Хорошенький фанат

Как ни странно, родственники даже и не позвонили со вчерашнего дня, на них не похоже. Обычно, когда Гук задерживается хотя бы на пару минут, мать уже начинает обрывать ему телефон, интересуясь где он и почему так долго не идет домой. Ладно, наверняка, не самая важная деталь повествования. После длинного ночного разговора и кучи вопросов о кумире, с целью узнать, верны ли слухи или просто любые предположения фанатов, Чонгук лежал на кровати звездочкой и смотрел то в глянцевый переливающийся потолок, то в панорамное окно.  Вид на небоскребы сквозь большое прозрачное стекло с высоты фактически птичьего полета был просто непередаваем. Особенно, для парнишки из маленького города. Юнги же пошел принимать душ. Фанат в этот момент наслаждался происходящим, впитывая в себя каждую минуту, проведенную с кумиром. . . Когда старший вышел из ванной комнаты, Чонгук повернул на него голову и обратил внимание на то, что Юнги был в одном лишь полотенце, слабо держащимся на подтянутых, но худых бедрах. Гук невольно громко сглотнул, увидев долгожданный торс. — Юнги-хен, у меня нет чистой одежды, я тоже хочу помыться и переодеться, что теперь делать? — Ну… Я дам тебе пока свою одежду, а потом мы купим все, что захочешь ты сам, если тебе не понравится. — парень ненадолго ушел и появился уже со стопкой хорошей фирменной одежды — Держи. — Мне бы что-нибудь попроще, я могу ненароком испачкаться или даже порвать… — Не парься, это старое, я уже хотел выкинуть — соврал артист, положив одежду на кровать. Чонгук кивнул и пошел в душ. Он растирает мягкую воздушную пену, образовавшуюся от геля для душа, по своему пока еще худощавому подростковому телу. «Не верится, что моя жизнь вдруг стала такой прекрасной.» Парень прислонился к холодной стене и запрокинул голову. Сырая челка налипла на лицо. «Юнги-хен в жизни еще более прекрасен, чем во время выступлений или в клипах, а когда он вышел в полотенце… Я совсем потерялся и я не мог влюбиться в мужчину. Это просто невозможно. Просто фанатская любовь… Все так к нему относятся… Наверное…» Закончив водные процедуры, Чон взял в руки одежду, которую ему дал его кумир. Прислонил к лицу и глубоко вдохнул аромат. «Вкусно пахнет…» Темноволосый вышел в комнату в своем новом образе. — Тебе идет, Гукки, не хочешь оставить себе? — Очень хочу. Хен, если не секрет, то… Каким парфюмом пахнет эта одежда? -Чонгук понюхал рукав собственной рубашки. — Что? Парфюм? У меня аллергия на духи… Тебе наверное показалось. — Я чувствую. Так пахнет… — парень подходил все ближе и ближе до тех пор, пока не уткнулся в шею старшего носом и не завис в таком положении. Он вдыхал приятный аромат, исходивший от Юнги, полной грудью, наслаждаясь, будто ничего вкуснее и в жизни-то до этого момента не нюхал. — Ты чего? — Юнги не смел и пошевелиться, по-настоящему удивляясь действиям младшего. — От тебя так пахнет. Очень вкусно. — Чон опомнился и отстранился. — прости пожалуйста. Я не хотел нарушать твое личное пространство. Подросток сидел напротив Юнги и немного напуганно смотрел тому прямо в глаза. Между их лицами не больше пятнадцати сантиметров. Зрительный контакт прямо как на концерте. Глаза в глаза. Не нужно слов. Кумир смотрит так же. Понимает, что должно сейчас произойти и забывшись, подается вперед. Легкое касание губами. Руки старшего сначала неуверенно и еле весомо касаются талии подростка, как бы спрашивая, можно ли. Поцелуй становится глубже, оба из ребят не против перейти к чему-то большему, чем просто легкие касания. Фанат забыв про собственный возраст и любые грани между ним и кумиром, тянет Юнги на себя. Старший нависает над ним, руки скользят по худому телу… Он так близко… Чон жмурится от новых ощущений, закрывает глаза, хен целует его лицо, плавно переходя к шее, пальцы скользят по худенькому торсу. И вдруг, младший слышит омерзительный звук, похожий на громкий звон. Подросток открывает глаза и видит: его собственная комната, маленький городок, недовольные крики сестры из соседней комнаты, утренний стояк и надрывающийся на прикроватной тумбе будильник. — Нет! — Быстро осознав происходящее парень взвыл. — Все было так реально! Я не верю, что это просто сон! Подросток кричал, срывая голос, а из глаз брызнули двумя буйными реками слезы. Чон посмотрел на дату, хорошо видную на его наручных часах. Дата намеченного его кумиром концерта. Он взвыл еще громче. Горькие слезы катились по его лицу без остановки практически до самого выступления. Он стоял в первом ряду, уже не так воодушевленно ожидая артиста, как, например, во сне. Сейчас он был просто опухшим от слез, маленьким подростком, который при появлении Юнги заплакал снова на взрыд, а в конце выступления получил записку. «Солнышко, позвони мне, мой номер…»