Мелодия сердец

Не говори ничего — всё и так понятно без слов, Каждый из нас однажды делает выбор. Нам осталось пройти вместе только пару шагов, Небо уже стало иным, и снег уже выпал. ©

       Тревожно. Покинув тьму подземелий, друзья ощущали пугающее чувство безысходности, хотя сказать вслух никто не решался. Казалось бы, ничто не может давить так сильно, как потолок Подземного города. Но они ошиблись. Свобода, которая отчетливо маячила где-то на горизонте, страшила. Дни, что проходили под солнцем, не приносили желанной радости, напротив — угнетали. На поверхности все оказалось совсем иначе, действовали совершенно другие законы. Разведчики оказались очень мрачными типами. Каждый, кто носил на плечах эмблему крыльев Свободы, имел в своей судьбе нечто трагичное, это отражалось во взгляде, в манере общения. Сложно представить себе место, где было бы больше пропащих душ, чем в Разведывательном отряде. Здесь все хлебнули горя. И они совсем не походили на тех военных, которых раньше доводилось встречать в подземелье. Но в каждом была особая сила, которая вела вперед. Это ощущалось острее всего. В казармах редко шутили, все чаще говорили о близких. Мало от кого можно было услышать что-то хорошее. Суровость и тоска засели в сердцах этих людей. Пожалуй, единственным исключением была Ханджи Зое. Ученая часто смеялась, говорила невпопад и была на удивление живой для этого места. Её манера общения действовала Леви на нервы, ведь девушка постоянно пыталась вовлечь его в разговоры о титанах, которые ему были глубоко безразличны. Но надежды она не теряла, не упуская любой возможности попытаться разговорить такого мрачного и молчаливого типа. Тренировки, так или иначе, оставались приятным утешением. Леви оказался на голову выше остальных, демонстрируя свои навыки, он превзошел даже бывалых солдат. Эта сила привлекала внимание многих, но грубость и своенравие бойца отпугивали куда сильнее. Леви не забыл о своей цели — убить Эрвина Смита. Эта сволочь должна заплатить за все то, что сделала. Каждый день, когда они сталкивались в коридоре или на тренировочном поле — Леви представлял только одно — как он перерезает глотку этому гаду. Эрвин же, напротив, словно не замечая намерений рядового, вел себя очень учтиво, стараясь при любой возможности поинтересоваться все ли у него в порядке. Такая галантность злила Леви еще сильнее. Он привык, что люди, с которыми он взаимодействовал раньше — открытая книга, а их слова и поведение точно показывали, что у человека на уме. Здесь же все оказалось куда сложнее. Лицо Эрвина — маска, через которую невозможно считать, что он переживает в данный момент. Командир всегда держал себя в руках, отвечал расплывчато, но вежливо и никогда не позволял себе лишнего. Все это делало его чертовски опасным противником в глазах Леви, в котором не было ни капли лицемерия и притворства. Их диалоги походили на охоту, в которой сложно предугадать, кто станет добычей.

***

— Так больше продолжаться не может. Я должен его прикончить. Эта сука держит нас за идиотов, — говорит Леви, оставшись один на один с Фарланом и Изабель, что теперь случалось крайне редко, ведь их новые обязанности принуждали работать с остальными легионерами. — Леви, потерпи. Скоро все закончится. Сейчас нельзя рисковать — нам и так хватает косых взглядов. — И сколько нам еще это терпеть? Месяц? Год? Фарлан, нами манипулируют, при чем обе стороны. Если мы сейчас начнём им потакать, то скоро обнаружим себя в пасти у титанов. — Я тебя понимаю, но нам нужны эти документы, без них мы — просто мусор. И я, черт возьми, понятия не имею, где он их прячет. Мы уже проверили его комнату и кабинет — пусто. — Тогда, быть может, это просто блеф? И нет никаких документов? Если это правда, то мы без толку тратим время. — Не думаю… Мне кажется, что он таскает их с собой. Ведь такие важные вещи нельзя оставлять или доверить кому-либо. — Да, я всегда ношу с собой то, что хочу спрятать, — Изабель выглядела слегка уставшей после тренировки, но старалась не обращать на это внимание. — Раз так, нам действительно придется его убить, чтобы раздобыть нужные нам документы. И сделать это придется во время экспедиции за стены, когда все будут заняты. Иначе никак. Справимся, Леви? В голове брюнета мелькнули события месячной давности: его друзья, которые отчаянно пытаются справиться с разведчиками, но проигрывают. — Да, придется. Только я пойду один. А вы должны придумать любую причину, чтобы остаться тут. — Что?! Брат, да как ты можешь такое говорить? После всего, что мы пережили вместе! Ты не можешь пойти один! — глаза девочки наполнялись слезами. — Могу и пойду. Разговор окончен! — Леви не привык кричать. Но сейчас, когда воображение отчетливо рисует гибель его друзей, он срывается. Единственные люди, которые ему дороги, которые заменили ему целый мир, создав его заново из мелких, разбитых осколков доверия, сейчас могут исчезнуть. Леви понимает, что вместе с ними исчезнет и он сам, пусть даже не физически. Пустота рождает только пустоту. Леви был этой пустотой. Холодной и вязкой, словно осенний туман. И единственным источником тепла для него были друзья. Они одни, в противовес целому миру. Фарлан, Изабель. Живите. — Вы не пойдете за стену, я отправлюсь один, на этом все, — сказав это, Леви поспешил исчезнуть с глаз друзей, понимая, что так будет лучше для всех. Ночь. Холодная и облачная. На сердце камень. Решение, которое казалось правильным и разумным, сейчас тяжелым грузом висит на душе. Быть может, стоило дать этим двоим шанс? Неужели здесь, внутри стен, оставшись вдвоем, они будут в безопасности? Леви сидел, поджав ноги, на крыше Корпуса Разведки. Ему не хотелось спать — мысли душили. Только вот небо совсем не улучшало ситуацию — серое, грозное оно напоминает потолок Подземелья, не принося никаких хороших воспоминаний. — Леви! Давай поговорим, — голос Фарлана развеял туман мыслей, что окутывал сознание. — Братик, зачем же ты ушел? Сбежал один глазеть на небо? Эгоист же ты! — Какая разница, — с едва вопросительной интонацией произносит Леви, — если под землей не видно луны и звезд, то думаете, что здесь будет иначе? — Разница есть! Тут мы знаем, что над нами нет потолка. Гляди — луна так сияет! Звезды и луна. Словно по волшебству появляются среди серых и безжизненных облаков. Легкое дуновение ветра принесло запахи скошенной травы, цветов и… свободы. Друзья присаживаются рядом, протягивая бутылку какого-то местного пойла Леви. Приятным теплом жидкость расползается по телу, даря желанное ощущение покоя. — А правда, что звезды крутятся по небу? — Наверное, правда… — Вот ведь здорово! — Леви, мы сделаем это вместе. Верь в нас! Слова эхом звучали в голове Леви. Верить? Даже смешно. Он бы доверил им свою жизнь. Здесь было совершенно другое. Страх. Живой и настоящий. Страх лишиться самых близких и родных ему людей, ради нелепой мечты. Мечты, которая никогда не принадлежала ему, только его друзьям. Смеет ли он теперь отнимать её у них? Когда они так близко к тому, чтобы её достигнуть… Нет. Без них Леви бы никогда не оказался на поверхности. И теперь он не смеет сомневаться. — Ладно. Я поверю в вас. Радость его друзей согревала сильнее, чем солнце. Она, пожалуй, куда лучше, чем воздух за стенами. И впервые, за всю свою нелепую и жестокую жизнь Леви улыбается, чувствуя, что близкие ему люди счастливы. А может, это его собственное счастье, рожденное в улыбках тех, кто ему дорог. Этой ночью они не вернулись в казарму, оставшись встречать рассвет вместе.

***

Подготовка к экспедиции шла полным ходом. Командиры подразделений создавали стратегии передвижения войск, остальные же без устали вкалывали на тренировочном поле. Леви, Фарлан и Изабель старались не меньше остальных. Очевидно, что выбраться за стены — пол беды, раз даже такие сильные люди, как эти разведчики, гибнут там сотнями. Дни сливались в нескончаемую череду учений, тренировок и сборов. Эта суета отвлекала от тревожных мыслей, что были в голове. Возможно, так даже правильнее — полностью уйти в работу: меньше времени остается на размышления о том, что не дает покоя. Правильным ли был тот выбор?

***

— По коням! Мы начинаем 23-ю вылазку за стены! Вперед! Ветер бьет в лицо, вышибая лишние мысли. Леви крепко сжимал поводья, когда последние секунды отделяли его от мира за стеной. Шум толпы исчез, было слышно, только биение сердца. Ворота — позади. Впереди — бескрайняя свобода. Воздух оказался совсем иным, не пропахшим тухлой рыбой, специями, гарью. В нем были ароматы трав, листвы, полевых цветов и чего-то соленого… Друзья зачарованно глядели на простирающееся над ними небо, слушая голоса птиц. И как это можно назвать адом? — Эй вы! Прекратите таращиться по сторонам, идиоты! Мы не знаем, когда появятся титаны. Не смейте зевать, а то мигом сдохните, — голос какого-то солдата прервал светлые мысли. — Если мы встретим титана — тут же его и прикончим, — Изабель была настроена решительнее, чем когда-либо раньше. — Дура! Ты даже титана ни разу не видела. Заткнись и не нарушай строй. Это приказ! — Хм, есть, сэр! И вдруг огромная тварь выскочила из леса, направляясь прямо в центр строя. — Титаны! Адреналин бьет в голову, когда Леви на полную выжимает газ, пытаясь добраться до этого монстра. Он должен его победить. Доказать самому себе, что способен защитить Фарлана и Изабель, что он сделал правильный выбор. Титан изворачивается, никак не позволяя Леви оказаться у него возле затылка. Однако спустя пару секунд бойцу это удается, и туша с грохотом падает на землю. В ходе сражения Леви поздно замечает, что другой титан движется в сторону его друзей. Но теперь, когда собственная битва окончена, и он решает поспешить на помощь, то с облегчением обнаруживает, что Фарлан уже прикончил эту мерзость. — Гляди, Леви! Мы смогли. — Да, вы молодцы… Кажется, это было действительно правильное решение. К ночи они добрались до какой-то полуразрушенной базы, отдаленно напоминавшей замок. Дозорных не выставляли, ведь ночью титаны не активны. Уставшие за день солдаты, без разговоров засыпали кто где. Единственным, кто не спал, оказался Леви. Парень пустым взглядом скользил по спящим лицам, понимая теперь, почему эти люди так хотят выйти за стены. Ведь несмотря на то, что сегодня на его глазах сожрали несколько воинов, он все равно продолжал сражаться, не потеряв интереса к новому миру. Жестокому, суровому и беспощадному. Но такому прекрасному… И разве в его жизни когда-то было иначе? Будь то подземный город или мир за стеной — смерть всегда блуждает где-то неподалеку. Разница лишь в том, как высоко ты взлетишь и как много успеешь увидеть. Ведь рано или поздно падают все. Такие рассуждения раньше внушали парню лишь чувство отчаяния, но теперь, когда он слышал стрекотание сверчков и шум ручья, что неподалеку, он понял: ему есть за что бороться. Такого, пожалуй, нельзя встретить и почувствовать внутри стен. И воздух там другой, совсем другой…

***

Утром следующего дня всех разбудил караульный, заприметивший титана. Эти гады пробудились намного раньше, чем обычно и уже стремительно наступали с востока, куда и должны были отправиться разведчики. Пришлось менять направление, отправляясь на север, что в планы совершенно не входило. Отряды двигались сплоченно, точно единый организм. Дымовые ракеты указывали направление, позволяя даже самым отдаленным группам поспевать за строем. Но потерь было не избежать. Уже через четверть часа семерых воинов постигла смерть. Отряд, в котором находился Фарлан, Леви и Изабель, был практически в центре строя, что уменьшало риск встречи с титанами, если только правый фланг не будет полностью уничтожен. Погода менялась не в лучшую для разведки сторону: грозовые тучи пугающе нависали над отрядами, а ветер был уже вовсе не летним. Такого бы, наверно, не случилось, сохрани они изначальный маршрут, но северный климат не щадил никого. — Ого… Ну ливни бывают на земле, никогда бы не подумала… Дождь лил во всю. Холод, брызги в лицо и туман напрочь лишали возможности ориентироваться. — Это наш шанс. В такую погоду можно подобраться к Эрвину незаметно. — Думаю ты прав, Леви… — Только я пойду один. А вы продолжайте двигаться по намеченному курсу. Если кто спросит — я ушел разведывать территорию. — Ты совсем рехнулся?! Идти самому опасно! Из-за дождя и титанов не разглядеть. Пойдем вместе. — Оставь это мне! Фарлан, я знаю, что делаю! Не лезь! Возможно, находясь практически в центре строя, Фарлан и Изабель не рискуют, но нарушь они свое положение — могут погибнуть все вместе. — Тц, упертый же ты. Ладно, иди сам. Раздобудь нам право жить на поверхности. Секунды сливаются в вечность, когда силуэты друзей поглощает туман. Теперь необходимо выполнить их цель — добраться до документов. Леви стремительно пересекает местность, думая о том, как скоро он сможет избавиться от своего врага. Это желание грызло его не один день. И теперь все становится реальным. Но какое-то необъяснимое чувство тревоги засело в сердце, не давая полностью сконцентрироваться на задуманном. Что-то не так… Внезапно перед глазами Леви открылась чудовищная картина: тела обглоданных солдат, кровь, конечности, что валялись всюду, перепуганные лошади… — Что за?.. Леденящее чувство ужаса ползло по позвоночнику, выбивая воздух из легких. Неужели правый фланг был уничтожен? А если это правда… Фарлан, Изабель… Леви мгновенно разворачивается, несясь на всех парах к месту, где он покинул своих друзей. Не могло ведь ничего случиться? Не прошло и часа… Они должны быть с остальным отрядом. Должны. Сердце стучит сильнее, чем когда-либо прежде. Мысли пляшут в голове, не давая возможности здраво оценить ситуацию. Казалось, что весь мир смывает тайфун бедствий и ничего уже не остановить, а Леви маленькой пушинкой несется вслед за этим течением, пытаясь предотвратить неизбежное. Калейдоскоп из воспоминаний о прошлом, мыслей о будущем вертелся перед глазами, жар окутывал все тело. Но теплее и легче от этого не становилось. Ядовитым растением ужас расползался по всему сознанию, отравляя и медленно убивая. Успеть. Он ведь должен успеть…