Через боль

      Едкий запах хлора и лекарств наполняет легкие, неприятно колит и заставляет кашлянуть, выдавая хозяина с потрохами. Около пяти минут вокруг него возятся врачи, меняют капельницы, что-то увозят. И, наконец, тишина. Теперь можно сосредоточится на ощущениях. Они, к сожалению, до жути херовые. Тело будто пустили под каток, а после по нему побегали слоны. Голова раскалывалась. Парень напрягся и стал вспоминать все то, из-за чего он здесь. «— Хосок, — Тэ изо всех сил пытается успокоить мужчину, — остановись, не трогай его, он получит свое, поверь. Тонкие пальцы спадают с плеча и через доли секунд перед лицом мужчины что-то загорается. — Вот, это то, что посадит его на долго, — Ким пытается улыбнуться, но выходит скверно — я, я хотел тебе помочь… Последнее, что успевает проговорить парень, прежде чем погрузится в небытие.»       Не густо, думает про себя Тэхен, а где-то под ребрами зарождается волнение. Он пытается встать, но не выходит. Глаза пробегаются по палате, ничего примечательного, никаких следов того, о ком сейчас все мысли. «Черт, а если …» — мысли прерывает тихий шорох двери. В ней появляется знакомая призрачная фигура. — Врачи поведали, что ты очнулся, — голос едва слышно, очевидно собеседник не в лучшем расположении сил. Мужчина тихо проходит, жестом просит подвинутся и ложится спиной к Тэ. Это действие удивляет и вносит хаос в больную голову. Слов не находится, поэтому парень решает промолчать и притвориться неподвижным манекеном. — Благодаря тебе, Юнги сейчас под следствием, — тяжелый выдох, — Признаюсь, я думал, что такая улика, которую ты мне дал, не законна, но оказался не прав. Они сказали, что на Юнги есть еще одно дело и даже если мое замнут, то он все равно угодит в тюрьму. — Хо замолкает, явно что-то обдумывая, — Я думал, что меня тоже привлекут, ведь я избил его, но там сказали, что это попытка защитить человека. Тэхен, скажи, за что так со мной? Парень прикрывает глаза, пытаясь подобрать нужные слова. — Знаешь, кто-то говорил мне, что все испытания, которые нам выпадают, преодолимы. Нет таких, с которыми мы не справимся, какими бы тяжелыми они не были, рано или поздно мы их преодолеем. Тебе может казаться, что мир повернулся к тебе спиной и хочет от тебя избавиться, но это не так, — Ким с трудом поворачивается к мужчине, — Конечно, ты прошел через огромное количество препятствий, столкнулся с потерями, болью, но итог всему какой? То, из-за чего ты страдал, теперь проходит процедуру наказания. Думаешь, мир все еще не справедлив? Молчание, а в воздухе витает напряжение. Тэхен сомневается, что подобрал нужные слова. Хосок пытается проглотить ком. — Не знаю, — мужчина нарушает тишину, — теперь, когда все произошло вот так, какой жизнью мне жить? Ведь все, что было до этого, исчезло. Я так долго себя винил, не хотел жить и в одно мгновение все эти года стираются, как мел с доски. И вот чистый лист. Чон поворачивается упираясь глазами в парня. Они горят, горят болью и непониманием. Они пытаются найти спасательный круг из ответов. — Новой? — Тэ решителен. Он все это начал, ему и решать, — я уже говорил об этом. Попробуй начать заново. — Не могу. Я не могу все это забыть. Юнги любил меня, из-за этого пустил свою жизнь по ветру. Я никогда не видел этого, не видел и то, что моя жена переживала за безответные чувства ко мне. Ты бы смог пойти дальше после этого? — Если бы рядом был тот, кто точно будет рядом, я бы встал на новый путь. Без сомнений, никогда не забыть того, что произошло. Но если погрязнуть в этом, продолжить себя съедать, то в чем толк? Зачем все это? Взгляд Тэхена был неумолимым, полон непонятным желанием помочь. Хосок сдается. Он встает так же бесшумно, как и ложился. Подходит к окну, зачем-то пытаясь разглядеть людей внизу. — Если бы не этот поцелуй, что бы было с Юнги? — Я не знаю. — Он всю жизнь был бы рядом и смотрел на меня глазами друга, хотя по факту убил самого близкого мне человека. — Возможно. — Я уже думал об этом, пока ты был без сознания. Успел принять решение и когда, узнал, что ты пришел в себя, захотел его лично озвучить. Время остановилось, Тэ напрягся. Он следил за действиями мужчины. Они, как назло, не выдавали мыслей того. Голова начала болеть с новой силой. Мыслительные процессы давались с трудом. — Поможешь мне начать жить?