Мой соулмейт

Опять проснулся с больной головой, будто всю ночь кто-то играл футбол, используя мою голову вместо мяча. Похмелье, но не мое. Каждую субботу просыпаюсь с мыслью, почему я, человек за всю жизнь не взявший ни капли спиртного в рот, должен каждую неделю испытывать адскую тошноту, будто меня в любой момент вывернет наизнанку, и тупую жажду хоть капли жидкости. Даже Чондэ повезло и то больше, всего лишь плачет вместе с соулмейтом, хоть и плакса ему попалась, которая плачет каждый день, и то, каждый час. Но нет, мой соулмейт должен быть пьяницей, и учитывая, что он не брезгует алкоголем каждую пятницу, то и жизнь у него веселая, и пассии, кажись, каждую ночь новые. Ну что за жизнь? Высовываю голову из одеяльного королевства, сразу же склоняясь над тазиком, что теперь уже стал частью моей кровати. Меня еще ни разу не рвало, но чувство, что вот-вот я взорвусь изнутри, спровоцировало поставить тазик рядом с кроватью, который нашел свое место здесь шесть лет назад. Из меня опять вырываются лишь противные звуки, на которые прибегает Чондэ из своей комнаты, с красными глазами и стаканом минеральной воды. Хоть не меня одного с утра сегодня мучили. - Как? Порядок? - голос сиплый, точно сегодня плакал больше десяти минут. - Как всегда, - беру из рук свое спасение, осушив стакан большими глотками. - Клянусь, когда этот пьянчуга найдется, я убью его! Жестоко, медленно, за все шесть лет моих мучений. Чондэ лишь смеется, знает гад, что я не серьезно. И говорю я это каждую неделю. Я сам по натуре романтик, даже если соулмейт окажется самой ужасной тварью из всех мерзких тварей, я буду надеяться, что он изменится. Ох уж эта моя черта... - Слушай Чан, я сегодня такой сон видел, - Чондэ присел на кровать, убирая одеяло и двигая меня в сторону. - Очень странный сон, - вид стал такой задумчивый, а сам вдруг замолчал. - Ну? Что за сон то? - толкаю легонько в бок. - Ты какой-то слишком тормознутый. Что это с тобой? - Я лежал на пляже. Было очень солнечно. Я лежал себе спокойно, размышлял о том о сем, и тут мимо проходит дама с ребенком. Ребенок такой маленький, наверное лет пять точно. Они смотрели на море, гуляли, держась за ручки, но вдруг мальчик повернулся ко мне, улыбнулся мило и побежал в мою сторону. Он запнулся о какой-то лежащий камень, упал и начал громко плакать. Его мать прибежала к нему и начала утешать, а я просто наблюдал за ними, пока не понял что тоже плачу. Ты понимаешь? - на последних словах Чондэ повернулся ко мне, смотря безумными глазами. - Я плакал вместе с ним. А вдруг, - он подскочил с кровати и начал ходить кругами по комнате, держась за голову и мотая им в стороны, будто сам не верил тому, что хочет сказать. - Вдруг мой соулмейт ребенок? Это ведь объясняет, почему он все время плачет. Я смотрел как Чондэ мотается из стороны с сторону, чуть ли не плача от своих догадок, и совершенно не понимал в чем проблема. - А в чем проблема? - озвучил я свои мысли, садясь на кровати и медленно подтягиваясь. - В чем проблема? - Чондэ замер напротив меня, смотря как на идиота. - Он ребенок! Маленький ребенок! Если ему тоже около пяти лет, то получается что он, - похоже он начал считать в голове, - младше меня на четырнадцать лет! - Чондэ, - мягко позвал я его, махая рукой чтоб он устремил свой взор на меня. - Я считаю, что в этом нет ничего плохого. Помнишь, мы считали, что у него жизнь не сахар, что он от горя плачет каждый день, или что он просто слишком сентиментальная плакса по жизни. Если он ребенок, значит, что можно убирать такие варианты. Разве нет? Чондэ смотрел на меня очень долго, обдумывая мои слова, прежде чем снова плюхнуться рядом и положить голову на мои колени. - Да. Но все же он же еще такой маленький.. - Зато он не бухает как алкоголик каждую неделю, - пытаюсь успокоить его на своем примере, тихо прыская от смеха. Чондэ улыбается, обнимая меня одной рукой. - Ну не каждый же день, - спасибо друг, утешил так утешил.

***

Все выходные я просидел дома, листая очередную книгу о большой любви, мечтая что и моя будет не хуже. Но в воскресенье вечером под уговорами Чондэ я все же решил прогуляться до ближайшего парка. Он был в двух кварталах от нашего дома, рядом с набережной. Я часто туда хожу когда мне хочется подумать, помечтать. Сегодня выдалась очень теплая погода, солнце светило в глаза, но жарко не было. Как раз для начала осени. Даже пришлось снять толстовку, оставив лежать на плечах. Немного выцветшая свободная футболка, когда то нежно голубого цвета, и обычные черные джинсы не выделяли меня из толпы, но все же иногда на меня смотрели удивленно, отмечая высокий для корейца рост и забавные уши. Я оглядел парк, замечая несколько пар на лавочках, завидуя их искренним улыбкам, и направился в глубь. Там в самом центре стоял фонтан. Девушка-русалка что лила воду из графина. Зачем и куда непонятно, но это было очень красиво. Я подошел ближе, замечая пустую лавочку возле него, ветер дул именно в ту сторону, поэтому неудивительно что люди не хотели промокать под брызгами фонтана, подгоняемыми ветром. Но мне было все равно. Я сел на нее, устремляя свой взгляд на русалку, размышляя о чем думает эта красавица. - На этой неделе было около шести дегустации, - услышал я вдруг рядом с собой, - Юра, ты же знаешь что все в порядке. Как обычно, - мужчина засмеялся. Размышляя о своем, я совсем не заметил приближающиеся шаги. Мужчина был в сером пальто, что очень странно, ведь погода была очень теплой. Он улыбался, говоря со своей собеседницей, иногда меняя свой тон на более серьезный. На вид ему около тридцати, но когда он смеялся становился похож на несмышлёного подростка, даже младше меня. Я невольно улыбнулся, смотря на него. От него исходила такая светлая аура, будто он был солнышком, озаряя все вокруг. - Я думаю, что в эту пятницу я все же должен поехать домой. Годовщина родителей намного важнее работы. Отправь туда Сехуна, - мужчина снова говорил серьезным тоном, под конец поворачиваясь в мою сторону и смотря вопросительным взглядом. Краска прилила к лицу. Надо же, сижу и пялюсь на незнакомого мужчину, чуть ли не пуская слюни. Что со мной? Я поклонился и решил устремить свой взгляд на свою красавицу русалку, невольно прислушиваясь к словам незнакомца. - Сехун, конечно, хуже алкоголь переносит, но хоть половину из предложенного, думаю, попробовать сможет, - я снова услышал веселый смех, и сдерживал себя, чтоб не повернуться посмотреть на лучезарную улыбку. Мужчина попрощался с собеседником на веселой ноте, и вокруг снова стало тихо. Я сидел прямо, весь в напряжении, хотелось узнать, ушел ли он, и если нет, то, что же он делает. Вдруг я почувствовал руку на плече, и посмотрев туда увидел изящные пальцы и очень дорогие часы. Я повернулся к собеседнику, и заметил, что второй рукой он протягивал мне леденец на палочке. - Я тебя звал, но ты не отзывался, прости, - улыбнулся он, убирая руку. – Возьми. Ты выглядишь очень усталым, это поднимет тебе настроение. Он взял мою руку, положил туда леденец и ушел. Я еще долго смотрел ему вслед, думая какой же я неудачник, что влюбился в человека чье имя не узнал, и которого, кажется, больше не встречу.