Deal

      Первое, что почувствовал Тэхён, когда проснулся, — давление в области живота. Приоткрыв одно веко, он заметил руки, цепко обнимающие его талию.       Кое-как освободившись от конечностей на себе, Тэхён уже хотел встать, но мужчина, внезапно схватившийся за запястье парня, потянул его обратно, вновь заключая в объятия.       — Полежи так ещё немного, — прошептал Чонгук слегка хриплым голосом, севшим из-за сна, что вызвало табун мурашек на теле омеги.       — Отпусти, пожалуйста, — проскулил Тэхён, будто пропуская просьбу мимо ушей. У него не было совершенно никакого желания находиться в такой близости с едва знакомым альфой.       — Не порть мне настроение с утра — это плохо на тебе скажется, — недовольно прохрипел Чонгук, не ослабляя хватки.       Тут-то омега затих, не осмеливаясь возразить, решив не предпринимать попыток высвободиться, поддаваясь воле альфы. Поначалу было довольно некомфортно, слегка неуютно, но со временем юноша свыкся и даже начал расслабляться. Однако этот процесс прервали слабые невесомые поцелуи на шее, оставляемые Чонгуком, и его рука, бесцеремонно пробирающаяся под спальную футболку.       — Что ты делаешь? Прекрати! — запаниковал Тэхён, пытаясь вырваться из хватки альфы, но тот тут же притянул омегу обратно, нависая над ним, расставив руки по обе стороны от его головы. Тэхён зажмурился, страшась заглянуть в глаза напротив.       — Нет, Тэхён~а, так не пойдёт, — прошептал Чонгук в приоткрытые губы. Омега дёргается, но век так и не открывает. Боится.       Чонгук осыпает поцелуями выпирающие ключицы, бледную шею, играется с мочкой. Тэхён не позволяет себе даже краткого вздоха. Поцелуи перемещаются на приобрёвшую красноватый оттенок щёку, мажут по уголку рта. Омега шумно втягивает воздух через нос, когда чувствует чужие тёплые губы на своих. Альфа целует сразу глубоко, прорываясь в ротовую полость. Тэхён приглушённо мычит, но на поцелуй не отвечает. Чонгука это не устраивает, потому он кусает того за губу, заставляя открыться. Ладони скользят по телу, задирая хлопковую футболку, а язык исследует чужой рот.       На краю сознания у Тэхёна промелькивает мысль о том, что это всё неправильно и надо бы прекратить. Но эта идея была сразу отброшена, когда чужая рука пробралась под резинку спальных шорт, лаская полузатвердевший член омеги.       Футболка летит в неизвестном направлении, так же, как и шорты с боксерами, оставляя Тэхёна обнажённым перед распалённым альфой.       Сознание к парню возвращается в тот момент, когда его грубо переворачивают, принуждая встать на четвереньки. Надавливают на лопатки, заставляя выгнуться. Коленно-локтевая.       Чонгук плотно прижимается сзади, и омега чувствует его стоящий колом член через ткань боксеров. Тэхён слышит, как щёлкает крышка тюбика. Дёргается, когда холодные капли небрежно падают на спину, ближе к ягодицам. Холодная от смазки ладонь скользит меж упругих половинок и давит на сфинктер, отчего омега несдержанно стонет в подушку.       — Не надо, пожа… — хнычет Тэхён, но не успевает договорить, как в него сразу, грубо толкается два пальца. Слёзы стекают по разгорячённым щекам, громкие всхлипы разносятся по всей комнате. Не так Тэхён представлял свой первый раз. Больно. Парень хнычет, дёргается, желая вырваться, но чужая рука давит на позвоночник, заставляя лечь обратно. Затем добавляется третий палец, но и этого было вполне достаточно, чтобы понять: он не сможет принять Чонгука.       Пальцы исчезли неожиданно, что заставило Тэхёна облегчённо выдохнуть, чуть расслабляясь. Сзади послышалось копошение, и вскоре юноша почувствовал твёрдый горячий член, скользящий меж его ягодиц.       — Не надо! Чонгук, не на… — хотел воспротивиться парень, но его внезапно прервали, входя резко, грубо, до самого основания. От этого Тэхён закричал, выгибаясь дугой. Боль моментально пробежалась по телу, подобно электрическому разряду. Чужие влажные руки крепко сжимали худые бока. Чонгук несдержанно вдалбливался в хрупкое и совершенно неподготовленное омежье тело, разрывая его изнутри. Подушка намокла от слёз и теперь неприятно липла к лицу. Тэхён перестал сопротивляться вовсе, смиряясь со своей участью.       Омегу хватают за загривок, заставляя подняться. Теперь юноша прижимался своей часто вздымающейся грудью к груди альфы, обхватив шею руками, неохотно насаживаясь на его член. В этом ему «любезно» помогал Чонгук, надавливая ладонями на бёдра, принуждая опускаться. Через несколько таких толчков головка пениса плотно прошлась по простате, заставляя Тэхёна гортанно простонать, опрокинув голову назад. Рука потянулась к собственному органу, но тут же была откинута.       — Я больше не могу, дай мне кончить! — хныкал Тэхён, держась за руку альфы. И тот все же поддался уговорам. Тёплая ладонь легла на омежий член, начав ритмично надрачивать, чуть сжимая, в такт резким толчкам. Парень быстро кончил, падая на подушки, будучи не в силах контролировать тело, будто оно не его. Чонгук, сделав несколько финальных резких толчков, вышел из разгорячённого тела, бурно кончив на изящную омежью спину, падая сверху, пытаясь восстановить сбившееся дыхание.       Тэхён пришёл в себя, когда почувствовал невесомый поцелуй в макушку и прохладу, мурашками пробежавшуюся по спине, после исчезновения тела сзади. Истерика накатила всеобъемлемой волной, когда дверь хлопнула, позволяя помещению погрузиться в звенящую тишину. Омега притянул колени к груди, утыкаясь в них носом и громко всхлипывая.       Почему жизнь так несправедлива? Почему именно ему достаются такие страдания? Что такого он натворил в прошлой жизни? Все эти вопросы всплывали в голове один за другим, не давая покоя и возможности отвлечься.       Прошло несколько часов. Тэхён не двигался. Больно. Как физически, так и душевно. Чонгук доселе не появился, что несказанно радовало. Омега устал. Устал от такой жизни. Слёз не осталось. Лучшим решением было поспать, что юноша и сделал, укутываясь в одеяло и устало роняя голову на подушку.

***

      Тэхён проснулся вечером, когда последние лучи солнца падали на землю. Тягучая боль во всём теле. Самочувствие отвратительное. А ещё пить хочется, жутко. Встать не удалось ни со второго раза, ни даже с пятого. Руки не держали, подводя омегу, отчего тот валился обратно на подушку. Обречённо вздохнув, парень закрыл глаза, стараясь вновь заснуть.

***

      Второй раз Тэхён проснулся от ощущения чужих прикосновений на своём теле. Резко открыв глаза, он сразу же пожалел об этом, ведь острая боль мгновенно пронзила его голову. Будто в неё воткнули острозаточенный кинжал. Взгляд сфокусировать было довольно сложно, но омега, хоть и слегка размыто, видел тянущуюся к нему руку.       — Проснулся, — проговорил тихий голос, и Тэхён почувствовал тепло в области лба. Чонгук. Дёрнувшись, омега залез под одеяло с головой, будто оно было неким щитом, защищающим его.       — Ты меня боишься? — снова тихий голос. Край одеяла поднялся.       — Нет, пожалуйста, не трогай меня, — слёзы навернулись на глаза.       — Малыш, не бойся меня, я больше не сделаю тебе больно. Признаю, да, я мудак. В общем, похоже, я тебя порвал. У тебя температура, поэтому мне нужно тебя смазать.       Тэхён неуверенно выглянул из-под покрывала.       — И что ты предлагаешь? Сейчас перед тобой раздеться, повернуться задницей и позволить засунуть тебе в неё пальцы после того, что ты сделал? — истерика вновь грозилась разразиться.       — Малыш, доверься мне. Я правда ничего больше не сделаю, — Чонгук откинул одеяло в сторону, отчего омега поёжился, так как из одежды на нём ничего не было. — Пожалуйста, Тэхён.       В омеге сейчас бушевали два чувства. Первое — это страх. Тэхён боялся. Боялся, что ему снова сделают больно. Второе — смятение. Он хотел довериться, но страшился. Однако, казалось, что Чонгуку, представшему перед ним сейчас, можно доверять больше, нежели тому, который лишил его девственности. Этот, по крайней мере, пытался заботиться. Взвесив все «за» и «против», Тэхён слабо кивнул. «Хуже уже точно не будет», — утешал себя омега.       Кряхтя, и не без помощи альфы, Тэхён смог лечь животом на подушку. Снова звук открывающегося тюбика, заставляющий сжаться. Омега боится, что всё снова повторится.       — Тэхён, расслабься, если ты будешь так сжиматься, я не смогу тебя смазать.       А парень старался, правда старался. Он вздрогнул, когда сжавшегося колечка мышц коснулся холодный палец, слегка надавливая. Омега вгрызся в ребро ладони, сдерживая всхлипы. Больно, очень больно. Чонгук слабо двигает пальцем, массируя и смазывая. Чувство, будто лезвие ножа внутри.       Тэхён облегчённо вздыхает, когда палец исчезает, но он тут же возвращается обратно с новой порцией крема, заставляя вновь зажмуриться до белых пятен перед глазами. Так повторилось ещё несколько раз, и, вскоре, процедура, наконец, окончилась. Парень был уверен, продлись бы это мучение дольше, он бы прокусил ладонь насквозь.       Омегу заботливо подхватили на руки и куда-то понесли. Яркий мягко-жёлтый свет больно жёг глаза. Тэхёна усадили в ванну, наполненную чуть прохладной, по ощущениям, водой. Поначалу он поёжился — мурашки пробежали по обнажённому телу — ,но после парень стал привыкать и чувствовать себя более-менее комфортно.       Альфа искупал юношу, насухо вытер полотенцем, надел на него чистые боксеры и уложил в кровать, укутывая одеялом. Такая забота явно пугала омегу, приводя в искреннее недоумение, но он решил поразмыслить об этом позже, не сейчас, когда усталость упорно давила на глаза. Во сне Тэхён чувствовал любимый запах кофе и тёплые руки на талии. Это всё ещё непривычно, однако как-то нужно и приятно. Но и об этом Тэхён поразмыслит потом.

***

      Следующие несколько дней проходят относительно спокойно. Тэхён без нужд не встает. Еду мужчина приносит в комнату. Пару раз приходила Лиён, интересовалась самочувствием. Она догадывалась, в чём причина такого состояния омеги, но не решалась поговорить об этом ни с Тэхёном, ни с Чонгуком. Альфа почти не притрагивается к парню, за исключением объятий во сне.       Проснувшись одним утром и выбравшись из крепкой хватки Чонгука, омега спустился на кухню, чтобы попить воды. Покопавшись в холодильнике, Тэхён нашел какое-то пирожное. Он быстро схомячил его, после чего помыл за собой посуду, засим собираясь вернуться в комнату, однако в дверь позвонили, нарушая его планы. Парень, недолго думая, двинулся в направлении входной двери, открывая её. На пороге стоял высокорослый альфа, пристально разглядывавший Тэхёна.       — А ты кто такой? — спросил незнакомец, бесцеремонно проходя внутрь помещения, как к себе домой. — Где Чонгук?       — Он спит, если хотите, могу разбудить.       — Я сам, — сказал альфа, после чего направился к лестнице, ведущей на второй этаж.       — Странный какой-то, — прошептал Тэхён, наблюдая за поднимающимся наверх незнакомцем.       В зале омега нашёл книгу, которую читал Чонгук. Ею оказался роман «Демиан» Германа Гессе. Тэхён читал много его книг. Любопытство взяло верх, и омега открыл книгу на странице, на которой была оставлена закладка Чонгука.       Увлёкшись чтением, Тэхён не заметил, как диван, на котором он сидел, прогнулся под чужим весом, после чего его внезапно притянули за талию.       — Что ты делаешь? — возмутился парень, когда Чонгук посадил его на свои колени.       — Тэхён, знакомься, это мой лучший друг, Намджун. Нам, это мой омега — Тэхён.       — Что? Отпусти меня! — взбунтовался юноша, принимаясь усиленно брыкаться.       — Какой буйный у тебя омега, — промолвил Намджун, легко улыбнувшись.       — И не говори, — одарив того ответной усмешкой, произнёс Чонгук, смотря вслед убегающему Тэхёну.       — С омегами одни проблемы. Недавно в больницу заходил, омегу встретил. Красивый до ужаса. Правда, кроме имени, я ничего больше о нём не узнал. Но даже имя у него красивое — Сокджин. Вот, на днях снова поеду, будем покорять неприступное омежье сердце. Может, посоветуешь чего? — ненавязчиво попросил Нам.       — Кто бы мне что посоветовал, — вымученно протянул Чонгук, вздыхая.