Жара

Рен забрал Милли и обрадовался тому, что Леи не было в загородном доме. Иначе пришлось бы отвечать на неудобные вопросы по поводу кровоподтеков на лице. Рен злился, но ничего нельзя было исправить. Он мог бесконечно сожалеть и чувствовать себя скотиной, как его назвал Хакс — толку от этого не было. Ему позвонил управляющий одного из домов с квартирами, сдаваемыми внаем. Рену не хотелось заниматься делами, но он поехал на встречу, чтобы решить несколько хозяйственных вопросов. При желании Рен умел сосредотачиваться на задачах и успешно с ними справляться. Сейчас он задвинул мысли о своей вине на задний план. Рен потратил на совещание с управляющим почти полтора часа и ни разу не вспомнил о Хаксе. После совещания он отправился домой, раздумывая, чем займется в одиночестве. Выбор был ограниченным: обед, сигареты, сон. — Да, — Рен включил режим громкой связи в телефоне. Звонила Рей, и голос ее звучал встревоженно: — Ты свободен? — Да. — Мне нужна твоя помощь. Приезжай к кампусу, я встречу тебя на выезде. Рен повернул в сторону университетского городка. Он вообще не представлял, зачем понадобился Рей, но ее звонок сулил хоть какое-то развлечение. Рей была не одна. Рядом с ней стояла светловолосая девушка. — Привет, — Рей кивнула на машину, и девушка села на заднее сиденье. — Поехали. — Куда? — Рен с интересом оглянулся. — Меня зовут Кайло. — Саманта, — нехотя ответила девушка. — Вот адрес, — Рей вручила Рену визитку. — Ну же, поехали. Рен прочитал адрес и сказал: — Это клиника, где делают аборты. — А ты откуда знаешь? — удивилась Рей. — Знаю, и все. На какое время назначена операция? — На половину второго. Рен снова посмотрел на Саманту, а потом взглянул на Рей. — Ну что же, пристегнитесь, дамы, — с легкой усмешкой сказал он. Все молчали. Рен включил радио, но почти сразу выключил. Ему не нравилась атмосфера напряженности, висевшая в салоне. Рей ничуть не разрядила обстановку, спросив у Рена, кто его ударил. — Армитаж. — Врешь. — Нет. Я его довел, он мне врезал, — объяснил Рен. — Я заслужил. — Вы все конфликты решаете при помощи кулаков? — недоумевала Рей. — Я-то думала, что профессор Хакс — олицетворение хладнокровия. — Ну да. Но разве ты не догадалась, что я умею выводить людей из себя? — с неприятной ухмылкой ответил Рен. Разговор заглох, и до самой клиники никто не проронил ни звука. Саманта с тоской смотрела в окно, Рей что-то обдумывала, а Рен просто хотел, чтобы по возвращении домой там был Хакс. — Ого, а нас встречают, — усмехнулся он, увидев десятка два митингующих у ворот клиники. Рей кому-то позвонила, пятеро охранников подошли к воротам и открыли их прямо перед машиной Рена. Что-то бросили в лобовое стекло, по нему побежали тонкие трещины. Рен выругался и завертел головой, отыскивая того, кто испортил машину. — Я оплачу ремонт, — сказала Рей. — Жми на газ. Рен въехал во двор клиники, и охранники немедленно закрыли ворота. Митингующие выкрикивали лозунги, некоторые угрожали взорвать клинику и убить врачей. — Вконец охренели, — ругался Рен, осматривая стекло. — Уроды. Саманта была бледной и едва не падала. Рен и Рей подхватили ее под руки и довели до дверей клиники. Там ее встретили медсестры. — Подождем? — Рей вошла в комнату для посетителей, Рен последовал за ней. — Ты ни о чем не спрашиваешь. — А о чем я должен спрашивать? — Рен удобно устроился на диване. — Это дела твоей подруги. — Что ты думаешь по поводу всех тех людей? — Кто-то из них испортил мою машину, — мрачно ответил Рен. — Если бы не ты, я бы начистил морду уроду. — Я хочу знать, что ты думаешь по поводу протеста. — Поверь, мне все равно, сделает твоя подруга аборт или нарожает целую толпу, — сказал Рен. — Абсолютно все равно. Я хочу быть дома с Армитажем, а все остальное меня не волнует. — То есть ты не пролайфер. — Меня это все не касается. — Рен достал телефон и написал сообщение Хаксу: «Люблю тебя, прости за все, если сможешь». — Это выбор твоей подруги. И вообще, выбор любой женщины. — Значит, ты за аборты, — Рей хотела добиться от Рена более конкретного ответа. — Если я гей, то это не значит, что я автоматически на стороне женщин. Честно говоря, я ни на чьей стороне, только на своей. Ясно? Я никогда не хотел иметь детей, ни своих, ни приемных. Нет у меня инстинкта размножения. Есть я и Хакс, а есть все остальные. — Рен прочитал ответ Хакса: «Я на конференции, не мешай». — Но у тебя не получится жить в отдельном мире, — Рей забавляло и раздражало стремление Рена жить в своей собственной вселенной и, как ей казалось, закрыть глаза на реальность. — Получается. Знаешь, не надо ничего оплачивать. Я обращусь в страховую компанию, а если она не компенсирует замену стекла, сам заплачу. — Извини, что так получилось. — Забей. Рен открыл переписку с управляющим и принялся выяснять, как идет ремонт в здании: там испортился водопровод в трех квартирах. Ждать пришлось долго, а потом медсестра объяснила, что Саманте придется остаться под наблюдением врача до утра. — Отлично, куда тебя отвезти? — спросил Рен, когда они с Рей вышли из клиники. — Обратно в кампус. Рей виновато взглянула на лобовое стекло. Рен похлопал ее по плечу и сказал: — Забей, все в порядке. Рену пришлось медленно ехать сквозь толпу митингующих. Недолго думая, он достал из-под сиденья пистолет и положил его на приборную панель. Это отпугнуло людей, и «Брабус» смог выехать на дорогу. — Рискуешь, — сказала Рей. — Они тоже могли пустить в ход оружие. — Но я не стрелял, — возразил Рен. — Это всего лишь превентивная мера. Я показал им, что без боя не сдамся. Завтра доставить твою подругу в кампус? — Я довезу ее на такси. — А сегодня почему не на такси? — Я подумала, что в случае чего ты поможешь, — Рей посмотрела на Рена. — Я знала, что тут будет митинг. Но не думала, что испортят машину. — Тогда и завтра нужно помочь, — ответил Рен. — Вдруг эти придурки опять будут здесь тусоваться? Рен уговорил Рей переночевать в его доме, и она приехала вечером. Рен накормил ее вкусным ужином, сказав: «Да это не я готовил, ты что, я не специалист по готовке». Потом они устроились на полу в гостиной. — Ты пригласил меня потому, что скучаешь по Хаксу? — Рей ела дыню, а Рен курил и забрасывал в рот пригоршни виноградин. — Ага. Но, поверь, если бы ты была неинтересной, я бы тебя не пригласил. Милли забралась на колени Рей и свернулась в клубок. — Милли-изменница, — обозвал кошку Рен. — Вот расскажу Армитажу, что ты нас предала. Рыжее животное. Кошка и ухом не повела. — И часто Армитаж тебя бьет? — Рей никак не могла представить, что Хакс способен на такое. — Не-а, — Рен был в хорошем настроении, и расспросы Рей не действовали ему на нервы. Почему-то у него появилось желание поговорить по душам. — Рукоприкладство — это не метод решать проблемы, — назидательно произнесла Рей. — В моем случае — метод. — Неужели ты так себя не уважаешь, что доводишь такого уравновешенного человека, как профессор Хакс, до подобных поступков? — Почему не уважаю? — Рен открыл новую пачку сигарет. В доме было тихо, только слышалось, как в противомоскитные сетки бились мотыльки, летящие на свет ламп. — Уважаю. Но ничего не могу с собой поделать. Я постоянно изменяю Армитажу. Он то утверждает, что ему все равно, то психует. Он избил меня тростью для жалюзи в отместку за то, что я нанял человека сломать ему ногу. Было больно, но он поступил справедливо. — Избил тростью? Ты нанял кого-то сломать ногу Хаксу? — Рей от удивления прикусила язык. — Вот это да. Вам обоим точно пора к специалисту. — Он хотел уйти от меня. И все-таки ушел, но потом вернулся. Вот и все. Не смотри на меня так, я знаю, что наша с Армитажем история звучит более чем дико. — Ну так не изменяй, — Рей не знала, как лучше прокомментировать услышанное. — Может, проблем меньше будет. — Легко сказать, сделать труднее. Я даже ошейник носил, чтобы напоминать себе о том, кому принадлежу. Без толку. — Звучит как оправдания насильников. — Рей чесала кошке живот. — Знаешь, как говорят: «я не мог сдержаться, она выглядела так соблазнительно». Ну или что-то в таком духе. — Я никого не насилую. Я покупаю услуги, — оправдывался Рен. — Ничего против воли моих одноразовых партнеров. — Ну и словечко! — возмутилась Рей. — «Одноразовые». Ты поддерживаешь проституцию? — Я уважаю твои взгляды, но не надо пытаться вызвать во мне угрызения совести. Каждый выполняет свою работу, и я оплачиваю услуги без колебаний. — А у тебя никогда не бывает угрызений совести? — Не твое дело, — отрезал Рен. — Посмотрим что-нибудь? У Рей было много аргументов и контраргументов, но она просто включила телевизор. Рен сразу переместился к дивану и потащил за собой тарелку с виноградом. Милли спрыгнула с колен Рей и принялась играть с виноградинами, скатившимися с тарелки. Они просидели почти до полуночи, потом Рен объявил, что идет спать. — Разбуди меня пораньше, — попросил он, поднимаясь по лестнице. — Заберу твою подругу из клиники. — Почему ты это делаешь? — Рей не очень понравилось, что именно ей пришлось убирать тарелки и чашки. Рен ограничился тем, что накормил Милли и выбросил окурки из пепельницы. — Что делаю? — он смотрел на нее сверху вниз, и это тоже не понравилось Рей. — Помогаешь моей подруге. — Мне скучно без Армитажа, — признался Рен, — поэтому я этим занимаюсь. — То есть, если бы профессор Хакс был здесь, ты бы не помог? — Спокойной ночи. Рей осталась в восторге от комнаты для гостей. Комната в голландском стиле была небольшой, но очень уютной и отличалась от остального дома. Перед сном Рей позвонила Саманте и, убедившись, что та хорошо себя чувствует, сказала: — Завтра в девять утра Кайло заедет за тобой. Я буду ждать тебя в общежитии. — Спасибо. Ты уверена, что ему ничего не надо платить? — Даже не заговаривай с ним о деньгах, или он сам тебе их всучит, — предупредила Рей. Она быстро уснула и не сразу поняла, кто по ней ходит. Рей открыла глаза и увидела Милли, которая когтила одеяло. — Милли, ну зачем? — простонала Рей, глянув на часы. — Сейчас только семь, дай еще полчаса поспать. Кошка дернула хвостом и продолжила обрабатывать одеяло. Пришлось Рей встать. Она приготовила кофе и тосты, потом поднялась на второй этаж и постучала в дверь спальни. — Да, я уже встал, — послышался бодрый голос Рена. — Я уже не сплю. — Я завтракаю, и тебе нужно в девять забрать Саманту, — сообщила Рей. Она вернулась в кухню и, набрав полный поднос еды, пошла в столовую. Рей успела поесть и убрать за собой, а Рена все не было видно. Она еще раз постучала в спальню. — Вот черт! — закричал Рен. — Черт! Я проспал! Вскоре он в одних трусах промчался мимо ошарашенной Рей и скрылся в ванной. — Ладно, — только и сказала она. Рей ждала Рена в прихожей, он появился через двадцать минут, приглаживая влажные волосы. — Ты поедешь со мной? — спросил Рен, беря ключи с полочки. — О, Милли, надо тебя покормить. — Я насыпала ей корма в миску, — Рей опасалась, что Рен опоздает в клинику. — Может, поторопишься? Она ждала, что он разозлится, но Рен кивнул и открыл дверь. — Я поеду в общежитие. До встречи! — Рей пожала ему руку. — Спасибо за помощь. — Позвони подруге и скажи, что я буду там ровно в девять! — крикнул Рен ей вдогонку. Накануне он поискал информацию о том, что нужно женщине для восстановления после аборта, и по пути в клинику купил целый пакет продуктов. «Действительно, зачем я это делаю? — подумал Рен, подъезжая к воротам клиники. — Неужели становлюсь альтруистом? Скорее бы Хакс вернулся». Охранники узнали его и впустили на территорию клиники. Сегодня на улице не было митингующих, поэтому никто не пытался снова испортить машину Рена. Ему пришлось ехать на машине Хакса, свою Рен оставил в автомастерской. Страховая компания затеяла расследование инцидента, планировался опрос охранников клиники. — Подождите, пожалуйста, — попросила медсестра. — Мисс Саманта сейчас выйдет. Рен слонялся по коридору, рассматривая плакаты на стенах. Вчера он явно задолбал Хакса, написав ему с десяток сообщений, в которых то просил прощения, то признавался в любви. Сегодня он занимался тем же, понимая, что мешает Хаксу. — Здравствуйте, — слабым голосом сказала Саманта. Она была бледной и шла, опираясь на медсестру. — Спасибо за помощь. — Не проблема, — Рен протянул ей руку. — Как твое самочувствие? — Все хорошо. Отлежусь в своей комнате, завтра будет еще лучше. «Так, Армитаж прилетит завтра, — прикинул Рен, — в одиннадцать утра». — А давай я тебя к себе отвезу, — предложил он. — У меня тихо, никто не будет на нервы действовать. Саманта заметно удивилась: — Ты серьезно? Парочка, которая вошла в холл клиники, показалась Рену странной. Девушка с едва заметным животом оглядывалась по сторонам, будто внезапно потеряла память и не могла понять, что происходит. Мужчина держал ее за руку и что-то говорил вполголоса. Он тащил ее за собой в сторону ближайшего кабинета. Рена сегодня определенно повернуло в сторону социализации. Он попросил Саманту подождать у выхода, а сам приблизился к парочке. — Все в порядке? — спросил Рен, пристально глядя на заплаканную девушку. Она кивнула. Мужчина ответил: — Не ваше дело, идите куда шли. — Не с тобой разговариваю, завали хлебало, — грубо сказал Рен. — Мисс, вы точно в порядке? Она высвободила руку и разрыдалась. — Пожалуйста, — проходившая мимо врач решительно отодвинула в сторону мужчину. — Мисс, что происходит? — Я боюсь, — проныла девушка, — не хочу избавляться от ребенка. А он требует, а я не хочу. Рен понял, что для него это уже чересчур. К тому же к ним направлялись медбрат и еще один врач, намечались серьезные разборки. Мужчина снова вцепился в руку девушки. «Обойдутся без меня», — подумал Рен. Он взял сумку, которая стояла в коридоре, почему-то решив, что она принадлежит Саманте. Девушка дожидалась Рена у выхода. Он протянул ей сумку. — Но это не мое, — удивленно сказала Саманта. — Я вообще без вещей пришла. У Рена что-то щелкнуло в голове. Он оставил сумку в первом попавшемся кабинете и, подозвав охранника, сообщил о ней. — Идем, Саманта, — Рен открыл входную дверь. — Отвезу тебя к себе, денек отлежишься. Завтра приезжает мой муж, но он точно не будет против, если ты отдохнешь немного. — Спасибо, — пробормотала Саманта, — но вы совсем не обязаны так мне помогать. Рен не успел ответить, хотя у него созрел довольно язвительный комментарий. Прогремел взрыв, от которого обрушилась часть второго этажа.