why you can't be obedient, like a machine

17.07.2039 22:50 - квартира Элайджи Камски, бизнес-центр города Детройт - Мистер Камски, - Мирна коснулась плеч мужчины, устроившегося в гостиной - Элайджа был увлечен работой за небольшим терминалом, мгновенно ощутив, как пальцы расправились с парой пуговиц на вороте рубашки. - Нет, не начинай. - Прими подарок и я выпью бокал, вместе с тем съев верхушку твоего торта, - девушка наклонилась вперед и вложила в руки поверх планшета небольшую бархатную коробочку с золотой тесьмой - Элайджа нехотя открыл ее, взглянув на содержимое. Каждый год день рождение Элайджи проходил ровным счетом так, как и предыдущий - отрицанием его причастности к празднику и моим безнадежным попыткам устроить торжество, а в последние годы купить подарок, который окажется в тумбе нашей спальни, которую создатель более никогда не откроет. - Запонки, прекрасно. - Нашла их в твоей тумбе - идеально подходят к твоей синей рубашке и в качестве ежегодного подарка. - Великолепно, - Камски непривычно ухмыльнулся и растянул губы в искренней улыбке, положив подарок на журнальный стол, - Благодарю миссис Фицрой за избавление меня от очередной пары запонок в качестве подарка. - Моя мать дарила отцу рубашки, которые он ненавидел, - Мирна обошла спутника и забралась с ногами на диван - к своему удивлению, мужчина обратил внимание на сверкающее золотистое платье: несмотря на его отрицание праздника, жена старалась создать ощущение дня рождения нарядом и тихой классической музыкой, раздающейся с кухни. - Брайан просил передать, - он протянул Мирне небольшой конверт, на что девушка жестом предложила Элайдже вскрыть бумаги самостоятельно. Едва ли я планировала преподносить свое решение в качестве подарка, но он определенно затронет самую тщеславную часть его эго. - Попросила сменить мои документы после расторжения заявления о разводе, - Мирна наблюдала за серыми глазами, взгляд которых плыл по строкам идентификационной карты и первой странице паспорта. - Мирна Камски? - Мирна Камски, - девушка утверждающее кивнула и поджала губы, - Решила после всего так наиболее уместно. Мужчина постарался скрыть улыбку, но взгляд девушки замечал сменившийся настрой: Мирна не винила Камски за неподдельное счастье его гордыни, в то время как сам Элайджа удивился непредсказуемому поступку жены, возжелав глубоко забраться внутрь ее мыслей, с целью узнать о истинных причинах избавления от фамилии, которую она некогда называла первее его. - Наконец ты миссис Камски, без оговорок на первую фамилию, - мужчина протянул руку в желании приблизить к себе улыбающуюся жену и Мирна подвинулась ближе, рассматривая разгоревшийся огонь в ледяных глазах. - Ты когда-то невероятно этого хотел. - Мне нравится подарок, - Элайджа завороженно опустил взгляд на губы, выделенные пыльно-розовой помадой, но супруга сохраняла прямой взгляд в его глаза. - На верхней полке холодильника шоколадный торт с вишней, который дался мне тремя часами времени, - девушка неспешно поднялась, - Поблагодари меня шампанским и куском бисквита. Камски направился в сторону кухни, каменной стойкой врезавшейся в сонную атмосферу гостиной: настроение создателя и вправду стало более праздничным после новостей о новом статусе жены и его фамилии, взявшей верх над прошлым сотрудницы, которую он встретил. Девушка наблюдала за невесомыми движениями запястьев, доставших контейнер с шоколадным тортом и пару бокалов для дурманящего напитка. - Всегда восхищался твоей стойкости печь мне торт при твоей ненависти к выпечке. - Я люблю печь только лишь раз в году в этот день, удивительно, правда? - Тридцать семь, - Камски мягко столкнулся бокалом с краем бокала Мирны и сделал глоток, отломав край шоколадно-вишневого торта, - Ненавижу этот день. - Единственное, что отличает тебя от андроидов - это возраст. - Вишня слаще чем несколько лет назад, - Элайджа протянул супруге ложку с тортом и Камски аккуратно приняла ее губами, - Так похоже на торт, что ты впервые испекла для меня. - В тот год вишня так забродила, что после куска бисквита ты сделал мне предложение, - Мирна отломила крохотный кусок от праздничного десерта - в глубине души она терпеть не могла вишню, но ни за что не призналась бы в этом Элайдже, который так любил тандем шоколада и ягоды на свой день рождения. - Наконец я узнал, что было причиной твоего «да» стала забродившая ягода, - ухмыльнулся изобретатель, смакуя вкус праздничного десерта, - Почему ты перестала быть Фицрой? - Кто-то когда-то помнил о моей первой фамилии? - в риторическом вопросе пожала плечами расслабленная Мирна, - Я всегда была Камски без оговорки на что-то еще. - В какой то момент ты ненавидела это ощущение. - Но даже в документах о разводе я не отказалась от приписки Камски, - девушка сделала встречный шаг к Элайдже, наблюдавшим меняющиеся эмоции на ее лице, - Но я не хочу до конца жизни остаться спасенной ланью гениального изобретателя. - Едва ли кто-то правда так думает. Вопреки новой странице в нашей жизни, мое сердце трепетно хранило зарождающееся ощущение семьи, которой до Камски у меня не было: в паре с Илаем, мать перевезла нас в Америку когда мне было восемь, практически сразу выскочив замуж за Рэя Фицроя. Прошлое, связанное с жестоким отцом, вынудило маленькую Мицкевич безоговорочно полюбить доброго мужчину в лице отчима и с возрастом сменить фамилию, постаравшись стереть из памяти прошлое в виде кровного отца, любившего старшего первенца, но не младшую дочь. Я предпочитала не задумываться о том, какую роль бессердечный отец сыграл в моем чувстве вины и смиренном терпении к жестокости Элайджи, но вопреки нашему желанию, прошлое всегда следует как некая незримая тень, окутывающая первичные инстинкты в глубине нашего эго. Оказавшись в совершенно новом, для меня, мире стеклянной квартиры в бизнес-районе Детройта и мужчины, желающим моего внимания в свободное от работы время, я старалась втиснуть себя в новые рамки прекрасной жизни, которую не заслуживала. Прошлое указывало мне мое место, которое не находилось близко к выпускнику лучшего университета Америки и обладателю высочайшего IQ - мы с Элайджей казались мне скорее далекими планетами с настолько разным уровнем атмосферы, что любое прикосновение отталкивало нас на невероятное расстояние друг от друга. Мирна Мицкевич внутри меня ждала момента как длинноволосый инженер устанет от ее общества и ее смиренное естество вернется в квартиру, вновь натянув маску напыщенного самолюбия и уверенности. Моя семья научила меня оправдывать любовь к себе и стараться ее заслужить, посему я по прежнему искала причину своего нахождения рядом с Камски. - Мирна, подойди ко мне, - Элайджа расслаблено приобнял ладонью собственное плечо - эмоции на остром лице не выдавали ни намёка на предстоящие намерения, - Мы можем вернуться к тому, что некогда нас объединило - создать вместе андроида, отличающегося от кукол с конвейера. - Ты хочешь, чтобы я снова стала моделью образа поведения? - Я хотел бы работать вместе с тобой над кодом и тем, что кукла может ощущать. - Андроиды ничего не чувствуют - некогда ты так упорно всаживал эту истину в меня. - Чувства не в общем смысле понимания, Мирна, - Элайджа прикоснулся к женским плечам, стараясь обратить взгляд на себя, - Кукла может иметь понимание этики и эмпатии - едва ли это чувства какими ты их понимаешь. - Ты говоришь о девиации, Элайджа. - Я говорю об эмпатии - они могут быть не пустым куском пластика. - Довольно, - девушка сделала пару шагов в сторону от окна, ощутив как Элайджа старался остановить жену, в попытке разъяснения сути своей идеи. - Можешь считать это нашей общей жертвой. Я не понимала истинную причину его предложения: андроиды однажды свели нас вместе ровно так же, как заставили Камски яростно ослабить хватку на шее жены, которая перестала ему принадлежать. Нежелание слушать было тем, что отличало меня и девушку, которую он встретил - я жгуче ощущала это кожей и мне хотелось уйти в спальню прежде, чем мой гениальный муж закончит вдохновленную тираду о своих идеях. - Ты можешь делать вид, будто бы не стараешься сделать из Хлои девианта, - мужчина презрительно нахмурил брови, - Как ее создатель я могу уверить тебя, что ее код не поддается изменению - поэтому они столько лет так услужливо живут в нашем доме. - В этом так ярко виден твой почерк. - Наша модель может стать чем-то большим, Мирна, - Элайджа коснулся порозовевшей щеки, ощутив на кончиках пальцев измученный выдох, - Андроид станет твоей жертвой как той, кто ненавидит новых андроидов, а моя жертва будет в разрешении вселить эмпатию в куклу. - Какого, только, черта? - Из нашей любви некогда выросла самая продаваемая и прогрессивная модель. - Прогресс или деньги и влияние? - Мир между тобой и мной. - С днем рождения, Элайджа. Мужчина ощутил невесомый поцелуй на щеке, наблюдая в след уходящей Мирны. Ее реакция заставляла его вдумчиво заглянуть внутрь себя, как он привык делать, анализируя поступки и слова, сказанные в непростом, для них обоих, браке: не смотря на такое глубокое убеждение Камски о прозрачности чувств жены, создатель не переставал всматриваться и после смаковать ее мимику и язык тела на предмет возможных мыслей. В начале их брака, Фицрой была подобна открытой книге: ее взбалмошный характер молниеносно выдавал ответ на поступки Элайджи, в то время как ее нынешние реакции избавились от эмоциональных красок при разговоре с мужем. Мирна Камски была сдержанной и чувственной лишь в тихих словах, сказанных шепотом меж вороха хрустящего постельного. Снимая перед зеркалом огромные серьги, которые я надевала разве что на пару приемов в Киберлайф и сегодня, с такой наивной женской целью дать Камски смаковать образ на его день рождение, я задумалась о том, что удивляло меня в большей степени: предложение Элайджи или его смиренное терпение на мой молчаливый ответ. Новоизбранное правило нашей семьи мне нравилось с каждым днем все больше: непримиримое чудовище внутри него перестало требовать от меня незамедлительных ответов наряду с преданностью, которой он так дорожил. Его предложение о создании андроида не прозвучало для меня подобно грому в ясном небе: оно будто бы витало между нами в выдыхаемом воздухе, жадно пробираясь между сплетениями пальцев. Как ребенок, подобно Хлое, которую Камски некогда создал в одиночку, или же жертвенный ягнёнок в дар моему мужу, так желающим вновь почувствовать себя Богом среди оживших разумных машин. Мне было страшно: война с девиантами и ее последствия создавали спутанные цепи чувств и воспоминаний о последних нескольких годах моей жизни, начиная с разногласий с Элайджей и заканчивая поражением как представителя девиантов. Я все реже вспоминала слова Маркуса и союзников и их лица крайне редко возникали в моем сознании. Являлось ли это защитной реакцией или же мне хотелось сосредоточится на мести Камски и его компании, не вступившихся за собственные творения. Жажда отмщения некогда так сильно заглушала все оставшиеся между нами чувства, что сейчас я все больше слышала тишину и желание примерится с мнением Камски: революцию девиантов погубила ненависть и я не хотела задохнуться в ней, забыв все то, что связывало нас с Элайджей. Теплая вода так мягко обволакивает тело и через полупрозрачные стенки душа, я замечаю силуэт вошедшего мужа, неспешно стягивающего футболку с логотипом собственной компании. Его вторжение заставляет меня улыбнуться, но я заглушаю собственное дыхание в желании скрыть реакцию на его появление. Камски приоткрывает стеклянную дверь и оказывается в нежной близости к спине расслабленной жены, подхватывая ладонями линию талии - чувствуя сладкий аромат душистого мыла, Элайджа сокращает разницу в росте и старается накрепко зацепится дыханием запах медовых распущенных локонов. Вернувшись в размеренность семейной жизни, мужчина возжелал вернуть их существование в привычные рамки желаемого контроля: расторгнутые документы о разводе возвращали ему уверенность во взаимных чувствах Мирны, в то время как создание нового андроида с признаками самосознания даровали Элайдже любимое им чувство гениальности и превосходства. Акционеры компании были уверенны в непричастности жены создателя к восстанию андроидов, в то время как сам Камски считал, что бесконечно глубокая эмпатия к машинам и чувственность Мирны станет путеводной звездой в создании куклы, способной к самосознанию и отсутствием желания свободы посредством войны. Война с девиантами пролила свет на огрехи и несовершенство кода RA9, некогда оставленного Элайджей в исходной программе андроидов, и сейчас ему так сильно хотелось повторить эксперимент, сделав Мирну не только спутницей, сколько частью первозданного кода Дитя, склонного к сопереживанию. Он так неспешно растирает мыльную пленку между кончиками пальцев и моими ребрами - я вновь чувствую себя самой дорогой и любимой слабостью гениального изобретателя. Интересно, о чем в этот момент думал Элайджа: занимала ли его мысли новая кукла, призванная скрепить нас или же я, одетая в пену с нежным запахом зеленых яблок. Я так дорожила контактом, который вновь возникал между нами. Они был совсем непохож ни на что из прошлого. 22.07.2039 10:44 - офис компании Киберлайф, отдел Управления - Ей станет RK-200. - Ей? - Кукла будет девушкой. Элайджа отвлекся разложенных на столе бумаг, посмотрев на вошедшую гостью - Мирна постаралась придать уверенности своему виду, поправив распахнутую рубашку, струящуюся с узких плеч. Между парой повисла завеса понимания и неприметной взгляду нежности. Незаметная реакция изобретателя заставила непримиримую ассистентку размеренно выпустить воздух из легких и взять со стола блокнот, зажав его тонкими пальцами. - Почему РК-200? - Ты хочешь создать куклу, склонную к эмпатии - РК-200 предназначались для помощи людям, кто нуждается в уходе, - Мирна неуверенно облокотилась бедром о край стола, рассматривая документы на столе СЕО. - Почему девушка? - Мне привычнее, - девушка пожала плечами, - Годы жизни со стаей первых моделей дают плоды. - Ладно, - Камски привычно легко кивнул подбородком и вернул внимание на светящийся терминал с строками кода. Несколько дней после дня рождения Элайджи дались мне борьбой с самой собой и мыслями о предложенном им проекте: я не испытывала детского восторга по поводу совместно созданной машины, но энтузиазм мужа возвращал мне уверенность в том, что мы могли начать нашу жизнь заново. Я не до конца понимала, что он испытывает - трепет от работы над совместным проектом как в начале нашего знакомства или же непрекращающееся превосходство. Постаравшись обрести свое место во вновь строившейся компании своего мужа, я стала главным куратором приходящих стажеров. Поначалу мне невероятно хотелось вернуться в свой привычный отдел, но моя репутация ставило под сомнение сам принцип работы отдела управления репутации - и после недолгих раздумий я решила похоронить прошлое, вцепившееся клыками в окружающую реальность. Мирна, прятавшаяся от основателя в запутанных коридорах прежнего офиса, более мной не была - и сейчас я вновь не понимала, кем я стала для окружающих меня людей. Была ли я игрушкой СЕО, с которой предстояло смириться или вправду после войны с девиантами, я стала символом силы или тотальной беззащитной глупости. Помогая пришедшим новичкам освоится в Киберлайф, я испытывала чувство, в прошлом привязавшее меня к Элайдже: ощущение, что я была кому-то нужна. 28.07.2039 23:05 - квартира Элайджи Камски, бизнес-центр города Детройт - Брайан ждет нашего решения по квартире. - Мы вернемся в особняк как закончим разработку, - слабо кивнула девушка, не отрываясь от неброских записей, - На каком этапе процесс в твоей лаборатории? - Ты могла бы знать, иногда навещая меня на минус 44 этаже, - Элайджа неспешным шагом прошел ближе и уверенно опустился на постель рядом с женой. - Рассматривая тебя с тириумом по локти? - Работая над WR-400, тебя не смущали куклы без синтетической кожи, - девушка подняла взгляд на Элайджу и он заметил промелькнувшую на ее лице тень эмоции, которую не смог идентифицировать: Мирна убрала блокнот на прикроватную тумбу и поджала ноги под себя, оказавшись ближе к мужчине. Мне так часто кажется, что он изменился. Серые глаза приобрели едва пробивающееся течение тепла, растапливающее лед, к которому я привыкла, но их холод всегда останется холодом, идеально подходившим к острым, как бритва, скулам. Когда он смотрел на меня, в такой момент я старалась ухватится за направление вороха мыслей, возникающих в гениальной голове - смотрел ли она на меня как на отвлекающий фактор, прежде так успешно справляющейся со своей задачей или возвращенную безделушку, которую он никогда не отдаст. Элайджа облокотился о спинку кровати, не отводя взгляд от напряженной жены, молчаливо рассматривающей область его груди - не дожидаясь каких-либо слов, мужчина отвернул голову в сторону и поправил волосы, непривычно свободно распустившиеся по плечам. Камски все чаще отходил от полюбившихся рубашек и строгих пиджаков, чаще облачаясь в лабораторию в привычные мягкие джинсы и футболки, некогда так любимые женской частью их семьи. Все чаще от него так непривычно пахнет теплом и моим бесконечным желанием научится заново касаться друг друга не только словами, сколько жестами, но физическая связь между нашими телами плелась неспешно, подобно веткам свисающей цветущей ивы. Мирна неспешно прикоснулась к распущенным волосам, заправив их за уши в более привычный для себя вид, в то время как изобретатель не заметил легких прикосновений и закрыл глаза, забываясь от насыщенного рабочего дня. Мы забыли, какого это - просить разрешения. - Как продвигается твоя часть? - Я много читаю документацию твоих старых проектов и размышляю над этой гранью, которую мы хотим провести, - Мирна убрала руки от его лица и облокотилась ладонями о мягкий плед, невольно отклонившись от супруга. - Мне казалось, ты изучила ее в период защиты девиантов. - Как остроумно. - Есть наблюдения или вопросы, которые ты хотела мне задать? - Ты так ясно видишь часть меня в кукле, но я не могу рассмотреть то, на что ты смотришь, - Мирна отложила блокнот в сторону, - Рассматривая себя со стороны, я не вижу ничего. Элайджа на несколько секунд всмотрелся в зеленые глаза, отражавшие в своем блеске теплое освещение, и на мгновение ушел внутрь себя, постаравшись увидеть жену через призму времени, которое он ее знал. Камски никогда не видел Мирну как что-то цельное: она казалась ему спектром ощущений и чувств, часть которых его бесконечно манили в той же степени, что и отталкивали. Гениальный разум ощущал фибрами весь огонь ее внутренних противоречий и сам Элайджа не умел говорить о чувствах и, тем более, разбирать их на атомы: он привык чувствовать непримиримую жену подобно ледяному декабрьскому ветру на коже или жаркому июльскому солнцу, неутомимо изнуряющему своим огнем все окружение. Несмотря на непреодолимую усталость, оставленную в сердце Элайджи после непростого периода их жизни, он с интересом изучал изменившийся характер бойкой жены, добавивший новых граней в спектр чувств, который Мирна не умела сама в себе разбирать. - Почему ты так нарочито прятала свое прошлое, когда я тебя встретил? - Ты решил спросить об этом спустя десять лет? - Твое прошлое - единственный ключ, который я не опробовал чтобы примерится с тобой, - мужчина облокотил локоть о подушку и опер голову о ладонь, заставив девушку проскользнуть взглядом по волосам, распластано плутавшим по широким плечам. Я всегда закрывала ту часть жизни от самой себя, предпочитая делить отрезок жизни на этап до фамилии Камски и после. - Мое прошлое не имеет отношения к тому, что происходит сейчас. - Но я каждый день вновь вижу твой взгляд, так напоминающий мне ассистентку, притворяющуюся кем-то другим. - Я не ощущаю где грань между твоей искренностью и попытки узнать что-то, позволяющее мной управлять. - Насколько далеки мы были друг от друга все десять лет? Внутри себя я пряталась от мыслей, что с момента ухода Элайджи из компании, я старалась стать для него кем-то. Мною двигало инфантильное желание быть хорошей, что в какой то момент в ту запоминающуюся ссору в лаборатории моя веревка на шее, которую я позволила на себя надеть, так крепко сжала горло что я едва не задохнулась. Оставшиеся несколько лет нашего хрупкого брака, я думала о том, любил бы меня Элайджа, не кивай я молчаливо на его прихоти, а водрузи звонкую пощечину по бледной щеке в момент торжества жадного характера. - Иди ко мне, уже поздно. Он мягко притягивает меня на себя и в момент, когда я оказываюсь головой на его коленях, он стягивает тугую резинку с волос, позволив пальцам плыть меж уложенных локонов. - Помнишь день, когда я впервые показал тебе особняк? - мужчина коснулся кончиком большого пальца женского лба - вопрос заставил Мирну расплыться в улыбке краешками губ. - На озере только треснул лед и мы смотрели на Детройт, - девушка открыла глаза и встретилась взглядом с Элайджей, - Из нашего будущего дома, где еще не успели поставить окна. - Там ты была такой, какой я видел тебя всегда, несмотря на разногласия между нами, - мужчина обнял ладонью женскую щеку и поджал губы, - Когда ты принесла мне документы о разводе, я невероятно хотел вернуть этот момент. - Нам нужно перестать жить прошлым. - Ты увидишь себя моими глазами когда перестанешь стыдится той части, которую я полюбил в тебе. Мирна мягко приподнялась и тяжелые запястья подхватили ее талию в беспрестанной попытке Камски почувствовать тепло, по которому он истосковался: Элайджа аккуратно поцеловал девушку, ощущая на коленях длинные медовые волосы и нежное дыхание, струящееся по грубой коже. Отбрасывая свое нежелание напрямую говорить о своих чувствах к жене, изобретатель старался передать через прикосновения его воспоминания о их прошлом, которые по прежнему много значили для него. Мирна не скрывала от самой себя, что в большей степени ее жестокость и скрытность были выращены ссорами и непростыми годами брака, но в такой момент как сейчас, ей хотелось вернуть любовь внутри себя, засыпая на груди человека, когда-то воинственно добивающегося ее внимания. Я не могла забыть холодный февраль и своего влюбленного мужа, желающего показать дом, в который нам предстояло переехать: я, наивная и одетая не по погоде и Элайджа, охваченный желанием едва ли не носить меня на руках по бетонному дому, не обретшему даже стекол на огромных окнах. Тот момент прежней жизни был так значим его душе и он открывал ту дверь любви к нашему прошлому, от которой я потеряла ключ. Элайджа прижался губами к распущенным волосам, стараясь прочувствовать ворох мыслей, возникающих в ее голове: несмотря на ее скептицизм насчет их нового андроида и продажи первого семейного гнезда, мужчина безоговорочно влюблялся в их новый размеренный быт, наблюдая за женой, рассуждающей на бумаге о характере нового андроида. Новая РК-200 должна была стать символом поколения андроидов, наделенных способностью к эмпатии и наполненных тем, что отличало бы их от новых пустых кукол Киберлайф - и Камски неспешно и усердно проводил исследования, параллельно наблюдая за рассуждениями жены и выстраивая образ мышления нового Дитя. 05.08.2039 17:30 - квартира Элайджи Камски, бизнес-центр города Детройт Последняя неделя утекла как вода сквозь пальцы: я была благодарна тому, что Элайджа все дни проводил в отделе разработки, и несмотря на его желание моего присутствия, я взяла паузу, необходимую мне для осмысления той грани, о которой он говорил. Это было так похоже на путешествие в самую глубь себя: большую часть времени я лежала на ковре в нашей гостиной, рассматривая высоченный бетонный потолок, позволяя мыслям уйти настолько высоко, насколько возможно. В какой то момент они отталкивались от воображаемого потолка и ныряли обратно в тело, утягивая меня на дно собственного нутра, заставляя переживать спектр эмоций, которого я боялась. Вспоминая наше прошлое и анализируя собственные поступки, к горлу подкатывала тошнота, которую я перебарывала воспоминаниями о недавних днях. Я старалась найти то зерно, о котором говорил мне Элайджа - то, что он хотел вселить в куклу, было тем, что он видел во мне. В отличии от своего мужа, я не видела в себе ничего кроме поглощающей злости, обиды, ревности к пластиковым нимфам и всего того, что нельзя назвать приятными чертами собственного характера. Я представляла, как обнаженные характеры нас, стоят рядом и старалась найти грани, которые никогда не совпали бы как в пазле - и самым выпирающим таким углом была эмпатия. Может в контексте последних лет, это звучало даже смешно, учитывая воспоминания о том, как я оголтело бросалась на Элайджу, после лаборатории не проявив ни разу сопереживание к его чувствам, но с другой стороны, даже в момент самой поглощающей ненависти, я не могла отпустить его до конца. Была ли эта наивная надежда на то, что он изменится, страх остаться одной или же сопереживание к чувствам мужа, запутавшегося в своем естестве? Я не могла ответить сама себе. - Ты сегодня ела? - мужчина скинул с плеч толстовку и прошел к девушке, нажав на кнопку паузы в полупрозрачном смартфоне, лежавшем рядом. - Наверное да, - Мирна вынула наушники и привстала с дивана, поправив расслабившуюся резинку на волосах, - Ты голоден? - Мирна, ты не выходишь из дома и ешь как птенец. - Дай мне пару дней, я отдам тебе свои мысли по поводу новой модели и вернусь к любимой пицце, - девушка взяла с журнального стола несколько виноградин и прошла в сторону ванной, минуя несколько блокнотов, раскиданных по половику в гостиной. Первый раз, оглядываясь на прошлое, я безболезненно делила свои чувства на атомы - была ли это заслуга, некогда выписанных, антидепрессантов или меня, смирившейся со злобой, захватившей каждый уголок сознания. 07.08.2039 19:40 - окраина Детройта, особняк Камски - Камин в августе? - Навожу порядок в твоих и собственных записях, собранных в квартире. На прошлых выходных я высказала окончательное решение по поводу нашего первого семейного гнезда, и мы вернулись в особняк, выставив на продажу квартиру в центре Детройта. Мне хватило пары часов на сбор вещей, дорогих сердцу, оставив большую часть нашего прошлого в коробках для утилизации - несмотря на привязанность к ним, я отказалась забирать большую часть любимых вещей, наподобие постельного или фарфоровых чашек. Элайджу удивляло, насколько в какой-то момент они стали мне не нужны, но мне представлялось лучшим решением найти им дом через благотворительные фонды, нежели перевозить в особняк часть квартиры, призванной похоронить в себе наше прошлое. Может моя любовь сжигать мосты передалась от мужчины, с которым я жила, но как итог с нами в дом вернулась только пара коробок с вещами и книгами, перевезенными мной когда-то из съёмной квартиры на окраине. Вместе с ними, Элайджа собрал в коробки все мои блокноты с периоды войны и собственные исследования девиации - я дала добро на то, чтобы он их читал. Мне нечего было скрывать: я старалась посмотреть на ситуацию с другого угла, подумав о том, что наблюдения и профили девиантов могут помочь Камски пролить свет на то, почему его собственное Дитя восстало против создателя. - Почему ты вела их на бумаге? - На край я могла их так же сжечь в металлическом мусорном ведре, - Мирна опустилась на расстеленный, у камина, ковер и перебрала пальцами старницы ближайшего блокнота, - Прошлое офисной мыши дало о себе знать - я вела учет всего, чем мы помогали девиантам. Мужчина периодически открывал стеклянную дверцу, кидая в языки пламени очередную порцию аппетитных бумаг: огонь жадно набрасывался на нее, уничтожая отрисованные, от руки, схемы и фотографии тех, с кем Мирна когда-то стояла на баррикадах. Она не тосковала по ним, постаравшись вместо сожаления сохранить в своей памяти воспоминаниях о тех, с кем она была знакома - Камски дорожила тем, что она смогла застать девиантов, не испорченных чистотой кода, такими, какими их когда-то видел их гениальный создатель. Элайджа мельком пролистывал собственные записи, сжигая их за ненадобностью - он корил себя за допущенную ошибку в том, что ожившие машины не были способны к состраданию. - Какими ты их себе представлял, когда решил создать код девиации? - Никак, они были частью эксперимента, - Элайджа горделиво поджал губы, подбрасывая в пламя очередную порцию бумаг, - Я не склонен к мечтам и визуализациям, как ты. Несмотря на стыдливое замечание, девушка слабо улыбнулась и отвела взгляд в сторону: ее слова не задевали Элайджу. В тот момент она прекрасно осознавала, что задала вопрос, слишком сильно заходивший на территорию, которая была запретна даже для нее: никто и впрямь никогда не узнал бы, каким представлял себе создатель очеловеченное пластиковое Дитя. - Миссис Камски? - мужчина прикоснулся к девичьей ладони, привлекая к себе внимание - Мирна приблизилась ближе, увидев на мужских коленях стопку бумаг с документами о разводе. - Есть идеи? - девушка встретилась с холодными глазами, отражавшими языки пламени в своем блеске. Голодный огонь вмиг пожирает листы с нашими подписями: сгорает ли вместе с ними наше прошлое или я, которой я помнила себя в изматывающей войне девиантов с человечеством и инженером, в которого влюбилась. Встречаясь с глазами ассистентки в глубине себя, я не больше не скорбела по ней. 11.08.2039 19:40 - офис компании Киберлайф, отдел Разработки и технологий - Я тебя отвлекаю? - Не ожидал, что на ночь глядя ты приедешь ко мне, - мужчина запустил руки в тело отключенного андроида с вскрытой грудной клеткой - изобретатель заинтересованно наблюдал за экраном монитора, параллельно перебирая провода пальцами. - Ты сказал, что задержишься, а мне наскучила квартира, - Мирна наблюдала за действиями изобретателя, перебарывая неприязнь, вставшую в грудной клетке. - Могу попросить тебя помочь? - Мне придется засунуть в него руки? - Подержи тириумовый насос, пока я заменю регулятор. - Какая мерзость, - Мирна аккуратно ухватилась за деталь, ощутив холод голубой крови на коже, отвлекаясь на изобретателя, копошившегося в грудной клетке выключенной куклы. - Придется сделать вид, что я не знаю о твоих попытках починить девиантов по моим инструкциям. - Несколько найденных тобой пачек голубой крови ни о чем не говорят. - Нравится представлять твое умное лицо с тириумом по локти, - мужчина на миг отвлекся и оставил невесомый поцелуй в собранных волосах. Мирна смущенно улыбнулась от неожиданной нежности, продолжив следить за действиями изобретателя - Элайджа был приятно удивлен ее отклику на его просьбу, осознавая, что пережитый опыт не благоволил приятным чувствам от голубой крови на коже. Мужчина установил регулятор на место и отвел руки от тела, ухватившись за пару бумажных салфеток, протянув их девушке. - Вас стоит повысить до младшего инженера, миссис Камски. - Мне по душе бумажки, а не синтетические органы. - Как твой прогресс по поводу новой модели? - Можешь откинуться в кресле и представить себя как когда-то на квартальных отчетах, - девушка вынула из сумки большой блокнот и передала его в ладони Элайджи, - Мне кажется это все, что я могла выжать из себя. Элайджа облокотился о край стола, пролистывая записи и карандашные очерки, приправленные узорами, оставленные эмоциями девушки, унесшими ее совсем далеко - Мирна зарисовывала образы, приходящие к ней, а именно как должна выглядеть, двигаться и быть одета их новое Дитя. В момент пролистывания мужем тонких страниц, ассистентка расхаживала вдоль лаборатории, стараясь отвлечь собственные мысли от пристального анализа изобретателя. Ей впервой было учавствовать в подобном - играть модель поведения с датчиками на теле казалось проще, нежели создать что-то из глубины собственного сознания. Может потуги рождения нашего общего Дитя помогут мне понять, что чувствовал мой муж, увидев первую Хлою с конвейера? - Мне не нравится, насколько живой ты ее представляешь, - мужчина отложил блокнот, открытый на одном из разворотов, и посмотрел на супругу, обернувшуюся на прозвучавшее замечание, - Не хочу вновь сталкиваться с гранью, когда ты излишне очеловечиваешь андроида. - В ином случае ты бы не просил меня помогать. - Ты права, - Камски протяженно выдохнул и кивнул, - На днях можешь подойти к Итану и сконфигурировать внешность, которую ты себя представляешь. - Ты ничего не сказал. - Я попробую учесть то, что ты написала, и мы вместе посмотрим на то, что выйдет. Когда я представляю как мы вместе создадим андроида, мне кажется это нелепой шуткой, такой же, как и Бог когда-то сотворил утконоса. - В чем, по твоему, она будет отлична от девианта? - Размышляя над ее моральными ориентирами, я посмотрела с другой стороны на то, что ты пытался привить человеческие чувства, - Мирна опустила голову, и мужчине казалось, что девушка стеснялась своих рассуждений, - Зачем очеловечивать андроидов, если можно дать им то, чего у нас нет. - Иные понятия о морали? - Главенство эмпатии над остальными чувствами. - У человека есть эмпатия, в большей или меньшей степени у конкретных людей. - Да, но что есть сопереживание когда вопрос касается выживание? - Думаю, что ничего, - мужчина пожал плечами, - Ты хочешь внедрить эмпатию, которая была бы первостепенной ценностью? - Мне кажется так, - Мирна растерянно поджала губы - ее взгляд зацепился за пластиковое тело без искусственной кожи и уходил будто вглубь комнаты, минуя Элайджу и их окружение, - Может получится какая-то чушь. - Мне понадобилось несколько лет чтобы увидеть, чем станет RA9. Его руки обвивают мое тело, подобно тому, как при разработке нашей первой модели: я не чувствую их тяжести, скорее наоборот, они так нежны и непривычно незнакомы. По правде, я не знала, что в самом деле о моих идеях думал Элайджа: внедрит ли он их в программный код новой куклы или же сожжет блокнот с глупыми мыслями, сделав вид в их полезности. Несмотря на окончательный пункт назначения моих идей, их цель всегда оказывалась полезной - наша совместная работа вернула нам чувства, которые мы некогда истратили. Я вновь осязала доверие к мужчине, чью фамилию я переняла, а он мог прикасаться к моему телу, не испытывая вины и неприязни. Мы стали теми, кого мы обрели когда-то - остаточными кусочками пазла, необходимых друг другу, чтобы закрывать грани, которых мы стыдились. В последнее время я все чаще думала о факте, произнесенном Элайджей в стенах нашей квартиры - мое прошлое было последним, что мы не использовали в попытках примириться. Может все же настало поделится им и вспомнить то, что некогда я запрятала в самый потаенный угол дворца сознания, насильно возжелав потерять эту коробку с клубничными эклерами и моей первой любовью, давшей ту броню, некогда дававшую мне желание бежать от неуместной любви к своему СЕО. - Ты все еще хочешь что-то знать о моем прошлом? - Кто был первым? - Так банально? - Ты же должна с чего-то начать свой рассказ.