Коварный человек

      — Ты ведь и не собирался мне рассказывать про ваши обычаи, не так ли? — весело спросил Вэй Ин, подбрасывая камешек носком сапога.       — Думал, я сбегу?       Что ж, он успел подумать о многом тем утром, пока переводил растерянный взгляд с измятой лобной ленты, лежащей на столе, на запястья спящего Вэй У Сяня, на которых отчетливо проступали красные следы. Он не помнил, что происходило предыдущим вечером, но отметины говорили сами за себя. Смешно, он так боялся сказать о своих чувствах, что прокричал о них своими действиями. И затем, пожиная плоды своей несдержанности, он сидел на кровати и внутренне обмирал от страха, что Вэй Ин снова исчезнет из его жизни так же стремительно, как и ворвался в неё. Но, разумеется, он не мог рассказать ему об этом.       — Ну и зря. Я же понимаю, что ты был пьян и не соображал, что делаешь, — добавил Вэй Ин то ли с облегчением, то ли с сожалением.       Лань Ван Цзи на это только хмыкнул. Вэй Ин всегда отличался острым умом, и вряд ли он сам верил в то, что сейчас говорил. Скорее, он давал Лань Чжаню возможность отыграть всё назад. Наверное, стоило этой возможностью воспользоваться, но Вэй Ин, бок о бок со своим вредным ослом, до сих пор шагал рядом по дороге в Лань Лин, хотя при желании мог быть уже далеко. И это зарождало определенные надежды.       — Ты считаешь, я пью вино со всеми подряд? — слова сорвались с губ будто сами собой. — Для меня это почти то же самое, что и снять ленту.       Это было до одури приятно — отпустить себя. Приятно и пугающе легко, слишком легко для такого сдержанного и сурового человека, подчиняющегося правилам Ордена, каким он был всю жизнь. Наверное, он просто устал. Слишком долго бежал от себя, слишком сильно не хотел верить, что Вэй Ина больше нет. И теперь, когда он внезапно появился в его жизни тринадцать лет спустя, Лань Ван Цзи не хотел упускать ни одной возможности провести время вместе. И если для этого требовалось пить вино — так тому и быть. В конце концов, с кем ещё он мог себе это позволить?       Вэй Ин остановился, широко распахнув глаза.       — О…       Яблочко недовольно заржал и потянул Вэй Ина вперед, и он побрел дальше молча с совершенно ошарашенным видом. На какой-то миг Лань Ван Цзи пожалел о своих словах. Но ведь когда-то все равно бы пришлось обсудить сложившуюся ситуацию. Он не хотел навязывать свои чувства, но и скрывать их вечно тоже считал неправильным. Вэй Ин продолжал молча о чем-то размышлять, и с каждой секундой ожидания Лань Чжань чувствовал, как леденящие щупальца страха расползаются у него в груди. Вдруг он переоценил умственные способности Вэй Ина?       Лань Ван Цзи резко развернулся и схватил Вэй Ина за предплечье. Краем глаза он заметил, что Яблочко вырвал повод и, фыркнув, побрел куда-то в придорожные кусты.       — И что теперь, Вэй Ин? — прошептал Лань Чжань, внимательно глядя ему в глаза. — Я не уверен, что снова смогу…       Его голос дрогнул, и он в волнении прикусил нижнюю губу, так и не договорив.       Слишком сильным был контраст между существованием без Вэй Ина и жизнью с ним. Последние годы были настолько безрадостными и пустыми, что Лань Чжань бы без сожаления вычеркнул их из своей жизни. Ему отчаянно не хотелось возвращаться в то время. Он бы уже и не смог.       Он вздрогнул, ощутив мгновением позже прикосновение к плечу.       — Я и не думал уходить, Лань Чжань, — Вэй Ин тепло улыбнулся, и Лань Чжаня огромной волной затопило облегчение, так что он почувствовал постыдную слабость в коленях.       Лань Ван Цзи притянул его за талию и крепко обнял, уткнувшись в сгиб шеи. Наверное, если бы он вознесся на небо, и то бы не чувствовал большего восторга.       Вэй Ин задумчиво перебирал его волосы и вдруг расхохотался, запрокидывая голову назад.       — Получается, ты на мне женился своей лентой? Коварный ты человек, Лань Чжань!       — Мгм…       От этого смеха в груди у Лань Ван Цзи растекался океан тепла. Он, немного отстранившись, открыто любовался Вэй Ином. Красивый — с другим лицом, другим голосом, но с теми же жестами и не менее обаятельный, чем в прошлой жизни. И не менее любимый. Вэй У Сянь резко прекратил смеяться, заметив его взгляд.       — Что?       Лань Чжань только покачал головой — он и так уже много сказал сегодня. Вэй Ин усмехнулся и, что-то решив для себя, потянулся губами к его рту. Это было сладко, горячо и непередаваемо прекрасно. Весь мир вокруг, казалось, исчез, остались только они вдвоем. Лань Чжань не слышал ничего, кроме своего сердца, оглушительно стучащего в груди. Ему хотелось, чтобы поцелуй длился вечно, но тут что-то горячее и мокрое ткнулось в его в щеку. Лань Чжань от неожиданности отшатнулся и встретился взглядом с таким же перепуганным Вэй Ином.       Рядом стоял Яблочко. Он легонько боднул Вэй Ина в плечо и громко заржал.       — Надо думать, это было его благословение, — задумчиво сказал Вэй Ин. — Да, Яблочко?       Лань Чжань вдруг смутился, и Вэй Ин, казалось, тоже. Он подхватил осла под уздцы, и они продолжили путь. Всё было как обычно, только уголки губ Лань Чжаня все норовили расползтись в глупой улыбке.       Вэй Ин, заметив это, произнес насмешливо:       — Подумать только, Лань Чжань, я так переживал, что поцеловал тебя, когда ты напился вина. А ты, оказывается, взял и женился на мне, даже не спросив моего согласия! И совесть тебя совсем не мучила! Это несправедливо!       Вэй Ин снова задорно рассмеялся, окутывая Лань Чжаня своим теплом.