Ты и я.

Собственная боль огибает тело гибкими прутьями, отпускает, а потом сжимает ещё сильнее. Прутья могут на время разогнуться, исчезнуть на время, но как только ты забудешь о их существовании- противные кольца снова появятся. От них на коже остаются ржавые следы, открывающие постороннему миру их присутствие. Но никто не видит их, за счастливой иллюзией не видно уродливых пятен. Если бы и знали о следах, то и не захотели бы смотреть. Люди любят хорошие сказки с добрым концом. Но конец не всех настигает, даже тех, кто сильно-сильно ждёт. Прутья бывают обжигающими, словно кто-то пустил по ним кипяток. Обида и боль от обжигающего металла смешиваются. Но обида-всё же больнее. Она трепыхается внутри грудной клетки пойманной бабочкой. А иногда, совсем обезумев, мечется внутри хищным зверем. Скребётся наружу, но заглушается хозяином. Тогда по щекам стекают мутные слёзы, а эти самые прутья, будто жалея, ослабляют напор и уже создают видимость объятий. Прутья, как вечный спутник, друг. У некоторых прутья совсем не металлические. Они такие лёгкие, на ощупь, как картон. Но ты же, глупая, смотришь не на это. Всё-равно. Ты так суетишься, глушишь боль чужой души, жертвуя собой. Не волнуешься о себе, заботишься, не ожидая отдачи. От чистого сердца, от оголённой до нервов души. Открываешь развороченное тело, с которого алыми лепестками скатывается кровь. Предлагаешь всю себя. Свою любовь, жизнь. Так самоотверженно кидаешь на стол голую, неприкрытую от её диких глаз-себя. Она корчит лицо во внимательном выражении, гладкими ладонями касается ключиц ниже, и ниже. А после- ядовито усмехается. Отвергает. Не нужна. Для неё, картина разорванной в мясо дружбы, любви- чёрт его поймёт- отвратительна. Она прикрывает тошное зрелище шёлковой тканью, и напоследок выдаёт короткий смешок. Так больно, мамочка. Так страшно, мамочка. Так одиноко, мамочка. Не видела жизни, ничего не знаю. Ощущаю только боль, нехватку воздуха, и головокружение, при каждой попытке встать. Как давно это началось? Когда она успела занять своим образом все мои мысли? Почему она смогла утопить ту сильную, что не в ком не нуждается? Когда я успела стать так одинока и слаба..? Безысходность чувствовать не получается, слабый огонёк надежды теплится где-то в пустой голове. Где будут рады мне всегда? И как перестать плакать? Прутья впились в кожу. Сжимают до костей. Но это больше не приносит физической боли. Есть только я и надежда. Только глупцы будут предлагать всего себя. Если уж так, то я самая глупая девушка на всей этой Земле. Ночь лечит душу. Мне плохо и я пишу такие глупости, мне плохо-я рисую. Всё, лишь бы услышать желанное: "Я беспокоюсь". Но это не приходит. Не завтра, не сегодня. Так сделай что-нибудь, чтобы это наконец прекратилось! Отпусти меня, умоляю отпусти! Я так устала это чувствовать! Устала от твоих прутьёв! Убери их, прошу убери! Скорее покинь меня, прошу, умоляю! Так страшно, мамочка, так страшно и больно... Ты мучаешь меня. Рассказы пишутся, метафоры сменяются, но смысл один. Не подпусти, не обожгись. Будет больно отрывать то, что срослось с тобой, и пробралось ядом под кожу. Ты-моя боль. Моя любовь