D

Ох, боестолкновение для меня в новинку. Тем более – с врагом, вооружённым луками и мечами, а вот Соратники с удовольствием захотели ввязаться в драку. Я им не мешал и позволил устроить махач. Хотя гора в разы больше игродельной, сооружение на её верху, как и многие другие – вполне соответствовало игровому описанию – странная конструкция, похожая на рёбра, площадка, колонны… И несколько бандитов наверху. Я заехал рядом с площадкой и достал арбалет, прицелился. Выстрел был точен, несмотря на расстояние – нужно будет разработать осколочный болт, потому что абсолютно точно попадать практически невозможно. Первый болт попал в стоящего на стрёме бандита – пробил его насквозь, соратники же не разменивались на такую мелочь, как скрытность – восемь рыл во главе с Вилкасом рванули прямо к бандитам. Я тоже поддал газку и мчался впереди. Нажал одну кнопочку – мой маленький скрытый сюрприз для бандитов. В переднюю ось встроен трёхгранный острый штырь, два штаря находились внутри оси, зафиксированные механизмом. Так что первый кавалерийский удар я нанёс, пронесясь рядом с бандитом и подрубив ему ноги – квадроцикл снёс бандита, а молния завершила дело – он свалился замертво и больше не вставал. Соратники взбежали по лестнице и начали сражение, мечами они орудовали ловко и рубили бандитов очень быстро. Я же остался в стороне от всей этой херни, поэтому прикрывал соратников из арбалета. Но не понадобилось – с бандитами расправились буквально за минуту. После чего я объявил, что съезжу за оставленным прицепом с вещами. * * * 8 часов спустя. * * * Проснулись мы с Соратниками в четыре часа, не став затягивать поход в подземелье. Поспали как следует, поели, успели обжиться. После чего Вилкас, как самый опытный, осмотрел оружие и снаряжение своих соратников и определил состав взвода. Первым шёл воин в тяжёлой зачарованной броне с булавой. Далее за ним – обычные воины, и позади них – лучники и я – арбалетчик. Один солдат оставался у входа в Ветренный Пик. По его просьбе я установил массивную задвижку, закрывающую дверь Ветренного Пика изнутри – чтобы никто не сумел пробраться внутрь, пока солдат спит и служба идёт. Оглядев наш бравый отряд, Вилкас пошёл сам вторым в очереди. Он же и подсказывал путь. Тащить все вещи пришлось на себе. Мы начали спуск вниз, в неизведанные глубины нордской гробницы. И должен сказать – я конечно ожидал, что она будет больше, чем в игре. Она не была похожа на игровую – потому что у неё не было линейного строения – по которому можно было легко пройти. Мы спускались… я конечно чувствовал, что это совсем не то же самое, что и в игре, но найти несоответствия было проблематично. Потому что время изрядно потрепало гробницу. Она была создана с помощью силы голоса, насколько я понял. Сама пещера, а гробница в ней – служила местом упокоения нордов, которые особенно тщательно относились к павшим воинам и почестям при их захоронении. Вилкас сказал не шуметь. Мы шли вниз. Шли и шли, спускались по лестницам, проходили большие и малые коридоры, пока не натолкнулись на ловушку с качающимися ножами. Насколько я понимаю – она питалась магией, как и почти все долгодействующие ловушки. И скорее всего – была создана не без помощи двемеров. Вилкас остановил процессию. – Маг, – позвал он меня. – Валок. Валокстинсил, если быть точным. – Не важно. Ты можешь отключить эту ловушку? – Попробую. Итак, качающиеся ножи-топоры. Размера большого – внизу не проползти – до самого пола доходят и тогда располовинят как пить дать. Я подумал немного и попросил соратников отойти. Пришло время сделать морозный крик – Фо-Кра-Дин! Сила крика была огромной, поэтому все три ножа, попавшие под него, просто отломились под собственным весом и разбились с звоном о землю. Но этого мало – волна холода проморозила камень, так, что аж жгло кожу. Температура опустилась до очень-очень низких арктических значений – тут можно запросто обморозить лёгкие. Поэтому я поспешил исправить положение: – Йол! – огонь ударил по коридору и стало чуть-чуть полегче. Направил туда магию огня – простейшее заклинание пламени и держал его до тех пор, пока не стало нормально. Волна жара от туума прогнала холод, а магический огонь заставил камни потрескаться. – Осторожно. Железо всё ещё острое и холодное, – сказал я, ступайте аккуратно. – Спасибо. Хагар, ты первый, – Вилкас поблагодарил меня и пошёл вторым, а следом за ним и остальные. Мы попали в небольшой коридорчик, и продолжили спуск по винтовой лестнице. Если я правильно помню – где-то здесь должен быть гигантский морозный паук. Ненавижу пауков. Увижу – сразу убью. Лас-Йа-Нир! Полезнейший крик – я увидел где-то за стеной несколько красных меток. И синие тоже, синих было много, но все они были далеко внизу. Некоторые буквально в нескольких метрах под нами, но большинство – далеко внизу. – Что это было? – Что-то вроде обнаружения жизни, – сказал я соратнику, – внизу много драугров. И ещё кто-то живой, человек или животное – не знаю. Впрочем, очень скоро я вспомнил ещё один крик – Мид-Вур-Шан. Этот крик назывался ярость боя – и позволял союзникам рядом атаковать намного легче и быстрее. Это было очень важно – мы вылезли через небольшой ход к пещере драугров, где начали пробуждаться мертвяки. От них не воняло – всё, что могло разлагаться – давным-давно истлело, а что мумифицировалось – так и осталось. Соратники, после моего крика, стали намного эффективнее – их окружали потоки магии или что это там, и они двигались и били быстрее, чем обычно. Меч – штука неповоротливая, как и большая часть холодного оружия. Исключение составляли сабли – вакидзаши и катаны, шашки и прочие лёгкие длинные и тонкие клинки, которые опирались не на тяжесть клинка, а на скорость и режущую способность. Но только это требовало одновременно и кузнечного мастерства, и доспех прорубало плохо. Воин с двуручным мечом двигался раза в два быстрее обычного и срубил драугру голову без лишних проблем. Я, прицелившись, увидел мертвяка, который, шевеля костями, двигался в нашу сторону. Испытанный множеством фильмов, был уже готов к тому, что мертвяк – это ходячий труп. Хотя всё равно страшновато – выстрел арбалета пришёлся прямо в нагрудник мёртвому стражу гробницы – тупоносый болт прошил его насквозь, заставив покачнуться. Кажется, драугр пострадал. "Вж-клац" – новый выстрел пришёлся в голову – драугру этого хватило, болт с тупым наконечником разворотил черепушку, которая, к слову, была пуста. Драугр свалился и затих. Следующий выстрел пришёлся на драугра, который наседал на Соратников – выстрел в бок. Экспансивные тупоконечные болты прекрасно работали на драуграх – они, в отличие от мягкоконечных пуль, рвали плоть и ломали кости, энергия выстрела то велика. Арбалет с мощными стальными дугами оказался специфическим оружием – энергия болта велика, масса тоже, поэтому прицельная дальность не очень. Однако, он не грохотал, как огнестрельное оружие и болты можно было сделать из любого подручного материала. В отличие от бронебойных болтов, которые аккуратно раздвигают плоть и проходят насквозь как иголка сквозь масло, тупоконечные болты больше походили на удар молотом по своему действию – они не резали и не кололи, энергия удара переходила на тело, рвала мышцы, вырывала суставы, ломала кости, и что более интересно – превосходно уничтожала высушенных мумифицированных драугров, которые обладали небольшим количеством жидкости в организме и имели более плотную структуру тела. Выстрел пришёлся драугру в бок и снёс его, послышался хруст сломанных костей. Драугр пытался шевелиться, но его быстро добил топором соратник. Следующий драугр получил комок огня, на который я не пожалел сил – и воняя, горя, побежал прямо на Соратника. Тот был вынужден отступить, чтобы не получить секирой по голове – именно его отступления мне и нужно было. Я выстрелил из арбалета и добил драугра молниями, которые хорошенько прожарили его некронскую структуру. Молнии – наносили повреждение магии. В игре. В реальности они тоже воздействовали на магическую энергию – особенно смертоносны против нежити, которая существует то как магическое проявление и благодаря магической структуре. – Ох, кажется это последний, – Вилкас опустил меч, – ты неплохо сражаешься, маг. – Благодарю за комплимент. Йас! – я осмотрелся по сторонам, – нам в ту сторону. * * * Путь до конечной точки был очень скор – причиной тому моя способность видеть мертвяков. Но меня заботило то, что по пути мы так и не встретили бандита и гигантского паука, следовательно, не было у нас и когтя – ключа от подземелья. И хитроумных ловушек с колоннами тут не было. Зато встречались многие другие ловушки – такие, как нажимные плиты. Я удерживал соратников и шёл первым, тщательно оглядываясь и пробивая путь себе вперёд Ту'умом Фус – он заставлял срабатывать все ловушки перед нами. Так мы избежали решётки с шипами, волчьей ямы, многочисленных дротикомётов. Я прервался на изучение механизма ловушки с дротиками – ловушка была очень интересной. Приводилась в действие крошечным камнем душ, внутри была трубка, камень душ с заклинанием, которое позволяло ему метать мелкие предметы, вроде дротиков. Телекинез, вернее, его точная вариация. Пока все устроили привал – я выкорчёвывал из стены эту ловушку, и изучал магию на камне душ. Это было сложно сделать, потому что у меня не было возможности разобрать его на алтаре зачарования, но и так вполне сгодилось – я нашёл одну из вариаций, не иначе как двемерского магостреломёта. Однако, был один минус – скорость, до которой он разгонял небольшой дротик – слишком мала, поэтому дротиков было много и они были крошечные, отравленные. Но важно не это, а сам факт наличия заклинания, позволяющего преобразовывать магическую энергию в механическую с удобоваримым КПД. Плюс я изучил новое заклинание – очень разнообразное, очень полезное – называется телекинез. Манипуляция предметами в пространстве – я изучал его, пока все спали, а когда пришла моя очередь спать – уже неплохо так научился – телекинезом я убрал тут всё, установил на дверь решётку, которая защищала нас от прорыва драугров и других искателей приключений на свою пятую точку… Часов у нас не было и понять, сколько сейчас точно времени – мы не могли. Да, в Нирне не было обычных механических часов – только солнечные, античные. Поэтому я задумался о создании такого механизма, но моей компетенции тут явно недостаточно. Меня разбудили последним – когда все не только встали, но и позавтракали. Вилкас потряс меня за плечо. – Подъём, маг. Нам пора идти дальше. – А, да, что? Снился мне Ривервуд и почему-то Алдуин, который летал над городом и спрашивал, где меня найти. Судя по виду – соратники уже успели неплохо позавтракать и отдохнуть, а я – разлёживался как аристократ, допоздна. – Пошли, – сказал Вилкас, и отошёл от меня, – не будем терять время. – Да, ты прав. Пошли. Всю дорогу я отмечал на стенах при помощи кусков мела и угля. Регулярно наносил насечки в переходах, рисовал стрелки. Вилкас к этому отнёсся с пониманием, поэтому я взялся за свой инструмент и пошёл дальше, вырвал из стены решётку, вчера наколдованную из останков какого-то саркофага и пошёл первым, проверяя путь с помощью крика фус. Разбили лагерь мы в сотне метров от двери в главное, последнее помещение. Это был зал истории – оканчивался он очень толстой дверью с круглой замочной скважиной посередине. Мы зашли в зал, соратники держались позади меня. – Здесь есть ловушки? – Здесь их уже нет, – сказал я, – это зал истории. Древние норды оставляли здесь барельефы, хранящие историю народа. Последняя ловушка – это дверь перед нами, – я подошёл к ней, – нужно иметь ключ и знать комбинацию, чтобы её открыть. Я думал, мы найдём ключ здесь, в подземелье, но его нет. – Проклятье! – Вилкас разозлился, - а раньше ты мог сказать, что у тебя нет ключа? – Не горячись, Вилкас. У меня есть ключ, но немного другой. Я снял рюкзак и полез в него, нашёл нужный предмет. Полученная в результате экспериментов по воспроизводству тринитротолуола масса взрывчатого вещества. Это был тротил, самый настоящий. Правда, у меня был только один детонатор, и тот хреноватый. Тротил я упаковал в шашки по триста грамм примерно, на глазок, сделал кумулятивную воронку и покрытие, чтобы образовалось кумулятивное ядро. Осталось дело за малым – закрепить шашки тротила на двери. – Всем отойти, лучше выйдите из зала назад. Сейчас рванёт, – сказал я, показав остальным пример и первым выбежал из зала. Простенький механический замедлитель сработал и когда соратники выбежали, вскоре раздался взрыв. Громкий, четыре килограмма тротила – не хрен собачий. – Ничего себе. Можем входить? – Думаю, да. Пошли. Я вошёл в зал истории первым – картина маслом. Дверка имела несколько ощутимых разломов. Мне не нужно было разломать дверь вообще, мне нужно было расколоть её, ведь это прочный зачарованный на отражение магического урона камень. Теперь остался последний штрих… – Фус-Ро-Да! – мощный крик врезался в дверь и вынес её осколки внутрь большой пещеры. Мы все подошли и увидели результат крика – дверь разлетелась крупными кусками и валялась по всей пещере. Внутри была массивная, явно природная пещера, в которой стояла стена слов – полукруглая штука. И перед ней был саркофаг. – Похоже, и тут драугры. К бою? – К бою. Я пойду первым. Когда я приблизился, перейдя через ручеёк, что тёк по пещере, увидел всю картину. Около саркофага стояла стойка для вещей, сундук, напротив него – стена слов. Удар, который последовал изнутри саркофага, был встречен настороженностью соратников. Из него начал подниматься драугр. Но этот имел совершенно иной вид – на нём была древняя нордская броня, полный доспех, и выглядел он куда сильнее предыдущих мертвяков. Я среагировал тут же – Из-Слен-Нус! – ледяная форма. Крик, замораживающий врагов и превращающий в статуи. Сила Голоса велика, универсальность – ещё больше. Ту'ум прошёлся и ударил в драугра, который мгновенно застыл изваянием, на нём начал появляться лёд, который обмораживал его со всех сторон. Подбежавшие соратники не стали ждать и срубили драугру голову мгновенно. Камень нашёлся быстро – он был в саркофаге драугра, лежал себе и ждал, когда его заберут. У самого драугра нашлась зачарованная секира, которую никто не потащит наверх, а вот в сундуке… Я понимаю, почему за древними захоронениями нордов охотятся все, но боятся драугров – ведь даже отлично оснащённые и экипированные, выученные соратники, сумели пройти гробницу с немалым трудом – если бы не мой крик и способность обезвреживать им ловушки с нажимными пластинами и качающимися лезвиями – тут бы полегла половина группы. А вторую половину прикончили бы драугры – эти сволочи обладали отличной выносливостью к ударам и нечувствительны к боли. Даже соратникам пришлось нелегко, потому что они рубили драугров только при численном превосходстве и наносили максимально сильные удары, тут уже булава и лёгкий меч не прокатят – нужно рубить сволочь, пока не перестанет шевелиться. Поэтому гробницы до сих пор не все разграбили. В сундуке находились сокровища, судя по всему – принадлежавшие захороненному тут Норду. А на стене слов около него было написана история – Здесь лежит… – и так далее. Из стены слов я узнал, что похоронен был генерал-норд, который пал в бою с эльфами, похоже, во времена Исграмора или чуть позже. Стена слов была своеобразным надгробием-памятником павшему воину. В сундуке обнаружились настоящие сокровища – не то что в игре – тридцать золотых и парочка ненужных вещей-доспехов. Золото, камни, всего и много! И весил этот сундук, судя по всему, целую тонну, если не меньше – золота было очень уж много… древние нордские монеты с отчеканенными на них символами культа драконов, и точно такой же, как у Септимов, навеской золота – одна унция. Двадцать восемь граммов. Камней тоже было немало, и все ценные – изумруды, рубины, бриллианты. Соратники, к их чести, и не подумали меня предать, зарубить и захапать всё себе. Вилкас, однако, сказал: – Мы это обратно не потащим. Слишком много золота, мы можем набить рюкзаки, но всё не унесём. – И не понадобится. Я понесу сундук магией. И правда – запаять крышку и чик – поднять телекинезом весь сундук. Магия начала потихоньку проседать. – Мы всё забрали. Уходим. Я не я, если бы не проверил тайный ход из помещения в сторону горы – и обнаружил, что там ничего нет. Да, да, было бы глупо предполагать, что из последнего помещения сделают ход прямо к выходу – это нарушило бы весь смысл возведения лабиринта, поскольку какой-нибудь хлыщ, обнаруживший пещеру, забрался бы в неё коротким путём.