Волчонок

POV Чонгук

Иду быстрыми тяжёлыми шагами в сторону своего дома, а этот счастливый омега за мной по пятам, аж хвостиком от радости виляет. Резко останавливаюсь и чувствую, как морда этого Чимина врезается мне в хвост, но не шевелюсь, хоть и неприятно было. Зыркаю грозным взглядом в сторону Пака, что потирает ушибленный нос лапой. Он реально слепой, что не заметил торможения? — Зачем за мной идёшь? — рычу на бурого волка. — Так мне сказали с тобой жить, — спокойно отвечает оппонент. Закатываю глаза так сильно, насколько это возможно. — У тебя своего жилья нет? — Есть, но мне же сказали... — чуть тише отвечает парень. — У тебя мнения своего нет, едрить-колотить? — пронзаю взглядом полного злости омегу. Вот он реально пенёк или притворяется? — Иди к себе, за мной не вздумай увязаться, — выплевываю это и иду дальше, продолжая выстраивать схему, как оборвать эту свадьбу и жениться на истинной. Шаги за спиной снова возобновились. — Прекрати! — гавкаю на испугавшегося Чимина, забивая на закон природы, что волки гавкать не умеют, но я, блин, видимо исключение. Парень заметно мрачнеет, но мне по барабану, я иду домой. Только зайдя в свою хижину, я вновь становлюсь человеком. Потягиваюсь до приятного хруста в спине и руках и продолжаю идти в свою комнату. Хоть для приличия штаны-то надо надеть. Стоп. А где я их оставил? Кручу головой в разные стороны, но так и не нахожу этот кусок ткани. Ладно, окей. Пойду трусы найду. Да неужели! Нашлась моя третья кожа. Натянув боксеры на упругие бедра, а следом и какие-то серые штаны, надеваю следом черную просторную футболку, что так удачно валялась рядом с этими вещами. Вновь осматриваю комнату, потом прохожусь и по остальным, и с ужасом замечаю, какой в доме срач. В лёгком шоке прикрываю рукой рот. Ну едрить твою направо! И как я приведу Арым в это сборище грязных вещей и мусора? М-да, засрался ты, волчонок, засрался. Стук в двери. Ну и кого принесло на ночь глядя? Медленно, в развалочку и с неохотой, плетусь открывать дверь, но стоит мне коснуться ручки, как до носа доходит сладкий запах зефирок. Чуть не блюю на месте. Несложно догадаться, не правда ли? Все же открываю, и предо мной стоит низкий паренёк и улыбается так сладко, оправдывая свой запах. Если бы не этот самый запах, то я бы и не вспомнил, кто сейчас напротив меня. — Эм, Чимин? Какого драного волка ты тут делаешь? — пытаюсь выдавить улыбку, но получается страшный оскал. Омега вообще не обращает на это внимания, он стоит и улыбается, а ноги-то дрожат. До меня доходит не сразу... — Чимин, твою мать, только не говори, что у тебя течка и ты приперся ко мне домой специально! — зло ору на него, отчего тот жмурится, но не отшатывается назад. Он словно не слышит и делает один шаг в мою сторону, но я преграждаю ему дорогу рукой, не давая переступить через порог. Запах окутывает мое пространство так, что голова по швам расходится, но сущность альфы не спит, реакция на течного омегу естественна, даже если запах противен для меня. Хочется взять этого омегу и вытрахать из него эту дурь, чтобы не приходил сюда больше. А с другой стороны совесть не даёт предать истинную пару. Просторные штаны не скрывают стояка, и Чимин это видит. — Пожалуйста, — молит он. Но я непреклонен. — Уходи. И закрываю перед его носом двери. Поздравляю, Чон Чонгук, твоей силе воли и стойкости позавидует каждый. Опускаю голову и посматриваю на вставшего "дружка". Выход один - только в ванну и то не рукоблудничать. Отрываясь от пола и иду туда, по пути снимая с себя одежду. Встаю под душ и включаю холодную воду. Поток так приятно остужает горячую кожу, а эрекция медленно, но верно начала спадать. Интересно, смогу ли я контролировать себя так, если бы на месте Чимина была Арым?

Конец POV Чонгук

POV Арым

Проснуться рано, да ещё и с хорошим настроением, для меня в новинку. А ещё в новинку встретить своего истинного альфу, да и поцеловаться с ним в первый день знакомства. Ой, как в груди приятно запело от воспоминаний о вчерашнем дне. Чон интересный, а ещё очень красивый. А его глубокие черные глаза и широкая кроличья улыбка чего стоят. С улыбкой встаю с кровати и бегу в кухню, удивленно хлопая глазами. — Доброе утро, пап. А ты чего не на работе? — это правда неожиданно: увидеть завтракающего отца. — Тебе выходной дали? — радуюсь я, ведь ему нужен отдых. Отец хрипло смеется. — Доброе, дочь. А ты на время смотрела? — с улыбкой спрашивает он. С непониманием перевожу взгляд на настенные часы. О боги! Время только 5:52. Я думала, что седьмой час... — Я скоро уйду. — Ясно, — немного грустно отвечаю. А я-то губу раскатала... — Не грусти. Ты когда меня со своим альфой познакомишь? — неожиданно спрашивает отец, а я чуть со стула не падаю. — Пап, я же его буквально вчера встретила. Как только, так сразу, — более спокойно отвечаю отцу, а внутри неспокойно. К Гуку странно тянет. — Ну хоть имя его скажи. — Чон Чонгук. Лицо отца вытягивается от шока, а глаза расширяются. Он перестает есть и аккуратно кладет столовые приборы на стол, прокашливаясь. С непониманием смотрю на него. — Арым, ты же знаешь, что в деревне нет людей с фамилией Чон? — нервно спрашивает альфа. Киваю. — Ты же знаешь, откуда этот парень? И знаешь, кто он? — вновь киваю. До меня постепенно доходит, что отец хочет сказать. — Пап, это не его стая напала на маму, — задеваю больную для нас обоих тему. Но это правда были не они. Я уверена. — Мне говорили, что это сделали белые волки, но таких в стае Чонгука нет, — пытаюсь оправдать своего альфу. Папа смотрит с непониманием и с явным вопросом в глазах "откуда ты все знаешь?" — В ней только волки с темным окрасом, — вспоминаю волков, с которыми вчера пришел Чонгук. Они все были либо бурые, либо черные. Отец смотрит в пустоту и молчит. Это очень сильно действует на нервы. Он так же молча встает и уходит из дома, оставляя меня одну. Настроение испорчено.

***

Достаю из корзины все травы, которые успела вчера собрать, и расскладываю их на сухую ткань под солнцем, чтобы высушить. Оставляю их там, а сама ухожу в свою "аптеку". Открываю дверь, и в нос ударяет приятный запах различных сушеных растений. Колокольчик звонко звенит, стоит только приоткрыть дверь. Поворачиваюсь на источник звука и встречаюсь взглядом с Тэхеном. — Что-то случилось? — сколько себя помню на этой работе, альфа заходил только за лекарствами для семьи. — Опять мать слегла с сильным кашлем, — хмуро отвечает тот. Опять госпожу Ким просквозило... — Господи, — шепчу я и начинаю метаться по аптеке в поисках нужных трав. — Вот тебе мать-и-мачеху, шалфей, девясил и где-то был сироп корня солодки, — поочередно выкладываю растения перед парнем на прилавок, а сама иду искать сироп. Его мать часто болеет одним и тем же, поэтому выдаю те травы, которые она уже принимала. Нашла я таки этот сироп. — Помнишь, что делать? — Да, — отвечает Ким, отдает деньги и разворачивается на выход. Колокольчик вновь звенит, и я поднимаю голову на посетителя. Да чтоб мне провалиться. Даже Тэхен остановился и теперь не отводит взгляд от альфы. Чон Чонгук, собственной персоной, все с той же неизменной улыбкой на губах, подходит ко мне и чмокает в губы через прилавок. Неожиданно, но так, черт возьми, приятно, что тепло внутри становится. Улыбаюсь весёлому альфе. Краем глаза улавливаю хмурый взгляд Кима. — Неужели это он твой соулмейт? — усмехается Тэхен, а Гук напрягает мышцы лица, между бровями пролегает заметная морщина. О нет... — Имеешь что-то против? — сердито выдает Чон. Это все хорошим не закончится. — Не надо, — тихо шепчу я, поглаживая в успокоительном жесте ладонь альфы, зная, что он меня слышит. — Да нет. Просто интересно, откуда ты тут нарисовался? Забрал у меня невесту, значит, а теперь целуешь так свободно, — в ход пошли провокации. — Тэхен, иди домой, — громче произношу, но меня он не слышит, продолжая глядеть Гуку в глаза. — Ты уж извини, но она моя невеста, и никому я ее не отдам, — усмехается Чонгук прямо в лицо Киму, чуть сжимая мою ладонь. Ну хоть на провокацию не поддался. — Мое имя Чон Чонгук. Запомни это! — прокричал в спину уходящего альфа. — Ну и что это было? — скрещивая руки на груди, изображая злую, фыркаю я. Парень поворачивается ко мне и расслабленно улыбается. Он вновь тянется за поцелуем, а я не могу ему отказать. Обхватываю его лицо своими ладошками и притягиваю как можно ближе, чертовый прилавок оставляет между нами расстояние. Чонгук кладет свою большую ладонь поверх моей и целует мягко, по очереди сминая губы. Хоть я и не люблю сладкое, но поцелуй с истинным – исключение из правил. Нехотя отрываюсь от губ альфы и смотрю в его приоткрытые глаза. Сердце забилось сильнее, чувствую, как оно ударяет прямо по ребрам. — У тебя очень красивые глаза, — тихо шепчу ему я, поглаживая большим пальцем его скулы. На комплимент Гук смущённо улыбается и немного краснеет. — Зато они теперь твои и ничьи больше, — мягко улыбается Чонгук, когда наступила моя очередь прятать красные, словно спелый помидор, щеки, Застенчиво растягиваю губы в улыбке и отвожу взгляд, чтобы совсем не сгореть от смущения. — Нет-нет, не отворачивайся, — запаниковал альфа. — Это так мило - наблюдать за твоей улыбкой, глазами. Да, черт, ты вся милая, а еще моя омежка, — на последней фразе, он переплел наши пальцы, заставляя мое сердце сделать кульбит. — И ничья больше...