III
***
Любимица напитков теплых, Под красным скрытая пальто, Шуршаньем листьев нежно-лёгким И ветром ты играешь. Но Тогда как быть тем бедным душам? Их не согреет чай и плед, Не тело мёрзнет, не снаружи, А прямо в сердце. Полусвет В угрюмых стенах вызван лампой Настольной, как в нем утонуть? Мне больно, больно, дайте ампул, Таблеток, яда, выпить ртуть. Чтобы забыть тот трупный запах, Чтобы забыть все наконец, Над мертвецом бесшумно плакать Чтоб прекратить. Я жалкий лжец, Что горько молит о спасеньи, Но в тайне жаждущий страдать С безмерным грузом сожалений, Забившись тихо под кровать. Убийца в одеяньи красном Из листьев сброшенных, палач. О, осень, как же ты прекрасна — Пора ужасных неудач. Ты так безжалостно убила То, что обычно под землёй Не прячут люди по могилам. Ни мужем, даже ни женой Не назовешь, и под покровом Промезлым, мокрым глубоко Не похоронишь, добрым словом Ты не простишься. Ничего От чувств убитых не осталось. И кто же номер дать услуг Мне может ритуальных, сжалясь, Что похоронят чувства, вдруг Такие существуют? «Вряд ли» — Мне разум твердо говорит, И не смогу в надгробьи даты Две высечь как у старых плит Из мрамора, мне не под силу И невозможно будет раз Наведаться иль два к могиле В году. Хотя за сумму нас Сейчас достаточную могут Любым желаньем наградить, Как жаль, что денег ровно столько Не умереть чтоб, но не жить...
