Стокгольмский синдром. История одной жертвы.

Дом оказался достаточно просторным. Настолько просторным, что в нём имелся тренировочный зал, в который меня и повёл Хидан. Сатанист, летящей походкой намотал пару кружков по помещению и остановился в центре, встав в позицию и крикнув: — Нападай! — Ты нормальный? Я ж ничего не знаю о боевых искусствах. — Тогда нападу я! — закричал тот и с разбегу помчался на меня, замахиваясь своей огромной рукой. Я же в свою очередь побежал от этого неадекватного качка, постоянно увертываясь от ударов, пока тот не поставил мне подножку и я не упал. — Даа, котёночек, ты прям как девчонка… — вздохнул Хидан. — Умолкни. Ты должен обучать меня, а не налетать сходу! Чё ты вообще тут исполняешь? — Утю-тю, какие мы умные. Не учи учёного, пездюк. Я не специалист по боевым искусствам, мое призвание это уличные бои! — сложил руки на груди сатанист и сверкнул белоснежными зубами. — Ты бойцовского клуба насмотрелся или как? — начал я, вставая с пола, — Если не можешь нормально обучать, то я ухожу. — я махнул ему рукой и развернулся к выходу. — А я то думал, что ты хочешь впечатлить Итачи. — раздался язвительный голос позади меня. Эти слова заставили меня остановиться. Чёрт. А он прав. Но я не хочу впечатлять Итачи, я хочу доказать ему, что способен на большее, чем строить из себя высокомерного сынка богатых родителей. Я хочу, чтобы он понял, что я чего-то да стою. — Тц, чё ты так ко мне пристал с этим Итачи? — развернулся я лицом к Хидану. — Хеее, а че? Разве это не так? Неужели он тебе безразличен? Прошла любовь завяли помидоры? — улюлюкал сатанист, выводя меня из себя, — Ты же так поглядываешь на него. Ловишь каждый мимолетный взгляд, как бедная верная собачёнка, задыхающаяся от собственного блядского ошейника. — Завали хлебало! — Расплачься ещё тут. Жалко смотреть на такую наивность. Тьфу. Твой Итачи ничего не стоит, а теперь выплесни всю агрессию и покажи на, что ты способен, котёночек! — после чего Хидан стал в боевую стойку. И тут я сорвался с цепи и как угорелый начала нападать на качка без каких-либо знаний, как нужно драться. Мной управлял лишь гнев и интуиция. Не знаю, сколько это продолжалось. Час, полтора, но я выдохся. Всё это время мой «тренер» спокойно уклонялся от атак, но при этом диктовал, как я должен бить, не забывая прикрикивать своё коронное «Котёночек».Хех, а я и вправду выплеснул всю агрессию… — Вот видишь, так и надо. А теперь будем просто корректировать твои удары и учиться правильно уклоняться, котёночек, — сказал сатанист, разминая шею. На его руках я заметил множество татуировок, которые плавно переходили на грудь, прячась под белой майкой мужчины. Не такой уж он и плохой тренер, если подумать. — Много же…у тебя наколок. Ты сидел? — сквозь отдышку, произнёс я, медленно садясь на пол. — Ага. А что? Это тебя пугает или заводит? Хи-хи-хи, — он сел на корточки рядом со мной, — Слушай, а тебе точно так нравится Итачи или может эт, …ко мне подключишься? Э? Что, блять?! ЧТОООООО! Боже. Тренер он не плохой, но вот придурок редкостный. — Озабоченный… — прошипел я сквозь зубы, отодвигаясь от Хидана, на что тот расхохотался. — Да я серьёзно, — уголовник привстал, засунув руки в карманы свободных штанов, — От меня ты хотя бы примерно представляешь чего ожидать, в отличии от кое-кого… Кхм, уебана с похер фейсом, кхм. — К чему ты клонишь? — в моём голосе так и сквозил яд. Я не хочу, чтобы этот уголовник отзывался о Итачи в таком тоне. Он просто не имеет на это морального права. Что он вообще может знать о нём. — Эх, к тому, что возможно твое первое впечатление о некоторых людях было правильным. Малой, ты эт, будь лучше аккуратен. Я здесь далеко не из-за благих побуждений, да и не только я, но зато никогда не вру. — сказав это, сатанист направился к выходу из зала. Да о чем он вообще? Он пытается унизить в моих глазах Итачи, это очевидно, но я до конца не понимаю почему. — Стой. Тогда кто мне врёт?! Эй! Чёрт. — крикнул я в пустоту.       Продолжать сидеть здесь одному в окружении манекенов не было смысла, поэтому я решил выйти из зала, обдумывая слова Хидана. Выйдя в длинный достаточно гармонично украшенный коридор, я заметил до боли знакомую ровную спину длинноволосого брюнета, что шёл мне на встречу. На поясе его брюк висели различные виды ножей, от которых мне стало слегка не уютно, но я сразу же отбросил это и направился к нему. — Итачи, — позвал я, но меня проигнорировали и прошли мимо, — Эй! — я ухватился за руку брюнета. — Саске? — будто выйдя из своеобразного транса, отозвался парень, — Ты что-то хотел? — чуть улыбнулся тот. Посмотрев на эту лёгкую улыбку, а затем и на глаза длинноволосого, я забыл, что хотел сказать тому пару секунд назад. Переведя взгляд, на мою руку, схватившуюся за Итачи, я поспешил убрать её, спрятав в карманы. — Ты в тренировочный зал идёшь? Может я с тобой? Научишь обращаться с ножами, а то Хидан слишком не стабильный. По мне, так ему вообще нельзя доверять холодное оружие. — с непринуждённым видом ответил я, чуть отводя взгляд от брюнета. — А я не думаю, что тебе следует этому учиться, — лёгкая ухмылка появилась на его губах, но мгновенно исчезла, стоило тому взять нож в руку. Он смотрел на лезвие с пустым и ледяным взглядом. И без того чёрные глаза, стали ещё темнее. От всего Итачи начало веять непередаваемым холодом. Парень сжал рукоять ножа сильнее и повесил обратно на пояс. — В другой раз поговорим, Саске. — и снова эта непринуждённая улыбка. Он стукнул меня по лбу и пошёл дальше. Лишь всё та же ровная спина и длинный хвост оставались для меня заметны, пока Итачи уходил всё дальше и дальше от меня. Я смотрел на него и не мог понять, что именно с ним не так. Он будто-бы рядом, но в то же время неуловим. Его резкая смена температур поражает и пугает. Эти глаза… Глаза же зеркало души, так? Тогда почему в них я порою не вижу ничего. Абсолютно ничего.

***

Я брёл по большому дому, полностью погрузившись в раздумья, как перед моим взором предстала большая и пышная грудь. Я секунд 40 стоял и смотрел на неё, загружая свой мозг, пока не услышал: — Эй, ты ничего не перепутал, мальчик! — сказала женщина и схватила меня за ухо, — Манерам не учили? — Учили. — я отдернул её руку и посмотрел на лицо дамы с нескрываемым раздражением, это была блондинка лет 30, по ней сразу можно было сказать, что она что-то вроде бабы-гром. Угораздило же сейчас на неё наткнуться. — Значит, плохо учили! Ты кто такой? — Учиха Саске. — Учиха… Хм, понятно тогда, — задумчиво произнесла та, — Меня зовут Цунаде Сенджу, я ещё один медик в нашей организации… Точнее уже единственный. — блондинка закусила нижнюю губы и с выражением скорби отвела пустой взгляд на стену. Сенджу? А что Сенджу тут забыла? Хах, похоже, я и Наруто не единственные здесь, кто родом из знатных семей. И стоило мне только подумать о голубоглазом недоразумении, как он выбежал из поворота. За ним гналась Сакура и что-то кричала, после чего розоволосая догнала блондина и со всего размаха врезала ему по лицу, от чего тот отлетел прямо к моим ногам. Я был просто в ахуе. В тотальном ахуе. У этой девчонки удар поставлен лучше, чем, блять, у Хидана. — Ой, Саске-кун! Привет ещё раз, — мило улыбнулась Сакура и лёгким движением поправила волосы. Она подошла к Цунаде и обратилась уже к ней, — Разработки Орочимару-сама в пригодном состоянии. Мы сможем поехать с остальными и вколоть вакцину пострадавшим людям. В кабинете нужно передвинуть столы и починить некоторые приборы, а я сама не справлюсь… — девушка перевела смущенный взгляд на меня, — Саске-кун, можешь мне помочь, пожалуйста? — Ладно, — я посмотрел на друга, лежавшего всё это время в ногах, и пихнул его ногой, — Эй, вставай, пошли столы перетаскивать. — Ага. — подал голос Узумаки, медленно отходивший от недавно случившегося. Окинув нас втроём оценивающим взглядом, Цунаде лишь вздохнула и направилась дальше, предварительно добавив: « Потом разнесите остальным питательные добавки, как закончите в кабинете.»

***

Я передвигал столы, которые были размещены в абсолютно хаотичном порядке по всему обширному кабинету, которые больше напоминал школьный класс химии. Наруто в это время лазил в оборудовании, пытаясь что-то там вкрутить на место. А Сакура вертелась возле меня и о чем-то рассказывала. Либо она так сильно хочет мне понравиться, либо просто любит попиздеть, но это меня не особо напрягало, так что я даже изредка угукал. В основном мы обменивались шутками и оскорблениями с Узумаки. Дикий мат прошёлся по всему кабинету, когда тот отвертел совсем не тот болт, который нужно было, и пока мы оба орали друг на друга, Сакура не теряя времени втащила тому подзатыльник. Я даже не выдержал и посмеялся. Забавно всё это было. Я и Наруто ведём себя как раньше, а Сакура идёт как дополнение в виде тумаков для этого придурка. Нет никакого Какаши, нет никакого Итачи… — Спасибо большое за помощь, Саске-кун! — поблагодарила меня Сакура. — Эй! Он тупо столы передвигал, какого хера ему спасибо, если это я всё чинил? — возмутился Наруто — Ты чуть аппаратуру с этим болтом не повредил, дебил. — сказал я. — Драться хочешь? — весело воскликнул тот, но нас остановила розоволосая, подавая в руки коробки. — А теперь пойдёмте отнесём питательные добавки ребятам. Они как раз сейчас тренируются. С коробками в руках мы дошли до тренировочного зала, где собрались почти все члены «Акацуки». Всё помещение пропахло потом, а где-то неподалёку слышались визги Дейдары, который вступил в спаринг с Хиданом. Оказывается, я не так уж и плох в бою, если сравнивать с Деем. Качок-уголовник весело расхохотался, глядя на блондина, после чего помог тому подняться и направился в другой конец зала. В это время Какаши набивал грушу недалеко от нас, у Наруто на такую картинку аж слюнки потекли. Брр. Друг указал пальцем на бывшего генерала, намекая что он направится туда. Я же лишь кивнул и начал оглядывать зал целиком. И вдруг на глаза мне попался Итачи…. Он наносил один за другим удары ножом по манекену, который был уже весь разрезан и походил на решето. Эти движения. Они были настолько резкими и отточенными, что пугали до чертиков. Брюнет напоминал хищника, зверя…дикое животное. Но его лицо не выражало ничего. Я посмотрел на другой угол зала, где Хидан стоял у такого же манекена и так же наносил удары ножом, но это было совсем по другому! В его движениях была агрессия, на лице даже играла улыбка, но в этом не было ничего настолько леденящего кровь, как у Итачи… Брюнет раз за разом вонзал нож в манекен, а я стоял и поражённо смотрел на происходящее, пока не заметил одной детали. Его глаза. Лицо ничего не выражает, но эти глаза. Они были полны безразличием, жестокостью и…дикостью. Что ты такое, Итачи?