Бывает, так случается

Чай на журнальном столике давно остыл, а Такао всё так же сидел на коленях своего соулмейта. Убаюканный уютной тишиной в комнате, прерываемой лишь негромким дыханием двух парней, он прикрыл глаза и незаметно для самого себя задремал. Мидорима поглаживал любимого брюнета по голове, снова перебирая его мягкие волосы. Казунари даже во сне чувствовал себя безмерно счастливым и улыбался в плечо своего Шин-чана. Он ощущал на подсознательном уровне, что он в безопасности и что его никто не посмеет обидеть, пока заботливый цундере находится рядом. Мидорима обнял Казунари за талию. Стройный парнишка почти ничего не весил, и зеленоглазый юноша отнюдь не был против того, чтобы тот так основательно облюбовал его колени в качестве сидения. Внезапно милую идиллию прервала громкая мелодия из какой-то современной песни. Шинтаро понял, что звонил телефон его соулмейта. На экране высвечивалось странное прозвище «Тефтелька Кисе». Мидорима быстро нажал на красную кнопку, не осмеливаясь будить спящее чудо. Тем не менее, Казунари открыл глаза и потянулся к своему телефону. Не доведя руку до сенсорного аппарата примерно на десять сантиметров, Такао будто бы передумал забирать его и положил ладонь на шею Мидоримы, внимательно заглядывая в его глаза. — Хватит на меня так пялиться, Казу. Тебе звонила… Ээ, «тефтелька» какая-то, — немного недоумевая, проговорил бомбардир PGM. — Я надеюсь, что ты не сбрасывал, а не то Рёта обидится, и придёт тотальный капец. И тебе и мне, причём. Кисе будет до-о-олго ныть… — брюнет хитро улыбнулся. — Я сбросил. — Ну Шин-чан! — Такао сполз на диван и пристроил голову на груди возлюбленного. Конечно, сейчас Кисе Рёта, хоть он и был близким другом брюнета, волновал его так же мало, как какие-нибудь университетские лекции или рабочие графики в Маджи Бургер. Мидорима был важнее любой из «тефтелек» вроде Кисе и ему подобных!

***

— Такао-ччи сбросил мой звонок, — плаксивым голосом заявил блондин и состроил обиженное лицо. Химуро, Кисе и Кагами собрались в парке, решив позвать также и остальных своих товарищей. Эта неделя была полностью свободна от Маджи Бургер, так как весь персонал в кафе работал посменно. — Кисе, хватит ныть. У этого «Бакао» появился соулмейт, и они там ещё в процессе знакомства, как бы. Тебе обязательно им мешать? Тем более, лично я бы сейчас не хотел видеть чьё-то жутко счастливое лицо в данный момент. У меня не то настроение, — промолвил Кагами. — Я что-то пропустил, да? — пытаясь отдышаться после длительного бега, произнёс присоединившийся к парням Фурихата, — Я просто был ещё дома, когда вы позвонили и предложили встретиться, а у меня немного болят мышцы… — Да нет, мы ещё ничего не обсуждали, — Тацуя легонько тряхнул своей чёлкой, — Мы хотели собраться, чтобы обсудить своих соулмейтов, но ведь у Такао всё в полном порядке… Это мы тут — ''безсоулмейтники''. — Прошу прощения… Но я недавно узнал, что мой соулмейт — Акаши Сейдзюро. Мы уже даже обща… — ЧТО? — ни один из друзей Коки не смог сдержать удивлённого возгласа. Акаши на самом деле был слишком ДРУГИМ, чтобы оказаться родственной душой шатена. Фурихата вжал голову в плечи, испуганный столь бурной реакцией товарищей. Кагами горестно вздохнул. Даже у невзрачного Коки личная жизнь начинала налаживаться. Гордый Император снисходил хотя бы до общения с соулмейтом, так почему же Куроко никак не мог принять своего человека? Конечно, Химуро вообще точно не знал, кто был его родственной душой, и Тайга должен был радоваться тому, что он хотя бы был в курсе того, кто его соулмейт… Но он действительно не знал, было ли это плюсом, или нет. Внезапно у блондина зазвонил телефон. Ответив на звонок, Кисе заявил, что его мама попросила купить кое-что в супермаркете. Попрощавшись с ребятами и пожалев, что он так и не примет участия в обсуждении сложной ситуации с соулмейтами, он пошёл по шумным улицам Токио, слушая музыку в наушниках. — Ребята хотят подумать, что делать с предназначенными судьбой людьми, если те их не замечают… Мне ведь тоже важна эта тема! В порыве мыслей, Кисе не заметил, как успел дойти до нужного продуктового магазина.

***

Аомине Дайки заглянул в супермаркет, собираясь купить для себя банку газировки и сникерс. Уже когда он подходил к кассе, за его спиной собралась небольшая стайка надоедливых поклонниц, которые очень часто преследовали известных баскетболистов. Синяя Пантера всегда ненавидел шумные верещащие толпы фанаток. — Это точно он! Аомине-кун! — закричала одна из девчонок, которую сразу же прервала другая, восторженно пропищав очередное не нужное Дайки признание, — Мы так тебя любим! Я тебя люблю! Секунды до взрыва мозга игрока PGM начали обратный отсчёт. Терпение баскетболиста медленно, но верно, шло трещинами под глупые вопли фанаток, и было готово окончательно лопнуть. Раздражение охватило всего юношу, и тот лишь скрежетал зубами, пробуя его унять. Пытаясь найти лучший путь для бегства от верещащих девчонок, Аомине начал исподлобья обозревать тротуар на улице сквозь прозрачную витрину магазина. Случайно его взгляд упал на светловолосого парня в зале супермаркета, который с рассеяным видом вертел в руках упаковку миндального печенья. Видимо, его мысли были где-то далеко… — Кисе Рёта, — мелькнуло быстрое осознание в голове баскетболиста. Решительным шагом Аомине направился к парню, а девушки последовали за ним. Мулат грубо схватил Рёту за локоть, демонстративно обняв его и очень быстро и жёстко поцеловав в губы. — Это мой парень, ясно вам?! Мы встречаемся, и мне абсолютно плевать на каких-то других людей, вроде вас! — своими словами и действиями Аомине поверг в шок не только своих поклонниц, но и Кисе Рёту. Тот просто не мог осознать, что только что произошло. Блондин ущипнул себя за руку, но ничего не изменилось. Очень злой и тяжело дышащий Дайки всё ещё стоял рядом с ним и смотрел в спины убегающих плачущих девушек. — Аомине… Ч-что.? — Прости, Кисе. Я не хотел тебя оскорбить, если ты это так понял. Просто они меня достали. — Я… Ладно, но… А как ты меня нашё… Блондин резко замолчал, уставившись на не прикрытое одеждой запястье мулата. На смуглой коже отчётливо выделялся до ужаса знакомый рисунок пумы. Из головы стёрлись все мысли, а упаковка с печеньем, которую до этого парень рефлекторно сжимал, выпала из рук. Рёта мысленно представил свою метку и понял, что у него на руке изображена точь-в-точь такая же пума, запечатлённая в прыжке. Кисе закашлялся и протёр глаза. Аомине обеспокоенно посмотрел на юношу, не понимая, чем вызвана такая резкая перемена в поведении блондина. — Так ты и правда мой соулмейт, Аомине… — обычно звонкий голос Рёты прозвучал тихо и ошарашенно. Парень поднял свою руку и показал кумиру изящную метку на запястье. Дайки выглядел очень удивлённым, но через несколько секунд он уже немного устало улыбнулся, наклонив голову и взяв блондина за руку. — Ну и хорошо. Ты слышал, что я сказал тем девчонкам? Ну, значит теперь мы превратим мои слова в правду, Кисе. Рёта всё еще не до конца осознавал смысл происходящего. Неужели только что такой желанный человек предложил ему встречаться? Только когда Аомине мягко похлопал застывшего Кисе по плечу, тот медленно поднял глаза и встретился взглядом со своим соулмейтом. Облегчённо заулыбавшись, блондин обнял Дайки и нежно потёрся носом об его шею. Если бы не фанатки знаменитого игрока, два парня вряд ли бы встретились ещё когда-нибудь. Такое начало отношений было на самом деле удивительным!