У Ада есть конец.

Тело задеревенело от холода, руки затекли, а кровь с запястий стекала по кисти, камень больно врезается в кожу. Стальные цепи давят в кожу до мяса. Впереди ничего, кроме чёрных стен и пустоты. Наталья и Керри уже долго сидят в холодном подземелье, с момента их поимки прошло много времени, а к убийцам так никто и не зашел. Тяжелая штука — судьба, даёт надежду и сразу же отнимает, оставляя гнить в пропахшей кровью тюрьме в полном одиночестве. Малейшее движение вызывало волну боли, руки кололи миллионы иголок, а пальцы от неправильного потока крови побелели. Тяжелая решетка щелкнула, дверь в камеру открылась, в тени стоял Хаябуса, испепеляя черными глазами. Наталья посмотрела на юношу, но из-за волос, упавших на глаза мало, что разглядела. Словно живая статуя, Хаябуса неотрывно смотрел на заключенных, в их глазах горел огонь. — Что вы хотели показать своим безрассудным нападением? — Хаябуса смотрел в глаза, как душу, не давая допрашиваемому соврать. — Пошел ты! — плюнула Наталья, — Алиса вернется за нами и убьет вас всех! — Уверена? — Конечно! Она обещала нам власть и новую жизнь! — воскликнула Керри. — Тогда почему вы ещё здесь, если бы демоны хотели вас спасти, то давно бы сделали ход. — безразлично утвердил Хаябуса. За спиной Хаябусы, в темноте подземелья скрывался Харли, Нана и ученица Зилонга — Чан’Э. Дети тихо сидели в потайном проходе, сверху смотря на допрос. В проходе послышались шаги и тихий шепот, Харли обернулся в темноту, приготовив волшебные карты. Две девушки появились перед детьми. Ханаби и принцесса Кагура, как обычно, следили за своим возлюбленным, маг недовольно посмотрел на них. — Что вы здесь делаете, идиотки? — злобно прошептал Харли. — Да-да, идиотки. — подтвердила Чан’Э. — Я вам языки поотрезаю, малявки. — злилась Ханаби. — Тогда вы не узнаете секрет Хаябусы! — тихо воскликнул маг, — только я его знаю, а девочки подтверждающе кивнули. — Ах ты мелкий! — Тихо, он нас всех сейчас заметит. — попросила Кагура. Хаябуса смотрел в темноту, прикрыв глаза ладонью, через пальцы виднелись недовольные черные глаза. — Замрите, он смотрит сюда, тихо. — заволновалась Нана. — Да, тишина вам не помешает. — Устало сказал Хаябуса. -Тшш, если мы будем молчать, то он подумает, что ему послышалось. — Важно сказал Харли, подняв палец вверх. — Если вы не выйдете, то я решу оставить пять трупов в тайном проходе. Группа шпионов неуверенно выходили из темноты, первого, как единственного мальчика, вытолкнули Харли, тот нервно мялся на одном месте, смотря на убийственное лицо ниндзя. — Очень умного показывать пленниками местонахождение тайного прохода, — усмехнулась Наталья. — Ха! Наш учитель, Госсен тебя снова побьет! — восхваляли мага дети. — Может вы наконец дадите нормально поработать? — сохранял хладнокровие Хаябуса. — Сначала ответь за то, что назвал меня глупой! — возмущалась Ханаби. — А разве это не так? — глаза черным пламенем обернулась на девушку, — Посмотри на себя, взрослый человек, а ведешь себя, как ребенок, следишь за мной, ничего не замечая кроме собственного я. Лучше уделяй больше времени на тренировки с мастером Чу, да и принцессу в свои глупости привлекаешь. — Хаябуса! — воскликнула Кагура, — Хватит так говорить! Черные глаза Ханаби наполнили слезы, обида грызла изнутри, мир перед девушкой треснул, как хрупкий хрусталь, сердце наполнилось тьмой, подобно подземелью, взгляд направлен в пол, а черные волосы прикрывают заплаканное лицо. Кагура за плечи обняла подругу, поддерживая, Чан`Э вцепилась в пояс девушки, вытираясь лицом о красный пояс. — Не слушай его, эти мальчики все глупые! — пыталась успокоить девочка. Огонь факела трещал, ниндзя остался в сопровождении Харли и Наны, он смотрел в спину обиженных девушек, прикрыв глаза. Карточный маг положил руку на плечо Хаябусы. — Ну и дела с этими женщинами. — Усмехнулся он, — ничего они не понимают. Ниндзя прищурил взгляд, от чего маг отскочил на пару шагов, он перевел злобный на Наталью и Керри. Сильной рукой он сжал волосы Наташи, поднимая голову вверх, заставляя смотреть в пустые черные глаза. — Я спрашиваю, что вы хотели добиться своим нападением? — Убери руки, — пыталась вырваться девушка, — наслаждайся последними мгновениями жизни! — Не понимаешь? Лучше сотрудничать со мной, для Алисы вы ничтожные пешки, и то, что она наплела вам про власть и новую жизнь — ложь. Нравится гнить в камере? Этой жизни вы хотели? — Заткнись, жалкий человек, тебе никогда не понять наших чувств. — Злилась Керри. — Я не спрашиваю про твои чувства. Хочешь, чтобы я понял тебя — расскажи. — Тебе плевать, ты лгун и лицемер! — злилась гуманоид. Ниндзя тяжело вздохнул, опускаясь на одно колено перед Керри, смотря в голубые глаза. — Слова демона затуманили твой разум, сейчас ты можешь либо остаться навсегда в этой камере, либо изменить свою жизнь. — Да что ты знаешь о жизни?! И о том, что слова Алисы значат для нас, ты никогда не нес бремя одиночества, окруженный союзниками и друзьями! Она спасет нас. — злилась Наталья, — Тебе не понять, когда тебя предают все, выбрасывают, как ненужный хлам из-за одного провала, все, с кем ты знаком просто избавляются от тебя, выкидывают из родного дома. Говоришь о том, что можешь изменить наши жизни, хотя заковал нас в цени и держишь взаперти. — А сейчас происходит не тоже самое? — Нет! Демоны не бросят нас! — Керри начала вырваться из цепей, непрерывно дергая руками. — Бездушные и лживые существа демоны. Алиса ради своих целей убьет даже ближайших подчиненных, а жизнь двух человек — ничто. Демоны не знают, что такое обещание и они бы никогда не изменили вашу жизнь. Им не знакомо сострадание и человечность. — А тебе самому знакомо? — хмыкнула Наталья, — вы такие же твари, даже хуже, прикрываетесь своей добродетелью, чтобы вершить свои грязные дела. — Не правда! — воскликнула Нана, подбегая к Керри, обняв, кошачьи ушки подрагивали, — у людей разные качества, они и любят и ненавидят, испытывают счастье и печаль, а их сердца безграничны, демоны злые и коварные существа, не знают, что такое честь, любовь, доброта, в каждом человеке есть и хорошее и плохое, если тебя преследовали злые люди, то где-то в мире есть уголок добра, и пусть им для вас станет наш замок. — Да что ты понимаешь, ребенок? — голос Керри дрожал, а на глазах выступали слезы, девушка закрыла глаза, стараясь скрыть эмоции. — У тебя такие же глаза, как меня раньше, ты отличаешься от других, — кошачья волшебница провела теплой рукой по ногам Керри, — Я понимаю, что тебя избегали другие люди, понимаю, как тяжело отличаться от других. Но я нашла Иритель и Лео, а потом команду Сабера, Харли и Чан`Э, учителя Госсена, Хаябусу и Ланселота, все они мои друзья, им все равно на мой хвост и кошачьи ушки, они примут вас любыми. — Люди никогда не примут меня! Мое место среди демонов! С самого начала это было предрешено, люди отвергли нас и выкинули в подземный город, там пришлось выживать, терпеть унижения и в результате утратить человечность. — Плакала Керри. — Нет. Твои слезы доказывают, что у тебя осталось сердце и ему очень больно. — Хватит, остановись. — Слезы катились по щекам, — не пытайся жалеть меня. Хаябуса отстегнул цепи, Керри обняла Нану, уткнувшись в плечо, детские ручки обвили сильную спину убийцы. Наталья отвела взгляд, все еще надеясь на то, что Алиса спасет её. — Теперь тебе не будет больно, в замке никто не предаст тебя и не возненавидит. — Успокаивала Нана. — Что за лепет глупого ребенка? — раздражительно фыркнула Наталья. — Это факт, демоны не знают, что такое эмоции, ими движет жажда власти и разрушения. Человек может жестоко поступать, но это не отменяет того, что люди могут испытывать положительные эмоции. Алиса насквозь видит брешь в человеческой душе, на этом она и сыграла, заставив вас ненавидеть всех вокруг. — Хаябуса снял цепи с Натальи, — Ты можешь вернуться к Алисе и посмотреть, что будет, тебя снова выкинут, я не буду удерживать, только путь к замку, где сейчас тебя готовы принять, будет равносилен смерти. Легкий ветерок трепал длинные русые волосы, нежное пение птиц приятно ласкало уши, гармония с природой расслабляет замученный разум. Даже при такой гармонии, сердце Одетты болезненно кололо, чувство собственной бесполезности ранило самую чистую и добрую душу. Девушка сидела на лавочке из белого мрамора, смотря на летящие листья. Невыносимо больно видеть, когда любимый человек измучен, а ты ничего не можешь сделать, остается сидеть и молчать, ночами проливая слезы в подушку. У Ланселота, загруженного делами совершенно не было времени элементарно поговорить с Одеттой, после первого боя с демонами, юноша выглядел пустым и выжатым. Черная маска сливалась с огромными синяками под глазами, а девушка довольствовалась спокойствием в замке, под защитой самой мощной армии в истории, казалось, что никакой войны и нет вовсе, настолько в замке Барокко было спокойно. Несмотря на горечь утраты, Аврора поднялась духом и упорно тренировалась под руководством Циклопа с другими магами. Расстроенный взгляд Одетты, ледяная королева узнает из тысячи, глаза обреченной быть нелюбимой, Аврора подошла и присела рядом, пытаясь тепло улыбнуться. — Добрый день, леди Аврора. — грустно прошептала Одетта, она совершенно не умела скрывать свои эмоции. — Добрый, Одетта. Не хочешь сказать, чем ты так опечалена? — Ну, — девушка замялась, краснея, — Просто волнуюсь за одного человека. — И кто же этот счастливец? — улыбаясь, спросила Аврора. — Король Ланселот, — Одетта закрыла красное лицо руками, смущаясь. — Вот как, он нравится тебе? Девушка быстро кивала, пытаясь прогнать смущение. — Может стоит с ним поговорить? — Аврора потянула Одетту, направляясь в сад. Две тени быстро перемещались по саду, звон ударов заставлял птиц воспарить в небо, а все вокруг сражающихся -замереть. Госсен смотрел из стороны в сторону, пытаясь просчитать движения короля, битва с Ланселотом даже в сравнение не идет против боя с Натальей и Керри, скорость короля совершенно на другом уровне. Просчитать движения было невозможно, просто потому что не видишь, как тело соперника перемещается в пространстве, стратегия и ловушки не срабатывали, как маг не пытался. Движения Госсена четкие и отточенные до идеала, хотя каждый раз парень получал порцию легких ударов, пытаясь в очередной раз попасть к короля кинжалом. Юноша затрачивал слишком много лишней энергии на атаки, поэтому быстро выдыхался и после двадцати минут тренировки на высокой скорости, падая лицом в землю. — Черт, как бы я не пытался понять его движения, ничего не получается, никакими формулами не просчитать эту скорость. — про себя думал маг-убийца, скользя изумрудными глазами по саду. Тело ломило от постоянно использования магии и напряжения. С каждой минутой движения становились неуклюжими и медленными. Запас внутренней энергии полностью истощен от постоянного поддержания клинков в заряженном состоянии. Использование магии на собственном теле и предметах самое тяжелое для мага, но юноша не понимал этого. Ланселот появился перед Госсеном, выставляя шпагу вперед, разумом последний предвидел подобное, истощенное тело не успело среагировать, позволяя острию оказаться около горла. В глазах потемнело и юноша обессилено упал на грудь наставника, сильные руки подхватили худое тело, Ланселот уткнулся в лоб мага, со стороны казалось, что король целует юношу. Одетта с Авророй стояли за кустами, наблюдая за тренировкой. От увиденной картины недопоцелуя, сердце Одетты сдавило, а по щекам полились теплые слезы, королева севера неотрывно смотрела за юношами, а сердце бешено билось от воспоминаний о погибшем любимом, когда-то и он так целовал Аврору. В голове невольно всплыли слова Фанни, её теплые объятия, такие простые и нужные разбитому сердцу. Воспоминания о надменном поведении, Аврора не понимала, почему именно к Фанни она испытала в один момент такую бурю чувств: презрение, раздражение, благодарность и давно забытое тепло. Одетта кинулась на грудь королевы, худыми руками, последняя обняла девушку, прижимая к себе. Понимание, что Фанни может чувствовать тоже самое, заставило Аврору чувствовать вину, ведь Ланселот хорошо относится к Одетте, а она так невзлюбила человека, который проявил к ней симпатию. Королева тяжело вздохнула. Госсен носом вдыхал легкий аромат розы, чувствовал, как тепло распространяется по телу от нежных объятий, он слабо обнял Ланселота в ответ, сердце короля невыносимо болело о мысли, что по его вине беззащитному юноше угрожает опасность. Король понимал чувства мага, сейчас он поступал так же, как его отец, от которого Ланселот забрал Госсена, этого юноше хотелось меньше всего, но война есть война, полностью изменившая чувства и мысли главнокомандующего. Всеми силами, он пытался оттолкнуть от себя Госсена, заставить ненавидеть себя. Мальчишка злился, огрызался, спорил, но даже после этого не возненавидел Ланселота, так, как свою семью, наслаждаясь такими редкими моментами их близости. От глубокого взгляда зеленых глаз на усталом лице, от одобрительной улыбки на душе было спокойно, Госсен был готов пройти через все тяготы войны, через все препятствия, которые Ланселот ставит между ними, чтобы получить хоть минуту теплых объятий, просто быть рядом уже было счастьем для юноши. Никаких слов не надо было, чтобы понять, что эти двое чувствуют друг к другу. Как бы Ланселот не пытался это скрыть или отрицать, но в мальчике он нуждался больше, чем в кислороде. Идиллию прервала спрыгнувшая с дерева Фанни с юной девушкой на руках. Руки у маленькой эльфийки не было, а остаток кисти до предплечья перевязывала одежда рыжеволосой разведчицы. — Ваше Величество, быстро отведите меня к команде Сабера и приведите Эстеса, эта девочка в критическом состоянии. — Умоляюще просила Фанни. Ланселот грустно посмотрел на юное дитя и кровоточащую руку, он отпустил едва держащегося на ногах Госсена и схватив Фанни под руку, побежал в кузню. — Госсен, если можешь двигаться, то быстро веди Эстеса. — Приказал Король. Маленькая эльфийка лежала на железном столе, её кожа бледнела, а щеки проваливалась от потери крови, рана сильно кровоточила, пачкая рваную одежду. Команда Сабера быстро создавали из металла протез, пока Эстес поддерживал жизнь девочки. Залечить такую рану для него просто, но вот создать новую конечность — невозможно, уже несколько часов он ждал, пока стальной протез будет готов. Девушка открыла большие голубые глаза, смотря на короля эльфов с благодарной улыбкой. — Как тебя зовут? — Лоли…та… — отрывисто прошептала девушка, снова теряя сознание. С помощью магии исцеления Эстес «прирастил» протез к телу Лолиты. Наталья, собиравшаяся уйти увидела, как все носятся вокруг раненой эльфийской девочки, отказываясь принимать человечность людей, оказываясь так просто отбросить все жизненные убеждения, зарывшись глубоко в прошлом. Убийца не могла поверить, что все стараются помочь неизвестной девочке, что в один момент её жизнь может измениться, Наталья, как могла отвергала тот луч надежды, который подарила ей Нана, веря, что только в служении Алисе она сможет обрести истинное счастье. От увиденной картины все переворачивалось, ненависть отступала, давая дорогу новым, ранее забытым эмоциям, она смотрела на мечущуюся вокруг кузни Фанни, на неподдельные эмоции, на стремление Сабера и Эстеса помочь ребенку, на человечность и доброту, проявляющуюся истинном свете, открывая в сознании Наташи новую грань человеческого поведения. Она сдалась, приняла помощь. Следившая на Натальей все это время компания Харли, поспешили доложить Хаябусе. Дети чувствовали свою важность, ведь сам командир ниндзя поручил маленьким шпионам миссию. Нана подошла к убийце и взяла её за руку, широко улыбаясь. — Теперь ты будешь частью нашей большой семьи! Наталья прикрыла глаза, а по лицу потекла слеза, может быть в этом замке даже брошенная всеми девушка сможет обрести свое счастье. Камин трещал, а по большой гостиной расходилось приятное тепло, Нана собрала всех девушек с дворца, устроив посиделки, в честь Натальи и Керри, никто из девушек, даже суровая Лесли не пустили на убийц презрительного взгляда, все улыбались, чем удивляя бывших преступниц. Девушки сидели в кругу на багровом ковре с золотой вышивкой, разговаривая обо всем. Керри сразу включилась в разговор, а Наталья долго мялась, прежде, чем сказать хоть слово, в помещении не было никакого давления, жизнь во дворце в разгорающейся войне казалась легкой и непринужденной. В комнату вбежала разгневанная Ханаби, а за ней смущенная Кагура, ниндзя бесцеремонно села на ковер, растолкав других девушек, все взгляды были прикованы к Ханаби. — Представляете! Хаябуса гей! И знаете с кем он спит? — С кем? — поинтересовалась Аврора. — С Клаудом! Этот грязный воришка соблазнил нашего Хаябусу! — возмущалась девушка. — Так эти двое тоже геи? — удивилась Одетта. — Ну да, а кто ещё? — Ханаби удивилась не меньше. — Ланселот и Госсен, представляете, мы сегодня видели, как они целовались! — рассказала Аврора. — Интересно, а Сабер тоже гей? — Думала про себя Иритель. — Даже не верится, что этот безжалостный ниндзя может кого-то любить. — Холодно сказала Наталья. — Хаябуса вовсе не такой. — Защитила возлюбленного Кагура, — он просто кажется таким, но у него доброе сердце. — Нет, нет! Он козел! — злилась Ханаби. -Тут же дети, хватит такое обсуждать! — командным голосом вмешалась Лесли, показывая на Нану и Чан`Э. — Да брось, Харли наверняка уже им об этом рассказал, — усмехнулась Ханаби. — Рассказал, а ещё научил крутым словам! — радостно воскликнула Чан`Э. Глаза Лесли переместились на открытое окно, он мгновенно сняла со спины винтовку, выстреливая туда, Мия и Ханаби, только успели навести оружие на нарушителя спокойствия, как пуля Лесли со свистом вылетела в ночь. — Быстро, — подумала Ханаби. — Харли, ты должен был сидеть дома! — снайпер крикнула в открытое окно. Маг быстро спрыгнул с подоконника, скрываясь в черной ночи. Девушка быстро покинула помещение, а за ней отправилась Мия. В темном коридоре ни души, все эмоции скрывает темнота, эльфийка схватила за руку Лесли, притягивая к себе, грубо поцеловав в открытый рот. Снайпер не ожидала такого хода, глаза расширились, а тело оцепенело на мгновение, заставляя девушку чувствовать, как чужой язык хозяйничает в неё во рту. Мия отстранилась так же резко, глаза сверкнули и эльфийка растворилась в темноте. — Я ничем не хуже тебя. — Напоследок сказала Мия. Лесли стояла в оцепенении и молила всех богов, чтобы назойливый братец этого не видел. Мысли хаотично крутились в голове, она даже забыла о том, что должна поймать и наказать младшего, вместо этого, медленной походкой снайпер направилась к своей комнате. Тьма может украсить или до неузнаваемости исказить действительность. Аврора сидела около фонтана, вдыхая прохладный воздух, королеве необходимо отвлечься от горячих сплетен, подумать о произошедшем, разобраться в своих чувствах. Красивый силуэт под блеклым светом далеко стоящих факелов красиво летал по воздуху, изображая различные фигуры в воздушном пространстве. Фанни в новом, черно-фиолетовом кимоно, летала на шелковых лентах, словно художник, рисуя прямо в воздухе. Соломенная такухацугаса, обшитая черным шелком, прикрывала глаза, с широких полей свисали шелковые фиолетовые кисточки, а прозрачно-голубой плащ отражал свет факелов, превращаясь в горячее в небе чудо. Аврора завороженно смотрела на элегантные движения разведчицы, поражаясь ловкости и грации этой нагловатой и простой девушки, как она умудрялась сочетать в себе простоту и элегантность, сводило королеву севера с ума, заставляя непрерывно смотреть на это представление. Шелковые ленты обвили фонтан и Фанни прилетела, садясь на скамейку рядом с Авророй, Фанни с улыбкой смотрела на девушку. — Небо так и не рассеялось. — Прошептала рыжеволосая. — О чем ты? — удивилась королева. — Небо прекрасно, когда на нем Луна и звезды, когда светит солнце, а сейчас лишь серые облака. После войны я покажу вам свой танец под луной. — Буду с нетерпением ждать. — Мягко сказала Аврора. Пол ночи девушки проговорили, а недотепа Фанни и вовсе уснула у королевы на коленях, хоть небо мрачное, а вокруг война, люди просто наслаждались мимолетными приятными моментами, пытаясь увидеть счастье во всем, даже в окутанном тьмой небе. Для каждого этот день закончился по-разному, каждый испытал давно забытые чувства. Война меняет людей, кто-то находит в своем сердце тьму и погибает, а кто-то следует за сияющем в конце лучом света, выходя и череды боли победителем.