Глава 1. Станица
12 августа 2018 г., 01:44
Станица
Стоит строй на плацу. Сегодня выпускались курсанты младших офицеров, претендующих на очередное звание. Они целый год проходили обучение и несли воинскую службу. Учеба завершилась учениями в поле и марш-броском. Все выпускники с легкостью их преодолели и теперь ожидали нового задания, которое повысит их в звании. – Лейтенант Софер! К командиру! Из строя бегом выбежал лейтенант и устремился в палатку комбата. Это был молодой мужчина двадцати шести лет. Про таких говорили обычно: «строен, невысок». Он был среднего роста с густыми каштановыми волосами, которые все время завивались. Мужчину это бесило, и он носил все время короткую модельную стрижку. Хотя душа у него лежала к хвосту, но с его волосами это была неосуществимая мечта. Лицо у него было самое обычное. Комбат всегда его ставил в пример как идеального злодея, который может прикинуться, кем угодно и подстроиться под кого угодно. «И бандит, и депутат, и политик, и полицейский, и медик, и даже под священника закосит!» – говорил комбат на занятиях. Про телосложение Софера трудно было что-то сказать. Но те, кто с ним знался в части, знали одно. Он не вылезал из качалки и зала боевого самбо. Софер за минуту добрался до палатки командира батальона, в котором он служил. В палатке тот был не один. Гостя Стас узнал почти сразу. Им оказался полковник Огардов. Именно ему Стас Калибровский был обязан превращением в Анубиса и заменой фамилии на прозвище. А прозвище это он сам себе и дал, хотя ребята в команде придумали ему много вариаций, он оставил себе только эту. Состоит она из двух слов – «Скаут» и «Офицер», и полностью читается как «Скаутофер», а сокращенно «Софер». Все очень долго смеялись над метаморфозами его прозвища, но согласились на это изменение. Действительно скаутами они все стали, а он же ещё и офицер, но кричать ему в лесу «Скаут-Офицер» это какое-то палево. Вот и стоял новонареченный лейтенант Софер в палатке командира. Все же его достижения записывались на старую фамилию в базе данных. Армия бардака не любит. – Лейтенант Софер по вашему приказу прибыл! – четко отрапортовал Стас. – Лейтенант ввиду новых обстоятельств вам будет присвоено очередное воинское звание старшего лейтенанта досрочно. Но при условии грамотного выполнения вашей следующей задачи. Прошу вас, полковник, – сделал приглашающий жест комбат. Доминик, а это был именно он. Статный офицер ростом под метр восемьдесят, широкоплечий и подтянутый. Овальное лицо, сужающееся к подбородку, темные карие глаза, пышные усы, усталое лицо, но цепкий стальной взгляд человека повидавшего мир и войну. Доминик вышел вперед и повернулся к лейтенанту. Одновременно на столе, он разложил карту знакомого Соферу района Владимирской области. – Вам необходимо внести ясность в конфликте между жителями Станицы и горожанами. Со дня на день там произойдет тактическая игровая баталия этих двух сторон. Вы должны поддержать сторону Станицы, внедриться в один из отрядов и расположить силы так, чтобы победить. Я знаком с вашим личным опытом и работой одиночки. Это удел рядового разведчика, а не командира роты, на которого вы учились весь этот год. Поэтому поставленная задача покажет, насколько хорошо вы подготовлены для управления разведротой. Если цель задачи ясна, можете сегодня же ехать на место задания. Сколько времени у вас займет дорога, лейтенант? – К вечеру буду там, товарищ полковник. – Вот и прекрасно, выезжайте немедленно. – Дал приказ полковник и удалился. – На следующие выходные я сам приеду туда для инспекции тогда и поговорим. – Добавил полковник у выхода из палатки. – Есть! – Стас отдал приветствие удаляющемуся полковнику и посмотрел на комбата. – А оружие у меня будет? – уточнил Стас у комбата. – Там обзаведетесь, – комбат, как всегда был немногословен. – Есть! – Стас вновь приложил руку к виску. – Разрешите приступить к выполнению поставленной задачи. – Разрешаю! – Товарищ майор. Прошу увольнительные сроком на пять суток. – Незачем лейтенант. Оформляю тебе выпуск досрочно с учетом боевой задачи. Идите, собирать вещи, отъезд немедленно. – Есть собирать вещи. – Лейтенант откозырял и удалился из палатки. Путь до казармы занял у него полчаса, сборы ещё столько же. Собрав свои вещи, Софер зашел к командиру, получил увольнительный лист, получил подпись у начальника и уже через час мчался на электричке в сторону Столицы. В поезде вместе с ним ехали дембеля. Молодые парни, сержанты, пели песню под гитару, которую лейтенант невольно стал подпевать им в такт.Как мы выйдем за ворота, с дипломатами в руках. И встречать нас будут мамы, со слезами на глазах. А пока мы чистим бляхи, шьем шинели с давних пор. Ждем, когда же загорится, наш зеленый светофор. Домой, домой, домой, часто снится дом родной. Домой, домой, домой, пусть послужит молодой. Домой, домой, домой, часто снится дом родной. Домой, домой, домой, пора домой. Мы бисквитов не видали, и не ели пироги. Мы до дембеля считали, истоптали сапоги. А теперь мы едем к маме, едем к маме дорогой. Это значит отпустили. Это значит, что домой. Домой, домой, домой, часто снится дом родной. Домой, домой, домой, пусть послужит молодой. Домой, домой, домой, часто снится дом родной. Домой, домой, домой, пора домой.
Вы нас больше не ругайте, не судите больше нас. Это значит, что весенний, вышел дембельский приказ. Старики все были рады, обнимались меж собой. Это значит отпустили. Это значит, что домой. Домой, домой, домой, часто снится дом родной. Домой, домой, домой, пусть послужит молодой. Домой, домой, домой, часто снится дом родной. Домой, домой, домой, пора домой. Поезд довез его до вокзала. Там он пересел на городской транспорт, доехав до другого вокзала. Стас посмотрел на часы, успевает. Он зашел на почту, написал матери всего несколько слов: «Учеба завершилась, отправлен в командировку. До скорой встречи! Стас». Отправив письмо, Стас быстро дошел до вокзала и сел в поезд, в направлении Ярославля. Летним июньским днем Софер сошел с поезда в местечке под названием Слобода. Он, в своей офицерской форме, спокойно пошел в город. Никто из здесь присутствующих не посмел его остановить. Будь то даже сторона противостояния, отсылающая всех приезжих обратно в Столицу уже четвертые сутки подряд. Офицер спокойно прошелся по привокзальной площади и встал на автобусной остановке, поставив здоровенную армейскую сумку к ногам. Короткий взгляд на вокзал выдернул из памяти воспоминание о его первой тактической удаче. Тогда первые рассветные лучи осветили разнесенный ими вокзал, где укрывались последние силы сопротивления. Это было небольшое двухэтажное здание из белого кирпича с чудесными балкончиками на втором этаже, причем на каждом стояли большие декоративные вазы. Стас только сейчас приметил, хорошее место для снайперов. В центре здания шел крытый второй этаж, в то время как с двух его крыльев крыша была чисто символическая – навесом. Однако второй этаж этих крыльев был украшен барельефными бортиками. Площадь же перед вокзалом не была очень большой, но вмещала достаточно автобусов и машин, чтобы развозить людей в разные концы района. Центром ее ансамбля являлся небольшой скверик с памятником, погибшим воинам Второй Мировой Войны. Молодые елки скверика частично заслоняли здание вокзала, но только лишь первый этаж. До второго они пока не дотягивались, но всему свое время. Стас стоял по другую сторону улицы и любовался красотами городка. Все казалось ему таким родным здесь, во всем он чувствовал уют. Очередь в Станицу сегодня была очень маленькой, и это несмотря на то, что пятница – день дачников. Но только вместо толпы пассажиров, Софер заметил только трех и то, это были подростки. Станица это удивительный поселок дачного типа. Раньше, когда там жили только казаки, это была огромная деревня сельского типа. Но с той поры прошло уже двадцать лет. А за это время много воды утекло. Нет, местные казаки-старожилы продолжали жить в Станице, но, к сожалению, они уже не являлись той удалой силой, какой были в советское время. Стариков уже никто не слушал, а молодежь вся разъехалась кто куда – и не сыскать никого. Так что Станица осталась, а казаков в ней уже и нет. Только дачники. Хотя на памяти Стаса уже было целых два раза, когда молодежи пытались навязать казачьи порядки. Первый раз это случилось лет пятнадцать назад, но тогда мечтой загорелись только он и несколько ребят его ровесников. Второй раз, буквально год назад. Но снова неудачно. Хотя нет, лихо они с друзьями отожгли прошлым летом. Так что видимо не вся вода просочилась через сито. Через некоторое время приехал автобус. Офицер зашел в него, расплатился за проезд и прошел в конец салона. В конце сидела девушка лет 14, со светлыми волосами, постриженными под каре, карими глазами. Худощавым телосложением и ниже Стаса на полторы головы. Лицо ее отличалось острым маленьким носиком и заостренным подбородком. Девушка увлеченно читала книгу. В её чертах лица Софер узнал боевую подругу. Это была Анастасия Лисовец, сестра Даши. Но он сделал вид, что не узнал её и сел на последний ряд кресел. Автобус тронулся в путь. Девушка, дочитав очередную главу, оторвала взгляд от электронной книги и оглядела автобус. Её внимательный взгляд остановился на дремавшем на задних местах офицере. Девушка осторожно встала со своего места и пересела к нему, внимательно разглядывая черты лица, которые показались ей хорошо знакомыми. – Добрый вечер! – поздоровалась она с ним. – Скажите, мы с вами не пересекались прошлым летом? Офицер открыл один глаз и уставился на Настю. – Может и встречались. А что, проблемы возникли? – Скорее, мне нужна дружеская поддержка. – Друзья для этого и существуют, Лисенок. – Я рассчитываю на вашу помощь, Софер. Обрадовавшись старому знакомому, девушка рассказала ему последние новости, включая заварушку между жителями, и новости в Станице. Её сестренка в пылу своего характера нарвалась на серьезные неприятности со стороны ребят из Кордона. Теперь они заимели желание ей отомстить. – Вот! – девушка достала пистолет. – Мне удалось стащить это у неё. Это единственное доказательство, что на неё напали. Она протянула пистолет Соферу. Он осмотрел его, обычный ГШ-18. Софер вынул обойму и осмотрел пули. Судя по внешней оболочке пуль, в них содержалось снотворное. Сама оболочка имела хрупкое пластиковое покрытие. При попадании в цель такая оболочка легко разбивалась, словно желатиновый шарик, поражая противника снотворными газами высокой активности. Судя по часам, отмеченным на пистолете, она достигала семидесяти двух часов. А сейчас они показывали 66 часов. Свою первую остановку автобус сделал у поворота на ДПК «Блюз». На остановке сошли все пассажиры, и вошел отряд из шестнадцати человек. Софер быстро вставил обойму в пистолет и запихнул его в свою сумку, его взгляд при этом быстро скользнул по отряду. Вооружение у ребят превзошло все его ожидания. Чисто штурмовая группа. Несколько гранатометов, автоматы с подствольными гранатометами, пара ленточных пулеметов. Свд, винторез. Всё то, что он хотел видеть у своей команды в прошлом году. Тогда бы результат не вышел настолько плачевным. Новоприбывшие люди осмотрелись, и двое из них сходу направились в сторону офицера и девушки. Настя быстро наклонилась к Соферу и прошептала на ухо. – Чтобы не случилось, ты здесь не причем. Не ввязывайся, я сама. – Без базара, – согласился он. – Но если жесть, я вмешаюсь. – Я сказала, нет! – смело отрезала девушка. – Это только мое дело. Софер остался при своем мнении и уставился в окно, где виднелась церковь деревни Погост. Люди вплотную подошли к ним и сели рядом, пристально всматриваясь в офицера, но внимание свое заострили именно на девушке. – Лисовец Анастасия Дмитриевна? – Да. Чем я обязана, господа? – Мы зададим вам пару вопросов. Что собирается делать ваша сестра? – Я как раз еду, чтобы это выяснить. – С какой целью вы ведете беседу с этим человеком? – Мы старые знакомые, я просто делилась с ним новостями. Он здесь год не появлялся. – Что вы можете рассказать об отряде, сформированном недавно в Искож-2? – Это уже третий вопрос, и вас он мало касается. – Что за отряд? – быстро спросил Софер. – Не бери в голову – попросила Настя. – Простой бред. – Каким бы бредом это не было, Лисовец. Только от вашей сестры нам пришло извещение, что она вместе со своим отрядом бросает вызов Гураму. А мы хотим отговорить её от этой затеи и пойти на мировую. – Стойте! – прервал их разговор Стас. – Настя, почему я узнаю об этом вызове молодчикам с Кордона только сейчас. Я же всегда на связи – вы могли позвонить? В отряд я не могу поверить. Уж извините, если бы он был, я бы точно это знал. В отряде не может быть шесть человек, это просто физически нельзя назвать отрядом. Группа да, но не отряд. – Значит, они скрыли от вас этот факт. – Невозмутимо ответил командир группы. – Но как? – с упреком Софер спросил Настю, которая виновато потупила взгляд. – С этим-то я разберусь. Но что за вызов? На почве чего? – обратился он уже ко всем участникам беседы. – Он унизил её перед ребятами, когда пришел к нам на костер, – объяснила Настя Стасу. – Нам для отряда не хватает толкового человека, который мог бы нас скоординировать. – Хорошо, объясни мне тогда, зачем я приехал? Наблюдать ваше моральное разложение в этом конфликте. А то, что у Гурама 60 человек вместе с ним вас не смутило? У вас только Леон что-то может и всё. Шесть человек – большая армия. – А ты? – Да даже если и я, уже семь и всё. Остальных где брать? Да против 60 человек. Знаешь, во всей этой истории мне уже хочется просто взять ремень и оттянуть Дарье поперек жопы, чтобы не занималась всякой херней. – А это мысль! – согласились собеседники. – Она нам в голову не приходила, приготовьте ремень. – Что? – переспросила Настя, поворачиваясь к ним, один из них уже снимал пояс с СВД. – Ну вот? – протянул старший. – Вы не возражаете, если мы займемся девушкой. – Возражаю! – жестко ответил Софер. – С этого момента девушка находится под моей защитой. – Вы же её не знаете. С чего вам её защищать? – В отличие от вас я давал присягу своей родине. Так что можете убрать свои игрушки, иначе, нарветесь на неприятности. – Что ты сказал? Мы сейчас пальнем – проснешься только через три дня. Софер поднялся и подошел к старшему человеку группы. Тот высокомерно смотрел на него сверху вниз, хотя по росту был выше на 5-6 см. Но Стас давно уже привык решать такие мелочные проблемы. Его совсем не пугала высота шкафа. Инструктора вечно вдалбливали золотую фразу: «Чем выше шкаф, тем громче падает!». Этот шкаф не был высоким, поэтому Стас посчитал сразу решить проблему в корне. – Допустим, – медленно прошипел он. – Но только ты при этом сдохнешь! – в его руке быстро появился нож и уперся лезвием в горло оппонента. – И уже не проснешься никогда. У главаря сразу поубавилось смелости. Он вдруг осознал всю реальность происходящего. Перед ним стоял офицер, который даже не думал играть с ними в игры. Он был готов убивать, по настоящему, без сожалений. – Опустите оружие, – громко сказал главарь. – Вот и хорошо! – Держа нож наготове, офицер сел на место. Нож он начал крутить в пальцах. – Если не хочешь сегодня же вечером оплакивать своих парней и объясняться перед родней, почему они погибли, ты оставишь девушку в покое, а я в свою очередь с ней разберусь. Слово офицера. И пукалки сложите на пол, чтобы не поранить друг друга. Собеседник только кивнул, лихорадочно потирая горло, которое ему едва не порезали. Его дружки медленно сложили оружие на пол. А автобус тем временем остановился рядом с остановкой «Казачий разъезд», где офицер сошел вместе с девушкой, оставив группу пережёвывать свое поражение. Автобус проехал до конечного пункта, развернулся и уехал обратно в город. Софер же пошел к дому, прижимая к себе Настю и оглядываясь по сторонам. – Ну и зачем? – с непониманием в голосе спросила его девушка. – Они бы меня просто наказали. Это теперь обычное дело. – Для тебя обычное, а для меня это насилие по отношению к несовершеннолетним. – Ох, вот как ты заговорил! – Настя уперла руки в бока. – Теперь мы, несовершеннолетние. – А что назвать тебя ребенком? Выросла уже? – Домой дойду сама, можешь не провожать. – И не собирался, по соседству живем. Так и разошлись по своим домам. Софер к себе, Настя к себе. Зайдя на участок, Стас осмотрелся. За год никаких эпохальных изменений не произошло. За исключением может быть дома. Выглядел он жалким и заброшенным. Не говоря уже о его внутреннем состоянии, внешне замечалось аварийное состояние. Двухэтажный дачный домик, рассчитанный на небольшую семью, покосился и заметно осел в землю, сказывались изменения в торфяном грунте. Северная сторона совсем плохо выглядела. Подпорки делать уже бесполезно, да и беседка-пристройка после очередного снегопада рухнула. В общем, без слез не взглянешь на его хозяйство. – 25 соток блин! – в сердцах высказался Стас. – А времени заняться ими, нет! Офицер долго разбирался в своей хате, переоделся в новый джинсовый костюм, после поужинал, разобрался с вещами, а перед сном приступил к изучению пистолета. С виду обычный ствол, облегченный, всего 500 грамм в боевом снаряжении. Он почистил пистолет и собрал его. Как оказалось очень во время, ведь к нему наведались гости. Стас быстро зарядил пистолет и убрал его в поясную кобуру, которая висела на ремне синих джинсов. К нему зашла мама Насти, Ирина. Черноволосая полная женщина сорока лет, Настя унаследовала ее черты лица. Такой же узкий подбородок. Она носила очки, а без них щурилась в разговоре с собеседником. – Добрый вечер Ирина. Чем могу помочь в столь поздний час? – спросил Софер, отмечая на часах десять вечера. – Добрый вечер, Калибровский. Я хочу попросить тебя об одолжении. – Что угодно? – Софер поморщился от давно не используемой фамилии. – Не мог бы ты проводить Настю на её собрание, оно состоится в лесу. Они там всегда встречаются. – А почему бы вам самим не сделать этого? – прохладно спросил он женщину. – Дело в том, что к родителям ее коллектив холодно относится. Причиной является разница в возрасте. Мы можем не так истолковать их поступки и решения. А тебя они знают и уважают в некотором роде. Мне кажется, если бы ты захотел стать их командиром, они бы на это согласились. – Почему вы так решили? – Стас даже слегка удивился, что было с ним крайне редко за последний год. – Я ничем таким не примечателен. Да может в прошлом году кто-то и присоединился к моей отчаянной затее выиграть любым способом, но это исключение. – Но ты тверд в своих решениях, в отличие от Даши. Когда она приходит домой – редко, но приходит. Она часами ревет у себя в комнате. Я услышала, однажды, её переживания. Она сожалеет о том, что ей кого-то приходится наказывать и чаще это не справедливо, а сгоряча. Ну, и прочее. – Ирина, мне интересно знать, с чего все это началось. Кто стал зачинщиком? – Первым начал Гурам. Он пришел к костру, и в течение часа оскорблял всю компанию в том, какие они плохие, что не примкнули к движению генерала и вообще отказываются принимать участие в предстоящей баталии. Много чего наговорил плохого. А после того как ребята разошлись, он попытался напасть на Дашу. Благо Антон вмешался. Но Дашка успела ему навредить, и пошло поехало. На следующий день генерал вызвала ее на ковер, сказала мол если Даша и ее дружки не с ними, то они против них. А в подтверждение ее слов в Станице появились люди с Кордона. Сегодня я видела десяток людей Гурама. Так что единственное, что оставалось сделать коллективу, это убраться подальше в леса. В последнее время они даже там живут. Ну что проводишь Настюшку? Говорю сразу, если она станет плохо себя везти – накажи её. – Да вы что все, сговорились что ли? – воскликнул Софер. – Я не собираюсь никого наказывать. – Как сказала нам генерал, в этой игре это вполне естественно. Мы стали жить по законам 18 века. Так что вся атрибутика именно оттуда, как и наказания в армии. Через палку. – Ей 15 и на солдата она не похожа, – возмутился Стас, однако упоминание, что генерал женского пола кольнуло его воспоминания, но речь пока не об этом. – Когда было 14, это тебя не волновало. – Ирина парировала его возмущение. – О наказаниях тогда речи вообще не шло. – Софер сдаваться и не собирался, продолжая спор. В конце концов, он приехал сюда помогать армии, а не разбираться в этом дурдоме. – Ну и что с того? В самый раз, пора воспитывать. К тому же у них это принято. Даша однажды призналась, что за последние два дня Маринеско не выпускает ремень из рук. Каждый вечер там устраивают экзекуции. – Им бы её устроить, – вздохнул Софер. – Физической нагрузкой, чтобы башка херней не забивалась. Ладно. Я провожу. – Он встал и надел джинсовую рубашку. С собой он захватил рюкзак. – Спасибо тебе. Настя. Мама позвала дочь, но та не откликнулась. Вместо ее ответа, на улице раздался голос патруля. – О боже! – охнула Ирина. Софер без излишнего скепсиса прошелся по участку и вышел на дорогу. Патруль, в это время, приставал к девушке. Пистолет почти мгновенно перекочевал из кобуры в руку. Софер машинально передернул затвор, дослав патрон в патронник. – Эй, придури! – Окликнул он патруль. – Не меня ищите? – Стас навел пистолет на патрульных. Те быстро обернулись и, заметив в руках парня ствол, заорали ему и девушке: – Откуда у тебя эта пушка? Это ты тварь ему её отдала? Прозвучали два выстрела, выбившие сознание из обоих патрульных. Стас, не убирая пистолета, открыл ворота своего участка. Он быстро затащил тела на участок и уложил в гараже. Вернувшись оттуда, Стас передернул затвор АК-105 с подствольным фонарем, а на плече у него висели: АКС-74У; СВД и пара кобур с пистолетами «Гюрза». В рюкзаке уже лежали дополнительные магазины, обоймы и гранаты. С АКСУ Софер разобрался быстро, приклеив изоляционной лентой второй магазин, наоборот, к уже заряженному магазину. Получившуюся «спайку» АКСУ, он отдал девушке вместе с пистолетом и двумя обоймами. Сам же Софер проделал ту же операцию с АК-105 и, включив подствольный фонарь, пошел по дороге к месту встречи. Девушка с недоумением двинулась за ним.
