Однажды в Париже

Маленькая девочка - Приди, тот, кто далёк лишь дороже. Маленькая девочка - Пиши, лейся по бархатной коже. Мы поспорили с ней, ты же рядом - разбей. Не жалей, я больше не закурю. Словно Экзюпери ты со мной говори, Пой со мной, лети...

Вы когда-нибудь сталкивались с ощущением обреченности? Всепоглощающим, раздирающим грудную клетку чувством, что твоя жизнь вот-вот закончится, остались считанные дни. Ей не хотелось никому ни о чем сообщать. Не хотелось выслушать тысячу и одно фальшивое сожаление и лживое "все будет хорошо". Не будет. Она смирилась. Сейчас тот самый момент, когда можно и нужно сделать все, о чем мечтала, но откладывала "на потом". Ей больше нечего терять. Неделю назад она выставила свою квартиру на Тверской на продажу, и сегодня её готовы купить за кругленькую сумму. Этих денег хватит с головой на то, чтобы больше никогда не возвращаться в этот город. Сегодня она была в агентстве вместе с будущими жильцами и подписала все необходимые бумаги на передачу квартиры в их собственность, завтра банк переведет на её счет деньги. Квартира ушла в "хорошие руки" - любящей, семейной паре. У них вот-вот родится первенец и они буквально светились от счастья. На душе у Ангелины стало тепло. - Надеюсь, Вы будете счастливы здесь! - искренне улыбнулась девушка, пожимая им на прощание руки. - Спасибо!!! - горячо отозвалась будущая мамочка, - А мы желаем счастья и удачи Вам, куда бы Вы не отправились! На переезд полагалась неделя, но она покинет квартиру гораздо раньше, завтра в ночь. Уже был собран один-единственный чемодан с вещами, отправлен небольшой груз с кое-какими дорогими её сердцу вещами "из прошлого". А нагрудный карман пальто приятно грела виза и билет в один конец до города мечты. Уже сидя в метро, по пути к месту, что еще недавно было её домом, поймала себя на мысли, что счастлива, что уезжает. Так будет лучше. Жизнь удивительно скоротечна, теперь она это знает. Из квартиры доносится радостный лай - малышка Юми мечется у дверей в ожидании любимой хозяйки. Крохотный померанский шпиц - мини, вечный щенок. Круглая, как помпон на Ангелининой зимней шапке, и такая же пушистая. Ангелина входит в коридор и опускается на колени, с улыбкой снимая с шеи любимый клетчатый шарф. Юми тут же забирается на руки и тычется в лицо мокрым носиком, всем своим видом демонстрируя, как она соскучилась. Девушка смеется, гладя малютку по плюшевой шерстке. - Нам с тобой пора убираться отсюда, Юми. Нас ждет Париж!

***

Самолет из Москвы осуществил посадку в аэропорту Шарля-де-Голля. Париж встретил их солнечной, теплой погодой. Подали трап и они с Юми, дождавшись, пока другие пассажиры судорожно, словно все разом куда-то опаздывали, покинут самолет, не спеша вышли на трап. Девушка остановилась на самом верху, окидывая взглядом взлетную полосу. Чувствуя себя так, как будто стоит на вершине огромной, покорившейся ей горы. Здесь все совсем не так, как в далекой России. Асфальт на полосе идеально ровный, как будто был уложен совсем недавно. Всюду, даже в её израненной душе, распускались цветущие деревья. Хотелось верить, что лучшее еще впереди. И девушка где-то в душе все же верила. - Цель Вашего приезда в Париж, мадам Ангелина Романовна Никольская? - с дежурной серьезностью спросил таможенник на контроле, сверяя её лицо с фотографией в паспорте. - Новая жизнь, - честно ответила девушка, грустно улыбнувшись и заправив выбившуюся прядь волос за ухо. - Добро пожаловать во Францию, мадам! - возвращая ей паспорт, улыбнулся в ответ мужчина, и она отправилась дальше. Юми спокойно спала в переноске. Ангелина дождалась свой чемодан на выдаче багажа, поймала такси и отправилась в новый дом. За окнами медленно сменялись пейзажи. Она ехала, откинувшись на спинку сиденья и думала о том, как переменчива жизнь. Еще несколько месяцев назад она была обеспеченной дочерью своего Отца, а теперь просто сирота с огромным банковским счетом. Но разве деньги могут принести счастье? Вряд ли. Разве что создать иллюзию. Она знала, куда едет. В апартаменты с видом на Нотр Дам-де-Пари. Когда-то ей так хотелось жить здесь. "Бойся своих желаний, они могут осуществиться...". Нет, она не была "золотым ребенком". Строптивая блондинка, папина любимая доченька, но ей всегда хотелось самостоятельности. Она трудилась в издательстве, мечтала написать книгу и радовала своего отца. Все изменилось в один миг, когда горе пришло в их семью... И становилось все страшнее и страшнее. Ангелина тряхнула головой, прогоняя болезненные воспоминания. В вестибюле её встретил консьерж. - Добрый день, мадам Никольская! Меня зовут Анри, я консьерж и Ваш покорный слуга. - Добрый день, Анри! - на чистейшем французском ответила девушка, и взяв у него ключи, отправилась в квартиру. Всё здесь напоминало о том, как когда-то они были счастливы. Вот пыльное фото на каминной полке - две белокурые красавицы, женщина и девочка в обнимку, обе с ушами Микки Мауса на фоне замка спящей красавицы в Диснейленде. Она и её прекрасная Мама. Только вот, в голове совсем не осталось воспоминаний об этом дне. Вот её родители в день свадьбы. Отец счастливо улыбается в черном фраке, держа под руку Маму в пышном белоснежном платье. Молодые, красивые. Будто принц и принцесса из сказки. Но даже в самых красивых сказках дождь иногда смывает краски. Счастье было так близко, и так быстро покинуло их. Ангелина смахнула предательскую слезинку со щеки, затем еще и еще одну. Взяла фото и опустилась на пол, прижимая его к себе. "Боль хочет, чтобы её чувствовали..." - гласит цитата из любимой книги. Если так, то её боль, наверное, удовлетворена сполна. Как будто все внутренние органы пропустили через мясорубку и засунули обратно, зашив наживую. И этот шрам болит, кровоточит. Она пропитана болью, дышит ею. Девушка плачет, свернувшись калачиком в пустой комнате. Малышка Юми, выбравшись из переноски, мечется вокруг хозяйки, не находя себе место. Локоны белоснежных, как лен, волос падают на лицо, но девушку это не беспокоит. Когда в последний раз она плакала? На похоронах отца, 12 месяцев и 10 дней назад. Здесь, в квартире, где родители провели свой медовый месяц, она ощущает их присутствие. Всхлипывания становятся все тише, душу вдруг наполняет спокойствие. Они рядом с ней, со своей маленькой девочкой. Она не одинока. Наконец, поднимается с пола и идет в ванную - ей нужно согреться, нужен горячий душ...

***

Следующее утро начала с пробежки. Юми только лениво посмотрела на хозяйку, даже не подняв голову с подушки. Весь её вид говорил "Ты что, с ума сошла, женщина? Оставь меня, я буду спать". - Ах ты маленькая лентяйка, - улыбнулась Ангелина, глядя на любимицу через отражение в зеркале, перед которым собирала копну длинных, непослушных волос в высокий хвост. Включила музыку в наушниках и вышла из дома, постепенно переходя на бег. Парижане совсем не похожи на Москвичей. Все улыбаются друг другу, не смотря на раннее утро. Мужчины приподняв шляпу, галантно произносят "bonjour" и ты непроизвольно улыбаешься им в ответ. На верандах уютных кофеен завтракают элегантно одетые дамы с маленькими собачками на коленях, в основном, пожилые француженки. Бизнесмены уже встречаются с партнерами для утреннего кофе-брейка за обсуждением насущных дел. Город залит солнцем и в воздухе витает аромат весны и свежей выпечки. Ангелина бежит вдоль набережной Сены, наслаждаясь пейзажем вокруг. Здесь она чувствует себя на своем месте, здесь как будто нет того страшного диагноза, что сообщила ей врач на Каширке. - Ангелина Романовна, у Вас рак, - вот так просто, как обухом по голове. Безо всякой подготовки. Напугало ли её это известие? Нет, - Я могу предложить Вам пройти курс химиотерапии, сейчас лечению поддаются практически все виды рака... Продолжала вещать доктор, но Ангелина с улыбкой покачала головой. - Спасибо, не нужно. И поднявшись, вышла прочь из кабинета. Хватит. Больше никаких больниц. Её Отец после покушения полгода пролежал в коме в лучшей частной клинике России и умер, так и не придя в сознание. Она не верит в сказки про исцеление... Да и жить ей теперь уже незачем. "Нужно только найти, кому оставить Юми после моей смерти..." - подумала тогда девушка. Этот маленький плюшевый комочек все, что у неё осталось. Пробежав несколько кварталов, девушка вернулась домой, все-таки не сумев проигнорировать манящий аромат, доносившейся из пекарни прямо возле дома и купив домой несколько пышек. Целый день они с Юми бродили по Парижу, то и дело заходя в какие-то магазины, приобретая уютные мелочи для дома. Поедая макаруни в уличных кафе и наслаждаясь просто невероятным кофе, какой могут варить только здесь, в городе Любви. Ангелине 24. Её не интересует пафосная жизнь и тусовки "золотой" молодежи. Каждый вечер она брала ноутбук и шла в ставшую уже любимой, маленькую кофейню с видом на Эйфелеву башню, чтобы написать пару новых глав для своей книги. Писала о жизни, о том, что происходит вокруг. Этот город вдохновляет, открывает какие-то неизведанные уголки души. Здесь её не беспокоят боли, связанные с диагнозом. День за днем, снова и снова душа и тело наполняются силами. Цель последних нескольких месяцев была выполнена - книга закончена. Она отправила её в издательство, даже не надеясь, что кто-то захочет её публиковать. Но то ли звезды так сошлись, то ли Бог решил порадовать её на закате недолгой жизни... Книгу решили издавать. "Если бы ты только мог видеть меня, Папа..." - подумала Ангелина, чувствуя, как душа наполняется радостью, - "Ты бы наверняка очень мной гордился!". Этим вечером ей захотелось чего-то особенного. Она отправится в ресторан...

***

Эффектное, но не пошлое мини в лучших традициях Коко Шанель - маленькое черное платьице с кружевной спиной, лодочки, украсившие стройные ножки. Легкая укладка и смоки айз, выгодно подчеркнувшие огромные зеленые глаза. Папа шутя называл её "колдунья". Последний штрих - маленькая сумочка и легкий шлейф духов. - Мадам Никольская, - ахнул Анри, не в силах сдержать восхищение. Этот образ отличался от привычных джинс и футболки, которые она носит каждый день, - Позвольте, я провожу Вас до машины. Ангелина улыбнулась. Пусть сегодня она побудет роковой соблазнительницей. "Колдунья...".

***

La Vue Bar на 34 этаже популярного в Париже отеля поражал своим великолепием. Здесь она могла просто забыться и отдаться музыке. Огромные панорамные окна дарили возможность наблюдать Париж как на ладони, невероятная атмосфера, ультрамарин... Танцующие, беззаботные люди. Сегодня ей хотелось того же, чего и большинству здесь - выпивать, танцевать и любоваться ночным городом любви. Здесь никто не обращал на неё внимания, как ей казалось. Она могла просто раствориться в толпе. Но одна пара глаз все же заинтересованно следила за ней целый вечер. Эта блондинка очень выделялась на фоне других. Чем? Её немой наблюдатель не мог понять. Но что-то в ней было особенное, неуловимое. Что-то такое, что не давало отвести от неё взгляда, что-то, что делало её не похожей на всех остальных присутствующих здесь. Он отвлекся на подошедшего официанта всего на мгновение, а когда повернулся понял, что упустил её из виду. Пара серо-голубых глаз тут же заметалась по залу, ища её. Пропажа обнаружилась на веранде - хрупкий силуэт замер, как завороженный, глядя куда-то в сторону Эйфелевой башни, мерцающей тысячей огней. Она почувствовала, что кто-то появился рядом с ней, но не обратила на незваного гостя никакого внимания, в глубине души готовая, что он сейчас начнет пошло подкатывать к ней (неприятный осадок после Московских клубов). Но этого не происходило, к её приятному удивлению. Не удержавшись, она все же посмотрела в его сторону. Высокий, подтянутый парень стоял почти плечо к плечу, спокойно попивая янтарную жидкость со льдом из своего стакана. Выглядел он так, словно выбирал наряд чтобы подходить ей - черная приталенная рубашка с тонким галстуком, заправленная в зауженные брюки классического кроя и блестящие туфли. Светлые волосы зачесаны назад. От него веяло спокойствием, уверенностью и дорогим парфюмом. Её глаза встретились с его омутами холодных серо-голубых глаз, взирающих на нее с неприкрытым интересом. Ангелина тихонько усмехнулась, отвернувшись. - Я сумел произвести впечатление? - развеселился парень, делая глоток и разворачиваясь в её сторону. - Ещё бы, подкатываешь не подкатывая, - девушка тоже повернулась к нему. - Высший пилотаж!