Пролог.
10 августа 2018 г., 19:57
«Дорогой дневник!
Я долго не писала. Как бы парадоксально это ни звучало, мне не о чем было писать, несмотря на вереницу произошедших событий. Я не хотела, да и сейчас не горю особым желанием описывать эти тревожные, взбалмошные дни. Почему? Записывая определённые моменты из моей жизни, я вновь проживаю их, именно поэтому раньше страницы этого дневника хранили радостные минуты, часы… Но это было раньше, а сейчас у меня совершенно другая жизнь, и, кажется, в этой жизни нет места беззаботному счастью. Я отвлекаюсь от темы.
Я напишу обо всём просто потому, что чувствую, что ещё чуть-чуть и моей выдержке придёт конец, а сейчас истерика совсем не нужна. Лучше вылить душу здесь, чем подружиться с моим вторым, совершенно противоположным мне, неуравновешенным «я».
Жертвоприношение состоялось, Клаус стал гибридом, тем самым ещё больше нарушая баланс. Природа должна была отомстить, и она отомстила сполна. Мне. Будто я была виновна в подобном кощунстве над ней. Я поплатилась за Клауса смертью моих последних близких: Джены, Джона, Изабель, хотя последних двух я родными не считала. Теперь мы с Джереми одни против всей этой мистической чертовщины.
Деймона укусил Тайлер в превращении, однако, мы спасли его, Стефан спас, отдавая себя в подчинение Клаусу. И вновь Клаус! Если бы ты только знал, как ненавижу я это чудовище, этого гибрида. Моя кровь застывает в жилах при его упоминании, а затем разгоняется со скоростью света, заставляя сердце неугомонно стучать, делая кульбит за кульбитом.
Стефан… Теперь он другой. Нет, он хочет показать себя таким, а на самом деле, где-то на задворках его души кричит о помощи мой милый Стефан, тот, которого я встретила несколько лет назад в школьном коридоре. Надежда есть — я знала это, доказательством было то, что недавно он сам позвонил мне. Мы должны ему помочь. Я и Деймон.
Деймон… Кэролайн говорит, что я, не замечая того, перебежала к другому Сальваторе. Но она глубоко ошибается! То, что я чувствую к Деймону — лишь необходимость показать ему, что он может быть нормальным, и то, что это не показатель слабости. Вот и всё, разве судьба не может один раз пойти мне навстречу? Мне нужен только лишь маленький шанс…»
Поставив неопределённое, как и обстоящая ситуация, многоточие, я закрыла дневник.
— Помоги мне, — прошептала я, обращаясь к первой звездочке на чёрном небе и вспоминая, как, будучи ещё малышкой, загадывала желание у первой появившейся ночью звезды. Смешно, но сейчас я действительно могла надеяться только на глупую детскую легенду.
Дверь резко открылась, ударяясь о стену и заставляя меня вздрогнуть.
В комнату вошёл Деймон, тряся конвертом.
— Почтальон Сальваторе принёс вам письмо, — и, прочитав адрес и имя отправителя, он продолжил, кидая мне в руки то самое письмо:
— Кто такая Лидия?
У меня всё похолодело изнутри. Дрожащими руками я перевернула письмо.
— Тебе придётся объясниться, — протянул Деймон, изучая меня пронзительным взглядом голубых глаз.
Мама с детства говорила мне: «Тайное всегда становится явным». Я никогда не относилась к этому выражению серьёзно, но поняла, как я ошибалась, увидев адрес Бейкон Хиллс с короткой подписью на конверте «Елене от Лидии».
— Лидия это… — я не успела договорить, как прозвенел звонок в дверь.
Обогнув Деймона, я поспешила открыть дверь, но лучше бы я этого не делала.
Передо мной на пороге появилась она.
— Привет, сестрёнка.
