Wings

      Когда Тэхён, лёжа в кровати с Чонгуком, видит, как задралась его майка, желание берёт над ним верх. — Чонгук~а, — он зовёт его совсем тихо, — Гукки-и, я так соскучился по тебе. Тэхёновы руки проникают под майку и мягко поглаживают лопатки. — Тэхён, что ты делаешь? — бурчит Чонгук в полудрёме.       На лице парня расцветает хитрая улыбка. — Я хочу поиграть с тобой, Гукки. — Сладко тянет Тэхён, но это не помогает. — Я хочу спать, малыш, я устал. — Чонгуку было лень даже глаза открыть. — Ну, неужели ты не скучал по своему Тэхёну? — Чонгук молчал, потому что ответ был очевиден. Тогда Тэхён решил предпринимать меры.       Чонгук мгновенно проснулся, почувствовав чужие руки под тканью трусов. — Но учти, в следующий раз, когда мне захочется секса, ты будешь не в праве мне отказать. — Он лёг на Тэхёна, пытая его взглядом. — Хорошо, сладкий, — довольно улыбнулся парень, только что получивший желаемое.       За вечер они ни разу не целовались, так что этот поцелуй был первым. Чонгук заботливо мнёт его ушко. Скучал, действительно скучал. Он медленно спускается к шее, оставив три красивых ровных кружечка засосов. Тэхёну, честно говоря, наплевать, что ему завтра скажут по этому поводу в офисе, потому что, что бы ему не сказали, шеф уже в курсе и вряд ли сделает замечание.       Чонгук оглаживает дрожащую талию, и Тэхён решается стянуть его майку. Целуя тёплое плечо, руками он поддевает ткань, вытягивая её вверх. Чонгук сам снимает майку, выбрасывая куда-то назад, и снова с бешеной скоростью целует жаждущее тело. Тэхёновы руки блуждают по сгорбленной спине Чонгука, прижимают ближе, но он противится. Прогибается ещё больше, прикусив сосок. — Аах, Гукки-и, — выстанывает Тэхён, закинув голову назад.       Чонгук спускается к животу, но резко останавливается, когда Тэхён дёргает его волосы. — Что не так? — Хмурится Чонгук. Тэхён, пользуясь моментом, валит его на спину, ложась сверху на его ноги, и сразу находит ртом вставший член. Он с вызовом смотрит на напуганного Чонгука. — Я тут научился кое-чему… Всё-таки Тэхён-ангел чем-то отличается от Тэхёна-человека. И это «что-то», называемое развратом и похотью, не могло не радовать Чонгука, который любил поиграться.       Он решил, что Тэхён отсосёт ему, но Чонгук немного ошибся. Тэхён стянул боксёры и слегка раздвинул его ноги. Чонгук поёжился, почувствовав вблизи сфинктера давление пальцев. Он не рисковал поднять голову, но уже догадывался, что Тэхён хочет сделать.       Чонгук вздрагивает всем телом, когда скользкий язык проникает в узкий тоннель. — Ммм, Тэхё-ён. — тянет Чонгук, когда его ноги немеют от удовольствия. Тэхёнов язык имеет невероятное свойство полностью заполнять маленькое пространство в анале, вытесняя тёплый воздух, но при этом быстро и уверенно двигаться. Его нос упирается в Чонгуков член, и парню каждая секунда кажется той самой кульминацией.       Но Тэхён останавливается, не дав Чонгуку кончить. Он нависает над ним, смотря в упор, и спрашивает: — Ну как? — Охуенно, — медленно выдыхает Чонгук, резко перевернув Тэхёна на спину. — Теперь моя очередь, крошка. — Чонгук целует его в губы, пока руки раздвигают тонкие ноги. Он покрывает поцелуями линию скул, усыпает ими нежно-карамельную шею, которая и так разрисована засосами, спускаясь всё ниже. Наконец-то ему дадут завершить начатое.       Тэхён слегка кривится, когда чувствует в себе один палец. Но он готов стерпеть и два, потому что не понаслышке знает, что это только начало. А больше и не нужно. Чонгук с удивлением замечает, что Тэхён достаточно хорошо растянут. — Шлюшка ты моя, — ехидно улыбается он блондину, и тот сразу улавливает, в чём суть. — Ахах, я просто готовил себя для тебя, Гукки-и, — Шутит Тэхён, и Чонгук сразу мягко входит. Почти безболезненно. Он начинает двигаться медленно, привыкая. Потому что трахать парня — это одно. А трахать Ким Тэхёна — это целое искусство, как и сам Тэхён.       Чонгук вжимает его в кровать с мыслью о том, что очень скоро её можно будет назвать их общей, всё больше надавливая телом на тело Тэхёна. Он целует его, добивая последними толчками, стонет в его рот, и оба почти синхронно кончают. — Как тебе, малыш? — довольно усмехнулся Чонгук, прижимая к себе Тэхёна. — Отлично, — он слегка покраснел. — А тебе как? — Покруче, чем минет, — Чонгук действительно был приятно удивлён. Он слышал о подобном, но никогда бы не подумал, что сможет почувствовать, каково это. — Неужели мой целомудренный ангел наконец-то признал своё влечение? Тэхён краснеет, и с наигранной обидой бурчит: — Давай спать.       Чонгук не возражает, мысленно празднуя победу. Он плотнее прижимается к Тэхёну, сгребая его в объятья, и тихо шепчет на ушко: — Спокойной ночи, сладкий. — Спокойной ночи, милый. Тэхён перевернулся на бок. Он понял, что уже пора просыпаться, но было слишком лень. — Ангелочек, просыпайся, — Тэхён почувствовал мягкую руку на своём плече и мгновенно проснулся. — Доброе утро, — улыбнулся Чонгук, увидев сонные глазки любимого. Он поднялся на ещё ватные ото сна ноги и приклеился к нему, обняв за талию. Чонгук и подумать не мог, что Тэхён так скучает по нему. Он забрался на Чонгукову спину, и они вместе пошли на кухню. — Я скучал по твоей еде. — Тэхён довольно улыбнулся. — Это же просто яичница, Тэхён. — смеётся Чонгук, но Тэхён находит фразу, которая заставляет парня покраснеть до кончиков ушей. — Всё, что ты делаешь своими руками, для меня становится особенным. Он берёт его за руку, мягко поглаживая костяшки, и Чонгук больше кусок в горло не лезет. Он отворачивает голову, теперь больше походящую на огромный помидор, прикрывая лицо свободной рукой. Чонгук боится заплакать. — Чонгук, всё хорошо? — Тэхён тянет его за руку и немного пугается, увидев его слёзы. — Я довёл тебя до слёз? — улыбнулся Тэхён. — Ты никогда не говорил мне слов, прекраснее этих. — Чонгук начал громко рыдать. Неужели он наконец-то получил отдачу за всё, что он сделал для Тэхёна? — Я собираюсь возместить всю любовь, которую ты отдал мне. — Тэхён говорил вполне серьёзно. Его ладонь снова накрывает дрожащий кулак, и Чонгуку приходится прилагать массу усилий для того, чтобы сдерживать слёзы.       На работу они, естественно, ехали вместе. — Ты сегодня в необычайно хорошем настроении, Гук, — заметил Хосок, когда они вместе пили кофе в кабинете шефа. — Да-а-а, — довольно протянул Чонгук, не отрывая взгляда от телефона. — Неужели ты уломал кого-то лечь к тебе в постель? — слегка ехидно улыбается Хосок, делая глоток из своего стаканчика. — Кого-то? — поднял брови Чонгук, протягивая Хосоку свой телефон с открытой фотографией. Сегодня он проснулся раньше Тэхёна, поэтому не мог не воспользоваться возможностью и не сфоткаться с ним. — Ничего себе, — Хосок чуть не подавился кофе. — Как долго ты его ублажал? — засмеялся парень. — Он сам предложил. — Чонгук похотливо улыбнулся. Наконец-то он мог похвастаться своими подвигами, а не слушать рассказы Хосока. — Не веришь? Сегодня покажу во время обеденного перерыва.       Когда часы отбили двенадцать часов пятьдесят две минуты, Тэхён уже сам пришел к Чонгуку. — Привет, — он сразу повесился ему на шею. — Привет, малыш. Чонгук был рад видеть свою принцессу, он ждал этого весь день.       Сегодня они договорились вместе пойти в то кафе, в котором обычно обедали Тэхён с Чимином. Естественно, с Чимином пришел Хосок. — Зачем тебе так много еды? — Спрашивает Хосок, когда они с Чонгуком стоят на кассе. — Я отдам половину Тэ, — ответил он, с очень серьёзным видом рассматривая меню. — Ахах, возьми ему банан. — Хосок пошутил, но Чонгук воспринял эту фразу вполне серьёзно. — Тэ не любит такие шутки. На самом деле Чонгук сам додумался взять банан, и он бы действительно купил его, потому что приколоться над Тэхёном — дело святое. Но не при посторонних. Чонгук не хотел, чтобы с него смеялись, тем более, он знал, как остро Тэхён реагирует на подобное. — Зачем так много? — возмутился Тэхён, когда Чонгук принёс свой поднос. — Себе ты взял в два раза меньше еды, чем мне, какого чёрта? Чонгук только тихо обнял его за талию: — Ты очень похудел за эту неделю, тебе нужно набирать вес. Тэхён вздохнул, думая, что этого парня не изменить. Его парня. Как же он скучал по Чонгуковой заботе. Какое-то время в компании царило молчание, пока Чонгук не начал болтать с Хосоком. Через минуту в зале уже звенел громкий хохот.       Они пообедали быстро, но до конца обеденного перерыва. Потому Чонгук потянул Тэхёна в свой кабинет. — Я так скучал, — вздохнул блондин, сидя на небольшом красном диване. — По ком? — удивился Чонгук. — По твоей заботе, — заботливым взглядом он посмотрел прямо в его глаза, и в сердце Чонгука зародилось тёплое желание сделать Тэхёна самым-самым счастливым, укутать в одеяло и поить чаем с пирожными. Но вместо этого он просто мягко целует его и укладывает на маленький диван, слегка надавив на солнечное сплетение. У Тэхёна реакция немного медленная, и Чонгук, пользуясь такой возможностью, тянет его рубашку на себя, выпуская из брюк.       Блондин тут же разрывает поцелуй, мгновенно заливаясь краской. Он смотрит на Чонгука взглядом «ты что, обалдел?», но парень в ответ ехидно улыбается и сладко тянет: — Помнишь, что ты мне вчера обещал? Тэхён закусывает губу в преддверии чего-то явно нехорошего. — Только не здесь, прошу, — брови складываются домиком, но Чонгук остаётся непреклонным. — у нас не хватит времени. До конца обеденного перерыва пять минут. Но Чонгук только сильнее прижимается, сокращая расстояние между ними до нуля. — Я здесь шеф, и я позволяю тебе задержаться, — он тянется за поцелуем, но Тэхён закрывает его рот рукой. — Это называется злоупотребление властью! — возмутился он. — Это называется исполнение обещаний, Тэхён. — Чонгук пошло ухмыляется. — И я, уж поверь, рано или поздно заставлю тебя сделать это здесь.       Дверь в кабинет открывается, и Чонгук ослабляет хватку. Тэхён мгновенно выскальзывает и направляется к выходу. — Блять, Хосок! — Чонгук шипит в сторону друга. — Я вас прервал? — ехидно улыбнулся он, когда дверь захлопнулась позади. — Гукки младший снова остался ни с чем? — Хосок положил на стол толстую папку бумаг. — Мне тебя ударить? — нахмурился Чонгук, зло покосившись на Хосока. Он был крайне недоволен.       На выходных Чонгук с Тэхёном отправились в родное село Тэяна, где и похоронили его бабушку. Чонгук никогда здесь не был. Всю дорогу он пристально следил за Тэхёном, не замечая никаких признаков будущей истерики. Чонгук очень переживал, как бы он не расплакался. Он не хотел видеть слёзы Тэхёна.