Она оценивающе посмотрела на горе-волшебника. - Да, что-то я погорячилась, когда наложила на тебя такие сильные чары. Как теперь снять их, ума не приложу.       Вирява, Вы шутите? — обреченно спросил волшебник с мученическим выражением на лице.       — Конечно шучу. — подмигнула она. — Сниму я с тебя чары, не волнуйся. Но сначала ты докажешь мне, что достоин этого.       — И как же, если не секрет?       — Ты изучишь истинную магию и поможешь местным народам установить мир.       — Что? — взволнованно спросил Седрик.       — Ты глухой? — за спиной снова возник эльф. — Что ты все время задаешь этот дурацкий вопрос. Спустившийся по лиане с верхушки дерева, он держал в руке пару сапог. — Держи вот. — он протянул их волшебнику.       — Спасибо. И нет, я не глухой. — раздраженно ответил Седрик. Он взял сапоги и вновь сев на бревно, стал натягивать их на ноющие от боли ноги.       — Вирява. Я ничего не смыслю в истинной магии. — стонал он. И Вы прекрасно это знаете. Я же человек, а нам не дано колдовать без помощи магических предметов. — ныл волшебник.       — Ты даже не подозреваешь, какими талантами обладаешь. — усмехнулась волшебница.       — Бесспорно, таланты у меня есть. Да и пятнадцать лет в школе ворожбы при постоянной муштре такого сильного учителя, какой достался мне, волей не волей чему-то да научишься. Но причем здесь это.       — Просто ты, Седрик-волшебник, истинный маг. — заявила она. — Может сильный, может слабый, не знаю. Но истинная магия подвластна тебе. Я в этом абсолютно уверена.       Седрик настороженно посмотрел на волшебницу.       — Но этого не может быть.       — Может. — спокойно и уверенно ответила она.       — И с чего Вы это взяли?       — Да с того. Во-первых ты прекрасно владеешь вашей примитивной магией, даже не смотря на мое заклятие, которое в принципе сводит на нет все магические способности. Во-вторых, когда тебе в руки попал амулет Авалора, ты смог колдовать без своей палочки. В-третьих, есть в твоем роду волшебник, который тоже обладал таким даром. Так что не удивляйся.       — И кто же это в моем роду обладал таким даром? — удивился Седрик.       — Мерлин конечно.       Седрик наконец натянул сапоги и встал на ноги. Обувь пришлась ему в пору. Пройдясь взад и вперед он как-то неопределенно посмотрел на волшебницу, сомневаясь в правдивости ее слов.       Она видимо поняла это.       — Ладно. — сказала она. — Подойди сюда. Она указала на место возле костра. — Сними перчатки, встань на колени и вытяни руки вперед.       Седрик встал туда, куда указала ему волшебница и в точности выполнил то, о чем она его попросила.       — А теперь закрой глаза и подумай об огне.       Как всегда сомневающийся в себе, от греха подальше, он не стал спорить с ней. Закрыв глаза он подумал об огне и тут же почувствовал, как руки его загорелись. Открыв глаза он обнаружил в своих ладонях яркое, белое пламя. От неожиданности, он бросил его в кострище и то вспыхнуло.       — Это я сделал? — искренне удивился волшебник.       Вирява улыбнулась. Она подошла к волшебнику и подала ему руку, помогая встать с колен. Седрик, находящийся под впечатлением, молча стоял и смотрел на разгоревшийся костер. В этот момент на него со всего размаха налетел перепуганный до полусмерти Черныш, от чего Седрик вернулся в реальность. Он посмотрел на волшебницу, которая теперь разговаривала с эльфом.       Тахар, обращалась она к эльфу. Позаботься о том, чтобы твои соплеменники не довели беднягу до гробовой доски, пока он будет осваивать новые науки. Сделай это для меня. — попросила она эльфа.       — Да госпожа. — ответил эльф. — Вы же знаете, Ваше желание для меня закон. Сделав характерный для себя пас рукой, Вирява негласно попрощалась с мужчинами и растворилась в воздухе.       — Ах, какая женщина. — произнес Эльф. Не женщина — мечта.       Тахар на внешний вид был ровесником Седрика и представлял собой красавца-мужчину лет тридцати-тридцати пяти отроду. На самом же деле ему давно перевалило за сотню.       Выглядел он конечно весьма эффектно, для такого совсем не молодого человека. Высокий и статный, с длинными пепельными волосами и ярко-голубыми глазами, он являл собой эталон мужской красоты. Среди женщин падких на внешность, он несомненно пользовался бы успехом. Но, как догадался волшебник, эльф был безумно влюблен в Виряву и был предан лишь ей.       Тахар оказался старостой Эльфийской деревни. Он поведал Седрику об Острове Чудес. Рассказал, что здесь проживают все возможные волшебные существа, между которыми уже довольно давно существует вражда, которую и должен прекратить маг. Посмотрев на перепуганного Черныша, который сидел теперь на плече волшебника и трясся как осиновый лист, он вспомнил о лесном духе, что скрывается в лесной чаще.       Седрик подумал о том, какая трудная работа ждет его впереди. Эльфы всегда славились тем, что не давали спокойно жить своим соседям, кем бы они не были. Их извечные шутки и шалости выбешивали всех вокруг. А гномы. Эти и вовсе никогда не пойдут на компромисс. Люди. Люди это люди. А ещё гоблины, хоббиты, сатиры. Какой кошмар.       Еще раз посмотрев на полыхающий костер, который ему каким-то образом удалось разжечь, он протянул: — Мерлин и мухоморы и во что же я вляпался.       Так началась новая для волшебника жизнь.