"На гребне волны, воздух всегда разрежен..."

- Бааать, пусто, гляди. - И в парилке никого уже. А! Вот, записку нам оставили. Хм. Мне. - И что в ней, если не секрет? - Цитата или что-то вроде того. Романтики хреновы, молодежь наша. - Не томи. Что там? - "Не потеряй ее и не сломай". Хорошего вам вечера, друзья. И с праздником. Обнимаем. Ваши Кот и Риф. - Видишь, заботятся о тебе ребятки наши, - пробормотал Батя. - Вань, я же говорила, там дверь прозрачная, - растерянно сказала Багира, - а вообще-то не важно, только... - Что только? - А как же теперь с запретом на отношения в группе, Вань? - Запреты создаются для того, чтобы их иногда нарушать, знаешь? - подмигнул ей Батя. - Теперь знаю. - Вот и умница. Собираемся скорей, а то тебе еще сегодня одну бомбу обезвреживать. Ты же не хочешь , чтобы она сама взорвалась? - Ох, Батя... - Рита метнула на него взгляд чуть смущенный и в то же время хитрющий. POV Багира В конце концов ребята уже уехали и мы одни тут. Я только что чувствовала, как сильно он хочет. Наверняка он не перешел грань только потому, что я боялась, что нас застанут мальчишки и просила его потерпеть до дома. Чего ради мне сдерживать его теперь? Рита подошла к нему и, обняв за шею, вовлекла в дразнящий поцелуй, одновременно прильнув к Ивану всем телом. Запустив пальцы в его короткие, темные волосы, легко покачала бедрами, недвусмысленно прижимаясь теснее, скользя животом по его бедрам и, добившись этими движениями того, что полотенце обернутое вокруг его бедер соскользнуло на пол. - Я думаю, что хочу обезвредить эту бомбу прямо сейчас, - долгим взглядом с легким вызовом, глядя ему в глаза, завораживающим тоном, произнесла Рита. - Ты уверенна? - чуть поддразнивая ее столь же прямым взглядом, спросил Иван. - Абсолютно, - ответила она. Эта фраза - разрешение, полностью освободила для Бати право брать ее здесь и сейчас, через желание выплескивая всю силу его чувств по отношению к Рите. Уже не сдерживая рвущихся наружу звуков они отдавали друг другу то, что все эти годы сдерживалось, игнорировалось ими в самих себе, копилось, оставаясь не отданным. Может быть от этого Иван был немного жестче с ней, чем она могла предположить, после тех потрясающе нежных прелюдий, только что подаренных им Рите. Но сейчас эта резкая требовательность все сильнее заводила ее, заставляя чувствовать себя настоящей, принадлежащей ему самкой, отдающейся без остатка, его Багирой, отвечающей за свое слово и признающей его власть над ней. Сонная, обнаженная пара лежала в причудливо сплетенных объятьях, на сбившихся простынях, наспех брошенных на массивный, коричневый, кожаный диван в предбаннике. Батя лежал, примостив голову на обнаженной Ритиной груди, слушая как постепенно выравнивается и становится спокойным ее сердцебиение. Было невероятно уютно и спокойно, но он понимал, что надо двигаться домой, иначе они так и заснут тут и, вероятнее всего, проспят до утра. На утро же у него были совсем другие планы. Баня в них не входила. Он нехотя разлепил веки и легонько потерся головой о ее теплую кожу, - Рит, вставай. - Ни-за-что, - шепотом пробормотала Рита, по прежнему не открывая глаз. - Рит, нам домой надо. Батина рука скользнула по животу девушки, поднялась выше и накрыла холмик груди, мягко дразня сосок кожей ладони. - Ванечка, подожди. Не могу больше, любимый. Тайм-аут. - с просьбой в голосе простонала Рита. - Тогда вставай! "Бери шинель, пошли домой", - рассмеялся Батя, распутывая их сложные объятья и поднимаясь. - Вот ты неугомонный, Бать! Как у тебя только силы еще остались, - проворчала Рита, выбираясь из простыни и мягких объятий большущего кожаного дивана. - К тебе или ко мне? - в ответ спросил Иван, натягивая одежду. - Батя! - Ритин возглас выражал одновременно восхищение, изумление и мягкий укор. - Хочешь сегодня ночевать одна? - спокойно осведомился он. - Нет, конечно! - поспешно и горячо ответила Багира. - Поэтому я даю тебе возможность выбрать, где. Чтобы ты чувствовала себя максимально комфортно, - мягко произнес Батя, деловито приводя в порядок помещение. - Тогда ко мне, хорошо, Бать? - Поехали. Десять минут спустя Булатов легко закинул на плечо их сумки и приобняв Риту за плечи подтолкнул к выходу. Устроившись в машине, на пассажирском сиденьи, рядом с Иваном, Рита изо всех сил старалась не заснуть, поскольку знала, как легко навевается сон, когда ведешь машину, а рядом кто-то сладко посапывает. Багира протянула руку и включила радио. Так будет проще, не заснув по дороге им обоим, добраться до дома. Радио пело: Я так привыкла жить одним тобой, одним тобой... Встречать рассвет и слышать как проснешься не со мной... Мне стало так легко дышать в открытое окно... И повторять ей лишь одно: Знаешь ли ты? Вдоль ночных дорог шла босиком не жалея ног Сердце его теперь в твоих руках. Не потеряй его и не сломай Чтоб не нести вдоль ночных дорог пепел любви в руках, cбив ноги в кровь Пульс его теперь в твоих глазах не потеряй его и не сломай. - Мистика какая-то, - хмыкнул Батя. Не удивился бы, если бы сейчас Риф с Котом передали бы нам радио-привет. - Погадаем на радио? - смеясь предложила Багира. - Добро. И Ритина рука нажала на тьюнинг. Высокий женский голос наполнил машину: Зачем ещё раз мне жизнь возвращает крылья? И мой чёрно-белый мир стал снова цветным кино? Зачем я хочу стать радугой в твоих ливнях, Стать музыкой в ленте твоих самых сладких снов? Как странно вдыхать воздух, покоем полный И видеть рассвет, не открывая глаз. И грудью встречать Эти Большие Волны, Что приходят всегда нежданно - и уносят нас На гребне волны воздух всегда разрежен, И трудно дышать, и в сердце - восторг и страх! Но - я удержусь! Лишь ты был со мною нежен. Лишь бы ты был со мной в Этих Больших Волнах. Зачем в моём небе сияет звезда Надежда, Когда я, казалось, легко прожить без неё могу? Зачем я бегу к океану по имени Нежность И жду тебя, жду тебя, жду тебя на берегу? Знаю - ночь вновь нам сыграет соло. И ей покоряясь, смиренно глаза закрыв, Мы будем встречать Эти Большие Волны. Вот он шумит вдали, вновь к нам идёт прилив! На гребне волны воздух всегда разрежен, И трудно дышать, и в сердце - восторг и страх! Но я удержусь! Лишь ты был со мною нежен, нежен, нежен. Лишь бы ты был со мной в Этих Больших Волнах. На гребне волны видно, как мир безбрежен. И страшно упасть, взмывая в твоих руках. Но я удержусь! Лишь бы ты был со мною нежен. Лишь бы ты был со мной в Этих Больших Волнах. Багира слушала , как завороженная, понимая, что шутка ее, вдруг оказалась действительно окутанной мистикой - каждое слово песни отражало ее чувства к Ивану. Батя запарковал машину как раз когда песня закончилась. - Гадание у нас, похоже, на славу удалось, Русалочка моя, - сказал Иван, взглянув в ее задумчивое лицо. Рита откинула голову на подголовник и ответила ему пронзительным, долгим, серьезным взглядом. - Ничего не бойся, я с тобой, - тихо и уверенно сказал ей Батя. И погладив пальцами очертания ее скулы и подбородка, улыбнувшись прибавил - и я обещаю, что я буду ... Нежен с тобой. Рита подалась вперед и коснулась его губ своими. Он властно и нежно ответил ей. Через пару минут, держась за руки, пара вошла в подъезд. - Ваня, ты голодный? - Завтра поедим, Русалка. Я, до безумия, хочу спать. Рита быстро расстелила постель и скорость с которой они раздевшись, оказались под одеялом в этот вечер, была поистине спецназовской. Батя обвил Риту руками и притянул к себе, зарываясь носом в ее волосы. - Спокойной ночи, девочка моя. Ответом ему было мерное, глубокое дыхание Риты, которая заснула, едва коснувшись головой подушки. Батя улыбнулся в ее макушку и заснул, ощущая себя одним из счастливейших людей на земле. _____________________________________________________________________ В тексте, использованы стихи из песни Ирины Богушевской "На гребне волны". А так же часть текста песни "Знаешь ли ты?" МакSИм.