Наруто - преподаватель.

Почему бы и нет?- думал он, гуляя в персиково-рыжем кимоно по улицам магической Японии. Рыжие уши напряжённо реагировали на любой звук, но мерный перестук гета успокаивал Наруто как верный кунай в рукаве. Кто бы мог подумать, что ему так понравятся кимоно и гета? Кажется ему становится ясно почему Эро-Санин их так любил, несмотря на, как ему казалось, раздражающий звук. - Почему нет?- вопрос, что задан в пустоту. Три пушистых хвоста, могло показаться, развивались на ветру. Однако первый взгляд ошибочен, а ощущение обманчиво, как притаившаяся в кустах змея. Затаилась, спряталась... нет, просто выжидает. Так же и безобидность парня была лишь мимолетным видением обычного прохожего, но не для магов чувства которых вопили об опасности .       Скучно. Ему скучно и почти физически плохо от этого. Ничегонеделание. Он в этом мире уже вот как второй год и на удивление немалого добился за это время. А чего не добился- того скоро добьется! Тренировками или временем- вопрос не из легких. Вот парню стало слишком скучно на своей прогулке. Он встал в стойку. Рукав кимоно оголил руку, зажимающую простую деревянную рукоятку клинка. Танто еще не обнажен. Но вот он уже в руке. Миг, движение, но вот танцор резко замер, мгновение, и вот уже зритель может видеть оседающий на лезвие в положении плашмя лепесток сакуры. Вот он замер, а вот с течением времени продолжил свой путь и парень отмер, продолжая свой танец, закручиваясь в вихрь. Зритель - пятидесятистолетний старейшина и многоуважаемый кицуне сказал бы, что движения были слишком медленные и неграциозные, будто ленивые. Но то видно было наметанному взгляду лиса, а не простым смертным наемникам. - Вы чего-то хотели, Кирито-сенсей?- прохладным тоном с ноткой весеннего теплого лучика... Тут же скрывшегося за порывами ветра. Спросил наш блондин. - Не совсем, ученик. Кажется я уже знаю твой ответ. За мгновение до того зритель мог заметить, как касаясь земли одной рукой, припав коленом, (то лишь иллюзия, он касался им земли) парень склонился, прильнув к низу и пряча в весенней траве свой клинок. Не явно, но максимально низко. Плавно и грациозно, под одобрительным взглядом сенсея поднимаясь, он резко повернулся задав свой вопрос. Голова склонилась в вежливом поклоне, но полуприкрытые глаза все еще следили внимательно. Ожидай подвох от любого. Даже от себя, друга или любимой. Вот чему научил его Кирито-сенсей, и он благодарен ему за эту мудрость. Создай глыбу льда, но не замораживай, а спрячь за ней душу. С этим будет проще жить. Сенсей был прав во всем. Холод остужает его темперамент, позволяет притормозить и обдумать. Это были полезные советы, прекрасное время. Кружившие ранее во время танца лепестки теперь лежали на земле, разрезанные пополам. И как бы криво по мнению Кирито-сана Наруто не исполнял его технику, но не было среди них ни единого пропущенного лепестка. Только под гнетом ветра те, что остались на дереве, продолжали падать. Пока только лис, не полноценный кицуне поймал один такой лепесток. Задумчиво покрутил в руках. - И вы снова правы, сенсей,- ровно замечает Наруто, отпуская несчастный лепесток. - Это правильный выбор,- кивает головой седой старик с рыжими лисьими ушами на голове. Впрочем ученик ему не уступает:- Тебе надо развеяться. - Как скажите.- улыбка трогает губы старика. Так просто. Ничему этот балбес у него не научился. Печально становится. Но ничего. Будет время. Кирито-сан и сам не знал, кого он этим обманывал, но надеялся, что не себя. - Я пойду? - Да. Собирай вещи. - Как скажете. Спасибо сенсей.- Паршивец уважительно поклонился и исчез. - Я не прощаюсь. И не надо мне дарить благодарности.- Раздался хмык ему в след.       А наемник следящий за своей целью выдохнул. Его тело подрагивало от пережитого напряжения. Его не заметили. И надо же было, бл*ть, вляпаться?! Нет, этот заказ он точно выполнять не будет. Делать ему больше нечего, нашли самоубийцу! Пусть сами, эти дол***бы, если им так приспичилось и охотятся за учеником самого тринадцатого. Но номер не имеет значения, ведь главное не номер, а быть незаменимым и незаметным. С любимчиком карателя он играть не намерен. Из восемнадцати номеров, чем дальше к концу и чем менее заметен, тем смертельней и опасней становятся хранители ада. Так весь волшебный мир зовет последние из сотен врат. Врата в мир духов, что находятся в конце ступеней как и остальные девяносто девять охраняются на первый взгляд безобидными, любящими покряхтеть стариками. Не дай бог таких огорчить. Ну их всех нах*й! Он даже с первым, вторым и третьим подумал бы:"а стоит ли голову подставлять?", а тут тринадцатый. Черт! Ссу-ука! Как же близко прогулялась коса смерти рядом с ним в сей раз. Все. Хватит думать. Нужно срочно собирать стрельбище, убирать улики и домой, закурить трубку. Нервы... нервы у него все-таки не железные, и лучше всего их восстановит чашечка-другая огненного саке. Припрятана у него небольшая бутылочка такого счастья на крайний случай. А с тринадцатым, или вернее его учеником, пусть разбирается какой-нибудь другой труп. Не я. Я еще жизнь не прожил, детей не наделал. Пойду вон в красный квартал нервы сниму лучше. - Правильный выбор, мальчик. Крайне разумное решение,- шепчет себе под нос старик, краем глаза заметивший детскую слежку. Прекращает рассматривать уже оседающие лепестки сакуры и листьев простых деревьев, что мгновение назад кружились в водовороте, скрывая от глаз "еще не кицуне". Развернувшись, спокойно идет в обратную сторону от ученика. У него еще есть дела, а ребенку надо подумать.- Ох-ох-ох, старость не радость...- кряхтит он, не забыв потереть поясницу, но потом молча, словно решил взвалить ношу этих причитаний на свои дряхлые плечи небольшими шажками продолжает ковылять вперед.