Лети

Мужчина проснулся от звука разрывающегося от звонка телефона. Не выпуская Таню из кольца своих рук, он достал телефон из своего кармана, в который положил аппарат перед тем, как побежать в спальню, разочарованно закатил глаза, увидев не самого желанного в данный момент абонента, но ответил. - Что? - равнодушие в голосе. - Милый мой, а ты не хочешь объяснить, где тебя носит? - ответ она прекрасно знала, потому что вчера ей позвонил её дружок и рассказал всё. - Тебя это ебать не должно, - говорил грубо, но тихо, боясь разбудить Таню. - Это тебя твоя Танюша научила так огрызаться? - пытается задеть, и у нее это получается. Шестепёров вскипает внутри, но сдерживается. - Значит так! Слушай меня внимательно, - он изо всех сил старался не наорать. - Думаю, ты прекрасно знаешь, что происходит и где я. Ты, конечно, дура, но не настолько. Если ты и твои дружки ещё раз, - произносил медленно и чётко, - троните хоть один её волосок, сдерживать себя в действиях я не буду. Ты меня поняла? - Ты, блять, какого хуя её так защищаешь? Если я не ошибаюсь, твоя девушка - Я! - истерично выдала девушка, делая акцент на последнем слове. - Ошибаешься, моя хорошая! - сказал он с ухмылкой. - Ты была ею до... Просто объясни мне, ты чем думала, когда такое устраивала? - после этих слов Мигель взглянул на Таню, мирно сопящую у него на плече, и потерся кончиком носа об её висок. - Чем я думала? А что бы ты на моём месте сделал? Все эфиры ты постоянно смотришь на неё. В перерывах между съемками болтаете постоянно. А когда ей во время эфира стало плохо? Да ты сам там от волнения чуть коней не отбросил! И вчерашний вечер. Тот танец. Ваши взгляды, - былую стервозность в голосе сменила грусть и отчаяние. Мужчина молчал. Он понимал, что в какой-то степени она права. Хотя данный факт явно не служил оправданием того поступка. - Серёж, - сказала очень мягко, - ответь мне, только честно, пожалуйста... Ты любишь её? В ответ тишина. Мигель не знал, что ответить, так как и сам ещё не разобрался в своих чувствах. С одной стороны, он всегда считал Таню своим другом. Да, были мысли о том, смогли бы они стать парой. Но мужчина постоянно их откидывал, сам не зная почему. С другой, вчера, когда он увидел брюнетку в туалете в таком состоянии, ему очень захотелось взять её на руки и убежать. Далеко. Спрятать свою принцессу от посторонних глаз и оберегать, не подпуская ни одной живой души. Чтобы никто больше не посмел сделать ей больно. И даже сейчас... Он лежит с другом, коллегой ней в одной кровати, трепетно обнимает её и совсем не хочет отпускать. Просто дружба? Тем временем ответа на поставенный вопрос ждала не только Саша. Виновница этих дебатов уже давно проснулась. Просто виду не подавала, внимательно слушая разговор. И, казалось бы, момент истины. Любит ли он её? А любит ли она? Чёрт, почему он молчит? - Я... я не знаю, Саш, - прервал молчание Мигель. - Серёж, а теперь ответь себе честно. Я же чувствую, что... Ты прости за вчерашнее... И, надеюсь, Таня тоже сможет простить. Ревность закрыла глаза. И... В общем, мне правда очень жаль, и я надеюсь, что у вас всё получится. Только, пожалуйста, Шестепёров, не проеби своё счатье, - грустно подытожила Саша. - Саш, спасибо. Правда. И... прости, - мужчина больше не злился на бывшую. Он правда был ей благодарен, ведь часть узла, находящегося в его голове, кажется, немного распуталась. Он теперь и сам осознавал, что чувствует к Денисовой что-то большее, чем простая симпатия. - Я всё понимаю, Серёж. Пока, - напоследок сказала девушка и сбросила вызов. В этот момент Таня открыла глаза и подняла голову вверх, встретившись с карими омутами мулата, от чего мужчина немного опешил. - Ты всё слышала? - немного настороженно спросил мужчина. В ответ робкий кивок. Молчат. Никто не знал, что сказать. И Мигель, и Таня боялись. Боялись не только сказать о своих чувствах друг другу, но и признаться самим себе. Они продолжали лежать в кровати в обнимку, не прерывая зрительного контакта. Оба поняли, что им комфортно просто лежать вот так, наслаждаясь присутствием друг друга. Но... Таня давно ощутила ту крепкую ментальную связь с коллегой. Не друзья. Она это прекрасно знала. Но так же, как и Мигель, отвергала возможность появления чего-то большего между ними. И так же, как и Мигель, не могла это объяснить. Кажется, настал момент Х. Понимают, что пора. Пора расставить все точки над i.