Бедняжка в мантии

02.01.2014г. Моя репутация подорвана. Моё самолюбие втоптано в грязь, а душа, кажется, готова добровольно отдаться Дьяволу. И я её не виню. Я сам сейчас в такой ярости, что усилием мысли могу породить Армагеддон. – Билл, что с тобой? – участливо поинтересовался сидящий рядом Джей. В столовой, как и всегда, было невыносимо шумно и хотелось забраться в какой-нибудь вакуум, лишь бы не слышать голоса. Но тогда моя мозговая активность станет выше, а это чревато Большим Взрывом. «Что со мной? А то, что твой друг сволочь, Джей» – хотелось мне выплюнуть это Блейку прямо в лицо, но, в конце концов, он не был виноват в отсутствии недомага. – Кризис подросткового периода, – сухо отчеканил я, протыкая вилкой бекон. У меня всё тело зудело от желания колдовать. Использовать какое-нибудь непростительное волшебство. Но, из-за того, что практиковать, подобного рода магию, было запрещено, (зачем она тогда вообще нужна?) мне оставалось потратить свои силы на Чейнджелогию. * Я нашел развлечение в том, что выудил из своего стакана воду и заморозил её прямо в воздухе, после чего тяжелый кусок льда упал мне под ноги и раскрошился на маленькие части. – У вас с Томом что-то произошло? – встревоженный голос Джея донесся до меня, словно бы издалека. Он оперся локтями о стол и, перегнувшись через него, снизил голос до полушепота: – Я видел, как он пошел в библиотеку. Так вот куда направился этот жалкий двиб. Том уже неделю ведет себя странно: избегает и всячески игнорирует. Когда я его окликаю, лицо его начинает дергаться, а желваки под кожей ходить ходуном. Он решил меня трахнуть и просто исчезнуть? Типа, как по волшебству? Влюбить меня в себя, а потом потеряться? А ведь я говорил себе не заходить дальше дружбы. Саламандра меня дернула поддаться любви. Надо было учитывать, что мы учимся не просто в одной школе, но ещё и в одном классе, а потому безответные чувства принесут с собой лишь боль и разочарование, ведь мне придется видеть Тома каждый день. – Разберитесь уже, – не дожидаясь моего ответа, предложил, точнее, приказал, Джей. – Угу, – лаконично буркнул я, с остервенением пережевывая ломтик бекона. Обязательно разберусь. И если ответ Тома меня не устроит, я его убью. И повешу на люстре в Главном Зале. – Научить тебя читать? – задал я вопрос Дильсу, которого нашел среди стеллажей в библиотеке. Казалось, он хотел слиться со шкафом, но вот незадача: заклятие Хамелеона студенты изучают на третьем курсе. Найти Тома оказалось сложной задачей даже для меня: этот несчастный спрятался чуть ли не на краю Мира. Но магия поиска творит чудеса, тем более что я ею владею на отлично с плюсом. Поэтому, пускай я израсходовал много энергии и потратил на поиски достаточное количество времени, это того стоило. Том, который узнал о моем присутствии лишь после колкой реплики, едва ли не выронил учебник, в который уткнулся носом. – Вот я и нашел тебя… – весьма угрожающе констатировал я факт. Отразившееся на лице Тома недоумение заставило меня злорадно улыбнуться. – Билл? – какой глупый вопрос. – Нет, плод твоих грязных фантазий, – ехидно отрезал я. Недельное скопление неприязни выплеснулось наружу, не дав Тому возможности ответить. Весь контроль над волшебством провалился в тартарары. С жутким грохотом книги, одна за одной, повалились с полок и атаковали недомага, ударяя того по рукам, ногам и животу. – Сволочь! – подкреплял я свои действия словами, в надежде, что это слегка поубавит бушевавшую внутри меня ярость и боль. – Ты думал, что так легко от меня отделаешься? Заморочишь мне голову словами о любви, а воспользовавшись, просто уйдешь? Да я убью тебя! Проклятый двиб! Чтоб тебя! Я же поверил твоим словам. Влюбился в тебя, идиота, а ты, как всегда, лишь издевался. Ненавижу. – Билл… – Заткнись или язык тебе вырву, – прошипел ему я, подходя ближе и пытаясь насладиться, хотя бы, его физическими страданиями. Особо увесистый томик Нейтана Зальцкера осуждающе стукнул Тома по макушке. – Дай же мне сказать! – умоляюще крикнул Дильс, закрываясь руками от назойливых книг. – Что ты мне расскажешь? Что я не прав? Что я..? Ринувшись сквозь заслон бумажных монстров, Том пришпорил меня к одному из шкафов. В лопатку больно впилось что-то острое. – Дай. Мне. Сказать. – Пошел ты! – попытался я вырваться, но его руки крепко в меня вцепились, напрочь игнорируя сопротивление. – Я люблю тебя! Успокойся! – он пару раз встряхнул меня, отчего я только больше разозлился. – Чё? – Я тебя люблю, – вновь повторил Том, уже менее истерично. Его ладони скользнули от моих плеч к локтям и крепко их сжали. Книги, позади нас, рухнули: моё сознание было больше не в силах держать их в воздухе. – А какого Мерлина ты меня избегаешь? – грубо спросил я. Том замялся, будто не мог подобрать нужных слов для начала разговора. Так делают те, кто хочет солгать. – Ну? – поторопил его я, высокомерно вздергивая подбородок, в надежде перетянуть главенство на себя. Попытки держаться спокойно и ровно были не особо успешны. Швыряние книг тому доказательство. – Ты помнишь, что было неделю назад? – откуда-то издалека начал Дильс. Я покраснел из-за красочных воспоминаний, подкинутых мозгом. – Конечно, – сердито проворчал я, – не вспомнить секс было бы странно. Задницу-то саднило. – Я не про это, – размеренным тоном проговорил Дильс. – Что ты ответил на моё признание, помнишь? Том сделал паузу, давая время обдумать ответ. Но, увидев моё замешательство, заговорил снова: – Вот и я нет. Ты же промолчал. После этого я решил не лезть к тебе, чтобы не докучать. Том весь стушевался от взгляда, которым я его одарил и тут же зажмурился, ожидая очередного удара. – Ты головой ударился? – тихо спросил я, уступив место разговорам, а не физическому насилию. – Я это сказал, когда…ты знаешь когда! Не притворяйся! – Ты врешь, – бесстрашно вступил он со мной в конфликт, – я не слышал. Ты просто оправдываешься. – Я тебе сейчас выцарапаю все сосуды из глаз. Усохни, мерзкий бастард! – Ты правда это сказал? – сомнительно прищурил Том глаза и приблизил своё лицо к моему, оставляя между ними расстояние в пару сантиметров. – Да, – стойко выдержал я его взгляд. Хотелось добавить, чтобы в следующий раз он получал свои оргазмы с менее громкими стонами и тогда, возможно, он бы что-нибудь услышал. Но я решил, что если скажу это, то испорчу момент. – Точно? – Если ты меня сейчас не поцелуешь, я сломаю тебе ключицу, – заявил я и, глупо ухмыльнувшись, потянул Тома за куртку ближе к себе. Мой разум заполонило полнейшее спокойствие от того, что всё закончилось благополучно. Я и думать забыл про то, что мы с недомагом прогуливали урок Плантологии. Запамятовал я и о том, что разгромил библиотеку, возможно испортив ценные книги, пока… – Кхм-кхм. Мы с Томом отпрянули друг от друга и мой взгляд встретился со взглядом нашей наставницы. Ну почему? Почему мне везет, как утопленнику? Почему именно Моргана Вудворд? – Что здесь произошло? – грозный голос Морганы каким-то волшебным образом испарял из головы все мысли и, как два планктона, я и Дильс принялись невразумительно оправдываться, рьяно при этом жестикулируя. – Ладно, не напрягайте свои крошечные мозги, – сжалилась наставница, скрестив на груди руки, – наказание, от ваших слов, всё равно не изменится. Мы с Томом переглянулись, протяжно вздохнув, и тут же пожалели, что вообще родились на свет. – Сколько нарушений сразу: порча библиотеки, прогул уроков, я уж молчу о том, что вы тут… Она взмахнула рукой и отвернулась, намереваясь уйти. Однако что-то её заставило обернуться. – Сейчас же здесь всё уберите, – сказала она менторски, обводя недовольным взглядом разбросанные на полу книги. Её ноздри сердито затрепетали, говоря, что никаких возражений их хозяйка не потерпит. – После уроков будете мыть пол в столовой. И никакой магии, как вы знаете. А если я услышу ещё хоть о едином нарушении с вашей стороны, оповещу об этом ваших родителей. – Легко отделались, – выпустил из легких воздух Том, когда спина Морганы в последний раз мелькнула между стеллажами. Одна из его рук всё ещё сжимала мою, и я только сейчас понял всю конфузливость ситуации. – Она нас видела, – с ошарашенной мрачностью подвел я итог, – она считает нас извращенцами. – Главное, что она нас не убила, – предпринял Том попытку успокоить нас обоих. – Возможно, её яд отравляет медленно, – предположил я, смежив тяжелые веки. Казалось, что в присутствии наставницы Вудворд я побоялся даже моргнуть. – Ничего страшного. Я найду тебя даже в параллельной Вселенной, – уверил меня Дильс и уголок его рта дрогнул в улыбке. – Нигде мне нет покоя, – притворно посетовал я, закатив глаза к потолку. – Ладно, давай быстрее покончим с уборкой. – Но ты всё же сказал, что в меня влюбился, – инфантильно-мечтательно сказал Том, обнимая швабру. Рукава его куртки были по локоть закатаны, и мне стало видно свежие синяки, проявившиеся от ударов книг. Небольшой волной накатила вина за столь глупый поступок, от которого Тому пришлось пострадать. Но потом я решил, что для профилактики ему не помешает парочка побоев. Когда он открывает свой рот, чтобы дразнить меня и издеваться, я всегда так думаю. – Теперь ты на всю жизнь сохранишь в памяти сей светлый образ? – вопросительно изогнул я бровь, сполоснув в пластмассовом ведре половую тряпку. Резиновые перчатки мы с Томом не нашли, поэтому приходилось брезгливо отворачиваться каждый раз, как берешь тряпку в руки. Она была мерзкой на ощупь из-за налипших к ней грязи и остатков еды, оставленных студентами. – Не скажу, что он был светлый, – поспорил Дильс, стуча шваброй по полу, на манер костыля или посоха. – Не ты ли был черней тучи и швырял в меня книги? Не самое лучшее признание. – Извини, – искренне посочувствовал я, увидев на лбу Тома небольшую ссадину. Он потер её указательным пальцем и ответил: – Да ладно. Оно того стоило. – Мазохист, – подытожил я, наматывая тряпку на швабру и лениво елозя той под одним из многочисленных столов. Потом добавил, не убавив ворчливости: – Я встречаюсь с мазохистом. – Зато ты его любишь, – довольно прокомментировал он, улыбаясь так сильно, что глаза его превратились в маленькие щелки с морщинками в уголках. – Да прекрати ты это повторять! – возмутился я. – Только если скажешь это ещё раз. В нормальной обстановке. – Ты считаешь, что мы в образе уборщиков и столовая, полная грязи – нормальная обстановка? – попытался уйти я от признания вслух своих чувств. – Вполне, – кивнул Том головой, как бы подтверждая свою безумную идею. – Точно отстанешь? – Клянусь…эээ...в общем, клянусь, – торжественно возвестил Дильс, приложив ладонь к груди. – Хорошо, – хмуро согласился я. Прислонив швабру к столу, вытер руки о мантию и по стойке смирно встал перед инцестолюбом-мучителем. Ну почему я должен страдать из-за его невнимательности? Он не слышал, а мне повторять по сотне раз. – Я… Как же сложно сказать об этом тому, кого любишь. Волнительно и не хватает кислорода. Всё внутри сжимается то ли от страха, то ли от переизбытка нервов. Наверное, слово «люблю» начинаешь ценить только тогда, когда встречаешь нужного человека. – Я люблю тебя.