Трофей

***

- Что ты будешь делать, если однажды он не вернётся? - Он вернётся. Зариэль не находил себе места. Раньше Железный бык не уходил на столь долгое время, не опаздывал. Что только не лезло в голову эльфа: Бык его больше не любит, мог погибнуть, нуждается в помощи... В силу своего характера, когда Бык всё же вернулся, Зариэль не встретил того как обычно тепло и с любовью. И ночь они провели не вместе. "вряд ли Бык придёт и спросит, что случилось, он же не дурак, он видит всех насквозь, а такое поведение может говорить только об одном." - думал эльф, лёжа на кровати в своей комнате и даже не заметив, как рогатый умостился рядом. - Ну и что происходит? - неожиданный вопрос, но он звучал. Казалось, всё на поверхности, нет ничего непонятного. Но Бык всё равно спросил. - Твои чувства прошли? Встретил кого-то другого? - Я... Что? Ты издеваешься?! - только повернувшись к нему лицом, Зариэль ударился носом о его грудь, а подняв глаза увидел ухмылку. Ну да, от кого бы он скрывал чувства. - Хорошо, я просто хотел немного поругаться. - фыркнул, даже не проследив за собой, краснея. - Просто тебе никогда не было так хорошо, признай. - крепко стиснув эльфа в объятиях, кунари уложил того на спину, а затем навис над ним. - Я задержался, потому что это сюрприз для тебя. Но не сейчас, он будет завтра. - Видя непонимание в глазах парня, Бык с улыбкой вздохнул. - Ты забыл про свой день рождения?

***

Треск огня, теплый камин. Единственный источник света и тепла в небольшом помещении с огромными окнами в пол, а за ними высокие морозные горы, далеко растянувшиеся. В середине комнаты слышен шорох. Стройное тело юноши одеяло не закрывало, да и ему было достаточно тепло. Его кожа была смуглой, но по всему от головы до пят он усыпан веснушками. До его лица свет огня едва дотягивается, но рыжие волосы будто светятся, поймав его. Длинные острые уши слегка подрагивают от треска. Эльф потягивается и выдыхает, но не просыпается. Казалось, ничто не нарушит покой, но резкая боль пронзает его левую руку, выдирая из объятий Морфея. Парень шипит и хмурится, стискивая запястье правой рукой, и вскоре боль отступает. Это происходит всё чаще, но пока терпимо. Эльф ещё не думал, что он будет делать, если метка на его руке будет болеть всё время, да и не хотел думать. Поникший, он поднял глаза на языки пламени, всматриваясь в них и постепенно успокаиваясь и расслабляясь. Он сидел так ещё некоторое время, пока грузное тело не зашевелилось рядом. Серый рогатый телохранитель и возлюбленный - каждый раз глядя на него рыжеволосый парень улыбался, а в груди что-то ёкало и стремилось вырваться, желая снова и снова отдаваться этому широкоплечиму накаченному воину. Он не проснулся, лишь решил сменить положение, и теперь эльфу открылась мощная грудь. Глубокой ночью бодрствовать смысла нет, поэтому парень умостился головой на этой груди, прижимаясь. Тела были теплыми, жарко не было, а градус снаружи бил по всем незащищенным местам вроде сколов и щелочек. И всё же спасало не только тепло огня, но и тел влюбленных. Рядом в тишине, не нужно много лишних движений или слов. Просто крепкие объятия и мирное посапывание - кто-то уснёт первым. А за окном начиналась вьюга...