two sides.

Три дня. Три дня назад Чонгук с Югёмом ушёл из команды. И вот уже три дня они не говорили со своими друзьями. И знаете, это сложновато делать, если вы учитесь на одном факультете и видитесь иногда в столовой. Но Чонгук правда старался избегать их всех (конечно всех, кроме Югёма). Он игнорировал звонки Чимина и сообщения Тэхёна. Даже Юнги не отвечал. К танцевальному залу даже не подходил, потому что знал, что они там. Когда Гук видел Намджуна на другом конце коридора, то шёл в обратную сторону. Югём делал всё тоже самое. И вот, шёл третий день их полного игнорирования. Они лежали в комнате у Чонгука (просто, потому что у него есть обогреватель и электрический чайник), смотрели какой-то ужастик, название которого даже не запомнили, когда на телефон старшего пришло сообщение. Он взглянул на экран и резко напрягся. — Что случилось? — спросил Югём, заглядывая в телефон Чона. — Мне написал Чимин. Сказал, чтобы я пришёл в танцевальный зал. — Ты пойдёшь? Шатен фыркнул. — Зачем? Я не хочу его видеть. — Чонгук, — строго сказал Югём, приподнимаясь на локтях. — Ты сейчас врёшь мне или себе? И ведь Чонгук и правда врал. Он скучал по своим друзьям, но гордость не давала ему переступить через себя и поговорить с ними. — Я уже всё им сказал. Тем для разговоров больше нет. — Это ты им всё сказал. А они может не всё. — Я вот не пойму, — Гук посмотрел на своего парня. — Ты на чьей стороне? На моей или их? — Я на стороне справедливости. Ты просто поговоришь с ними и всё.

* * *

Югём имел очень хорошую способность — заставлять Чонгука делать то, что он не хочет. Именно из-за этой способности сейчас Чонгук поднялся в зал, где его ждал не только Чимин. Вместе с ним стоял Намджун. — Отлично, — Чон цокнул и посмотрел на Чимина. — Ты теперь врёшь мне? — Это ради твоего же блага. — Ах вот оно что! Ради моего блага! Намджун тоже говорил нам не общаться с ними ради нашего блага. — Чонгук… — влез лидер, но младший тут же заткнул его. — Что?! Разве я говорю неправду? Ты несколько лет подряд убеждал нас, что они плохие, что они — мусор, а всё потому что Джебом бросил твою сестру. Мы страдали, потому что ты не мог разобраться со своим дерьмом. — Да, хорошо, ты прав, — Намджун сделал шаг вперёд, а Чонгук — два назад. — Вот только не надо мне делать одолжения. — Это не одолжение, Гук. Ты прав. Я не дал вам никаких объяснений и поэтому ты скрывал от меня то, что Югём твой парень. И я не хотел бить его. Я был зол и не понимал, что делаю, — Чонгук фыркнул. — Ты в полном праве злиться и ненавидеть меня. Но не надо игнорировать своих друзей и уходить из команды. Не они виноваты в этом. Чонгук посмотрел на своего хёна, а потом отвернулся, задумавшись. Слова Джуна звучали так искренне и он правда был готов поверить ему, но червь под названием «обида» до сих пор ползал где-то внутри. Простить или нет? — Вы хотите, чтобы я вернулся в команду? — Мы хотим, чтобы всё было, как раньше, — ответил Чимин. — Я не буду мешать вашим отношениям с Югёмом, — пообещал Намджун. — И постараюсь не огрызаться на Джебома и всех остальных. «Прости его» — шептало сознание, но Гук колебался. — Ладно, — младший пожал плечами. — Но если ты не выполнишь часть уговора, то я уйду вместе с Югёмом. Снова. И на этот раз навсегда.