Глаза цвета спелой вишни

"- Кэролайн, это Грег, сын друга твоего папы. Он очень умный и милый молодой человек, всего на пару лет старше тебя. Уверена, вы подружитесь! - Какие прекрасные глаза цвета спелой вишни. - Ох, Кэрри, тебе должно быть стыдно. - Но мама, они прекрасны! - Приятно познакомиться, Кэролайн. - Взаимно..." Я вышла на балкон. Сейчас такое состояние, будто мною вытирали пол, а потом выжали, как лимон... И я совершенно не помню события вчерашнего дня... Я потрогала свои волосы. Они были слипшиеся, какие-то обсосанные... Решилась подойти к зеркалу. Добралась я, мягко говоря, не обычно: пару раз въехала кубышкой в дверной косяк, ударилась ногой об угол кровати, при этом изрядно выругаясь, задела рукой фикус, который ничего плохого мне не сделал. Короче стою. Смотрю на себя в зеркало. Вроде ничего необычного: сонная девушка, с золотыми, как пшеница, слипшимися волосами, большими голубыми глазами, длинными ресницами, аккуратным носиком, и пухлыми губками. Невзначай, я глянула на часы, которые показывали два часа дня. - Твою маааать! - шлепнула себя по щекам - Что в школе-то сказать?! - я судорожно нарыла телефон, как раз звонила подруга. - Алло! Кэрри! Ты чего, прогуливаешь? - с насмешкой спросила Шейла. - Не дури, я просто проспала... - немного смущенно сказала я, в ожидании расспроса девушки. - Вот она, настоящая примерная ученица - засмеялась та, и сказала - Тебе сейчас позвонит наш классный. Постарайся говорить голосом заболевшего ребенка, я сказала, что ты заболела. - убавив громкость произнесла Шейла. - Зачем это? - поинтересовалась я - Да и у нас вроде классная женщиной была. Что, Раймонда пол решила поменять? - с насмешкой произнесла я - Да тут, понимаешь, такое дело... - уже тихо говорила она - Раймонда это, коньки отбросила... - я замолчала. Отчасти, мне стало ее жаль, не смотря на ее натуру настоящей суки. Прервав мою жалость, подруга заговорила - У нас новый руководитель, его зовут Грегори... - сказала она почти шепотом. Грегори? Сейчас что, викторианская эпоха? - Ну хорошо, только зачем он будет мне звонить? - спросила я, но ответ так и не услышала, потому что на том конце провода никто не отвечал. "Наверное урок начался" - подумала я, поспешно приводя себя в порядок. Раздался звонок в дверь. Я удивилась, и подошла к двери. - Кто там? - спросила я. Глазка у меня не было, поэтому открывать я не спешила. - Это твой классный руководитель. - сказал кто-то с той стороны двери. - Э..? Зачем вы ко мне пришли? - удивленно спросила я, собираясь открыть её. - Нужно было удостоверится, что с тобой все в порядке... - начал он, когда я её отперла - Позволишь войти? Я удивилась еще больше, когда увидела не старого пердуна, а молодого парня, довольно симпатичного парня. Его глаза, такие манящие... Они-то и привлекли мое внимание. Высокий брюнет, с глазами цвета спелой вишни и добродушным взглядом. Постойте-ка, может ли быть... Да нет, абсурд. - Эм... ну заходите... - я отступила в сторону, давая проход учителю. Закрыла дверь, и сама последовала за ним. Руководитель присел на диван. - А Вы... - начала я, но он перехватил слово - Грегори Брукс, твой классный руководитель, да. - Ясно. Ну как видите, со мной все хорошо. Просто я немного, это, проспала... - сказала я, немного смутившись. - На сегодня прощу. А где твой опекун? Я хотел бы провести с ним беседу. - сухо сказал он, и посмотрел на меня. - Ч-чего?! Вы же сказали, что на первый раз прощаете! - запротестовала я. Грегори засмеялся, и сквозь смех протянул: - Да я не за это, глупенькая! - кое как успокоившись, он попросил меня присесть, и сказал: - Мне нужно будет, чтобы ты оставалась после уроков, не на долго. Скоро мы планируем устроить вечеринку, и нам всегда нужны активные ребята. Мне тут твои одноклассники рассказали, что ты играешь на гитаре, поэтому я хотел бы попросить тебя выступить на этой вечеринке в группе с еще парой людей. - Я кивнула в знак согласия. А почему бы и нет? Пора показать, что я не просто примерная ученица-тихоня, какой все привыкли меня видеть. От этого образа тошнит уже. - У меня нет родителей... - я не хотела вспоминать, но... - Автомобильная авария, верно? - низким голосом продолжил он. Хотелось спросить, откуда он владеет этой информацией, но потом я вспомнила, что он мог заглянуть в личное дело. - Верно. - Ну а опекун? - Оу, ну это... - я отвела взгляд, и тихо выдохнула. - Это...? - поторапливал с ответом руководитель. - Он придет через несколько часов, так что Вам лучше позвонить на мобильный. - Не могу же я сказать, что ему лучше уйти, потому что когда Джексон переступает порог квартиры, мы занимаемся сексом где упадём. Занимались, до некоторого времени. Джексон - мой опекун и по совместительству дядя, ему 22. - Могу ли я подождать? - спросил учитель. - С этими технологиями трудно совладать, я еще не совсем разобрался, как пользоваться этой штукой - он указал на свой мобильный телефон. Ну точно не от мира сего. Сколько же ему? 22, как и Джексону? Возможно, чуть старше. Но не знать, что такое мобильный телефон... Я усмехнулась, взяв телефон из рук гостя. Некоторое время я описывала своему новому классному руководителю все прелести использования мобильника. Он всё схватывал на лету. Зазвонил мой телефон. Это Джексон. Сказал, что задержится. Как будто я не знаю где именно. У меня давно были подозрения на счёт его верности, но я была так ослеплена любовью к нему, что думала, будто сама себе всё накрутила, и на самом деле мой опекун настоящий Ангел. Но совсем недавно, возвращаясь из школы, я решила не идти по привычному пути, а зайти в одно место. Как раз по дороге туда, я увидела, как мой любовник целуется с другой девушкой. Внутри всё оборвалось. Кажется, я даже не плакала, а просто подождала, пока они насладятся друг другом и, подойдя к ним, похлопала в ладоши, будто они актёры, которые разыгрывали сценку. Фраза "Ты всё не так поняла" заставила меня засмеяться. Тогда я все-таки зашла куда хотела, ну и вернулась домой. Весь вечер он умолял простить, клялся, что это первый и последний раз, по-моему даже всплакнул. Но мне было все равно. Чувства, будто мощным пылесосом высосало. Сейчас я была бы даже рада, если бы Джексон застал меня улыбающейся симпатичному парню за нашим кухонным столом... Ох, как я могла забыть! - Извините за столь позднее предложение, может Вам сделать чаю или кофе? Господи, я такая глупая. - Я бы не отказался от чашечки кофе. - Хорошо, пройдёмте на кухню - улыбнулась я, и показала гостю дорогу. Следующие 2 часа мы сидели на кухне, пили кофе и обсуждали предстоящую вечеринку. После школы мне особо нечего было делать, поэтому я вызвалась помочь с организацией. Что-то в этом парне мне казалось знакомым, но я не могла понять что. В аварии, в которой погибли мои родители и брат, я выжила. Не скажу, что после того, как я узнала о смерти близких мне не захотелось умереть. Наоборот, я пыталась. Но каждый раз, как только я собиралась порезать вены, повеситься или наглотаться таблеток, меня кто-то останавливал. Не человек, нет. Это больше было похоже на тень. Чёрную тень. Но мне не было страшно, напротив, хотелось спросить, почему оно останавливает меня все время, зачем? Ведь что изменится от того, что умрет один человек? О моей смерти некому сожалеть, из родственников у меня есть только дядя, который нагло пользуется моим телом, когда ему будет угодно, и с такой же лёгкостью наслаждается телами других девушек. Он-то точно был бы не против избавиться от меня, ведь мою шкуру еще нужно содержать. Вообще не понимаю, он мог бы запросто отказаться от меня, оставив в детдоме на произвол судьбы, но он взял меня к себе, оплатил обучение, сделал ремонт в комнате, дал мне всё, в чём могла нуждаться самая вредная светская львица. Он мог забрать всё, что дал мне в один миг, и я могла бы оказаться на улице, но вместо этого, он забрал у меня то, что никогда не давал и не смог бы дать - мою девственность и гордость. Так в возрасте 14 лет я уже не была невинна. - О чем задумалась? - голос парня вывел меня из раздумий. - Да так, думаю, что еще можно придумать для праздника. - ответила я, отпив глоток кофе. - Что тут еще можно придумать? - улыбнулся он - Мы уже и так постарались на славу. Он так красив, не могу отвести взгляд от его глаз. Они завораживают, заставляют сердце биться чаще. - Что ж, похоже твой опекун задерживается. Я бы дождался его, но мне пора, извини. Я оставлю свой телефон тут, передай пожалуйста, что я жду звонка. - Конечно, всего доброго. - я улыбнулась, наблюдая как учитель Брукс пишет свой номер телефона. Мгновением спустя, я уже закрывала за ним дверь. Но вдруг в дверном проёме появилась нога, не дающая её закрыть. Это все еще учитель, забыл что-то? - Кэролайн, спасибо за гостеприимство, кофе был замечательный. - он улыбнулся, чем заставил меня улыбнуться в ответ. - Всего доброго. - повторила я, и все-таки закрыла дверь. Вот так всего за несколько часов я прониклась симпатией к своему руководителю... Джексон пришел, нет, приполз домой в одиннадцатом часу вечера. В стельку пьян, с расстёгнутой ширинкой, без нижнего белья. Как только он переступил порог, его большой пенис выскочил из ширинки и стоял по направлению ко мне. Дядя достал презерватив из кармана брюк, и одел его куда надо. Я начала отходить назад, он приближался. Наконец я упёрлась спиной в дверь, ведущую в гостинную, и открыла её. Попытавшись сбежать, я была повалена на пол той самой гостинной. Он прижал меня к полу всем своим телом так, что наши лица находились напротив друг друга. Он поцеловал меня. Грубо. Играя с моим языком, он покусывал и посасывал его. Противно. Он бесцеремонно раздвинул мои ноги, отодвинул трусики, открывая своему взору самое сокровенное, что у меня было, и вошел во всю длину. Больно. Он прижал мои губы своей ладонью, не давая мне возможности закричать. Подло. Его мошонка с противным шлёпаньем билась о мою плоть. Мерзко. Оторвав ладонь от моих губ, он снова накрыл их своими губами, не выходя из меня, и уже во всю блуждал руками по моему телу. Невыносимо. Расстегнув пуговки на моей ночной рубашке, он обхватил мою грудь, затем прервал поцелуй, начал ласкать её языком. Занятия любовью, нет, секс, не приносил былого удовольствия. Близость с ним не заставляла сердце стучать учащённее, а щеки пылать. Теперь все это было чуждо, противно. Теперь этот половой акт напоминает изнасилование. Мне не остается ничего, кроме как терпеть. Нужно дождаться следующего дня, нужно дождаться... И вот, я лежу у него в кровати, после гостинной мы сделали это еще дважды, в ванной и в моей комнате. Джексон попросил поспать сегодня с ним. Он взял меня на руки и перенёс к себе на кровать. Мы по очереди приняли душ. Он переодел меня в свою рубашку, ссылаясь на то, что мне давно пора выбросить эти детские пижамки со зверушками. Мне нечего было ответить. После душа он, кажется, протрезвел. Теперь он казался мне тем же милым Джексоном, который отдавал мне всю свою нежность, мне, не кому-то еще, а только мне. Перед сном он усадил меня на себя так, что я чувствовала его эрекцию. Он поцеловал меня в губы, на этот раз нежно, и отпустил. Я легла на подушку, и отвернулась, а дядя обнял меня ссади, упираясь своим возбуждённым фаллосом мне в поясницу. Когда Джексон целовал меня, усадив на себя, мне показалось, что передо мной Грегори. Это глупо. Так не бывает. Или все-таки бывает... Теперь все мои мысли занял мой новый классный руководитель.