Я нуждаюсь в тебе

POV О Аида       Голова кружилась и на старом скрипучем ламинате образовалась небольшая лужа моей крови. Глаза постоянно норовили сомкнуться, но я всеми возможными силами отгоняла от себя сон. Иногда глаза непроизвольно закрывались, но страх оказался сильнее. Ужасно боялась, что стоит мне уснуть, как тот ненормальный что-то вычудит. Но пока я была в сознании, он ни разу не вернулся в эту комнатку. Закрыв глаза в очередной раз буквально на минуту, я их открыла, когда уже светало. — Вот и ночь позади, — тихо прошептала я. Голова гудела и буквально распадалась на части, тошнило и вечно клонило в сон. Ночь отняла все силы и даже чтобы дышать, приходилось прикладывать много усилий. — Доброе утро, — медленно и вальяжно шагая, вошёл в комнату мужчина. Я промолчала в ответ, стараясь не тратить лишние силы на мелочи. Ночь в холодной комнате и неудобном положении с рассечённой головой далась мне непросто, можно сказать сломила меня. Страх за жизнь взял своё, уступив место гордости. Снова стало страшно закрывать глаза, только теперь не иметь возможности их снова открыть, — Ты замёрзла, — этот человек подошёл ко мне и коснулся ледяной руки, не скрывая наглой ухмылки. — Нравится меня мучить? — полушёпотом спросила я. — Если бы ты сделала то, что я попросил, то этого всего бы не было, — вздохнул он, — И я знаю, что это тебя не убьёт, — мужчина осмотрел меня ещё раз и вышел из комнаты, возвращаясь обратно через секунду, вертя в руках непонятный предмет, — Если ты не поможешь мне, то я убью тебя, — коротко сказал он. — Н-нет, — заикаясь попросила я. Взгляд полной уверенности этого маньяка пугал, да и моё состояние было ужасным. Меня нужно было не убивать, а буквально добивать. — Тогда помоги мне, Аида, — мужчина присел около меня, и я наконец смогла разглядеть предмет в его руках. — Как? — неуверенно спросила я, косясь на зажигалку, которую мужчина неумело прокручивал в руках. — Забери мои воспоминания о моей семье, — сказал он и жалобно посмотрел в мои глаза. — Расскажи мне, что случилось. Только тогда я смогу тебя помочь, — я решила подыграть ему, так как это оставалось единственным выходом для меня. — Они погибли, — опустив глаза, ответил он, — А я остался в живых, только не знаю это удача или наказание. Уже пять лет я просыпаюсь в поту от ужасного сна, вспоминая тот день, но мне приходится вставать и идти на работу, будто бы ничего и никогда не было. Никто меня не понимает, никто не может разделить со мной эту боль, — сказал он и заплакал. — Что с ними случилось? — осторожно спросила я. — Я обещал вернуть долг в ближайшие сроки, но они мне не поверили. Я должен был одному влиятельному человеку, но возможности расплатиться по счетам не было. Однажды я вернулся домой, где меня ждала моя жена и двое сыновей, и мы прожили последний счастливый день в жизни. Они ворвались посреди ночи и стали рыскать по всему дому в поисках денег, — мужчина засмотрелся на пламя от зажигалки, рассказывая историю, и не поднимал на меня своих глаз. Я сидела и молчала, боясь вставить лишнее слово, — Младший стал плакать, что рассердило одного из громил, и он решил его заткнуть, — на пол тона тише сказал он, от этого по телу пробежала мелкая дрожь, — Он задушил его голыми руками, а я ничего не мог сделать. Позже они разобрались со старшим, моей женой… На моих глазах. А меня оставили в живых. Сказали, что это моё наказание, жить с мыслью о том, что они погибли из-за меня. Я лишился всего за один день, — после сказанного он медленно поднял взгляд на меня, пытаясь найти в них понимание, но видел только страх. — Нежели у тебя никого не осталось? — спросила я. — Никого, — покачал он головой, — Даже здравого рассудка, — грустно улыбнулся он, — Сначала пытался покончить с собой, но оказался слабаком и не смог прыгнуть с того злополучного моста. Позже стал избивать животных, срываясь на беззащитных. А в последнее время переключился на девочек, вроде твоей подруги. Многие из них считают меня обычным извращенцем, не понимая, что я кайфую от их испуганного личика. Я врываюсь в дома одиноких девушек так же, как и когда ворвались ко мне. — Ты не должен этого делать, неужели хочешь опуститься до уровня тех людей? — Я уже на дне, — отрешённо ответил он, — Просто забери воспоминая о моей семье, я не могу так дальше жить! — закричал он.       Дело пахло жареным. Мужчина совсем потерялся в своих воспоминаниях и, кажется, совсем не понимал, что с ним происходит. На него нахлынули непонятные эмоции, от которых его трясло. Он стал задыхаться, не переставая громко повторять одну и ту же фразу «Забери!». — Я не могу! — ответила я, разрыдавшись на месте. Он продолжал кричать и пугать меня, а я понимала, что вот-вот потеряю сознание, — Зачем тебе забывать их? — при смерти спросила я. — Что? — он моментально успокоился, вопросительно уставившись на меня. — Почему ты хочешь забыть о своей жене и детях? — сквозь слёзы спросила я, — Они были частью твоей жизни, а ты хочешь просто отказаться от них? Ты хочешь забыть приятный голос жены, первые шаги своих детей, их улыбки и слёзы? Ты так легко готов вычеркнуть их из своей жизни, будто бы их никогда и не было? — Мне это надоело, — устало вздохнул он и бросил зажжённую зажигалку на пол. Разбросанные по комнате старые газеты тут же загорелись, распространяя пламя по всей комнате, — Либо я сожгу это место вместе с тобой, либо ты мне поможешь и мы спасёмся. — Просто отпусти меня, я не могу тебе помочь, понимаешь? Я правда не та, кто может сделать то, о чём ты просишь. Я никакая не ведьма и увы забирать чужую боль и воспоминания, я не умею. — Не ври! — злился он, — Твои глаза не могут врать. Болотно-зелёный, который искрится в темноте, не может принадлежать обычной девушке! — Но я именно такая, самая обычная из всех обычных, — нервничала я, понимая как в ранее холодном помещении становится невыносимо жарко. Пламя охватило всю деревянную мебель в этой комнате, даже влажный ламинат начинал искриться. Я продолжала дёргать рукой, в надежде высвободиться от оков наручников, но безрезультатно. — Я итак долго тебя искал, так долго искал возможность затащить сюда, а ты сопротивляешься? — опустил глаза он, — Я ошибся в тебе, гори, — ответил он и выровнялся, подымаясь на ноги. — Йа, не оставляй меня здесь! Расстегни наручники, тогда я попробую тебе помочь! Есть же много других способов. Психологи, медицина, ты пробовал? — истерично кричала я. Мужчина только покачал головой и, развернувшись, ушёл, — Нет… — пропищала я. Густой дым заполнил комнату, из-за чего видеть дальше вытянутой руки стало сложно, как и дышать. Пламя окружило меня по кругу, заставляя катиться по бледной коже капельки пота. — Аида, Аида!!! — послышался крик, но я не могла видеть от кого. Голос был знакомым, напоминал Тэхёна, но на данный момент это казалось галлюцинацией, — Аида, ты где? Аида! — Тэхён, это ты? — с надеждой спросила я, вкладывая все силы оставшиеся в то, чтобы сказать это громко. — Да, я рядом. Я не вижу тебя, пожалуйста, поговори со мной. — Я не могу, — тише ответила я. — Ты не должна закрывать глаза, говори со мной! — продолжал кричать он. Я слышала, что его голос становился чётче и громче, что означало — он рядом. В это даже не верилось. — Я не могу. Я устала, Тэ, — ответила я. — Но ты не должна вот так легко сдаваться, я вытащу тебя отсюда, — сказал он. — Ты меня искал? — А ты думала, что я буду сидеть дома сложив ручки? — удивился он, — Мне пришлось обзвонить всех, кто мог помочь мне, и вот я здесь. Сейчас найду тебя в этих клубах дыма, — прокашлялся парень, — И спасу. — Как всегда, — горько улыбнулась я. — Раньше только ты спасала меня, — добавил он. — Уходи, Тэхён. Я не смогу уйти, он пристегнул меня наручниками к батарее. Огонь очень большой, пожалуйста, Тэхён, уходи, — попросила его я. — Ты правда думаешь, что я тебя послушаю? — спросил он, и я заметила его тёмный силуэт. Через пару секунду он нашёл меня, присел рядом, вглядываясь во влажные глаза, — Я всю ночь не спал, переживал за тебя. Я люблю тебя, дура. И мне плевать, если ты не веришь мне, если всё ещё думаешь, что я мог тебе изменить, я всё равно буду повторять, что люблю, — спокойно сказал он, ощупывая мою прикованную руку, — У твоей любви есть лимит? У моей же нет, О. — Я тоже всё ещё люблю тебя, почему-то, — улыбнулась я, потянувшись е его красивому лицу с невесомым поцелуем, — Поэтому, не прощу себе, если ты останешься здесь. Уйди, — попросила я. — Нет, — коротко ответил он и сел на пол рядом со мной. — Пожалуйста, уходи пока не поздно. — Не собираюсь, — ответил Ким. Парень пытался разорвать цепь, подцепить её ломом и сорвать, но ничего не выходило, — Вы на месте? — Тэхён набрал чей-то номер, уложив мою голову себе на плечо. Видимо, по мне было уж сильно заметно, что я практически на грани жизни и смерти, — Внизу должен быть мужчина в очках… Поймайте и найдите у него ключи, после дуйте на второй этаж. Я знаю, что здесь огонь, идиот, я как бы тут и сижу! Жду, поторопитесь! — крикнул Ким, — Нет-нет, не закрывай глаза, слышишь? — парень потрепал меня по голове, позже замечая, что она кровоточит. — Да-а, — проскулила я, пытаясь держаться и буквально не выть от невыносимой боли в области затылка. Воздуха тоже ужасно не хватало. — Мы выберемся отсюда вместе и уедем обратно в Сеул. Я больше никогда тебя не оставлю, слышишь? Я хочу быть с тобой вместе всю оставшуюся жизнь, Аида. Я люблю тебя, как никогда никого больше не полюблю. Держись, солнце, держись, — шептал он, крепко обнимая и нежно целуя в щёку. — Я никогда не стану идеальной спутницей жизни, не буду терпеть твои выкидоны и продолжать улыбаться, притворяясь, что всё хорошо, — сказала я с полуприкрытыми веками, — Но я никогда больше не заберу свою ладонь из твоей, никогда не повернусь к тебе спиной, если тебе сложно, — сказала я, с улыбкой глядя на своего мужчину, — Больше никогда не отпущу, даже не проси. Пока смерть не разлучит нас… — Ну ты о смерти пока не думай, — покачал головой Тэ, — Думай о том, что скоро станешь моей женой, ведь больше я не собираюсь тебя отпускать. — Я согласна, — ответила я. — А я тебя и не спрашивал, я утверждал, — сказал он, и я засмеялась.       Вокруг бушевала стихия, пожирая всё вокруг и оставляя лишь пепел. Я сидела посреди всего этого хаоса, лежа на плече любимого, и не могла думать о смерти. Его рука крепко сжимала мою, будто передавая немного сил. Как бы я его не просила, он просто качал головой в разные стороны, повторяя, что я дура и, что он никогда не бросит меня здесь. Позже, когда здание казалось вот-вот рухнет и мы останемся под его горящими обломками, в проходе появился какой-то мужчина. Он бросил нам ключ, которым Ким быстро освободил меня. — Я не могу, ноги не слушаются, — прошептала я, повиснув на парне. Перед нами упала огромная балка, перегораживая выход, я правда не знала куда деться. Голова в который раз закружилась, и как бы я не сопротивлялась, я отключилась.

***

— Она будет в порядке? — услышала я сквозь сон голос Чанёля. — Они сделали всё возможное, — ответили ему грубым голосом.       Я медленно открыла глаза, сразу понимая, что нахожусь в больнице. Все столпились вокруг меня и сразу стали донимать вопросами о самочувствии. Среди лиц друзей, я заметила и лицо Чонгука. — Малой? — удивилась я. — Боже, как же ты нас всех напугала! — разорался Чон. — Она пришла в себя? — кто-то ворвался в палату и буквально через минуту на мне повисли Юна и Юра. — Вы приехали, — разрыдалась я, — Простите, что заставила волноваться. А где Тэхён? — спросила я, медленно подымаясь на локтях. Все неловко переглянулись между собой, но никто так ничего и не ответил, — Где он?! — крича, спросила я. — Ты только не переживай, ладно, — рядом со мной присел Чанёль, осторожно касаясь моей ладошки своей, — Он пытался вытянуть тебя из горящего здания и очень сильно пострадал. У него много ожогов, но врачи сказали, что сейчас уже всё лучше, он справится. — Но… — протянул Чонгук. — Но?.. — повторила я за ним. — У него обгорела большая часть лица, ты уверена, что он тебе ещё нужен? — спросил Гук. — Ты придурок? — заверещала я, — Кривой, босой или хромой, он мне любой нужен. Где он? Отведите меня к нему!!! — завопила я. В душе скребли кошки, я прекрасно понимала, что ужасно виновата перед ним. Если бы не уехала, он бы не пострадал. От этих мыслей ком посреди горла встал, слезы неосознанно стали катиться по щекам, — Отведите меня к нему! — попросила я, пытаясь подняться на ноги. — У тебя сотрясение мозга, тебе нельзя вставать, — сказал Чонгук и уложил меня обратно. — Мне нужно к нему, пусти мелкий. А то я за себя не ручаюсь, — угрожала я ему. У меня буквально была истерика и, казалось, что я готова разорвать каждого, кто встанет на пути. — Входи уже, а то она нас всех убьёт, — крикнул Гук, держа мои руки, которыми я пыталась его ударить. Дверь палаты открылась, и я ошарашенно посмотрела на Кима, который улыбаясь во все тридцать два, вошёл. Живой и невредимый. — Ах ты конченный придурок! — заорала я, и как бы парни не старались меня удержать, подхватилась с места и побежала к Киму, — Ты бы ещё мертвым притворился, — я хотела ударить его, но он перехватил мою руку и обнял. — 1:1, дорогуша, — засмеялся Ким, а позже его хихиканье подхватили и остальные. — Ты о чём? — удивилась я. — Вспомни, как однажды притворилась, что потеряла память, — освежил мою память этот врун. — Это было три года назад! — взорвалась я. Я немного злилась за эту выходку, но была безумно рада, что с ним всё хорошо. — А это была месть, — ответил он и впился в мои губы.

***

      Меня выписали буквально через пару дней, не без усилий Тэхёна. Все наши друзья приехали, услышав новость о прошествии, и мы наконец собрались большой и старой компанией. Ким меня одурачил и был абсолютно здоров, отделавшись буквально парой царапин. Мне рассказали, да и я сама помнила, как отважно он пытался вытянуть меня из огня, не жалея себя. Он даже не думал о том, чтобы бросить меня умирать в том жутком доме.       Наши отношения безусловно наладились. Мы целую неделю извинялись друг перед другом, пока нам это не надоело, и мы не стали молча проявлять свои эмоции. Так проявлять, что до сих пор сидеть больно. Мы, наконец, поняли как сглупили и, что вся эта история исключительно из-за нас. Но с другой стороны, не будь этого, наши отношения могли бы оборваться.       Ким всячески оберегал меня от всего, что могло быть связанно с тем домом, больным человеком и даже с Бэкхёном. Меня даже полиция не решалась трогать, всё исключительно через Тэхёна. Мы отбросили всякую гордость и снова бескорыстно стали заботиться друг о друге. Тэхён третий раз предложил мне стать его женой, и в этот раз я согласилась. Я без угрызения совести бросила университет, собираясь в скором времени вернуться в Сеул. — Что там Шинхе? — как бы между прочим спросила я. — Я её уволил, она вернулась в Сеул, — коротко ответил Ким, наматывая локон моих волос на палец. Я лежала скрутившись калачиком, а он обнимал меня за талию и шарил в своём телефоне. Мой мобильный запищал, и я поспешила проверить входящее сообщение. — Что ты сделал с Бэкхёном и тем маньяком? — спросила я, увидев сообщение от следователя, — Почему они продолжают их искать, я же просила передать их в участок. — Твой Бэкхён давно уже дома, — фыркнул Ким, — Ну разукрасили его немного, заслужил, — оправдывался Тэхён, так как я очень просила его не делать глупостей. Полиция бы и сама прекрасно с ними разобралась! — А тот мужчина? — осторожно спросила я. — Жив, — кинул парень. — Тэхён! — закричала я, — Он больной человек, ему нужна помощь! — В полиции его бы оправдали, как больного человека, а я прослежу, чтобы его заперли в психушке на всю его оставшуюся жизнь. Я больше никогда не допущу, чтобы твоей жизни угрожала опасность. — Как же мне смогут навредить, если ты приставил ко мне охрану и сам не отходишь ни на метр? — шутя спросила я, — Я доверяю тебе больше, чем самой себе. Я люблю тебя, Ким Тэхён и рада, что стану твоей женой, — улыбнулась я, стараясь разрядить обстановку. Я уже и забыла о том, что случилось. Сейчас, я просто мечтала о нашем беззаботном будущем. — Я люблю тебя сильнее, — парень повеселел, подминая меня под себя и нависая сверху. — Не-а, — закивала я, потянувшись к нему с поцелуем. — Это может продолжаться бесконечно…