Неправильный омега

— Пап, а как вы познакомились с отцом? — Это длинная история…

***

Бэкхён снова приходит домой поздно ночью, и папа снова ждёт его на кухне. Он встречает сына недовольным взглядом и даже знать не хочет, где он был. А Бэкхён и не собирается рассказывать, проходит в свою комнату под недовольный взгляд и заваливается на кровать в одежде, он уже знает, что утром его будут ждать родители и проведут с ним «исправительную» беседу, жалуясь на то, какой же их сын неправильный и непослушный. Они будут убеждать его, что он омега, а значит должен быть скромным и милым. Вот только Бэкхён этого не хочет, ему совсем не нравится шататься по магазинам, подолгу выбирая вещицу, обсуждать альф и смотреть на то, как они гоняют мяч по полю. Он лучше сам с ними побегает, впрочем, Бэкхён так и делает. Его часто путают с альфой, потому что он имеет хорошее телосложение, которого очень долго добивался, а его запах больше подходит альфе. Поэтому многие омеги и беты сходят с ума по Бэку даже, когда узнают про то, что на самом деле, никакой он не альфа. Чего уж скрывать у него даже был опыт с бетой в ведущей позиции. У него несколько татуировок на руках и большой дракон на спине, которым Бэк гордится больше всего. В одежде у него преобладают чёрные и красные футболки, как считает парень, прежде всего удобство и комфорт, а потом уже красота. А около дома ждёт его железный конь. Сегодня у него была очередная гонка, и как обычно, он одержал победу, а потом по этому поводу, они своей «компашкой» это отметили. Родители знают, но слишком любят своего единственного ребёнка, поэтому подарили ему на семнадцатилетие мотоцикл, о котором грезил мальчик ещё с начальной школы. Бэкхён уже в детстве общался и играл с альфами, родители, конечно, пытались сдружить его с омегами знакомых пар, но всё это заканчивалось, в основном, дракой и плачущей омегой. На утро Бэкхён еле поднимается, но опаздывать в школу не может. Каким бы буйным он не был, родители почти всё разрешают, а расстраивать их, Бэк не хочет, да и понимает, что без школы о хорошем будущем можно забыть. Он и так заставляет их переживать за себя, когда поздно возвращается, когда ездит на гонки. Он заходит на кухню, уже зная, что там будет отец. За небольшие столом сидит альфа, что-то печатающий на телефоне, и Бэкхён замечает открытое настежь окно, впускающее прохладу. Парень закрывает его с громким звуком, чем привлекает внимание мужчины. Он долго смотрит на него, а затем и вовсе, отворачивается, и это хуже каких-либо слов. Бэкхён игнорирует тяжёлый взгляд, достаёт из холодильника йогурт и забрасывает в свой чёрный портфель. Отец цокает, но ничего не говорит, продолжая внимательно смотреть на экран гаджета. Скоро у парня течка, поэтому он предусмотрительно высыпает себе огромное количество препаратов, но что папа-омега качает головой, бормоча что-то себе под нос. Бэкхён не хочет вонять на всю округу, он не хочет лишнего внимания со стороны альф, тем более, парень никому не даст к себе прикоснуться. Брюнет знает, что такое количество таблеток очень опасно, но продолжает их покупать у знакомого дилера.

***

День для Бэкхёна выдался тяжёлым, все учителя, как будто с цепи сорвались, постоянно что-то требуя от Бэка, и поспать на уроке он не смог. Поэтому парень с особым рвением выбежал из школы, и понёсся к своему мотоциклу. Ему сейчас хотелось оторваться, выпустить все эмоции на дороге и наполнить кровь адреналином. Сейчас лучшие байкеры собираются на одной из самых грандиозных уличных гонках, и он не исключение. Бэкхён поворачивает ключ, слыша долгожданный рык, он быстро срывается с места, оставляя клубы пыли и ненавистную школу позади. Парень срывается на бешеную скорость, обгоняя многочисленные автомобили, водители которых недовольно сигналят и матерятся, заставляя Бэка, растянуть губы в улыбке. Вдали уже слышится шум музыки и громкие голоса, люди начинают собираться у стадиона, подгоняя свои мотоциклы. Сама гонка проходит на заброшенном стадионе, почти на окраине города, тут полиция проезжает редко, что является огромным плюсом. В этой части города проходят не только гонки на мотоциклах, но и на автомобилях, вот только, мотоциклисты и гонщики терпеть друг друга не могут. Гонками на мотоциклах заправляет Ким Чондэ, а на тачках— Ким Минсок. Насколько Бэкхёну известно, они некогда были друзьями, но что-то не поделили или кого-то, Бэка это мало интересовало. Он подъехал к небольшому зданию, где будут записываться участники, и проводиться ставки. Бэкхён заглушил двигатель и, перебросив ногу через мотоцикл, слез. К нему сразу подбежал невысокий блондин и пожал руку. Чондэ был знаком с Бэком ещё до того, как тот сел на мотоцикл, именно Ким научил его ездить и привёл на первые в жизни Бэкхёна гонки, за это родители Бёна недолюбливают блондина. Они могли подолгу проводить время вместе, но ни Бэкхён, ни Чондэ не знали друг о друге, по сути, ничего, да и не спешили узнавать, обоих это устраивало. Блондин мог выслушать любые бредни Бэкхёна, погладить по голове, но никогда не говорил ему успокаивающих слов, потому что не считал это нужным, когда Бэк приходил в себя, сбрасывал его тушку со своих ног и говорил, что если Бэкхён ещё раз разведёт нюни, прирежет своими же руками, изрекая, что тряпкам не место здесь. Чондэ был сильной и несчастной бетой, но Бэкхён никак не мог ему помочь, да и сам блондин утверждал, что в состоянии справиться со своими проблемами. Бэк восхищался этим человеком, однажды, даже полез целоваться, так как чувствовал некую привязанность к нему, правда по пьяни, Чондэ на поцелуй не отвечал, но и не отталкивал, лишь бросил нечитаемый взгляд, сказав, что такое он позволяет, в первый, и последний раз. Бэкхён записывает своё имя и отдаёт нужную сумму парню, стоящему за постом. Он здоровается ещё с несколькими альфами, участвующими в гонке, от Чондэ он узнаёт о неком новеньком, который недавно приехал. Бэк не хочет тратить своё время, поэтому вывозит мотоцикл к стартовой линии, гонка начнётся с минуты на минуту. Бэкхён и правда замечает незнакомый ему байк и высокого парня около него, издалека сложно рассмотреть, но выглядит сильным. Широкие плечи, длинные ноги, за счёт которых он выглядит ещё выше. По всему периметру стадиона толпятся альфы со своими железными конями, хотя у кого-то кони, а у кого-то пони, а около них беты и омеги, в облегающих джинсах и шортах. Даже от мысли о том, что Бэк один из тех, кто на таких сходках должен светить задницей, стоя около альфы, вызывает у него тошноту. Бэкхён поспешно отворачивается, впихивая в себя таблетки, чтобы замаскировать запах. Другие участники медленно подтягиваются, беседуя о чём-то друг с другом, наверное, хвастаются, кто какого бету отхватил, проносится у Бэка в голове, и он морщится. Толпа загудела, когда на дорогу вышел омега с двумя флагами, он обворожительно улыбнулся и крикнул: «Приготовились». Мотоциклы зашумели, а участники внимательно следили за флажками, которые сейчас были подняты. Они резко опустились с громким криком, и байки сорвались с места, оставляя позади клубы пыли. Бэкхён начал разгоняться, обгоняя один мотоцикл за другим. Сама трасса была не очень длинная, но опасная, так как недавно прошёл дождь. Спидометр быстро двигался к отметке в двести километров, но впереди всё ещё мелькал один мотоцикл. Бэкхён закусил губу, разгоняясь, улицы проносились разноцветными огнями, сливающимися воедино. Омега сильнее наклонился, проходя резкие повороты, сзади послышался сильный удар и чьи-то крики, видимо, кто-то не доедет до финиша, но он сам выбрал, не поехал бы, не разбился. Брюнет не должен проиграть, он не позволит себе проиграть, остаётся каких-то пятьсот метров, но мотоцикл впереди и не собирался уступать дорогу. Бэк почти его нагоняет, но видит взмах флага и понимает, что повержен, он замедляется, а затем и вовсе, останавливается. Бэкхён бьёт по рулю, смотря на человека, обогнавшего его, и отмечая, что это тот самый новенький. Незнакомец снимает с головы шлем, и Бэк может разглядеть его лицо, так как недалеко стоит: пухлые губы, тёмные и кудрявые волосы, немного оттопыренные уши и большие глаза. Его быстро захватывает толпа, обступая со всех сторон, он поворачивает голову и встречается взглядом с Бэкхёна, внезапно, его лицо искажается в непонятной гримасе и он медленно вдыхает. Бэк тоже тянет воздух, чувствуя приятный запах древесины и свежескошенной травы, он медленно заполняет лёгкие, не собираясь оттуда выбираться. Брюнет не понимает, что происходит, ведь от него почти не пахнет. Бэка отвлекает подбежавший Кёнсу, он обнимает его и тянется за поцелуем, Бэкхён, не отрывая глаз от незнакомца, целует бету, повисшую на своих плечах, заставляя, неизвестного парня округлить глаза. У того одна эмоция сменяет другую, а лицо искажается в брезгливой гримасе, вперемешку с негодованием и злостью. Он, невзирая на толпу, надевает шлем обратно и быстро срывается с места, оставляя Бэка позади. У того омеги смешанные чувства на этот счёт, он тянется к тому, кто только что уехал, и одновременно, Бэку хочется себя придушить за эту тягу. Он грубо отцепляет от себя Кёнсу и смотрит на него равнодушно. Бета ему улыбаться и что-то говорит о том, что в следующий раз брюнет одержит победу, что тот незнакомец полный дебил, которому никогда не сравниться с Бэком, проиграет гонку в следующий раз. Бэкхён соглашаешься с последним, он не проиграет эту игру какому-то альфе. Он смотрит на Кёнсу и не понимает, почему этот парень так к нему прицепился, вокруг полным-полно альф, хотя у парня на то, наверное, были причины. Кёнсу просто дурак, который влюбился в Бёна, как тот считает, он не заслуживает этой любви, этого слепого обожания со стороны беты. Он не может заставить себя полюбить то, что не нравится, да и не хочет даже пытаться. Да, Бэкхён считает себя сволочью из-за отношения к Кёнсу, но ничего не делает, не в его принципах. Бета продолжает верещать что-то, но Бэк улавливает лишь последнее: «Подвезёшь?». Он молча кивает и отдаёт шлем бете, тот перекидывает ногу и хватается за талию Бэка.

***

На следующих гонках незнакомец снова появляется, и Бэкхён даже узнаёт его имя, сам не понимая зачем. Этот Пак Чанёль выводит его из себя одним только своим самоуверенным видом. Прямо перед гонками тот самый ненавистный Чанёль подходит к Бэку, облокотившемуся на свой мотоцикл, и желает удачи, насмешливо улыбаясь. Бэкхён злится, очень злится, он сжимает зубы и выплевывает в спину Паку: «Да пошёл ты в зад». Чанёль застывает на мгновение, а затем поворачивается. — В твой? С удовольствием, — ухмыляясь, произносит тот. Бэк вспыхивает, парень и так был на пределе, так ещё Пак подлил огня, он быстро оказывается около Чанёля и бьёт того по лицу. Пак немного отступает, а Бэкхён замечает выступившую кровь, и Бэку становится как-то по-легче после удара. — Я с омегами не дерусь, — говорит он, сплёвывая кровь, тут же получая новый удар. Он не уворачивается, и Бэкхёна это бесит сейчас больше всего. Люди, толпившиеся вокруг, не спешат разнимать их. Лишь подоспевший Чондэ оттаскивает разъярённого Бэка от смеющегося Пака. — Сука! — орёт Бэкхён, пытаясь освободиться от рук друга. — Я тебя достану, слышишь, грёбаный Пак Чанёль! — Заткнись, — шипит Чондэ. — Мне драки на трассе не нужны, успокойся! Бета ударяет Бэка по щеке, и тот медленно начинает успокаиваться, дыхание приходит в норму, а руки опускаются, но глаза продолжают смотреть в сторону Чанёля. Чондэ недовольно цокает и куда-то ведёт Бэкхёна. Они останавливаются лишь тогда, когда людей вокруг не оказывается. Бета достаёт пачку сигарет и вытягивает две, предлагая Бэкхёну, он молча кивает и достаёт зажигалку, поджигая сначала Чондэ, а потом себе. Они молча стоят и курят, это немного расслабляет Бэка, вытравливая весь запах Чанёля и заглушая ненужные мысли. Бэкхён поднимает голову, рассматривая уже потемневшее небо, на котором не увидишь звёзд из-за городского смога. Парни молча докуривают, и Чондэ просит не участвовать в гонка сегодня, омега покорно кивает и уезжает со стадиона.

***

Бэкхён жутко недоволен, его не только оторвали от любимого дела, но и заставили потащиться в молл, в котором уже два часа от одного магазина одежды к другому ходит его папа. А Бэк таскает вместе с отцом сумки, покорно следуя, ведь знают каков омега в ярости. Они заходят в ещё один бутик с огромной черной надписью, и Бэкхён чувствует знакомый запах древесины с травой, смешанный с чем-то ещё. Он закатывает глаза, и думает: «Вот почему именно такой ароматизатор повесили в магазинчике?». Отец куда-то уходит, оставляя парня наблюдать за папой, блуждающим между прилавками. Он что-то выбирает и идёт к раздевалке, говоря Бэку захватить кофточку другого размера. Брюнет цокает и шагает в противоположную сторону к нужной вещице. Бэкхён останавливается и пытается вспомнить размер, который сказал ему папа. Злость быстро подкатывает, и Бэк сжимает зубы, он в ярости не только из-за того, что приходится таскаться за омегой, но и из-за запаха, без разрешения влезавшего в лёгкие. Ему хочется выбежать на улицу, вдохнуть свежий воздух, избавляясь от ненавистного аромата. Сам парень не хочет признавать, что он ему нравится этот запах, он хватает нужный размер и двигается в примерочную. А лишь войдя в небольшой коридорчик, вспоминает, что не знает в каком его папа, правда, занято всего две. Ползать по полу Бэку не хочется, а из-за препаратов запахи слишком смутно различаются, поэтому он отодвигает первую шторку. — Па… — Бэкхён замирает и широко распахивает глаза. Видимо, омега в другой кабинки, Бэк мысленно бьёт себя по лбу, лучше б полазил по полу, думает он. — Простите, — выплёвывает Бэкхён и уже было собирается уходить, как чувствует чужую руку на запястье. — Куда это ты? — улыбается тот, подтягивая брюнета к себе. Бэкхён грозно смотрит в глаза напротив, а затем чуть опускает взгляд, парень стоит только в белых боксёрах, Бэк пробегает взглядом по подкачанному животу, снова возвращаясь к глазам. — Бэкхён, — слышится из соседней кабинки, а Бэк уже хочет ответить, как его рот зажимает чужая рука. — Он что ушёл? Слышится копошение, а затем шаги, всё сильнее удаляющиеся. Бэкхён пытается скинуть чужую руку и выбраться, но парень не позволяет, сильнее прижимая Бэка к холодному зеркалу. — Чанёль, ты что творишь? — шипит Бэкхён, оторвав чужую руку и нервно закусывая губу. В кабине становится невыносимо жарко, и Бэк невольно громко выдыхает. Чанёль стоит слишком близко, а его запах дурманит. Теперь он понимает, почему так пахло. На секунду у Бэкхёна мутнеет рассудок, но он быстро приходит в себя и снова делает попытку оттолкнуть Пака. Но тот как гора, не двигается, его глаза хитро щурятся, когда он чувствует усилившийся запах Бэка. — Отпусти, придурок, — повышает голос Бэкхён, быстро поднимает ногу и с силой бьёт Чанёля. Тот кривится, но не отступает, а Бэкхён замечает вздувшиеся венки на шее, значит Чанёль начинает злиться. Бэк усмехается и на секунду замирает, вспоминая, что забыл выпить таблетки, и парень опасливо смотрит на Пака, чувствуя, как действие препаратов слабнет. — Люблю непослушных, — басит Чанёль, ближе наклоняясь. — Что ты… — не успевает Бэкхён договорить, как чувствует чужие губы на своих. Губы Чанёль горячие и сладкие, вот только это сейчас не сильно беспокоит Бэкхёна, широко раскрывшего глаза. Он дёргается и кусает губу Пака, тот недовольно шипит и отстраняется, вытирая небольшую капельку крови. И видимо решив больше не рисковать, он припадет к шее омеги, оставляя отметину. Бэкхён героично держится до последнего, но да ему нравится, но. — Я, — стонет Бэк, — никогда не проиграю альфе. Чанёль смеётся, запуская руки под футболку брюнета, и начинает поглаживать бока омеги, а вторая рука спускается ниже. И Бэк тонет безвозвратно в ощущениях. Бэкхёна и Чанёля сейчас вообще не волнует то, что их могут услышать или почувствовать. Бён засовывает гордость куда подальше, отдаваясь наслаждению и охотно отвечая на поцелуи, и недоумевая, как он мог сдаться этому альфе. Да, Чанёль красивый, высокий, сильный, с большими тёплыми руками и восхитительными губами. Бэку хочется плакать от безысходности и не хочется, потому что, Пак Чанёль доставляет неописуемое удовольствие. Об их «играх» наверное знает уже весь магазин, потому что Бэкхён не спешит сбавлять звук, потому что слишком хорошо. — Я тебя перевоспитаю, — шепчет альфа, опаляя ухо омеги горячим дыханием. — Мой неправильный омега. — Посмотрим.

***

— А теперь, беги одеваться, к нам дядя Чондэ скоро придёт.

***

— Дядя Чондэ, а как вы с дядей Минском познакомились? — Почему ты сегодня этим интересуешься, Бэёль? Тем более, сначала надо проживать, а потом говорить. — Ну, пааап.