Вредный Мин Юнги, доминирующий Пак Чимин, чертов стул Ким Намджуна и последствия голубой любви

— Я знаю твою тайну Ким Намджун. Я знаю, что ты влюблен в Мин Юнги, — обрушивается заявление, как гром среди ясного неба. — И ты это говоришь сразу после секса, хён? — возмущается рэпер. — Хочешь сказать, что я не прав? Намджун молчит. Ему правда нечем себя защитить, потому что Сокджин сказал правду, ту самую, которая разъедала изнутри, съедая Джуна без остатка. Джин хмыкает в затянувшемся молчании. Он знает, что прав, но его это не беспокоило. Уже давно не беспокоит. Джин слезает с кровати и начинает собираться. — Что я должен сказать, чтобы между нами ничего не изменилось? — Джин напрягается от низкого тона лидера. Парень лежит на кровати, глядя в потолок, пытаясь разобраться в самом себе, но мысли не строятся в один ряд, а спутываются также легко, как наушники, теряются также легко в руках Кима. Старший оборачивается к нему и спокойно отвечает: — Скажи правду. — Я люблю Мин Юнги. Ты доволен? — Джун сжимает челюсть. Почему-то злость накатила на него. Злость именно на Джина. Злость на то, что тот знает правду уже давно, но при этом был рядом с ним все это время и вел себя так словно все в порядке. Старший все также смотрит спокойно на Джуна, даже не напрягшись от грубого тона. Он тянется к нему и его губы оказывается прямо напротив других. Глаза в глаза. — Доволен. — И что ты будешь делать? Ты наверно зол. — Все в порядке, Намджун. Я тоже люблю другого, — честно отвечает старший и даже в темноте может разглядеть удивление на лице лидера. — Это еще кого? — напрягается младший, не заметив, как схватил нависшего над ним парня за руку, сжимая сильнее от навалившейся неожиданной ревности. Он не может поверить в это, но в то же время думает, как же это эгоистично. Ведь он тоже любит другого человека. — Не имеет значения в кого. Сейчас главное что мы не можем быть вместе. — Видимо, — Джун отворачивается, погружаясь в неловкое состояние, пока старший все еще стоит над ним и смотрит прямо в упор. Он резко содрогается, когда холодные длинные пальцы мягко коснулись горячей щеки. По телу пробегает целый табун мурашек. Глаза закрываются в блаженстве. — Или мы можем закрыть на это глаза и ничего не менять? — открыв глаза, молвит младший, видя теплую улыбку в глазах напротив. — Я хотел, чтобы ты это сказал, — Джин нежно касается алых губ. — Никогда не понимал, что между нами, — выдыхает он, отрываясь и чувствуя, как крепкие руки ложатся на его бедра, и он всем телом наваливается на всё еще голого младшего.