Twin sister

- То есть… все это правда? Все эти легенды, сказки… – Айви закрыла лицо руками. – Вот он тот момент, когда чувствуешь себя никчемной песчинкой в огромной Вселенной, - она вдруг рассмеялась. – Интересно, а феи тоже существуют? - Про них ничего не могу сказать, - Стив улыбнулся. - И значит мой брат просто никчемная «шестерка», - девушка снова погрустнела, сцепляя пальцы. – Просто оказался не в том месте не в то время… Боже. - Айви, все будет хорошо… - начал Роджерс, но она прервала его взмахом руки. - А если нет? От шестерок предпочитают избавляться, - у нее задрожали губы. – Да я прекращу рыдать, наконец? – зло вскрикнула девушка и ударила кулаком в стену. Да, она злилась. Злилась, потому что не могла совладать с собой и вела себя, как последняя истеричка. Таких не то что в космонавты, в кафе официанткой не возьмут. С такими-то хрупкими нервами. На смену злости пришла ноющая боль в разбитых костяшках. Айви потерла руку, шумно вдыхая воздух, пропахший металлом и машинным маслом. - Послушай, - Стив крепко сжал плечи девушки, - в твоей ситуации это абсолютно нормально. У тебя стресс. - Прости, но меня это бесит. Я как тряпка. Позволяю делать с собой все, что хочу: меня притащили сюда, меня ни во что не посвящают, просто приказывают сидеть тихо и держать рот на замке. Я не могу так больше. Мне нужна хоть толика определенности, иначе я… я… - она стала задыхаться от быстрой речи, сквозь которую проскакивали судорожные всхлипы. – У вас у всех стресс, но только я одна рыдаю, как маленькая девочка над раненным птенчиком. Она сцепила дрожащие руки и сделала несколько шагов от Стива. - Прости меня… Я… Боже, да что же со мной происходит. Никогда так раньше не злилась. - Прекрати извиняться. Незачем этого делать. Ты не виновата. - Я не могу контролировать… - Ты не робот. Просто, - Стив мягко прижал девушку к себе. Айви от неожиданности задержала дыхание. – Дыши глубоко. Вдох… выдох… - она закрыла глаза и послушно выполнила указание Роджерса, слушая, как стучит у него в груди сердце. И ей вдруг стало так спокойно. Ей просто нужно было чье-то плечо, на которое можно опереться. Плечо того, кто сильнее и старше ее, опытнее и мудрее, кто может сказать, что нужно сделать и кого она незамедлительно послушается. Стив неловко погладил ее по голове. С каждым разом, его движения становились более уверенными. Мужчина так боялся, что Айви его оттолкнет, что перестал нормально дышать. А ей казалось, что крепче объятий и быть не может. И даже если бы этот Локи покусился на их спокойствие, Стив бы не выпустил ее из объятий. - Спасибо, - тихо сказала она и отстранилась от Роджерса, положив ладони ему на грудь. Он еще раз провел рукой по спутанным волосам, и его губы расплылись в улыбке. - Не за что, - он убрал локон ей за ухо. - Кхе-кхе. Я не помешала? – раздался за спиной голос Наташи. Айви и Стив тут же, как ошпаренные, отскочили друг от друга и потупили взгляд, как провинившиеся школьники. Роджерс залился краской до кончиков ушей, Бартон виновато закусила губу и с неподдельным интересом стала рассматривать узор труб, тянувшихся вдоль коридоров корабля. - Я… я, пожалуй, пойду в лабораторию, - быстро сказал Стив и так же стремительно развернулся и зашагал дальше по коридору, чертыхаясь про себя. Айви украдкой посмотрела ему в след и перевела виноватый взгляд на Наташу. - А брат знает, чем ты занимаешься? – усмехнувшись, спросила, Романофф, скрещивая руки на груди. - Если б знал, уже был бы здесь, - хмыкнула Айви. – Он жутко ревнивый. - О, вот об этом можешь не рассказывать, - Ната рассмеялась. Все. Лед треснул. Бартон тоже выдавила из себя парочку смешков. – Пойдем. - Куда? - К Локи в гости. Я буду вести допрос, а ты молчи. Если что-то проскочит про Бартона, то… - Сказать тебе, а самой не вмешиваться, да? – бесцветно проговорила Айви, скривив губы. - Именно. - Ты вертишь мной, как хочешь. Прямо как Клинт. - Наверное, поэтому мы и напарники, - пожала плечами Наташа. – Так, он всех ухажеров твоих распугал? - Вроде того, - девушка поморщилась, вспоминая последнего своего молодого человека. Дарен был очень приятным на вид, да, в принципе, и собеседником был хорошим. Они были счастливы вместе. По крайней мере, так думала Айви, пока не решила познакомить двух главных мужчин своей жизни. Клинт долго разговаривать с ним не стал. Он еще задолго до их встречи навел справки о Дарене, и то, что он узнал, так сильно его разозлило, что он сломал парню нос и, заломив ему руки, спусти с лестницы. - Чокнутые! Вы оба просто психи! – орал Дарен, держась за нос. - Пошел вон из моего дома! – спокойно ответил Клинт, захлопывая входную дверь. - Клинт! Клинт, что ты сделал?! – не обращая внимания на слезы, кричала Айви. Она толкнула его в грудь, когда он попытался обнять ее. – Почему?! Почему? ПОЧЕМУ? – взвыла она. - Я не позволю делать из тебя дуру, - все так же спокойно говорил Бартон, крепче прижимая сестренку к себе. – Он изменял тебе, Айви. Понимаешь? Она замолчала, а потом снова разрыдалась пуще прежнего от обиды и унижения. Ноги подкосились, и мужчине пришлось сильнее прижать ее к себе. - Он не достоин такого сокровища, как ты. - Если бы я была таким сокровищем, тут бы выстроилась очередь, а он не изменил бы мне, - всхлипнула Айви. - Он просто идиот. А ты не смей думать, что не достойна его, ясно? Никогда. Ты самая прекрасная девушка, и я не позволю каким-то проходимцам разбивать твое сердце.

***

Наташа остановилась у массивной двери и несколько раз стукнула пальцами по сенсорной панели. Дверь бесшумно отъехала в сторону, пропуская девушек на тюремную палубу. Справа и слева тянулись ряды камер, а чуть поодаль виднелась еще одна дверь, за которой, по словам Романофф, и скрывался Локи. - Зачем столько камер? – спросила Айви, невольно поежившись. - Всегда нужно быть готовыми ко всему, - ответила Наташа. - Это паранойя. - В нашем с Клинтом мире это не называется паранойей – это инстинкт самосохранения и банальная осторожность, - оборвала ее девушка. Айви невольно почувствовала себя чужой. Слова «в нашем мире» как будто были осязаемыми и сильно ударили под дых. Еще бы: она здесь никто. Не знает, какого это быть военным, не знает, какого это вечно ждать опасности на каждом шагу, какого это пребывать на волосок от смерти каждую секунду, ожидая подвоха даже от самых близких людей… Это их мир – мир интриг и шпионских расследований, мир заказных убийств и невыполнимых заданий. Наташа с ледяным спокойствием открыла дверь и тихо вошла в помещение, где находился Локи. Она знаком показала девушке, чтобы та пока держалась в дверях, а сама тихо прошла к клетке асгардского пришельца. - Не многие могут подкрасться ко мне, - медленно, растягивая слова, произнес Локи, оборачиваясь к Наташе. - Но ты меня ждал, - с упором произнесла Наташа. Она повернулась к Айви и кивком пригласила ее войти. Бартон несмело вошла в помещение и встала у пульта, боясь поднять глаза на асгардца. - Позже, когда все пытки Фьюри, наконец, иссякнут, ты бы пришла как друг, как бальзам, и я стал бы сотрудничать, - Локи широко улыбнулся, мельком оглядывая Наташу. Он не обращал никакого внимания, на фигурку стоящую позади Романофф. Бог лжи чувствовал страх и ненависть, которые волнами исходили от девчонки и, ударяясь в него, как будто давали ему силы. - Я пришла узнать, что с Бартоном. Айви тут же подняла глаза на Локи, пытаясь прочитать эмоции на его лице, но тот умело скрывал их, продолжая играть. - Он стал шире смотреть на мир, - мужчина чуть развел руками, будто говорил о какой-то прописной истине. - А когда победишь… когда станешь царем горы, - Наташа ближе подошла к клетке. Теперь ее и Локи разделяло только несколько шагов и толстое непробиваемое стекло, - сможет ли он вообще смотреть? – она скрестила руки на груди. Айви жадно глотала каждую реплику этого странного диалога, где оба – и Наташа, и Локи – вели игру. - О, - воскликнул мужчина, - это любовь, агент Романофф? - В любовь играют дети, а я у него в долгу, - быстро произнесла Ната, не сводя глаз со своей «цели». - Поделись, - сказал Локи, отходя назад и присаживаясь на скамейку. Теперь Айви могла видеть его лицо, бледное, точеное, будто сделанное из камня. Тонкие аристократические черты. Глубокие глаза, исполненные мудростью и умом. Хитрые глаза. Тонкие губы изогнулись в «понимающей», сочувствующей улыбке. Кем бы он ни был, он отлично притворялся. Руки Айви сжались в кулаки, она медленно подошла к клетке, пропуская мимо ушей большую часть разговора по душам. Локи умело вел разговор, не скупясь на эмоции и сарказм. Вдруг Наташа застыла и часто задышала. - Вся твоя жизнь пропитана сочащейся кровью, - асгардец говорил с напором, со злостью, подходя все ближе и ближе к Наташе, - и ты думаешь спасение того, кто ничуть не лучше тебя, что-то изменит, - Айви сжала кулаки: как он может говорить такое про ее брата! – Это вульгарная сентиментальность. Жалкие детские моления, - мужчина скривился от отвращения и заговорил с большей злобой. – Убожество! Айви подошла ближе к Наташе, выходя из тени. Девушке казалось, что он смотрит прямо в душу Романофф, вытаскивая ее страхи и переживания наружу, переплетая их и добавляя им новый смысл. - Ты убиваешь и лжешь на службе у лжецов и убийц. Делаешь вид, что сама по себе, что у тебя свои правила, которые скрасят весь этот кошмар, - Локи развел руки и сделал еще один шаг, - только он часть тебя. И ты никогда от него не избавишься, - вдруг он резко ударил по стеклу, заставив Наташу отшатнуться, Айви дернулась было назад. Она чувствовала ярость, злобу и ненависть. Жгучую ненависть, которая как будто пропитала воздух подобно яду. - Я не трону Бартона пока он не выпотрошит твою шкуру, основательно, не спеша, такими способами, которых ты боишься. А когда он очнется, чтобы увидеть дела рук своих и возопит, я раскрою ему череп, - Наташа развернулась, будто не выдержав напора жестокого бога. - Только попробуй, - вдруг прошипела Айви, шагая вперед, слегка загораживая Романофф, которая тихо зашипела, как только Бартон двинулась с места. Локи неожиданно отступил назад и улыбнулся. - О, еще одна выжженная изнутри душа. - Ты ничего не знаешь обо мне, - жестко сказала девушка, чувствуя, как страх, подпитываемой невероятной ненавистью к собеседнику становился смелостью. – Зато я имею представление, почему ты делаешь все это. - Удиви меня, - рассмеялся Локи, разводя ладони. - У тебя есть брат, причем сводный. И ты вечно был в его тени, - лицо асгардца чуть скривилось, а улыбка медленно стала сползать, - ты всегда был на шаг позади, но пытался восполнить это чем-то еще… возможно, умом… Но родители все равно недооценивали тебя. Хреновые же у тебя родители, - у Локи на лице заходили желваки, мышцы лица дергались, выражая крайнюю степень злобы, но вдруг он наклонил голову и широко улыбнулся. - Не лучше, чем твои. Они оставили тебя и твоего дорого Клинта на дороге одних, замерзать от январской стужи, потому что вы им были не нужны. Если бы родился кто-то один, они, может, и оставили бы ребенка себе, но после Бартона родилась ты. И они оставили вас, потому что… - Заткнись, - прошептала Айви, глядя на свои тонкие дрожащие пальцы. Она вступила в бой с противником, которого нельзя победить. - О, нет. Они оставили вас, потому что родилась ты. Недоноска. Ребенок-проблема. Балласт. Девушка опустила взгляд и тяжело задышала, пытаясь совладать с накатившим отчаяньем. - И не строй из себя невинность, которая ненавидит эту организацию. Ты сама не так чиста, как все думают, неправда ли? – Айви почувствовала на себе удивленный взгляд Наташи. – Ты погрязла так глубоко, увязла во лжи, которую сплела… За твоей смертью я буду наблюдать с особым наслаждением, убийца… - Ты монстр, - вдруг сказала Романофф дрожащим голосом. - Нет, - он улыбнулся, не сводя взгляд с Айви, которая не могла пошевелиться. – Ты привела монстра. - Значит, Беннер, - вдруг сказала Ната абсолютно ровным и спокойным голосом, - ты это задумал. - Что? – Локи скривился и непонимающе уставился на агента. Романофф потянула Айви за рукав, попутно отдавая приказы по микрофону. - Спасибо, - сказала она, обернувшись у двери, - за сотрудничество. - Я сказала тебе молчать, - зло заговорила Наташа. – Тебе же не совладать с ним. Он бог, который видит тебя насквозь: все твои страхи, все эмоции, все желания. Мне-то плевать, я переживу. Сотни раз уже переживала. Работа у меня такая. Но ты... Айви, - она остановилась и тряханула девушку за плечи, - не смей больше идти в противоход. Это не твоя война. - А чья же? – голос ее дрогнул. – Твоя и Клинта? Щ.И.Т.а? А я балласт, да? Так сбросьте меня, может, легче будет? - Айви… - Романофф устало провела рукой по шее, - перестань. - Перестать что? Говорить правду? Говорить о том, что ты так не хочешь говорить? О том, что меня сбросят со счетов, когда все это закончится? Я не глупая. Мне не пять лет. От «шестерок» избавляются… Зачем вам лишние свидетели… Наташа молчала, продолжая идти вперед. - Угадала, да? Фьюри… - Да, он приказал убрать тебя, как только все закончится. Вот, что-то такое немного мрачное пришло мне на ум после недели беспрерывной работы на ЧМ по легкой атлетике. Надеюсь, вы оцените.