Часть 1
«Привет, Гермиона. Как твои дела? Как родители? Как поездка во Францию? У меня все хорошо…»
Гарри сидел, сжавшись в комочек на небольшой кровати, застеленной серой застиранной простыней, смятой после десятка бессонных ночей и кошмаров. Поттер уже какое-то время назад просто перестал каждое утро перестилать кровать — после пробуждения простыня вновь была смята так, будто кто-то специально скручивал ее в ком и проходился по ней утюгом с целью оставить как можно больше складок. Мальчик тяжело дышал от усталости и голода. Сегодня у дяди был плохой день, так что его племянник предпочел остаться без ужина и быстро ретировался с кухни, как только появилась такая возможность. Да, обычно Дурсли делали вид, будто не замечают его, но Вернон забывал о своей привычке, когда выдавались тяжелые дни — он мог наорать на парнишку, влепить затрещины, заставить работать в саду холодным вечером. Не то, чтобы это было столь ужасно, раньше, до Хогвартса, Гарри частенько получал все это, даже в хорошие дни, но сейчас Поттер не чувствовал себя готовым к тому, чтобы провести несколько часов на улице.«…Дядя с тетей не обращают на меня внимания и это лучшее, чего можно ожидать с их стороны, так что я живу в свое удовольствие. Никогда жизнь здесь не казалась такой простой…»
Гарри чувствовал себя настолько неловко от того, что приходилось вот так врать подруге, но обременять ее своими проблемами хотелось еще меньше, так что приходилось выбирать меньшее из зол. И Поттеру иногда казалось, что он с удовольствием вернулся бы в прошлое, когда лето здесь было наполнено бесконечной работой, которая не давала возможности думать о чем-либо, а сны были такими долгожданными и без сновидений…«…Не переживай обо мне из-за того, что произошло. Все в порядке. Я справляюсь со всем этим, кажется, очень даже неплохо. Не стоит беспокоиться из-за этого…»
Гарри старался не моргать, ибо, закрывая глаза, открыть их было слишком сложно. Но он не должен спать. Снова видеть Седрика и просыпаться с криками… Дядя не побоится переступить порог его комнаты, как все Дурсли делают это дней, он придет и накажет племянника за ночные крики, которые разбудили всю семью. А Гарри не готов к этому. Не сейчас.«…Лучше расскажи мне как проходит твое лето. С нетерпением жду поездки в Хогвартс и встречи с тобой и Роном. Гарри.»
Поттер тяжело слез с кровати и подошел к окну. На небольшом столе стояла клетка с Хедвиг. Подросток быстро положил письмо в конверт и запечатал его, после чего привязал конверт к лапке совы. — Найди Гермиону и отдай ей письмо, — сказал Гарри, подглаживая Хедвиг по голове и открывая окно. Сова ухнула в ответ, легко укусила палец мальчика, развернулась и улетела, оставляя Поттера одного смотреть ей в след. Парень тяжело вздохнул и вернулся на кровать. Ночь обещает быть долгой, а ему все еще нельзя спать.***
«Здравствуй, Рон. Как проходит твое лето? Еще не получал письмо из Хогвартса? Когда вы планируете отправиться за покупками к школе? Думаю, мы могли бы встретиться в Косом Переулке. Как Перси? Он уже выбрал куда пойдет дальше? Он окончил Хогвартс с не такими уж плохими оценками… К слову об оценках — надеюсь, ты готовишься к следующему году. СОВы — это не шутка, они решают наше будущее. Я с родителями сейчас во Франции. Здесь просто чудесно! Однажды мы обязаны посетить это место втроем, уверена, что вам с Гарри понравится…»
С первого этажа вновь раздался крик и, кажется, что-то разбилось. Гермиона вздрогнула, закрывая глаза и пытаясь сделать вид, что ничего не произошло — не прозвучал ответный крик, а потом еще и еще… Родители ссорятся с момента ее приезда, а когда Гермиона пытается сделать хоть что-то — те просят не лезть не в свои проблемы, убеждают, что это лишь временное разногласие… Если они считают свою дочь дурой — тогда явно заблуждаются. Грейнджер-младшая видела, как часть вещей отца появились в ванной лишь на следующий день после ее приезда. Да и в первые дни здесь остальной дом также пустовал без небрежных намеков на наличие в доме мужчины. Родители не жили в месте как минимум несколько последних месяцев, хотя и не говорили об этом Гермионе. Отец здесь сейчас только из-за нее. И из-за нее же сейчас терпит очередную ссору, стоя на кухне с женщиной, которую, видимо, уже не любит, доказательством чего и являются эти крики.«…У меня все хорошо. У меня есть несколько книг за пятый курс — программа у нас будет довольно сложной в следующем году, так что не пропускай слова о подготовке как пустые…»
Гермиона все еще не могла понять — виной этому абсолютная неспособность собраться из-за волнения о родителях, или действительно программа слишком сложная, поэтому просто продолжала пытаться вникнуть в книгу. Впрочем, это давалось с переменным успехом.«…Уверена, ты готовишься к отборочным по квиддичу — место Оливера теперь вакантно. Удачи в подготовке, надеюсь, тебя выберут в команду. Гермиона.»
Девочка настолько задумалась о школе, что очередной крик вновь заставил ее вздрогнуть, возвращаясь в реальность. Впервые в жизни она с таким нетерпением ждала наступления сентября и отъезда из родительского дома. Не то, чтобы она не любила Хогвартс, совсем наоборот. Но сейчас она слишком не хотела проводить время с родителями, которые только то и делали, что постоянно ссорились. Она хотела, чтобы им было хорошо — даже если они будут жить отдельно. А Гермиона, видимо, мешала их счастью.***
«Привет, дружище. Как ты? Надеюсь, не зацикливаешься на том, что произошло в конце года. Это было ужасно, но будет еще хуже, если ты будешь винить себя в случившемся. Ты должен быть сильным, чтобы столкнуться со всем, что ждет всех нас теперь…»
Министерство не верило в возрождение Волдеморта. Уизли понимал, что их ожидает нечто ужасное. Скоро все будет как раньше, совсем как в ту войну, о которой они могли лишь слышать — Темный Лорд жаждет мести. Совсем скоро все они прочувствуют это на собственной шкуре.«…У нас все хорошо. Мама хочет напечь тебе пирогов и отправить — хотела уточнить когда и как это лучше сделать, чтобы не узнали твои родственники. Как они, кстати? Не пристают? Ты только скажи — мы с Фредом и Джорджем всегда готовы помочь! Перси стал таким козлом! Он верит Министерству и совсем не слушает никого. Думает, что самый умный. Посмотрим на него, когда все узнают правду!..»
Рон начал тяжело дышать, думая о брате. Любое воспоминание о нем заставляло Уизли яростно сжимать кулаки от беспомощности. Хотелось избить Перси до полусмерти, а потом снова и снова… Мать спала у себя в комнате. А до этого плакала почти весь день. Рон подозревал, что стоило ему уйти — как мама вновь хваталась за платок и продолжала рыдать, пока кто-то из детей вновь не находил ее и пытался успокоить. От беспомощности пришлось даже написать отцу и попросить поспешить домой… Перси ушел. Наговорил слишком много всего и ушел. Рону хотелось убить брата за слезы матери. Убить, потом воскресить и заставить извиняться. Так долго, чтобы Перси снова умер от бесконечного потока слов. И даже это не смогло бы в полной мере искупить его вину.«…Фред и Джордж бесконечно тебе благодарны. Видел бы ты их сейчас — они с начала лета так счастливы, как никогда ранее. Планируют открывать магазин на Косой Аллее, говорят, что ты будешь их VIP-клиентом — все, что угодно сможешь брать бесплатно. А их ассортимент очень увеличился с начала каникул — только и занимаются тем, что придумывают новые приколы. Не грусти, дружище. Скоро увидимся. Рон.»
Уизли прислушался к тишине в доме. Очень хотелось верить, что все действительно уже спят. Это был тяжелый день. Первый, но явно не последний. Им всем придется справиться с предательством Перси и помочь матери пережить это… А друзья… Друзья у него слишком хорошие, чтобы бессовестно вешать на них эту ношу. У них и своих проблем хватает… — подумали этой ночью трое подростков, одиноко сидя на своих кроватях и глядя в окно. Мысли о том, что где-то, возможно, их товарищи прямо сейчас также глядят на усыпанное звездами небо были успокаивающими. А спокойствия, волей судьбы, им слишком не хватало…
