Что, если...

«Когда человек оказывается на своем месте, он — весь, целиком — внезапно обретает смысл». (Макс Фрай)       — И снова дождь, — разочарованно протянул Оливер Куин, наблюдая, как за тонированным окном автомобиля меняется городской пейзаж с надоевших высоток на небольшие и всегда шумные улочки. Шумные и многолюдные в любую погоду. Он знал здесь абсолютно каждое заведение. Практически в каждом знали его и любили, как щедрого любителя выпить. Эта пятница слишком долго не наступала, поэтому ее следовало стереть из памяти, как, собственно, и субботу. Оливер улыбнулся, предвкушая встречу с друзьями, давно ожидавшими его в излюбленном клубе «Вердант», принадлежащим другу детства Томми Мерлину. Там всегда алкоголь лился реками, приглашались самые красивые женщины, играла лучшая музыка от самых известных диджеев.       — Мистер Куин просил передать, что завтра ждет на внеплановой встрече с собственниками компании, — столь приятные мысли Оливера прервал водитель Джон Диггл.       — А я могу не ходить? — Оливер обреченно откинулся на спинку сиденья, издавшего свойственный коже скрип. Он ослабил галстук и посмотрел в зеркало заднего вида, поймав на себе взгляд Диггла.       — Думаю, что нет, сэр. Ваш отец специально всех собрал с целью подписания бумаг о Вашем назначении на должность…       — На должность генерального директора, чтобы я продолжал династию и управлял «Куин Консолидейтед». — Оливер тяжело выдохнул и снял наконец ненавистный галстук. Он мечтал снять его с самого утра, еще не успев надеть. Этот галстук ассоциировался у Оливера с обязанностями перед отцом, матерью, компанией. Перед всеми, кто считал его лучшим кандидатом на пост управляющего. Все это душило Оливера, не давая возможности дышать полной грудью, заниматься тем, что близко ему самому. Только проблема заключалась в том, что он сам еще до конца не понимал, чего именно хотел от своей жизни. Но совершенно точно не стоять во главе многомиллиардной компании лишь потому, что был обязан это делать, чтобы никого не подвести, не дай Бог! — Уже сто раз слышал, столько же раз забыл и выбросил из головы, — Оливер отмахнулся. За окном возникла знакомая зеленая буква «В». — Завтра выходной?       — Да, сэр, — спокойно, как и всегда, ответил Диггл, паркуясь возле входа.       — Тогда не жди меня, езжай домой. — Оливер похлопал Джона по плечу. — Я доберусь в этот раз сам.       — Спасибо, сэр! — Джон вежливо поблагодарил и еле заметно улыбнулся.       Оливер замешкался при выходе из машины. Он подумал о том, что еще не было ни одного раза, когда бы он понял, что именно чувствовал Диггл. Его лицо постоянно изображало радушное настроение и лишь изредка, как сейчас, небольшую улыбку. Оливер вдруг отметил для себя необходимость как-нибудь разговорить бывшего военного, а ныне водителя-охранника Джона Диггла. И вдруг он оказался бы славным малым. «Кажется, у него есть семья? Жена и ребенок. Дочь?»       — И все же я бы пошел на Вашем месте завтра на встречу, — скромно заметил Диггл, играя зубочисткой во рту. — Мистер Куин лишь хочет, чтобы его детище было в руках того, кому он доверяет.       — Еще бы я сам доверял себе, Джон. — Оливер улыбнулся, но его глаза переполнялись тоской и грустью. Казалось, что весь алкоголь мира не смог бы залить эти бездонные колодцы души.       — Сэр, простите, если лезу не в свое дело, — Диггл обернулся и посмотрел на Оливера, — в Вас верит семья, а это крайне важно и, поверьте, имеет очень большую цену.       — Спасибо. — Оливер искренне усмехнулся и пожал Джону руку.       Пусть он и не очень верил в услышанные слова, но они резанули в самое сердце. С семьей у Оливера всегда были не совсем гладкие взаимоотношения. Он то и дело срывал им планы, улетев с очередной пассией на частном самолете в жаркие страны, или же портил репутацию, устроив публичный скандал под воздействием алкоголя или чего похуже. Сейчас Оливер успокоился, начал контролировать свое поведение, не так часто выпивать и без особых последствий, если не считать красивых незнакомок в постели наутро. Но все еще не ощущал доверия от своих родных. С одной стороны, он понимал, что путь искупления должен быть тернистым и долгим. А с другой — всегда существует потребность в вере и поддержке. Только вот в Оливера Куина давно никто не верил. Даже отец решился сделать его соруководителем только из-за желания контролировать непутевого сына. Но Оливер привык ко всему этому раскладу и не претендовал на большее, лишь желал оставаться вдали от всего и чтобы его никто не трогал.       — Вам пора, сэр, — напомнил Диггл, указывая на дверь. — Вас там уже ждут.       — Ты прав, — быстро и даже растерянно ответил Оливер, взъерошив свою пшеничную шевелюру.       Покинув машину, он направился к клубу. На секунду он замешкался перед входом, прокручивая в голове возможные варианты развития событий. Однако накопившаяся усталость и даже обида все же взяли верх над рациональным решением. Когда он вошел в дверь клуба, все понеслось в бешеном ритме ночной жизни Старлинга: алкоголь, флирт, смех, общение и снова флирт и алкоголь.       Утром голова как и всегда гудела, а глаза даже не хотелось открывать. Ведь это лишь усилило бы кружение и тошноту. Оливер сжал голову руками, словно это хоть раз останавливало верчение. Он прорычал недовольства в адрес бармена, не жалевшего крепких напитков и мешавшего все, что только не просил Оливер. И это было единственным четким воспоминанием всего вечера.       Убедившись, что рядом никто не сопит ему в плечо, он потянулся к тумбочке за приготовленными заранее стаканом воды и таблеткой от похмелья. Вместо ожидаемого он нащупал что-то гладкое, продолговатое и холодное. Оливер отдернул руку и разлепил заспанные глаза. Пытаясь сконцентрироваться и вернуться поскорее к реальности, он приподнял корпус и оперся на локоть. Сощурившись, Куин принялся рассматривать вещь, оказавшуюся непонятным образом на месте спасительных средств. Этой вещью оказался небольшой планшет, но Оливер не помнил, чтобы когда-либо выбирал технику в розовых оттенках.       — С добрым утром. Как спалось? — Незнакомый женский голос резанул по нервам, причиняя очередную порцию боли. Оливер непроизвольно зажал руками уши, зажмурившись. Он откинулся на кровать, силясь вспомнить хоть что-нибудь. Но в голове царил лишь шум и темнота. — Времени не так много. Не задерживайся. — Этот командный тон. Неужели он в доме у какой-то Госпожи? Оливер вскочил на кровати, желая проверить, не привязан ли он. Однако никаких пут не обнаружилось, лишь в голове началась монотонная и горячая пульсация.       — Я не встану, пока не скажешь, где я. — Старания произнести предложение как можно четче оказались не совсем плодотворными. Голос Оливера походил на рычание простуженного льва, чем вызвал неумело скрываемый смешок, по-видимому, хозяйки помещения.       — Одевайся и приходи завтракать. — Теперь в голосе звучала нежность и забота.       С недовольным ворчанием Оливер с трудом поднялся с кровати и всем телом ощутил приятную прохладу, а ноги мягко покалывал ковер. Куин улыбнулся, наслаждаясь моментом, но что-то все же заставило его задуматься о причине этого наслаждения. Окинув себя взглядом, он заметил, что стоит посреди комнаты совершенно голый. Ситуация казалась страннее некуда; Оливер осмотрелся и заметил на кресле свои же вещи, аккуратно разложенные и выглаженные. Он совершенно точно не мог этого сделать. Особенно после пьянки. Так кто же эта женщина и из каких соображений она заботилась об Оливере?       Обернувшись простыней, благополучно стянутой с кровати, Куин выглянул из приоткрытой двери. Маленькая блондинка порхала по уютной кухне в голубых широких пижамных штанах и обтягивающем спортивном розовом топе. Она что-то напевала, суетясь возле плиты. Оливер не придумал ничего лучше, как закашлять, чтобы привлечь к себе внимание.       Девушка вздрогнула и, опершись руками о стол, пыталась отдышаться, словно после длительного забега.       — Никогда! — Она грозно подняла вверх указательный палец, не поднимая головы. — Никогда не пугай меня так!       — Прости, — смутился Оливер, почесывая затылок, — я лишь хотел узнать, где у тебя душ? Не очень хочется, знаешь ли, одевать дорогой костюм на несвежее тело.       — Первая дверь справа. — Девушка кивнула, выдохнув и возвращаясь к готовке.       — Знаю, что могу показаться грубым, невежливым и все в этом духе, но… — Оливер пристально посмотрел на внимательно слушающую вынужденную собеседницу. — Как тебя зовут?       — Фелисити. Фелисити Смоук. — Она быстро поправила волосы за ухо и довольно мило улыбнулась.       — Фелисити, — повторил Оливер, словно пытаясь запомнить ее имя. Он сам не понял причину, подвигшую его задать такой вопрос. — Хорошо. Спасибо. А я…       — Оливер Куин. Я знаю. — Все с той же очаровательной улыбкой она махнула рукой, не дав Оливеру договорить.       — Ага, — недоуменно выдавил он, подняв бровь. — Ну, я… пойду тогда… освежусь. — Куин поспешил захватить из комнаты свою одежду и поскорее скрыться за дверью ванной. Его смущала больше не сама ситуация — оказаться в чужой квартире с симпатичной хозяйкой, — а то, что эта самая хозяйка знала, как ему казалось, о нем практически все. И это выглядело отчасти жутковато.       Прохладная освежающая вода приятно стекала по уставшему телу и снимала головную боль. Душ у Оливера всегда был лучшим средством привести себя в порядок и облегчить последствия алкогольных встреч. Каких-то полчаса под расслабляющими потоками воды и все вновь обретало смысл.       Вернувшись на кухню, Оливер увидел накрытый стол для завтрака: ароматный горячий кофе и парочку тостов. Запах еды поглотил весь рассудок Куина, и он поспешил сесть за стол, даже не успев толком завязать галстук, оставив его болтаться на шее. Повесив серый пиджак на спинку стула, Оливер сел напротив Фелисити, наблюдавшей за ним с явным интересом, оторвавшись от планшета. Она уже успела переодеться в серое платье с оранжевыми вставками на талии и уложить волосы так, что они мягко спадали на плечи. Оливер даже на мгновение отвлекся от столь сильного желания поесть, рассматривая вполне себе симпатичную мисс Смоук.       — Я бы на твоем месте ускорилась, — довольно жестко и в то же время с усмешкой заметила Фелисити, заставив Оливера напрячься и рассеянно открыть рот в поиске логичного ответа. — Кофе остынет. А пить холодный кофе по утрам — моветон. — Она медленно потянулась за своей кружкой и, сделав большой глоток, поставила ее обратно, вернувшись к планшету.       — Да мне некуда торопиться, — протянул Оливер, поудобнее усаживаясь на обтянутом мягкой тканью стуле. Он сделал глоток и удивленно взглянул на Фелисити, поражаясь своей догадке. — Крепкий с сахаром?       — Я знаю о тебе все! — поддавшись вперед, прошипела Фелисити, но, не сдержавшись, засмеялась. — Да брось, весь офис знает, какой кофе ты предпочитаешь. Ты его каждый раз берешь в нашем кафе на втором этаже, когда приходишь к отцу.       — Откуда ты знаешь? — Оливер недоверчиво покосился на кружку кофе и неторопливо отодвинул ее подальше. Он ощутил себя героем фильма «Шоу Трумана». И это начинало его злить, учитывая все еще ноющую боль в висках.       — Расслабься. Я сама работаю в «Куин Консолидейтед». И могла бы обидеться, что ты, будучи практически руководителем, даже не узнал меня. — Фелисити пожала плечами и усмехнулась. — Но ты ведь и приходишь в офис из-под палки. Не так ли? — В ее голосе четко читалась издевка.       — Прости, но это совершенно не твое дело, — отрезал Оливер, вставая из-за стола. Он начинал злиться, что какая-то сотрудница принялась читать ему нравоучения.       — Значит так! — неожиданно строго рявкнула Смоук. — Нянчиться с тобой я не собираюсь. Поэтому, будь добр, просто сделай то, о чем я тебя попрошу. Вероятнее всего, что она пыталась выглядеть как можно строже в этой ситуации и убедительнее, но вызвала у Оливера лишь улыбку. Он сменил раздраженное выражение лица на более мягкое и, ощутив ноющее урчание в животе, вернулся к хрустящим тостам.       — Так что ты задумала? — дожевывая, решил поинтересоваться Куин. — Попросить прибавку? Повышение? Или новый кабинет? Если так, то это не ко мне. Этим мой отец заведует.       — Мистер Роберт Куин — прекрасный руководитель, но без доверенных лиц и помощников он как без рук. — Фелисити вздохнула, откладывая планшет и уставившись на Оливера.       — А при чем здесь… — Куин прервал сам себя, не желая больше участвовать в этом балагане. Его начинала выводить из себя вся эта ситуация. — Чего ты хочешь? — Оливер хлопнул ладонями по столу перед собой.       — Хочу помочь тебе. — Прозвучало настолько искренне, заставив Куина замешкаться и запутаться в собственных мыслях. Он лишь беспрерывно смотрел на Фелисити какое-то время, пытаясь разобраться, однако с похмельной головой сделать это было практически нереально.       — Допустим, — откашлявшись, выдавил Оливер. — А каким образом? Можно узнать? — Он пристально смотрел на Смоук.       — Мы отправимся на встречу, — как будто говоря о какой-то прогулке в парке, сообщила Фелисити, принимаясь дожевывать свой тост, который при этом очень громко хрустел. Было заметно, что она наслаждалась процессом приема пищи. Оливер невольно сглотнул слюну, смотря на такой аппетитный завтрак. На мгновение он даже выкинул из головы разговоры о компании.       — Позволь узнать, — он поправил спадающую на лицо прядь светлых волос, — почему ты решила, что я поеду туда с тобой?       — Хм. — Фелисити мастерски изобразила задумчивость, вытянув губки и приложив к нижней указательный палец. — Наверное, потому что твой отец собрал совет, подготовил бумаги и ждет только тебя?       — Это не аргумент, — резко отрезал Оливер, с шумом поднимаясь из-за стола. — Я не собираюсь никуда идти. — Он выделял каждое слово, стараясь всем своим видом показать заносчивой и самовольной сотруднице отца, что последнее слово всегда оставалось за Оливером Куином.       — Я это знаю. — Ее голос, наполненный спокойствием, как после длительной медитации, поразил Оливера. Он изогнул бровь в недоумении. — Поэтому я вызвала такси.       — Ты невыносима! — прорычал Куин, направляясь к выходу. — Знаешь, я просто сейчас уйду к себе домой. А ты… ты можешь ехать куда хочешь! — Он возился с дверным замком, пытаясь открыть его, чтобы поскорее забыться в объятиях первой встречной красотки в своей квартире.       — Погоди, — тихо и как-то встревоженно пробормотала Фелисити, оказавшись рядом с Оливером. — Ты, конечно, можешь сейчас уйти, бросить все, подставить родного отца и отказаться от всего, передав совершенно чужим людям наследие твоей семьи. — Она осторожно и с явным сомнением дотронулась своими пальчиками до крепкого плеча Оливера, чем неожиданно вызвала дрожь, промчавшуюся по его спине.       Куин замер и глубоко вздохнул, приготовившись слушать очередную проникновенную речь о своем недальновидном поступке. Внутри нарастала злость, но понимание того, что эта Фелисити говорила правду, помогло Оливеру не закипеть и удержать себя в руках. Он стиснул зубы и нахмурился, глядя сверху вниз на мисс Смоук.       — Но прошу. — Фелисити опустила глаза, явно смутившись. — Хотя бы появись там. Большего и не нужно.       — Почему ты уговариваешь меня? — С недоверием Оливер посмотрел на нее, скрестив руки на груди. Его тяжелый взгляд будто сковал Фелисити, не позволяя пошевелиться. Она сжала правой рукой левую и от Куина не скрылось то, как все ее тело напряглось и вытянулось в жесткую струну.       — Ладно. — Смоук раздосадовано махнула рукой. — Терять уже нечего. — Она сделала паузу и, набрав побольше воздуха, быстро залепетала: — Меня уволят, если ты не появишься на сегодняшней встрече. И я уже собрала все личные вещи в кабинете в небольшую такую коробку. — Фелисити показала примерный размер, вызвав умело сдержанную улыбку у Оливера. — И отправилась по совету подруги запивать горе. И не суди меня! А какие у меня были шансы? — Она вскинула руками и забавно нахмурилась. — Все же и так было яснее некуда. Поэтому я и пошла в клуб. Не каждый день, знаешь ли, из ведущих компаний пинком под зад выкидывают из-за избалованного сыночка. — Мгновенно закрыв ладонями рот, она быстро заморгала. На лице четко читался ужас от небрежно вырвавшихся слов. — Прости! Я не это хотела сказать. Вернее, это, но не так и совершенно не думала обидеть. Ведь ты не сынок. Вернее, сынок, но не настолько избалованный. И даже совсем не избалованный, просто я образно хотела сказать и вышло совсем не так, как хотела. А хотела я… Ох, я хотела замолчать и не нести эту ересь. — Она несильно стукнула себя кулачком по лбу.       — Фелисити, — стараясь держаться как можно серьезнее, начал Оливер, — просто выдохни, сконцентрируйся и продолжай, если хочешь. — Он положил руку ей на плечо и легонько сжал, ободряя и давай понять, что совершенно не обижен ее случайным признанием. Конечно, Оливер прекрасно знал, что думают о нем в «Куин Консолидейтед». Именно понимая тот факт, что репутацию свою он едва ли сможет исправить, Оливер старался появляться там как можно реже. Но, услышав это в лицо, он понял, что все не так страшно и шанс исправить ситуацию всегда есть, если только захотеть и приложить усилия. К тому же, теперь успокоение требовалось не ему, а симпатичной сотруднице, чувствовавшей себя нырнувшей с головой в лужу.       — В общем, когда я увидела тебя пьяного в клубе в полусознательном состоянии, я поняла, что это мой шанс не вылететь, как пробка, с работы. Ну, и вот ты здесь. — Фелисити смущенно улыбнулась и поправила выбившуюся прядь волос за ухо. По румяным щекам и часто вздымающейся груди было понятно, что она волновалась.       Оливер вдруг поймал себя на том, что чрезмерно долго смотрел на грудь Фелисити. Она выглядела упругой. Стянутая платьем, она аккуратно выпирала сверху двумя небольшими мягкими бугорками. Кожа казалась нежной и гладкой. Идеальной. Куин закашлялся, закрыв рот рукой. Мимолетом он попытался разглядеть реакцию Смоук, чтобы понять, заметила ли она его направленный непосредственно в небольшую ложбинку между ее грудями. Но Фелисити, казалось, больше тревожилась о своем воистину бескостном языке.       — Может, воды? — первой прервала неловкую паузу Смоук. Оливер лишь отрицательно покачал головой. — Тогда, если позволишь, я переоденусь и поеду за своими вещами в офис. Будешь уходить, посильнее хлопни дверью. — Сменившееся на удивление в растерянность выражение лица Куина, заставило Фелисити улыбнуться и грустно вздохнуть. — Да, иди. Я все понимаю и не злюсь. Не стану же я тащить тебя туда силой. — Она осмотрела Оливера с головы до ног и хмыкнула: — Не. Не дотащу — факт. — Смоук взяла со стола телефон и неторопливо направилась к спальне. — Наверняка кадры и приказ о моем увольнении подготовили…       — Я… — Обычно уверенный и ровный голос Оливера вдруг кардинально изменился. — Я пойду. — Собственные слова прозвучали в его голове совершенно иначе. Будто и не он их произнес.       — Прости? — Фелисити замерла на месте и непонимающе смотрела на Оливера. Она словно оказалась абсолютно в другом месте, в другом времени.       — Говорю, поторопись. Мы и так опаздываем. — Куин, силясь не подавать вида, что волнуется, вымученно улыбнулся. Возможно, что свою роль сыграло чистосердечное признание Фелисити, или же в нем неожиданно проснулось чувство ответственности. А может, просто Оливер решил больше не подводить отца… Но точно, что Оливер Куин устал бегать. Он решил довериться судьбе и сделать наконец то, что должен. Пусть и запоздало, но Оливер признал свою ошибку.       Методичное постукивание Куином по наручным часам вывело Фелисити из своеобразного транса. Она мгновенно забегала по квартире, собираясь на ходу и бормоча под нос что-то невнятное. Про себя Оливер отметил, что не понимал причину, по которой Роберт мог доверить этой девушке весьма важную должность помощника. Но даже эти мысли не могли удержать Оливера от улыбки. Сидя на стуле и дожевывая слегка подгоревший, но не переставший быть вкусным тост, Куин ощутил на какой-то миг домашнюю идиллию, когда влюбленная парочка молодоженов вместе собираются на работу, мило споря о первоочередности занимания ванной комнаты или на ком в этот раз завтрак. В груди Оливера защемила непонятная тоска, перерастающая в настоящую горечь. Ему вдруг захотелось испытать все это в реальной жизни. Но кто из нормальных женщин решится на такие серьезные отношения с извечным посетителем клубов, любителем подцепить красотку и эгоистичным транжирой денег отца? Алкоголем, разгильдяйством и неразборчивостью в связях заработанная репутация Оливера теперь была не на его стороне. И он понимал это. Ведь рано или поздно прошлое аукается в настоящем.       С каждой минутой, проведенной в дороге к зданию «Куин Консолидейтед», Оливер все больше мрачнел, обдумывая свою речь перед отцом. Он уже решил, что сперва поговорит именно с ним. Без лишних ушей. Отец должен знать, что Оливер решил отказаться от управления компанией и отойти от дел. Но проблема заключалась в том, что у него не было ни одного веского аргумента своего желания. Лишь банальное «хочу» и «это не мое».       — Фелисити? — Оливер неожиданно спросил Смоук. Она вздрогнула и прижала ладонь к левой стороне груди. Казалось, что Фелисити и сама была погружена в свои раздумья, из которых так грубо ее вырвали. — Фелисити, — с обворожительной фирменной улыбкой повторил Оливер, осторожно коснувшись ее руки, и ощутил как она напряглась. Наверняка ей стоило многих усилий, чтобы не прервать столь внезапный контакт. — Позволь спросить: если бы у тебя появилась возможность заниматься тем, чем ты хочешь, что бы ты выбрала? — Куин замолчал, пытаясь распознать настроение Смоук. Но кроме удивления и настороженности он, к сожалению, ничего не заметил. Хотя Оливер и сам себе не мог признаться, какая реакция его бы устроила. Возможно, спокойствие и симпатия?       — Я… Эм… Я не думала об этом, — призналась Фелисити, отворачиваясь к окну, за которым монотонно проплывал городской серый пейзаж. — Хотя… Нет. Это ерунда. — Она сдержанно улыбнулась и махнула в воздухе рукой, давай понять, что чуть было не озвучила весьма плохую идею.       — Рассказывай. Я еду признаваться отцу, что не стану руководить его детищем, которое он хочет передать мне, как единственному сыну. И все из-за тебя. — Оливер рассмеялся, но его смех был насквозь пропитан грустью и даже в какой-то мере страхом. — Так что можно считать, что ты в долгу передо мной. И это — расплата. — Он хитро подмигнул Фелисити, выпустив наконец ее руку из своей, отчего Смоук с облегчением выдохнула, ее легкие вновь смогли наполниться кислородом.       — Я все еще считаю, что это не лучшая затея. И я…       — Просто расскажи мне. Не бойся. — Оливер развернулся к ней, поудобнее устраиваясь на заднем сидении респектабельного такси.       — Ладно, — нехотя сдалась Фелисити. — Я хотела бы открыть компанию по разработке программного оборудования различного предназначения. В том числе и для военных, ученых… Программы для обычных домохозяек, позволяющие устанавливать распорядок дня и упрощавшие жизнь в целом. И программы для создания умных приспособлений, способных спасать людей в различных экстренных ситуациях. — Заметив округлившиеся глаза Оливера, она покраснела и, смутившись, добавила: — Да. Я знаю, что лезу не в свое дело, и мне нужно радоваться тому, что есть.       — Совсем нет. — Оливер с восхищением смотрел на сидящую рядом с ним гениальную, симпатичную и такую молодую девушку Фелисити Смоук. И только теперь он начал понимать, почему она удостоилась должности помощника его отца. Она была невероятно умной, доброй и неординарной. А сочетание этих качеств всегда ценили в «Куин Консолидейтед».       — Просто я получила два высших. И одно из них — информационные технологии. Я в них настоящий профи! — Фелисити с гордостью достала планшет, на котором благодаря шустрым изящным пальчикам Смоук открылись непонятные обычному смертному графики и таблицы, быстро сменяющиеся друг другом. Она со знанием дела рассказывала Оливеру про свои наброски. Как оказалось, Фелисити уже давно занималась разработками прототипов различных изобретений, программ и всего в этом духе, от чего Оливер был чрезвычайно далек. Видя, с каким упоением Смоук рассказывала про свои «детища», он не мог найти в себе сил признаться в своей неосведомленности в таких вопросах.       — А почему ты не покажешь все это моему отцу? Уверен, что такие данные могут стать полезными для компании и для жителей нашего города.       Фелисити вмиг изменилась: нахмурилась, уставившись в пол, а руки сильно сжали корпус розового планшета, который еще секунду назад наполнял владелицу счастьем и неудержимой мечтой. Смоук погрустнела и неторопливо убрала планшет обратно в сумочку.       — Так ты боишься, что тебя не станут слушать? — вдруг догадался Оливер. Ему стало жаль Фелисити и отчасти стыдно за компанию. Сколько еще таких сотрудников боятся озвучивать свои предложения, которые могут оказаться весьма перспективными и полезными?       — Я пыталась однажды подойти к мистеру Куину, но он сказал, что ценит мои старания и потраченное время, но от меня будет больше пользы, если я сдам в срок графики и отчеты с последней встречи. — Она тяжело вздохнула. Оливеру даже показалось, что это был всхлип и Смоук сдерживала слезы от накопившейся обиды. — А про мои разработки… Он предложил отдать дело всей моей жизни в отдел технологий на проверку. То, из-за чего я не спала ночами и угрохала столько сил, отдать Стиву, который VDS от Shared* отличить не сможет! — Теперь можно было наблюдать прежнюю Фелисити, готовую выложить всю правду, пусть и весьма неприятную. — Прости. Я не имела в виду, что в твоей компании начальники идиоты, но ведь…       Оливер ободряюще кивнул, давая понять, что солидарен с ее высказываниями. А про себя сделал отметку, что неплохо было бы намекнуть отцу провести переаттестацию руководящего звена. Эта мысль затянула Оливера в очередные размышления до самого офиса, до которого они доехали в полнейшей тишине.       Лифт, казалось, работал в этот день невероятно медленно. Оливер раздраженно нажимал на кнопку, словно это пустое действие могло чем-то помочь. Когда они оказались вдвоем с Фелисити в кабинке, уставившись в холодный серый металл перед собой, Оливер ощутил опасливое, но в то же время приносящее спокойствие прикосновение теплых пальцев к его руке. Он даже мог не поворачиваться, чтобы убедиться в том, что Фелисити стояла с легкой улыбкой и с абсолютно пурпурными щеками от волнения.       Именно в этот момент внутри Оливера что-то щелкнуло. Он задумался о дальнейшей судьбе мисс Смоук и ее впечатляющих разработок; о жизнерадостной Саре с ресепшена; о вечно попадающем в переделки, но очень ответственном курьере Рое или о пожилой Магде из отдела кадров, пекущей самые вкусные маффины, которые Оливер помнил и обожал с самого детства; даже о бездаре, по мнению Фелисити, Стиве. Чувство ответственности за персонал компании накатило внезапно и в самый что ни на есть неподходящий момент. Оливер застыл перед дверью в кабинет отца. Каким будет новый управляющий? Что если он решит избавиться от прежних сотрудников или будет гонять их до седьмого пота, заставив самих уйти? Оливер нахмурился и сжал дверную ручку с такой силой, что побелели костяшки на пальцах. Пути назад больше не существовало. Ощущая взгляд Фелисити на своей спине, Оливер распахнул дверь и уверенно зашел в кабинет.       Собрание длилось достаточно долго. Мисс Смоук периодически забегала в кабинет, чтобы принести запрашиваемые бумаги и данные. Ей было невероятно интересен результат встречи. Она пыталась выявить хоть какие-то намеки на исход собрания. Однако ни по совершенно серьезному и сосредоточенному Роберту, ни по Оливеру, свободно сидевшему в кресле за столом напротив отца с невозмутимым лицом, не удавалось прочесть ровным счетом ничего. Лишь однажды Оливер подмигнул Фелисити, когда та дольше необходимого смотрела на него после озвученной просьбы достать и принести основные балансы за прошедшие полгода.       Когда же встреча наконец завершилась и все присутствующие разошлись, Фелисити была готова броситься к ним и, схватив за лацканы, выведать правду. От распирающего банального любопытства она незаметно для себя начала грызть ручку, не сводя глаз с двери кабинета мистера Куина.       Лишь спустя еще мучительные полчаса оттуда уверенной и легкой походкой вышел Оливер. Он излучал полнейшее спокойствие и умиротворение. Словно и не провел несколько часов без перерыва за обсуждением судьбы компании. Фелисити вмиг подскочила со своего кресла, сдерживаясь, чтобы не задать всего лишь один вопрос: «Отказался ли от компании, как планировал?». Но как только она поднялась, красная ручка, изгрызенная от волнения, стукнулась о кафель.       Оливер изящно поднял ручку с пола и с широкой улыбкой на лице протянул ее Фелисити.       — Привет, — усмехаясь произнес он. — Я — Оливер Куин. Твой новый начальник. — Смоук машинально потянулась за ручкой, приоткрыв рот от явного удивления. — И у меня для тебя есть два распоряжения.       — Какие же, мистер Куин? — Голос Фелисити едва заметно дрожал, а сердце учащенно билось, затуманивая рациональное мышление. Их пальцы соприкасались, благодаря ручке, но никто не спешил отстраняться.       Оливер усмехнулся, продолжая смотреть в глаза Фелисити и не смея оторваться от них.       — Теперь уже три. — Он деловито покачал головой, обходя стол. — Мистер Куин — мой отец. Зови меня Оливер. Это — первое. — Фелисити оперлась на стол одной рукой, пытаясь найти хоть какую-то опору, не доверяя своим ногам и тем более голове. — Второе. — Оливер неторопливо отпустил руку и убрал ее в карман, боясь напугать своим напором и без того взволнованную Смоук. — С завтрашнего дня весь отдел ИТ в твоем непосредственном подчинении, если, конечно, захочешь. — Он заметил, как недоверие в глазах Фелисити сменилось искрой счастья. — А третье… — Расстояние между ними сократилось еще больше, отчего Фелисити непроизвольно ахнула и тут же закусила нижнюю губу. — Приглашаю тебя выпить со мной кружечку кофе. Я знаю неплохую кофейню неподалеку. Там варят самый лучший кофе во всем Старлинге! — Оливер наигранно прислонил пальцы к своим губам, изобразив поцелуй. — И у тебя минута на сборы, — добавил он, прошептав слова Фелисити на ухо. — Жду у стойки на первом. — Подмигнув, Оливер не спеша удалился, оставив Смоук в полнейшем недоумении.       — Мать моя… — выдохнула Фелисити, плюхаясь в кресло. — И что ж я раньше не ходила в клубы? — вырвалось у нее.       Придя в себя, она в ускоренном режиме поправила косметику и поспешила вслед за Оливером. И та кофейня впоследствии стала их излюбленным и памятным местом.