Immortelle.

***

Друзей мало волновала пропажа, а может и смерть Антивиты. В этой фее еще не было никаких личностных качеств — только действия основанные на попытках адаптации к той или иной ситуации. В любом случае, она бы исчезла, если бы Джейку удалось вернуть нормальное настоящее, потому что никто бы не стал превращать фей в мутантов и выращивать их в пробирках для опытов…

Теперь же, друзья шагали по сырой песчаной тропе на луг, куда ушли Плам и Седрик.

Холли, казалось, уже не так волновали чувства к Бену, как слова ЧарМы. Фея с ослиным хвостом говорила о страшных последствиях мутагенов, что однажды эти вещества окончательно изменят ее сознание на звериное. Джейк шел впереди всех, а за ним устало плелся Бен. Им уже явно поднадоели эти путешествия в пространстве и времени. Неизвестно, сколько времени прошло… А ведь они даже не спали и не ели, но, как не странно, есть никому не хотелось совсем. — Тсс!.. — Вдруг скомандовал Джейк, резко обернувшись к своим спутникам с прижатым к губам пальцем — Они в тех кустах… Перед ними возвышались заросли ярко-зеленых высоких трав, а за ними слышались тихие голоса: — Давай закопаем это здесь на память о том, как умели любить? — Но, Крошка, а разве мы не будем любить друг друга вечно? М? — Конечно, но с новой зари только тайно. Король запрещает эльфам и феям любить друг друга. — Ах, Милли… Глупая Милли… И это все только из-за того, что мое сердце сражено тобой… Бен осторожно раздвинул травы, и стал наблюдать за происходящим сквозь крохотную щель. Няня Плам и Мудрый эльф сидели на коленях, на влажном песке. Между ними стояла маленькая шкатулка, обклеенная блестками и обшитая сверкающими стразами. В руках Седрик держал медную подвеску, а няня зажимала в ладони маленькую овальную фотографию. Эльф и фея с нежностью смотрели друг другу в глаза, ласково улыбались… — Седрик, я буду любить тебя вечно. Лишь позови, и я приду. — Тихо пролепетала Плам. — И я тебя люблю, Плам. И знай, я никогда тебя не брошу. — Прошептал в ответ эльф, томно прикрыв веки. Седрик и Плам медленно приблизились друг к другу. Их влажные дрожащие губы соединились в чувственном и таком искреннем поцелуе. Трудно было поверить, что те, кто так ненавидит друг друга в настоящем, в прошлом были так близки. Эльф заключил в свои нежные объятия любимую фею, гладил ее горячее и желанное тело, каждый изгиб которого облегал фиолетовый атлас платья. Ткань сминалась под сильными тонкими пальцами, струилась промеж них, подобно какой-нибудь волшебной жидкости. Два любящих друг друга существа упали на песок, продолжая целоваться, крепко обнимать друг друга, касаясь телами. Наконец, когда воздуха стало едва хватать, они, упав на спины, продолжили лежать на песке, все еще держась за руки. Пара сверкающих глаз устремилась в закатное небо. Оно было розоватым, со светлыми, едва заметными очертаниями облаков. Будто какой-то художник смешал на небе палитру из нежных тонов красок и оставил алые разводы растекаться все сильнее и темнее с каждой минутой. — Скоро сова ухнет. Мне пора домой, мой глупый эльф. — Кокетливо прошептала фея, повернув к нему голову и подмигнув. Седрик привстал с песка и неожиданно поднял Плам на руки, прижимая к себе покрепче. — Тогда давай вставим эту фотографию в кулон, чтобы скрыть нашу любовь под маленькой медной крышкой и закопать эту тайну навечно… — Прошептал он, целуя ее в лоб. Плам улыбалась, а на лице ее алел застенчивый румянец. Двое влюбленных были счастливы, что они есть друг у друга здесь и сейчас. Друзья наблюдали за тем, как Няня Плам и Мудрый эльф вставили фото в медный кулон, положили в коробку и закопали, по очереди кидая песок. Казалось, они хоронят кого-то. Холли почему-то захотелось плакать, а Бен загрустил — любовь между эльфом и феей запрещена в Маленьком королевстве и по сей день, а он любит Холли так же сильно, как Мудрый эльф любил Няню. Так же трепетно и жарко, так же страстно и искренне… Джейк же снова удврился в размышления: — А если я выкопаю шкатулку, сломав ход событий снова?.. Но тут его мысли перебила ЧарМа, которая сквозь зубы прохрипела: — А потом эта гламурная подпишет договор с ведьмой, магия Плам станет невыносима и произойдет перелом событий из-за магии. Однажды, когда она поведет крылатых личинусов на экскурсию к эльфийским часам, она решит ускорить время. Все разом посмотрели на хмурую треш-фею, что стояла, прислонившись к стеблю одуванчика спиной и лениво зевая, словно говорила о кино, которое видела уже множество раз. Лукас подошел к подруге и с недоумением спросил: — Но откуда ты знаешь, ЧарМа? Фея прекрасно помнила, как Лукас часто позволял себе бить ее плеткой, если она плохо себя вела, командовал ей, словно животным… Он совсем не воспринимал ее, как равное ему существо. Для бродячего эльфа ЧарМа была только разумным животным, подобному собаке. — Я видела сон. Просто сказала. Крылатая тетка из моего сна слишком похожа на ту, которую я видела во сне. — Холодно ответила она, сложив руки на груди и устало откинув голову назад. Джейк улыбнулся: — ЧарМа, в твоем сне возможно ответы на все наши вопросы!..