Игорю нужен отдых и Артем

      Три дня назад закончился чемпионат мира по футболу, точнее он закончился для сборной России, но Игорь начал отходить только сейчас. После поражения вся команда ходила как зомби. Кто-то думал о том, что мог пробить пенальти если бы пнул чуть правее, кто-то был уверен в том, что, если бы тогда сделал эту гребаную передачу, то они могли забить еще один гол, кто-то настраивал себя на то, что скоро они разъедутся по разным клубам, и их общение прекратится, а Акинфеев просто лежал в номере и смотрел в потолок, ну или спал, хотя спать не особо получалось потому что: — Ну, Игрореееееек! — повторял Артем уже раз десятый. — Ну, не кисни. Ты не виноват в том, что мы проиграли, — Дзюба с характерным звуком упал на кровать рядом с капитаном, и сгреб его в охапку зарываясь носом куда-то в районе ключиц. — Ты не понимаешь, — прошептал Игорь, аккуратно перебирая пряди чуть вьющихся от влажности волос на голове форварда. — Я же мог поймать этот мяч. Я же мог… — Ещё одно слово про это идиотский мяч, и ты узнаешь всю силу моего гнева, Игорь Акинфеев!       Артем коснулся губами щеки голкипера, встал с кровати и, многообещающе поиграв бровями, пошел в душ. Игорь был уверен, что у него есть минут пятнадцать спокойствия, которые он может провести без постоянных обниманий со стороны форварда. Но тут в дверном проеме вновь показалась голова Дзюбы. — Кстати, я совсем забыл: я купил билеты в Лиссабон, завтра утром самолет. Так что, Игорек, вещи собирай! — протараторил Артем и скрылся в ванной, в то время как Акинфеев просто лежал и пытался переварить только что сказанное его парнем. Чертов Дзюба! Так разве можно? Нельзя ставить человека перед фактом! Внутри Игоря было просто стихийное бедствие, ему хотелось рвать и метать, а точнее оторвать Артему одно место которым он постоянно думает.       Когда форвард появился в комнате, то сразу же столкнулся с яростным взглядом капитана, которому, видимо, не хватило 10 минут, чтобы принять тот факт, что Дзюба опять сделал все по-своему, даже не посоветовавшись с ним. — Скажи-ка мне пожалуйста, Тема, — и тут Артем понял, что живым он не выйдет, потому что, так ласково его называли либо во время секса, либо во время серьезной ссоры, и сейчас именно второй вариант. — Какого черта? Почему ты опять принимаешь такие серьёзные решения без моего, твою мать, ведома?! А? — Игорь встал с кровати и подошел вплотную к парню. — Да потому что ты никогда бы не согласился! — Артем пытался быть спокойным, честно, но эта чрезмерная опека и спокойствие Акинфеева реально задолбало. — Ты контролируешь не только каждый свой, но и мой шаг! Ты пытаешься все держать в поле зрения, следишь за всем, но пойми, от тебя не может зависеть все! Ни тот мяч, ни то, какой Марио на обед суп съел. Я хочу, чтоб ты отдохнул, мне на тебя смотреть больно. Игорь, — Дзюба смотрел прямо в глаза, в которых хотелось утонуть, и пытался контролировать себя из последних сил. Так хотелось повалить голкипера на кровать, одновременно выцеловывая каждый сантиметр тела, шептать какой-то романтичный бред и наконец услышать родное «Тема», только уже в порыве страсти, — ты конечно извини, но, — Артем бросил взгляд на часы, — у нас через одиннадцать часов самолёт, поэтому тебе стоит начать собираться.       Игорь мило улыбнулся и взял парня за руку. Честно сказать, форвард, когда злится, очень сексуален. — Ты прав. Наверное, от меня не все зависит. Прости, но в следующий раз предупреждай не за одиннадцать часов, а хотя бы за два дня.       Акинфеев чуть приподнялся на носочки и коснулся губ нападающего, который в ту же минуту подхватил парня под ягодицы, заставив Игоря обвить свою спину ногами. Он подошел к кровати и, бросив парня на нее, посмотрел капитану в глаза помутневшим взглядом. Голкипер по-блядски облизнул губы и широко развел ноги, тем самым нажав на спусковой крючок своего парня. Артем, зарычав, подошел к кровати и рывком за ноги притянул к себе капитана, теперь уже упираясь своим стояком в задницу Игоря. Почувствовав возбуждение парня, Акинфеев простонал ещё громче, и в эту же секунду раздался громкий стук в дверь. Дзюба успешно это проигнорировав, прошелся широкими ладонями по бедрам и прессу своего парня задирая футболку и, наклонившись, поцеловал голый участок кожи на шее в том месте, где уже начал исчезать засос с прошлой ночи. Но тут раздалась еще одна серия ударов в дверь. — Артем Дзюба, сейчас же открой дверь! — Черышев орал как резаный, продолжая долбить в дверь. — Иди нахуй! — оторвавшись уже от губ парня крикнул нападающий. — Если ты сейчас же не откроешь, я выбью эту дверь!       Артем, резко поднявшись на ноги, в два шага оказался у двери и рывком открыл её. И уже через минуту в их комнате, на кресле, сидел Денис, ехидно ухмылялся, ловя на себе яростные взгляды Дзюбы и все еще туманные от возбуждения Игоря. — Привет мальчики, как дела? Чем занимаетесь? — Ты издеваешься?! — Сказал Игорь, приподнявшись на локтях и сведя ноги обратно, чуть покраснев. — Скажи спасибо своему парню. Он вчера так удачно и совершенно случайно (!) ввалился к нам с Марио в комнату и просидел в ней до вечера. А у нас между прочим все было в самом разгаре! Что молчишь-то, Артем? Понравилось, когда прерывают на самом интересном?! — Черышев победно смотрел на то, как Акинфеев прожигал в форварде дыру. — Все. Молодец! Ты испортил мне ахуенный секс! Доволен? Можешь идти! — Дзюба смотрел на Игоря и понимал, что снова получит. Но посмотрев на Дениса стало понятно, что его довольная рожа тоже в порядке не останется. — Я уже бегу отсюда, — протараторил полузащитник, уже закрывая за собой дверь, — но тебе сегодня уже никто не даст. — Иди нахер, — сказал Артем с сторону уже закрывшейся двери. — Ну что, продолжим? — Тебе же сказали! Сегодня тебе никто не даст, так что иди в душ и охладись, — Игорь недовольно посмотрел в сторону парня и, встав с кровати, направился к шкафу. — Ну, Игорь, — нападающий подошёл сзади и, обняв капитана, нежно поцеловал его где-то в районе ключиц, будто извиняясь. — Артем, я собираю вещи, не мешай мне, — голос Акинфеева стал нежнее и он немного откинул голову подставляя шею под мягкие касания губ своего парня. — Ну, как хочешь, — форвард резко оторвался от шеи любимого, — не буду мешать. Кстати, мои вещи тоже кинь в чемодан.       Артем зашел в ванную и начал собирать зубные щетки, шампуни, бритвы и, конечно, он не забыл заглянуть в шкафчик под раковиной, где лежала лента презервативов. Это ведь неотъемлемая часть поездки. — Артем, я схожу, с парнями попрощаюсь, — крикнул Игорь из комнаты. — В смысле? — Дзюба вышел из ванной и положил собранные вещи на тумбочку рядом с кроватью. — Когда мы вернемся обратно, все уже разъедутся и встретимся мы только на награждении. — Хорошо, я пока соберу оставшиеся вещи, — подойдя к шкафу, Артем продолжил складывать вещи, в то время как входная дверь закрылась. Игоря обходил одну комнату за другой, прощаясь с парнями, вспоминая лучшие моменты чемпионата и наслаждаясь последними мгновениями в компании парней, которые за этот короткий промежуток времени стали родными. Он уже начал скучать. Он знал, что они встретятся еще, но на мероприятиях вряд ли удастся нормально пообщаться.       Акинфеев вернулся в номер, когда было уже часов двенадцать. Он аккуратно открыл дверь и почти бесшумно подошёл к расправленной кровати, на которой, скинув с себя на половину одеяло, мило приоткрыв рот, спал Артем. Его волосы были чуть взъерошены, а на лбу выступил пот. Ну вот какой дурак ложится спать, перед этим плотно закрыв все окна, когда температура в комнате итак плюс двадцать пять? Акинфеев прошел вдоль комнаты и открыл все форточки, потом, скинув всю одежду, тихо лег рядом с парнем. Еще минут десять до того, как окончательно вырубиться он просто лежал и любовался тем, как Артем смешно шевелил носом во сне, как подрагивают его ресницы и как на его лбу вновь появляются складки от того, что он иногда хмурился. ***       Утро нормального человека начинается с кофе и если повезет ещё и с поцелуя любимого человека, но утро Артема началось с пинка в бок и крика: — Артем, твою мать! Мы проспали! У нас через час самолет! — Игорь уже как ошпаренный носился по комнате одновременно натягивая майку и кидая оставшиеся вещи в сумку. — Чего разлегся? Быстрее давай, я уже такси вызвал, оно будет через десять минут. Молись, чтобы пробок не было. — А как же душ принять? — Дзюба только успел встать и направиться в сторону ванной, как в него прилетела охапка его же вещей, а Акинфеев уже прожигал в нем дыру. — Ты идиот или как? Я же сказал, что такси будет через десять, уже через восемь, минут! Помоешься в Португалии. Хотел бы принять душ, завел будильник, — Игорь, уже завязавший кроссовки, перевез чемодан к двери и ходил по комнате, в поисках каких-либо оставленных вещей. — Ну, на счет будильника не знаю, но тебя я могу хоть сейчас завести, — пробормотал Артем, но, словив на себе недовольный взгляд парня, начал еще быстрее натягивать джинсы. — Еще одна твоя пошлая шуточка, и ты полетишь один. — Если откажешься лететь, то возьму с собой Кокорина, — к концу фразы Дзюба притих, и посмотрел на Акинфеева, яростно сжимавшего ручку чемодана уже в дверном проеме. — Знаете, что, Артем Сергеевич, раз Вам так нравится проводить время с Александром, то я, пожалуй, останусь здесь, — чемодан и сумка с грохотом упали на пол, а голкипер вернулся в комнату и лег на кровать. Артем удивлённо посмотрел на своего парня. Он никак не думал, что Игорь так резко отреагирует на безобидную шутку. Саша был лучшим другом Артема, и Акинфеев вроде бы все понимал, но, как только, видел их вместе, то в голове что-то сразу щелкало и включался режим собственника, хотелось приковать Артема наручниками к себе, наоставлять на всем теле засосы и царапины, а потом ходить по улицам и орать о том, что эти два метра наивной детской любви, и обладатель самых красивых глаз принадлежит ему. Игорь очень любит Дзюбу, и вообще не собирается его с кем-либо делить, но Артему он, конечно же, не скажет об этом, он будет вести себя так же спокойно и уравновешено, как и всегда. Но сейчас Акинфеев был готов рвать и метать. Какого черта Артем опять вспомнил об этом Кокорине. Они собираются на отдых. На совместный (!) отдых. А в их разговоре опять упоминается этот человек. Теперь какое-либо желание ехать на этот чертов отдых отпало совсем. — Игорь, ну прекращай, — Артем понял, что задел голкипера, но вот разозлить его гораздо проще, чем вымолить прощение, — ну сказал, не подумав, — он закончил одеваться и стоял рядом с кроватью. Вряд ли Игорь оценит, если его, как принцесс,у возьмут и на ручках донесут до такси. — Ты же так хочешь поехать с Кокориным, так вперед. Вы так мило общаетесь. За время чемпионата, наверное, соскучились друг по другу. Вот отдохнёте вместе. Он наверняка и трахается лучше меня. Да и тебе веселее с ним, — Игоря понесло так, что хрен бы его кто остановил, еще бы немного и он начал бы припоминать Артему все его грехи, но в следующую секунду кровать прогнулась под весом еще одного человека. Нападающий навис над Игорем. Он смотрел прямо в глаза, от чего Акинфеев немного покраснел и попытался отвести взгляд. — Игореша, посмотри на меня, — голкипер с успехом проигнорировал эту фразу и продолжил разглядывать стену, — ну не хочешь — не смотри. Просто запомни раз и навсегда: я люблю только тебя, барашек. И никакой Кокорин мне не нужен. Артем нежно поцеловал Игоря в щеку и встал с кровати. Он аккуратно взял за руку парня и потянул лежащее тело на себя. Акинфеев вроде недовольно, но с неподдельной нежностью посмотрел на форварда и со стоном встал с кровати. — Че стоишь? Вещи в руки и на выход, — капитан прошел к выходу мимо парня, — И если еще раз назовешь меня барашком, то точно полетишь один. Я пойду такси на стоянке найду.       Игорь вышел из номера, а Дзюба улыбнулся и, подняв вещи с пола, направился вслед за парнем. Он просто светился от счастья. Конечно, со стороны их отношения казались очень странными. Иногда создавалось ощущение, что Артем просто навязывается Игорю. Этот двухметровый медведь постоянно лез обниматься, постоянно шутил, будто пытаясь привлечь внимание. Но если бы хоть кто-нибудь знал, что Акинфеев просто таял от всего этого. На его лице появлялась непроизвольная улыбка, когда он находился в объятиях своего парня. Ему нравилось почти все, что делал Артем, кроме, конечно, его общения с Кокориным. Но сейчас, после того как Игорь услышал такие нужные слова, стало понятно: никакой Саша не сможет испортить им отдых. ***       Это был самый спокойный перелет Игоря за последние три месяца. На душе было так спокойно рядом с Артемом. Акинфеев вслушивался в размеренное дыхание своего, уже во всю спящего, парня и улыбался. Сон никак не шел, поэтому он решил заказать немного вина. Стюардесса принесла небольшой бокал, поинтересовавшись как проходит полет и все ли их устраивает, потом мило улыбнулась и вернулась в эконом. Конечно, они летели в бизнес классе. И главной причиной не являлось желание показать всем количество своих денег или же выпендриться перед кем-либо, просто этот перелет обязан был пройти спокойно. Вряд ли в экономе они смогли бы нормально лететь. Мало того, что они популярные футболисты, дак еще и вместе. Артем не смог бы положить голову на плечо Игорю, а голкипер не смог бы поцеловать парня, когда ему этого захочется. Именно поэтому, зайдя в самолет первыми, покинуть его надо было тоже первыми, чтобы сократить общение с русскими пассажирами до минимума. А пока они просто наслаждались полетом. Впереди было еще восемь часов из десяти, и Акинфеев, выпив вина, решил проспать всё. Откинув кресло назад почти параллельно полу и поравнявшись с соседним, он повернулся лицом Дзюбе и уснул.       Игорь проснулся от того, что кто-то аккуратно поцеловал его в щёку, совсем по-детски и невинно. Он открыл глаза и увидел ярко улыбающегося Дзюбу, у которого было очень хорошее настроение. Артем ещё раз поцеловал парня куда-то в шею. — Игореша, через час мы уже будем в Португалии. — Ага, — Акинфееву понравилось просыпаться рядом с любимым, ощущая огромную ладонь Темы на своем бедре. Наконец-то можно открывать глаза с поцелуем своего парня, а не с криками Черчесова о том, что через полчаса тренировка. — Целую неделю только я и ты, — Артем медленно приближался рукой к паху Игоря. — Дзюба, ты хотел провести неделю со мной или с моей задницей? — форвард сжал бедро, заставив голкипера свести ноги. — Твоя задница — неотъемлемая часть тебя. — Боже, Артем, лучше бы ты молчал, — Игорь закрыл глаза и по-доброму улыбнулся.       Весь оставшийся час они болтали на совершенно рандомные темы, а ещё Дзюба успел попробовать половину меню под постоянное бубнение Игоря о том, что Артем ест, как свинья и ему надо купить слюнявчик. Прилетев, они, как и планировали вышли первыми, точнее сказать почти выбежали, но Дзюбу все-таки увидели какие-то русские парни, сложно не заметить двухметровый шкаф. И в то время пока Артем фотографировался, Игорю каким-то сказочным образом удалось остаться незамеченным. Уже можно представить сколько всякого бреда понаписали бы о том, что капитан и лучший нападающий сборной России отдыхают вместе. Акинфеев отправил сообщение Артему о том, что он будет у стойки получения багажа и пошел получать их вещи. Через несколько минут Дзюба догнал парня и отобрал чемоданы потому что «принцессы не должны носить тяжести», на что получил злой взгляд Игоря в спину. — Ты вызвал такси? — У аэропорта постоянно дохрена машин, пошли. Хотя, стоооой! — Дзюба развернулся на сто восемьдесят градусов, хватая Акинфеева за рукав кофты, заставляя остановиться. Игорь уже был готов оттаскивать Артема от очередного котенка, но проследив направление взгляда своего парня, стала понятна причина остановки.       В десяти метрах от их места положения находился Макдональдс. Вот кто придумал делать забегаловки с фаст фудом прямо в аэропорту? Теперь Дзюбу будет не вытащить, пока он не наестся до отвала. — Барашек, я кушать хочу. — Артем, нет. Мы едем в отель, там нормально поешь. — Игорь, я хочу здесь. — И ты не уйдешь пока не поешь? — Игорь надеялся вразумить парня, но посмотрев на то, как Артем агрессивно мотал головой, давая понять, что он не уйдет без бургера отсюда, Акинфеев развернулся в направлении Мака. — Боже… Такое ощущение, что с ребенком поехал. Пошли, чудо мое.       Артем схватил чемоданы и пошел за Акинфеевым. Его лицо сияло от радости. Сейчас он, серьезно, выглядел, как двухметровый ребенок.       На их счастье, очередь была не очень огромной. Перед ними было примерно человек семнадцать, и, пока они ждали свою очередь, Игорь почти вынес мозг Артему потому что "мы могли уже давно быть отеле и питаться нормальной едой». Гневную тираду Акинфеева прервал голос молодой девушки: — Olá. O que você quer pedir? (Здравствуйте. Что Вы хотите заказать?) — Olá. Você pode colocar batatas fritas, asas de frango, mcChicken e… (Здравствуйте. Вы можете положить картошку фри, куриные крылышки, чикенбургер и…) — Игорь посмотрел направо, где Дзюба рассматривал витрину с игрушками и тяжело вздохнул. — Happy meal (Хэппи мил), — девушка тоже посмотрела на Артема и улыбнулась.       Форвард повернулся в сторону Акинфеева и подошел поближе. Он наклонился к парню и тихо спросил. — А можно выбрать игрушку? — Хватит вести себя, как ребенок! Побудь хоть немного взрослее, — Игорь бросил это достаточно резко. Он сам не ожидал и не хотел обидеть Тему, но тот уже развернулся и взял в руки сумку и чемодан. — Я тебя у выхода подожду, — Дзюба быстро перебирал ногами в направлении выхода, он был расстроен и немного зол на Игоря. Он надеялся, что голкипер уже привык к нему, и у них не будет каких-то недопониманий. Артем виноват в том, что он такой наивный и открытый? — Артем! Я не хотел… — Акинфеев понял, что его уже никто не слышит. Пара людей из очереди, с любопытством наблюдавшие за этой драмой перевели взгляд на голкипера, который в свою очередь вернулся обратно заказу еды. — Com licença, mas você pode colocar todos os tipos de brinquedos em um pacote separado? (Извините, но можете ли Вы поместить все виды игрушек в отдельный пакет?), — Игорь чувствовал себя максимально неловко, и, чтобы как-то разбавить обстановку, начал искать кошелёк. — Claro (Конечно), — Акинфеев быстро прислонил карту к терминалу, и получив чек уже собирался отойти от кассы, как девушка добавила, — Você tem um marido muito lindo. (У вас очень красивый муж.)       Голкипер бросил взгляд на свою правую руку, на безымянном пальце которой находилось кольцо, которое Артем подарил еще полтора месяца назад. Тогда Игорь не особо обратил внимание на какой именно палец Дзюба надел ему свой подарок. Именно поэтому сейчас Акинфеев красный, как рак, стоял и не знал, что сказать, потому что фразу девушки слышали еще пара человек из очереди. И ничего лучше, чем сказать «obrigado» (спасибо) он больше не придумал. Отойдя в сторону, он дождался своего заказа и быстро вышел из аэропорта.       У выхода его ждал Дзюба и было видно, что он до сих пор обижен — Пошли, вон машина стоит, — сказал Артем и, даже не посмотрев в сторону Игоря, направился к такси, а последнему ничего не оставалось кроме того, как пойти за ним.       Когда форвард погрузил чемодан, он все же сел рядом с Акинфеевым. Когда машина тронулась, Артем назвал адрес отеля в котором были забронированы номера на неделю и отвернулся к окну. — Тема, прости. — Я Артем Сергеевич, — Дзюба повернулся и увидел как Игорь улыбается, — Сам просил быть серьезнее! — Тебе не идет быть серьезным. А теперь закрой глаза, — Форвард недоверчиво посмотрел на своего парня, но все же закрыл глаза. Игорь взял пакет с игрушками и положил на колени Артема.       Открыв глаза, Дзюба посмотрел сначала на улыбающегося Акинфеева, а потом на пакет, и уже через пять секунд на свободное место высыпались все фигурки который были в пакете, в одну руку Артем схватил игрушку Дэдпула, а в другую — Халка. Смотря на Игоря, в его глазах плескалась настоящее, неподдельное детское счастье, он наклонился к парню и, видя то, что таксист полностью увлечён дорогой, аккуратно поцеловал его, нежно покусывая губы Акинфеева, ощущая то, как тот почти незаметно улыбается. Оторвавшись от своего Игоря, Дзюба еще раз посмотрел ему в глаза и прошептал очень тихо, но этого было достаточно, чтобы Игорь услышал.

«Я очень сильно тебя люблю.»

      Акинфеев убрал из одной руки парня игрушку и нежно провел подушечками пальцев по ладони, после чего, взяв Артема за руку, подался чуть вперед за новым поцелуем. Это значило намного больше, чем тысяча фраз о любви.       Впереди были семь дней свободы, и неважно, что будет по возвращении обратно в Россию. Сейчас они хотели наслаждаться друг другом, пока есть эта возможность, и никто не сможет им помешать.