К тебе приполз

Нас расстояние дырявит залпом. Боль отменяет все поезда. Как жаль, что ты не приедешь завтра... И послезавтра... И никогда. ©️ Наверное, Кол сходил с ума, но мысли о том, что Елене необходимо все вспомнить, не давали ему покоя. -Господи, Кол, дай девчонке жить нормально, а? - тяжело вздохнул Клаус, когда Кол перебирал вещи в своём шкафу, выбирая, в чем же пойти в колледж, - Только воспоминаний о тебе ей не хватало. -По-моему, так она будет только больше доверять мне, разве нет? - хмыкнул Кол, - И от ведьм защитить ее будет проще. Клаус подошёл к окну, схватившись пальцами за подоконник, что заставило его немного наклониться. Гибрид хотел сказать, что именно они сказали Елене, чтобы заставить ее стереть воспоминания. Она умирала от боли, когда братья Майклсоны рассказали, что Кол привёз ее в родной город и уехал к своей старой подруге, с которой раньше спал. Они заставили ее поверить, что она не нужна Колу и когда тот вернулся в город, то Елена плакала и говорила, что она хочет нормальной жизни. Клаус и Элайджа ставили на импульсивность брата, которая сработала. Кол внушил Елене забыть его, но она терялась в воспоминаниях, где путешествовала по миру и старший брат гибрида внушил Гилберт, что она была в коме, а никакого Кола Майклсона она не знает. Клаус как никогда боялся, что девушка уведёт младшего брата из семьи, а в то время как раз появился неугомонный охотник, у которого откуда то появился кол из белого дуба. Семье просто нужно было держаться вместе. Одного Никлаус не учёл. После того, как Елена потеряла память и совершенно не помнила его младшего брата, кареглазый сорвался и умотал непонятно куда под покровом ночи. Также Клаус понимал, что если правда вскроется сейчас, то Кол сильно разозлится. Древнейший жалел о своей ошибке более четырёх лет назад. -Почему бы вам не обратить ее? - хмыкнул Кол, - Она останется со мной, а через пару сотен лет у тебя будет новый двойник, здорово я придумал? -А ты не подумал, что девчонка не желает становится вампиром? - Клаус повернулся, - Она хоть и окружена сверхъестественными существами, но становиться им вряд ли хочет. Кол надел белую майку и пиджак, поправляя ремень. Тогда почему ему нельзя быть с ней, пока она жива в роли человека? Потому что захочет провести с ним вечность? Она и хотела! .’.’.’. воспоминание .’.’.’. Они находились в деревне недалеко от какого-то заповедника в центральной части России. Рядом находились пару рек и огромное озеро. Елена для Кола открылась с другой стороны. Как только от местных жителей, которые хоть как-то могли выражаться на английском она узнала, что тут есть водоёмы, то потащила древнего на рыбалку. Вот и объясняла ему, что такое удочка, леска, поплавок, грузило и как этим пользоваться. Выдвинулись они где-то в пять утра и уже в шесть нашли укромное местечко на реке. Она была такой сосредоточенной и то и дело надевала на крючок новых опарышей, переодически вытаскивая рыбу. Кол ничего не делал, но с удовольствием наблюдал за своей девушкой. Когда солнце поднялось и стало безжалостно греть все, что вталкивалось с его лучами, Елена не выдержала и скинула одежду, оставаясь в чёрном купальнике. -Пойдем, Кол, - она убрала снасти и протянула руку вампиру, который распластался на покрывале, которое девушка предусмотрительно взяла с собой. Кол встал и пошёл к воле за шатенкой. Она зашла по пояс немного сжимаясь и тихонечко возмущаясь, а потом повернулась к Колу с улыбкой. -Пойдём, это всего лишь вода, - улыбнулась Елена и тут же нырнула, выплывая в метрах десяти от берега, - Ну давай же! Кол закатит глаза и уже через несколько секунду был рядом с шатенкой, срывая с губ поцелуй. -Я люблю тебя, - Кол гладит ее мокрые волосы, а после это целует губы, на которые ещё остались капли речной воды. -Я тебя тоже, - доверчиво шепчет она, - Знаешь, ради тебя, я бы обратилась в вампира. Чтобы каждую секунду этой жизни принадлежать тебе. .’.’.’. конец воспоминания .’.’.’. *** Кол стучит в дверь Елены, которую ждал около дома в назначенное ещё две недели назад время, но девушка не выходила уже минут тридцать. Поэтому Майклсон назойливо и даже немного скучающее продолжал равномерно бить в дверь. Он даже не заметил, как ему открыта Елена. Она была одета в домашние серые шорты, белую майку и длинный чёрный крупной вязки кардиган. Под глазами были большие синяки, а глаза немного красные. В принципе девушка выглядела очень расстроенной и усталой. -Чего тебе? - голос был достаточно сухим и даже немного безжизненным, что покоробило Кола. Это не та Елена, с которой он находился последняя время, это не та Елена, с которой он провёл год, более того, это даже не та Елена, которую изначально встретил Кол. Эта шатенка, что стояла напротив него была ужасно вымученной, усталой, со слезами на глазах, в которых плескались отчаяние и бесконечная печаль. -Я вроде как вожу тебя в колледж, - Кол представлял, как пошутит над сонной девушкой или поругает за беспечное отношение к учебе. Тоже в шутку, но этот разбитый вид совершенно вывел его из зоны комфорта и максимум, что он мог выдавить, это правду серьёзным голосом, сверля обеспокоенным взглядом девушку. Елена ещё несколько секунд стояла и смотрела на Кола после своей реплики, но потом несколько раз моргнула и почему-то сделала шаг назад. -Я не иду сегодня. Голос до сих пор не выражал ни одной эмоции, поэтому Кол напрягся. -Что случилось, Елена? - он хотел подойти, но наткнулся на преграду, - Черт! -Проходи, раз пришёл, - она оставила дверь открытой и стала подниматься по лестнице, а Кол нетерпеливо пошёл за ней. Когда он зашёл в комнату к девушке, то нахмурился. В уголке на стуле висела его майка, которую он носил и купил в Праге, во время их с Еленой путешествия, а на комоде в рамке стояла фотография, которую когда-то сделал он. Тогда Елена заболела и они несколько дней находились в деревеньке недалёко от Венеции, где у Майклсона был небольшой коттедж. Елена смотрела телевизор, лёжа на диване и поджав под себя оголённые ноги, на которые пыталась натянуть относительно длинный чёрный свитер. -Сегодня ровно три года, как я вышла из комы, - она спокойно села на свою кровать, проводя по бежевому покрывалу рукой, а потом укуталась в него, - Три года я живу с чувством, будто потеряла что-то значимое и неимоверно важное для себя. Знаю, звучит, как глупость, но вот эта майка, - она указала в угол, где стоял стул, - и эта фотография, - посмотрела на комод, - Я не знаю, откуда они. Я никогда не брала одежду у братьев Сальваторе, да и мужчин в целом, а откуда фотография, да и где она сделана... Не знаю. Но когда я ношу эту майку по дому, или вглядываюсь в интерьер на той фотографии, то чувствую такое родное и тёплое, что разливается по моему телу. В такие секунды я будто обретаю часть себя, знаешь... это так странно, мне иногда кажется, что я просто схожу с ума. Меня всю переворачивало от дикой тоски. Раз в год я сбрасываю эту маску улыбчивой и сильной девушки, сижу здесь, обнимаюсь с этой долбаной вещью и вглядываюсь в фотографию, ловлю секунды этого спокойствия и умиротворения, а потом возвращаюсь в реальность и не могу сдержать слез. Это чья-то злая шутка? - она подняла глаза, в которых даже сейчас стояли слезы и так доверчиво посмотрела в глаза первородному, что у него сжалось сердце. -Знаешь, у меня тоже есть несчастная история любви. Более того, за тысячу лет я был влюблён три раза. -Расскажешь? - робко спросила Елена, посмотрев на первородного, который присел рядом с ней. -Расскажу... *** Это было примерно спустя сто лет, как я и моя семья стали вампирами. Мы покинули Америку и оказались на туманном Альбионе. Там был не очень дружелюбный климат, но вампирам перепады температур не страшны, насколько ты понимаешь. Я прогуливался по деревне, которая в последствии стала Лондоном. Мои братья и сестра искали ночлег и еду, тогда меня мало интересовало кровопролитие; за сотню лет я успел натешиться этим, да и вампирские штучки особо не помогали развлечься. Она стиралка вещи около своего крыльца. Знаешь, светлые волосы заплетенные в немного растрепавшуюся от работы косу, голубые глаза, что лучились добром и нежностью. Противоположности притягиваются, а я тогда считал, что погряз в крови и смертях. Впрочем, так было и есть. Она посмотрела тогда на меня, совсем чуть-чуть улыбнулась и продолжила стирку. Думаю, ей было неудобно; тогда женщинам вряд ли можно было говорить с мужчинами, тем более незнакомыми. Я уговорил семью задержаться в деревне, а сам начал обхаживать Нину. Впрочем, она избегала моего общества, хотя по ее взглядам было понятно, насколько сильно она его жаждет. Я познакомился с ее семьей. Родители у неё были добрыми, приняли меня радушно, и уже представили нас друг другу официально. Не думаю, что они спровадили бы свою дочь в мои объятия, зная, кто я есть, но это и неважно по сути. Под покровом ночи я воровал у неё жаркие поцелуи, помогал по хозяйству, водил гулять и рассказывал удивительные сказания о викингах. Порой мне кажется, что это было самое беззаботное время. Она любила меня. А я любил ее. Чуть позже Родители Нины намекнули, что было бы неплохо не только позволять слухам по деревне расходиться, но и пресечь их грязь. Я пообещал, что женюсь на Нине после последнего, как оказалось, разговора с ней. Мы как обычно ушли далеко в лес, который находился рядом с той деревней. Долго ходили, потом я долго и нежно целовал ее губы и щеки. Она спросила, что я хочу рассказать ей, а я замер и смотрел в её лучистые глаза, которые выражали полное доверие ко мне. Я признался, кто я есть, чем питаюсь, какой образ жизни веду. Она испугалась, не захотела вечной жизни и попросила меня уехать из деревни и забрать семью с собой, взамен, она никому не сказала бы нашу тайну. Я согласился и с разбитым сердцем покинул будущий Лондон. Не знаю уж, искала она меня или нет, может и передумала в последствии, но было поздно. Я всегда уважал выбор девушек. *** Елена немного подавлено смотрела в пол, кусая губы. -Я бы не отказалась от человека, в которого влюблена, будь он хоть самим дьяволом, - прошептала шатенка, резко поднимая глаза на Кола, - Она поступила неправильно. А может, и не любила тебя вовсе. Прости... -Нестрашно, Елена, - мягко улыбнулся Кол, - Я живу более двух тысяч лет, так что воспоминания 19ти вековой давности явно не доставляют мне неудобств. -Ты сказал, что у тебя было три любви. -Да... *** Лилю Де Фартео я встретил во Франции в мирное время. Она была обворожительна. Чёрные волосы, такие же глаза, гордый взгляд и своенравное поведение. Ее взгляды на жизнь были достаточно распутными для того времени, и спустя пару недель я уже наслаждался ее телом. Лиля была идеальной и страстной любовницей. Она добровольно разрешала пить кровь, шутила и была смелой. Наш роман продолжался три года. Переодически она задавала вопросы о моем вампиризме; его плюсах и минусах. Это не вызывало во мне подозрений, потому что после этого она целовала меня и мне, признаться, крышу сносило. Оказалось, что единственное, что ей от меня было нужно - это бессмертие. Если бы мы провели чуть меньше времени вместе, или бы мои чувства были не так сильны, я убил бы ее и глазом не моргнув. Однако, Лилия Де Фартео ходит по земле в обличии вампира, если ее не убили конечно же... *** -Это, наверное, ужасно, чувствовать себя преданным, - посочувствовала Елена, задумчиво поглаживая руку первородного вампира, - Не представляю, как ты справился. -Я сорвался, как самый настоящий вампир с чувством собственного задетого эго и болью в мертвом сердце, - Кол усмехнулся и щёлкнул девчонку по кончику носа, - Поверь мне, выключатель эмоций всегда работает «на ура» если знать, как им пользоваться. -Отвратительно, - Елена скривилась, ощущая, как первородный начинает поглаживать ей ладонь, перемещаясь к запястью, - А третья история? Кол замер, опуская глаза на их руки, что сделала и девушка. Она неосознанно схватила его за выцветшую резинку некогда бордового цвета, которая отдалённо напоминала ей что-то. Елена провела по слегка шершавой поверхности, цепляя ноготком выступавшие нитки. Гилберт пару раз замечала за эту неделю старую и потрёпанную резинку для волос, но спросить не решалась. -Это от неё, да? - немного хрипло спросила Елена, кусая губы. Неосознанно она захотела, чтобы этот Майклсон чувствовал что-то к ней тоже,как к Нине, или Лиле. -Третьей девушки, да, - сглотнул Кол, - Она просто взорвала мой мир, Елена. Я был очарован ее красотой, ловил каждую ее улыбку, да и любую другую эмоцию. Когда она целовала меня, то мне определённо хотелось большего. Она тоже знала кто я, и не боялась, но и не хотела превращаться в вампира. Вернее, она готова была им стать ради меня, - древний прикусил губу, - Порой мне так сильно не хватает ее, что я готов вогнать себе кинжал в грудь, чтобы не чувствовать этой пустоты... Елена внезапно подалась вперёд и обняла парня, крепко схватив его за шею и прижимаясь к вампиру всем телом, она затрепетала. Сильные руки первородного нежно обвили талию шатенки, а носом он уткнулся в ключицу такой нужной и родной. -Елена, - он произнёс имена выдохе, отстраняясь и убирая с лица прядь темных волос, от чего девчонка сжалась. В голосе древнего было столико тепла, столько нежности, что Гилберт хотелось растаять в этих звуках. -Мм? - она смотрела на его майку в районе груди, в то время, как его руки все ещё находились на ее теле. И она сходила с ума от того, насколько это казалось правильным. То тепло, что разливалось по телу от непонятной майки и фотографии, казалось, стало в тысячу раз сильнее и чётче. -Ты прекрасна, правда, - шепчет Кол, понимая, что долгожданная близость просто сносит ему крышу, - Можно я поцелую тебя, кукла? Гилберт удивлено воззрилась на парня, чей взгляд был слегка затуманен. -Только один поцелуй, - словно в бреду шепчет древний, касаясь губами шеи, мочки уха и щеки, - Я не знаю, почему ты так действуешь на меня, но мне так хочется ощутить тепло твоего очаровательного ротика... Майклсон замолчал, потому что Елена рвано выдохнула и прикрыла глаза, расслабляясь в его руках. Кол замирает над лицом девушки. Древний рассматривает каждую чёрточку на ее бесконечно-идеальном лице, прежде чем спуститься жадным взглядом к губам. Они покусанные , красные и приоткрытые, словно ждут такой пошлой ласки. -Кол... Она шепчет его имя совсем тихо, но ему сносит крышу и он целует ее, сжимая волосы на затылке, чувствуя, что дрожит, как мальчишка. Елена массирует чувствительную кожу головы, а потом резко начинает оттягивать его волосы, когда вампир больно прикусывает ее губу, от чего Майклсон издаёт сдавленный стон в ее приоткрытый рот и отстраняется. -Ты вкусная, - говорит древний, заставляя себя нагло улыбаться, - Кукла, ты чего? -Это так странно, - шепчет Елена, - Но я будто перестала чувствовать себя одинокой, знаешь? -Я просто великолепно целуюсь, - Кол щёлкает ее по носу и улыбается, - раз уж сегодня у нас забастовка, то пойдём приготовим пиццу и посмотрим фильм, не пускать же тебе слюни и сопли в подушку, раз уж после поцелуя со мной, между прочим, не особо то и горячего, ты перестала чувствовать себя одиночкой. -Это мы типа отмечаем? - щурится Елена, чуть-чуть улыбаясь. -А что ещё? - Майклсон наигранно удивился и сделал задумчивое лицо. -Может, бутылочку вина? -Так, ещё женского алкоголизма нам не хватало, - Кол закатывает глаза, хотя от бутылочки вина на самом деле не отказался бы, но боялся, что алкоголь совершенно развяжет ему руки, и он просто возьмёт Елену в этом доме, нагнув на какой-нибудь кухне. Он не хотел так. Он хотел влюбить ее в себя снова и подарить ей объятия, горячие поцелуи и безумно долгий и жаркий секс, полный любви. -Какой ты скучный, - Гилберт скорчила рожицу, вставая с кровати. -Вот иди уже, - Кол поднимается следом, слегка шлепает шатенку по упругим ягодницам, за что ловит негодующий взгляд, но ухмыляется, продолжая направляться к кухне.