Осколки. Книга 2

На начало декабря у The Four Of Spades был запланирован последний в том году концерт. А сразу после Рождества они должны были отправиться в тур на два месяца по Европе. Чарли старалась не думать об этом туре и вообще старалась не думать. Она изо всех сил пыталась концентрироваться на настоящем моменте, на повседневных событиях, на своей работе. Потому что слишком неприятными были мысли о том, что ей придется расстаться с Тэсс на два месяца. И слишком страшными были мысли о том, почему ей так не хочется расставаться с Тэсс. После той странной сцены в машине они с Тэсс виделись всего один раз. Девочка вела себя как обычно, делая вид, что ничего особенного не произошло. Чарли хотела с ней объясниться, но не представляла, как подступиться к этому разговору и с чего начать. Она и сама с трудом понимала, почему психанула тогда. Но Тэсс ничего и не спрашивала, и Чарли немного успокоилась. Делать вид, что ничего не происходит, она всегда хорошо умела. Тэсс была увлечена подготовкой к спектаклю, который должен был состояться перед Рождеством. Она сказала, что в их следующую встречу уже принесет для Чарли билеты. И Чарли попросила ее принести только один билет. «Ты даже Ричарда не хочешь с собой позвать?» – удивилась Тэсс. «Не хочу, - просто ответила Чарли». Тэсс только пожала плечами и не стала спрашивать, почему. И Чарли была рада этому. Она и сама не знала, почему не хочет идти в театр вместе с Ричардом. Возможно, потому что… …я не сомневался, что ты поступишь правильно… …отношения с подростками караются по закону… Потому что в последнее время они с Ричардом не очень хорошо понимали друг друга. Тэсс тоже собиралась прийти на концерт Чарли. Она заявила, что ни за что такое не пропустит, и Чарли достала для девочки лучший билет. Ей хотелось, чтобы Тэсс была там, внизу. Хотелось иметь возможность увидеть ее во время концерта. В прошлый раз, когда Тэсс приходила, ее присутствие необъяснимым образом поддерживало Чарли и вдохновляло. И в этот раз Чарли ощутила то же самое, когда увидела Тэсс внизу, рядом со сценой. Тэсс улыбалась и смотрела на нее с восхищением. Не с тупым обожанием, как другие ее фанатки, а с настоящим восхищением. Искренним восхищением, без жадного желания разобрать Чарли на кусочки и утащить себе парочку в качестве сувенира. Тэсс всегда смотрела на нее иначе. Тэсс смотрела на нее так, как никто и никогда не смотрел. И Чарли хотелось петь для нее. Не для всех этих тупых девиц, которые визжали так, словно их дергали за волосы, и смотрели на Чарли с похотливым вожделением, а для Тэсс. Для Тэсс, которая просто улыбалась ей и подмигивала, как бы говоря: «Все будет хорошо. Все у тебя получится. Я с тобой». И Чарли пела для Тэсс, весь концерт она пела и играла только для нее. И все ее проблемы, все ее дурные мысли и заботы отходили на второй план, становились несущественными, неважными, пустыми. Имело значение только настоящее мгновение, только этот момент, этот концерт, эта музыка и Тэсс, благодаря которой эта музыка была написана. После концерта Чарли выходила на бис всего один раз, потому что ей хотелось как можно скорее вернуться в гримерку и увидеться с Тэсс. Хотелось услышать ее впечатления, ее мнение, которое было для Чарли самым ценным и самым важным. В гримерке Чарли нервно поглядывала на часы, она ждала Тэсс всего пять минут, но ей казалось, что прошла уже вечность, и она боялась, что охранники снова не пускают девочку, хоть Чарли и пообещала поотрывать им головы, если они ее не пропустят. Еще через пять минут, когда Чарли уже собиралась отправляться на поиски Тэсс, дверь гримерки тихонько приоткрылась, и в дверном проеме возникло улыбающееся лицо девочки. - Я наконец-то добралась до тебя! – воскликнула она. – Там такая толпа, меня чуть не раздавили! И не успела Чарли ответить что-нибудь, как Тэсс уже вошла, захлопнула дверь и бросилась на Чарли с объятиями. И в тот момент Чарли осознала, что ждала этого, хотела этого. Надеялась, что Тэсс обнимет ее. Потому что своими объятиями эта девочка умела говорить все, что невозможно выразить словами. - Тэсс! Ты меня придушишь! – сдавленно проговорила Чарли, хотя это было совсем не то, что она хотела бы сказать. – Дай мне хоть в душ сходить, потом обниматься будем! Чарли попыталась вырваться, но Тэсс держала ее по-настоящему крепко. - Ну уж нет, - выдохнула она. – Потом ты уже будешь говорить «отстань» и «отцепись», а сейчас я поймала тебя и могу обнимать столько, сколько мне захочется. В голосе Тэсс звучали шутливые нотки, но Чарли чувствовала, что девочка пытается разбавить ими какое-то другое чувство, чтобы это чувство не звучало так отчетливо и явно. Внезапно Чарли испугалась, что в гримерку придут ребята и увидят эту странную сцену. Она живо вообразила себе, как скривится лицо Ричарда, когда он увидит их с Тэсс обнимающимися. Конечно, он уже сто раз видел их обнимающимися, но Ричард далеко не идиот. И он в состоянии отличить дружеские объятия от не совсем дружеских. - Тэсс, пожалуйста… - Чарли снова попыталась освободиться, ощущая одновременно и ужас, и мучительное нежелание отпускать Тэсс от себя. – Пожалуйста, мне дышать трудно. Я устала, Тэсс… Пусти меня в душ. И Тэсс отпустила ее, неохотно разомкнув руки. А еще через секунду за дверью послышались шаги, и в гримерку, как Чарли и предполагала, ввалились один за другим парни с бутылками пива в руках. Пока они радостно приветствовали Тэсс, Чарли ускользнула в душ, где тщательно и безуспешно пыталась смыть с себя жар этих ненормально долгих объятий. Когда она вернулась, парни уселись в круг за журнальным столиком и учили Тэсс играть в покер. - Эй! Вы что творите?! – рассердилась Чарли. – Нечего приучать ее к азартным играм! - Ну, Чарли! Это так интересно! – взмолилась Тэсс. – Давайте все вместе поиграем! - Девчонка дело говорит, давайте поиграем! – Льюис с улыбкой потрепал Тэсс по волосам. – Не нуди, Чарли! - А ладно, черт с вами… - вздохнула Чарли, пододвигая к столику свободный стул. И они сыграли партию в покер, попутно делясь впечатлениями от прошедшего концерта. Больше всего впечатлений, конечно же, было у Тэсс, и она каким-то непостижимым образом умудрялась рассказывать о них и одновременно вникать в правила игры. А потом ей даже каким-то образом удалось выиграть. - Вы специально поддавались мне! – обиженно воскликнула она, обращаясь к ребятам. - Ничего подобного, просто ты очень умная, - улыбнулся Ричард. - Да, ты умная, а эти идиоты уже пьяные, и мозги у них превратились в кашу, - проворчала Чарли, сгребая все фишки в одну кучу. Ребята загудели, обзывая Чарли занудой, а Тэсс засмеялась над ними. Обидевшись на всех, Чарли ушла покурить. На балконе было слишком холодно, а Чарли к тому же была еще мокрой после душа, и меньше всего девушке хотелось получить еще и больные связки в придачу ко всем своим проблемам. Поэтому она села на дальний диван у приоткрытого окна и закурила, оставив ребят и Тэсс обсуждать ее дурной характер. Однако не прошло и двух минут, как Тэсс уже оставила шумную компанию парней, подобралась к Чарли и уселась на диван рядом. Чарли устало вздохнула и проговорила: - Тэсс, дай мне покурить спокойно. Ты вечно крутишься под ногами, и мне приходится выбрасывать наполовину выкуренные сигареты. И опять Чарли с отвращением подумала, что это вовсе не то, что она на самом деле хотела бы сказать. Потому что на самом деле Чарли была рада, что Тэсс пришла к ней на этот диван. - Да ладно тебе, Чарли! Кури и представь, что меня здесь нет, - Тэсс лукаво улыбнулась. – Все равно весь дым в окошко улетает. Я его почти не чувствую. Чарли снова вздохнула. У нее не было сил спорить. - Чарли… - Ну что? - Ты сегодня была потрясающей, - Тэсс смотрела на нее безотрывно, не мигая, и Чарли это смутило. – Знаешь, каждый раз, когда я прихожу на твой концерт, мне кажется, что быть круче, чем ты, просто невозможно. А потом ты всякий раз оказывается еще круче, с каждым разом ты как будто превосходишь саму себя. Я не представляю, как тебе это удается. Но мне хотелось бы однажды стать такой же крутой, как ты. - Тэсс… - Чарли выбросила сигарету в окно, ощущая все большее смущение. И радость. – Ты уже крута. Уже сейчас ты намного круче меня. - Нет, Чарли, ты круче! - Нет, ты, - не сдавалась Чарли. Ей хотелось улыбаться. Она обожала глупые споры с Тэсс. Обожала соревноваться с девочкой в упрямстве. Обожала проигрывать ей. - Нет, ты круче всех и точка! – рассмеялась Тэсс. – Не спорь со мной, мне виднее! - Конечно, тебе виднее всех, - прошептала Чарли, улыбаясь. - Да, потому что я самая умная, и в покер вас всех обыграла! – Тэсс подползла к Чарли ближе, и Чарли внезапно захотелось обнять ее. Но она не сделала этого. - Конечно, ты самая умная, хоть и малолетка. - Но-но-но! Нечего обзываться! - Хорошо, не буду. Малолетка. - Ах так! – Тэсс размахнулась и пихнула Чарли в плечо, отчего девушка едва не рухнула на диван. Не оставшись в долгу, Чарли тоже пихнула Тэсс, и какое-то время они дурачились, смеялись и толкали друг друга. И это было так хорошо, что Чарли невольно подумала о том, как здорово было бы остаться здесь на всю ночь. В этой гримерке. С этой рыжей сумасшедшей. Просто остаться с ней. Из забытья ее вырвал голос Льюиса. - Эй, Чарли! – кричал он. – У нас пиво кончилось, мы пошли в бар! Вы с нами? - Какой бар, ты с ума сошел?! Тут кое-кому всего десять! - Тринадцать! – рявкнула Тэсс и снова стукнула Чарли по спине. Чарли расхохоталась, а Льюис улыбнулся и сказал: - Ну хорошо, если что, Чарли, ты знаешь, где нас искать. Пока, Тэсс! Тэсс помахала уходящим ребятам, а когда дверь за ними закрылась, откинулась на спинку дивана и полезла в карман юбки. - Совсем забыла… - пробормотала она. – У меня же тут есть для тебя кое-что… А вот. На, держи, - и Тэсс протянула Чарли свернутый напополам билет в театр. - Спасибо… - Чарли взяла его и развернула, чтобы полюбоваться. - Нелегко было достать билет в партер, но я хотела, чтобы ты меня получше рассмотрела, - на губах Тэсс заиграла хитренькая улыбочка. – А то я и так всего на пять минут выхожу. Не хватало еще, чтобы ты меня вообще не заметила, сидя в амфитеатре или на балконе! - Глупая. Тебя нельзя не заметить, - улыбнулась Чарли, сворачивая билет и убирая в карман джинсов. - Вот и мои учителя так же говорят… - Тэсс вздохнула. – Говорят, что когда я выбегаю на сцену, я похожа на светофор. И что мне нужно покрасить волосы в какой-нибудь нейтральный цвет, чтобы так не выделяться. - Не вздумай! – испугалась Чарли. – Твои учителя ни черта не понимают! Твоя красота в твоей оригинальности. Быть непохожей на других – это прекрасно, Тэсс. Это достоинство, а не недостаток. - Моя красота? – переспросила Тэсс, улыбаясь и подползая к Чарли еще ближе. – Повтори еще раз, что ты там говорила про мою красоту? - Да ну тебя, - Чарли нервно усмехнулась. - Ты ведь не обманывала меня, Чарли? Не обманывала, когда говорила, что считаешь меня красивой? Тогда, в машине. Год назад, помнишь? Чарли смутно припоминала тот разговор, когда она ляпнула, что Тэсс красивая. И она была поражена, что Тэсс так хорошо его запомнила. Должно быть, слова Чарли много значили для нее. От этого Чарли снова стало не по себе, и она инстинктивно вжалась в спинку дивана. - Я помню, Тэсс, - ответила она тихо. – И, конечно, я тебя не обманывала. - И ты до сих пор считаешь меня красивой? – Тэсс продолжала смотреть на Чарли немигающим взглядом, в котором застыли надежда и… обожание. - Да, Тэсс. Ты красивая, - отозвалась Чарли шепотом, потому что эти слова казались ей слишком странными и неправильными, чтобы произносить их громко. Но Тэсс на самом деле была красивой. Очень красивой, и в тот вечер особенно. На ней было черное платье с черным кружевным воротничком, а ее распущенные волосы, рассыпавшиеся по плечам, казались на фоне этого платья еще более яркими, золотисто-медными. Казалось, что если дотронуться до них, они будут теплыми на ощупь, и Чарли очень хотелось этого. Дотронуться до них. На щеках девочки заиграл румянец радости и смущения, и она стала еще красивее, хотя минуту назад Чарли казалось, что быть красивее просто невозможно. «Почему она вдруг стала такой? – недоумевала Чарли. – Такой красивой для меня? Куда подевалась та мокрая, словно воробей, пигалица, которая запрыгнула ко мне в машину сто лет назад? Куда подевалась та нескладная девчонка с ногами от ушей? Когда она впервые залезла в мою машину, я боялась, что ее ноги там просто не поместятся, и надеялась, что они умеют складываться в три раза. Неужели за год с небольшим Тэсс могла так сильно измениться? Или это мой взгляд на нее изменился? Что же произошло со мной? С нами?». - Чарли… когда ты смотришь на меня, я и правда начинаю чувствовать себя красивой. На меня никто так не смотрел, как ты, - прошептала Тэсс, и глаза ее потемнели. Чарли почувствовала, как все ее внутренности куда-то падают, и все ее тело становится легким, как будто парящим в невесомости. «Я должна отвернуться, должна прекратить смотреть на нее, - подумала Чарли в ужасе. – Она уже что-то заметила в моем взгляде. Что-то, чего там не должно быть. Она что-то заметила. Я должна отвернуться, я должна…». Но Чарли не отвернулась, не отодвинулась от Тэсс. Она продолжала смотреть на девочку, смотреть в ее огромные глаза и видеть в них жар, пылающий свет того чувства, о котором Чарли усиленно пыталась забыть, погрузившись с головой в работу. Эти глаза гипнотизировали Чарли, и она не могла отвернуться, даже если бы захотела. А она не хотела. - Чарли… - Тэсс внезапно протянула руку и коснулась воротничка рубашки Чарли. – У тебя пепел… вот здесь… Подожди, я сейчас стряхну. И Тэсс стряхивала пепел, скользнув рукой по плечу, а потом по груди девушки. Ее прикосновения словно обжигали, и в тот момент Чарли с легкостью бы поверила в то, что волосы Тэсс в самом деле теплые, нет, даже горячие, как расплавленная медь. Тэсс стряхнула пепел, но ее рука осталась лежать у Чарли на шее. Ее пальцы незаметно забрались под ткань воротника, и Чарли ощущала их на своей коже. - Чарли… ты ведь считаешь меня своей подругой, не так ли? – спросила Тэсс и глаза ее стали совсем темными. - Да, - отозвалась Чарли хрипло. Она все еще убеждала себя, что неплохо было бы отодвинуться от девочки подальше, неплохо было бы сбросить ее руку со своей шеи, неплохо было бы прекратить пялиться на нее. Но наверное в тот день Чарли слишком устала после концерта, и у нее просто не осталось сил на эти необходимые действия. Она чувствовала себя пьяной, хотя не выпила в тот вечер ни капли. И она не могла пошевелиться, словно бы Тэсс впечатала ее своим гипнотическим взглядом в этот диван. - Тогда прости меня, Чарли, - голос Тэсс упал до шепота. - За что? – Чарли уже ничего не соображала, в голове все плавилось и растекалось. - Вот за это, - выдохнула Тэсс и порывисто поцеловала Чарли в губы. И в тот момент весь мир, вся Вселенная Чарли рухнула, упала вслед за ее собственным бешено колотящимся сердцем. Губы Тэсс были такими мягкими, такими теплыми, что Чарли даже не заметила, как ее собственные губы подались им навстречу. Тэсс запустила пальцы в волосы Чарли на затылке, и девушка ощутила волну мурашек по всему телу, настолько приятных, что ей казалось, она вот-вот умрет от этого невыносимого удовольствия. Чарли даже не подозревала раньше, что простой невинный поцелуй может быть настолько приятным. Голова стала тяжелой, дыхание сбилось, и когда Чарли осознала, что ее рот вот-вот разомкнется, и она поцелует Тэсс уже не так невинно, она схватила девочку за плечи и с усилием, потребовавшим от нее всего ее мужества, отодвинула Тэсс от себя, разорвав поцелуй. Несколько долгих мгновений они молча смотрели друг на друга. Щеки Тэсс раскраснелись, с приоткрытых губ срывалось прерывистое дыхание, и Чарли ощутила мучительное и страшное желание поцеловать ее снова. Самое страшное желание в своей жизни. «Ей тринадцать, ты, идиотка! Ты что, совсем чокнулась?! Ей тринадцать, мать твою, Чарли! ТРИНАДЦАТЬ, ЧЕРТ ПОБЕРИ, ЛЕТ!». В голове молотом застучала кровь, Чарли выпрямилась на диване, ощутив внезапное и весьма болезненное отрезвление от мыслей о возрасте Тэсс. - Тэсс… - прошептала она. – Ох, Тэсс… - Прости меня, Чарли. Прости, я не удержалась, я не смогла удержаться… - выдохнула девочка. В ее глазах застыл испуг, потому что Тэсс не знала, что Чарли будет делать дальше. Очевидно, девочка боялась, что Чарли накричит на нее, как совсем недавно в машине. Но Чарли не стала кричать. Она попыталась взять себя в руки и поступить как взрослый человек. Она сказала, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно мягче, и чтобы в нем не слышалась дрожь: - Ох, Тэсс… Я знаю, что нравлюсь тебе. Но это не должно повториться, понимаешь? - Понимаю, - искорки во взгляде Тэсс в то же мгновение потухли. - Ты правда понимаешь? – переспросила Чарли с сомнением. – И что же ты понимаешь? - Понимаю, что у тебя есть Дженни. - О Господи… Да при чем здесь Дженни… - Чарли устало вздохнула и покачала головой. – Главная причина того, почему это не должно повториться, не в Дженни. А в том, что тебе всего тринадцать. - То есть… - глаза Тэсс снова вспыхнули. – То есть, если бы я была совершеннолетней, ты могла бы? Если бы мне было восемнадцать, ты ушла бы от Дженни? Ты могла бы быть со мной? - Ох, Тэсс… Тэсс, Тэсс, Тэсс, - Чарли закрыла лицо руками, ощущая, что дальше быть взрослой у нее не получается, ощущая, что она вот-вот расплачется. – Я не знаю, Тэсс. Я не знаю. После непродолжительного молчания Чарли отняла руки от лица и добавила: - Давай просто оставим все как есть и не будем больше говорить об этом. Ты моя подруга, Тэсс, и на этом все. Я не хочу потерять твою дружбу. И я не хочу сесть в тюрьму. Хорошо? Чарли слышала собственный голос, слышала, какой он измученный, и ей стало страшно. Еще страшнее, чем прежде. - Хорошо, - сказала Тэсс спокойно. – Прости меня. Я могу сделать вид, как будто ничего не было, если хочешь. Только не бросай меня, Чарли. Сердце Чарли сжалось в болезненной агонии. - Ты ведь не бросишь меня из-за того, что я сделала? – спросила девочка совсем тихо. - Нет…. Нет, конечно нет. - И мы сможем оставаться подругами, как раньше? - Да. Наверное. Сможем. - Хорошо. Тогда никаких проблем, - и Тэсс даже смогла улыбнуться, хотя Чарли видела, что эта улыбка далась ей с большим трудом. А потом Чарли вспомнила о том, как ей хотелось целовать Тэсс, как ее губы жили собственной жизнью, не желая слушать ее разум, ее холодный взрослый разум, и подумала, что все ее проблемы только начинаются.