Барабашка

— Надеюсь, я ничего не забыл в общаге, — говорит парень, беглым взглядом осматривая свои дорожные сумки. Чонгук просто не может поверить в свою удачу. Разве бывает так, чтобы обычный студент жил в собственной небольшой квартирке в центре Сеула? Теперь, кажется, бывает. Чон давно хотел переехать из своего старого общежития, которое он безумно не любил всеми фибрами души. Чего только стоит его уже бывший сосед по комнате. Странный парень с научного факультета, который вечно проводит тупые (для Чонгука уж точно) опыты: то препарирует каких-то вонючих лягушек, то начинает разводить стрёмные цветы с не менее стрёмным названием. И как прикажете жить с вот этим всем? Именно, что никак. Поэтому Чонгук пытался проводить в своей комнате минимум времени, что у него успешно получалось на протяжении полугода. Однако теперь это всё становится незначительным. Чонгук совершенно случайно наткнулся на объявление о продаже квартиры. Оно висело на сайте, с которого парень списывал один из многих рефератов по психологии. Чон без особого интереса кликнул на яркую иконку, и его челюсть стремительно поползла вниз. Если судить по многочисленным фото, квартира была просто отпадной. Почти новенький евроремонт, дорогая на вид мебель, уже шедшая вместе с квартирой, и всё это стоило смешную сумму денег. Чонгук долго пытался найти подвох: звонил хозяину этой прелести, лично ездил осматривать квартиру, но в конечном итоге ничего подозрительного не обнаружил. Разве что немного напрягало, что квартира успела сменить несколько хозяев за последний год, но ведь всякое бывает. Поэтому парень решил не упускать такой лакомый кусочек. Чонгук достаёт мобильный и набирает давно заученный номер. — Здравствуйте. Я уже у подъезда, — говорит парень, а в ответ короткое «сейчас буду». Проходит всего несколько минут, за которые Чон успевает закурить сигарету, как к нему навстречу несётся тот самый хозяин квартиры. Уже бывший хозяин. — Вот Ваши ключи, — без прелюдий тараторит мужчина и пихает чуть удивлённому Чонгуку увесистую связку, — удачи! Она точно понадобится! Чонгук собирается ради приличия поблагодарить, руку пожать и, может, даже кривовато улыбнуться взъерошенному мужчине, но тот уже на всех парах несётся куда-то вдаль, толкая по дороге случайных прохожих. — Во чудик, — Чон делает последнюю затяжку и кидает бычок в мусорку, стоящую около подъезда.

***

Только войдя в квартиру, Чонгук сразу же замечает цветные осколки, рассыпанные по всему коридору. — Похоже, чудик разбил вазу, — вслух хмыкает Чон. Он ставит сумки у порога и, не разуваясь, идёт в свою спальню. Цветные стекляшки подождут, главное — не забыть о них позже, а то можно и без ноги остаться. Переодевшись в простые шорты и чуть убитую временем серую футболку, Чон идёт на кухню, по привычке громко шоркая тапочками. Комната оказывается просторнее, чем запомнил её Чонгук. Он осматривает кухню, пытаясь понять, что изменилось, и только через пару минут до него доходит, что пропали несколько горшков с цветами. Это странно, учитывая, что бывший хозяин квартиры говорил, что даже растения останутся в квартире. От раздумий Чонгука отвлекает громкое урчание в животе. Точно, уже ведь вечер, а он за весь день съел только недобутерброд, стыренный у бывшего соседа. Однако никакую еду Чон с собой не взял, а идти в магазин ему банально лень. Немного пораскинув мозгами, парень решает полазить по шкафчикам и поискать хоть чего-нибудь съедобного. Вдруг тот мужик забыл пачку рамёна или хотя бы какое-нибудь засохшее печенье, ну хоть что-нибудь! Но всё тщетно — шкафчики оказались пусты, как и чонгуков желудок. — Хреново, — протяжно воет Чон, утыкаясь лицом в кухонный стол. Он сидит так некоторое время, а потом всё же нехотя поднимается — придётся идти в магазин. Однако тут же его взгляд цепляется за что-то, стоящее прямо на краю стола. Парень берёт это что-то и понимает, что это — самая настоящая пачка рамёна, вот удача! — И как я тебя раньше не заметил? — спрашивает, видимо, у большеголового человечка, изображённого на упаковке, и радостно улыбается. Через пару минут Чонгук уже заваривает свой ужин и смиренно ждёт его готовности.

***

— Он такой милый. — Он странный. — Нет, он ми-илы-ый. — В каком месте, Тэхён? — парень с мятным цветом волос вопросительно приподнимает бровь, смотря на Чонгука, который напевает себе под нос какую-то песню и носится с одной части кухни в другую. — Ну как же, — Тэхён сидит на кухонной тумбочке, резво мотая ногами, — ты видел его улыбку, Юнги-хён? Когда он заметил рамён, который я ему подложил… — Это, кстати, было очень глупо с твоей стороны, Тэхён. Он мог тебя увидеть, и что ты тогда делал бы? — Но он ведь не увидел! — Ким хмурит брови, стараясь взглядом прожечь дыру в своём собеседнике, но всё бесполезно. Он лишь барабашка, а не какой-то супермен. — Ага-а-а. Это заставляет задуматься. Либо он реально невнимательный, либо просто тупой, — говорит Юнги, морщась от того, с каким рвением Чонгук поглощает не очень-то вкусную лапшу, при этом радостно скалясь (у Мина язык не поворачивается назвать это улыбкой). — Эй! — Тэхён встаёт с насиженного места и подскакивает к хёну. — Почему ты так плохо настроен по отношению к нему? Он же классный и милый, даже мне понравился… — Именно, что тебе он понравился. Чувствует моя домовойская задница, что это не к добру. А ведь действительно, Тэхёну никогда не нравились люди, которые становились хозяевами их квартиры. Именно поэтому барабашка привык всячески пакостить, ломая и пряча хозяйские вещи в самые неподходящие моменты, и пугать трусливых смертных посторонними звуками. Юнги, в общем-то, как настоящий домовой, должен был предотвращать подобные деяния со стороны наглого и шумного тонсена, но он никогда не делал этого. А зачем? Мин и сам чувствовал, что хозяева были сплошными сгустками отрицательных эмоций и энергии, что не очень-то приятно для его чуткой натуры домового, поэтому он был лишь сторонним наблюдателем, не более. Хотя, иногда было довольно весело наблюдать за орущими от страха людишками, некоторые из которых даже умудрялись приводить в квартиру экзорцистов. Однако что-то пошло не так. Когда этот самый Чонгук впервые пришёл, чтобы посмотреть квартиру, с Тэхёном что-то произошло. Юнги не знает, как это назвать, но, кажется, у барабашки что-то замкнуло в мозгу, а иначе, как объяснить, что он просто пялился на Чона, открыв рот, следовал за ним по всей квартире и издавал какие-то булькающие звуки? Это было слишком странно даже для Кима. На все вопросы Юнги после неожиданного визита Тэхён лишь краснел, отнекивался и пытался как можно быстрее свалить в астрал, лишь бы замять разговор. Но теперь он не отвертится. — Ты что, запал на этого пацана? — усмехается домовой, ожидая мгновенного отрицания и смеха Кима, но тот лишь краснеет и опускает взгляд в пол. — Чего? Тэхён? — Я… — барабашка краснеет ещё больше. — Не то чтобы… — Твою мать, — сказать, что Юнги офигел — ничего не сказать. — Какого ты?.. — Я просто хочу подружиться! — повышает голос Ким. — Понимаешь? По-дру-жить-ся! — Ага, то-то ты так покраснел, — Мин закатывает глаза. — Дело твоё, конечно, но я это всё не одобряю, — не дожидаясь ответа барабашки, он буквально растворяется в воздухе, оставляя после себя пустоту. — Дурак, — бурчит Тэхён и смотрит на Чонгука. Тот уже поужинал, а потому просто залипает в своём смартфоне. Ким почти вплотную подходит к парню и осматривает его профиль, освещаемый лишь светом от экрана телефона. Чонгук красивый. Тэхён, конечно же, видел множество красивых людей, всё же не первую сотню лет живёт, однако Чон ему кажется каким-то по-особенному красивым. Дело ли в больших и тёмных глазах, в ярко выраженных скулах или, может, в той милой родинке под нижней губой, барабашка точно не знает. Но может точно сказать, что весь парень какой-то волшебно привлекательный, словно принц из старых сказок. Тэхён тянет руку к мягким на вид волосам, но она, как и ожидалось, просто проходит насквозь чонгуковой головы. Ким закусывает губу. — Мы обязательно подружимся, Гук-и, — говорит барабашка и искренне улыбается. — Устал, — выдыхает Чонгук, пугая этим Тэхёна, и разминает затёкшую шею. — Кажется, ты любишь разговаривать сам с собой, — смеётся Ким, наблюдая, как Чон встаёт, проходит сквозь него и покидает кухню. — Мне уже нравится эта привычка. Почти всю ночь барабашка наблюдает за своим будущим другом, а затем решает действовать.