Часть 9
10 марта 2019 г., 21:43
До моих покоев дошли молча по той простой причине, что говорить было не о чем. Я была зла, даже не так. Я в бешенстве!
Алакар для меня всегда был родным человеком, которого несмотря ни на что я слушала, уважала и любила. Вот только когда он был мне очень нужен, то его и след простыл. Я умоляла отца призвать его, чуть ли на коленях не стояла, но он говорил, что это невозможно. А тут, понимая, что шансов выдать меня замуж больше не будет, отец призвал его. Как же меня это злит!
Уже за дверью моих комнат я отпустила руку принцу и, на ходу срывая цветы с волос, направилась в гардеробную. Верхнее платье я разорвала прямо на себе, отшвырнула в сторону и начала искать одежду, в которой не жалко спуститься в темницу. Когда мои поиски подошли к успеху и на вешалке в моих руках были черные брюки и рубаха, Диаваль зашел в гардеробную.
— Этот маг, — начал принц Серии, опираясь на дверной косяк, — очень близок тебе?
— Был близок, — равнодушно сказала я, отбрасывая вещи на софу.
Через большое зеркало, я прекрасно видела, как снежный дракон, скрестив руки на груди, смотрит мне прямо в спину. На публике он этого не показывал, но сейчас, пока мы наедине, видимо решил высказаться.Взгляд его был недовольным и даже слегка разочарованным, что я не удержалась от вопроса:
— Что не так?
— Ты не говорила, что у тебя есть любимый, — пояснил принц.
Он слегка оттолкнулся и плавной почти хищной походкой направился ко мне.
— Любимый? — криво усмехнулась я и потянулась рукой к завязкам на корсете сзади.
Руки мои перехватили и опустили. Диаваль сам спокойно развязал мне корсет, что мне пришлось придерживать верх, чтоб не остаться перед принцем в одних нижних юбках.
— Он не любимый, — сказала я, когда принц дошел до последней завязки. Парень замер и посмотрел на наше отражение.–Алакар был для меня другом, братом, вдохновением в экспериментах, одной из причин не выходить замуж, но сейчас… Убила бы гада, да только он бессмертный!
–Уверена, что ничего кроме ненависти? — холодно уточнил принц.
— Нет. Но разве в таких делах хоть кто-то уверен? — я слегка развернула голову и посмотрела на принца.
Из-за разницы в росте, мне пришлось задрать голову, чтобы заглянуть ему в темные глаза. Черные выбившиеся пряди мешали разглядеть его глаза, но необычное сияние не давало мне покоя.
Обычно, я не смотрю людям прямо в глаза по той простой причине, что не хочу устанавливать с ними контакт, но вот в глаза принца Диаваля готова смотреть часами. Они не яркие, но и не тусклые, и что самое важное манящие, как и его губы.
Диан чуть склонился, смотря прямо мне в глаза. Его волосы щекотали нос, что я невольно улыбнулась, а губы еле коснулись моей щеки, обдавая холодком.
— В любви, Анна, уверенность приходит только после того, как понимаешь, что готов отдать жизнь за радость любимого, — тоскливо сказал принц и выпрямился.
Догадаться о том, что он имеет виду свою усопшую супругу, мне не составило труда, но сама суть его фразы… А я вообще была готова умереть за кого-то или что-то, кроме моей страны? Я ведь всегда ждала обратного, что за меня готовы умереть, что ради моей безопасности люди рискнут жизнью. Видимо, поэтому даже и не озадачиваюсь вопросами своего здоровья.
Принц погладил меня по спине и тихо сказал:
— Я подожду тебя в гостиной.
Еще раз погладив меня, принц вышел, закрыв за собой дверь. В гардеробной сразу стало темно, так как шторы были закрыты. Легким взмахом руки я зажгла свечи в канделябрах и, придерживая корсет, села на софу.
Появление Алакара говорит о том, что отец в безвыходном положении, а значит я тоже. Или наша с Диавалем игра перерастает для публики в нечто большее, или мне придется выйти замуж за Эндрю, а потом молить намира о разводе, ведь по-другому браки не разрушаются в альянсе Анто. Как же мне не хочется идти на поклон к этому бессмертному гаду!
Так! Сейчас нельзя думать о плохом, а надо думать о насущном.
Я встала, быстро переоделась и гордо вышла в гостиную. Диаваль ждал меня у окна. Принц обернулся, оглядел меня и, направившись к двери, обронил:
— Лучше бы надела красное платье.
— Мы идем пытать людей, а не на поклон к намиру, — буркнула я, идя за ним.
— Не знал, что намир интересуется женщинами, — криво усмехнулся дракон.
— Этот гад не интересуется ни женщинами, ни мужчинами, ни чем, кроме власти и денег. И то последнее его тоже мало волнует.
Диан вышел первым и по этикету протянул мне руку, предлагая идти вместе с ним. Противиться не стала, да и вообще сразу взяла его под локоть и почти повисла на нем.
— Плохо себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил дракон.
— Если бы, — фыркнула я, ногой закрывая дверь в собственные покои.– Переутомление. Не ожидала, что еще и Алакар упадет на мою несчастную голову.
— Разберемся и с магом, и с твоими заключенными, и с границами, и с намиром.
— Справки навел, — я не спрашивала, а утверждала.
— Заинтересовался вчера, когда послушал твою пламенную речь в трапезной, — невинно ответил принц, но в этой невинности столько яда было, что сразу ясно: не доверяет.
Дальше до дверей подземелья, куда я еще год назад приказала перенести все допросные, шли молча, так как говорить не о чем было. Пока я озадачивалась собственными проблемами, принц ими тоже озаботился и узнал все слишком быстро, когда лично я о нем совсем ничего не знаю. Сегодня же затребую у службы разведки всю информацию о политике в Серии, и надо будет подставные каналы подключить, уж эти-то точно правду скажут.
Двери, ведущие в подземелье, перед нами открыли стражники. Я тут же отпустила Диаваля и, схватив факел со стены, начала спускаться вниз. Диан шел за мной и не спешил выровняться, и был в этом абсолютно прав. Я бы тоже не рискнула в чужом подземелье слепо ходить.
Солнечный свет в данную часть замка не попадал, потому тут было очень темно, и если бы не факел, то мы бы и собственных рук не увидели. Запах тут был почти удушающий: слишком влажный, пропитанный гнилью и специальным газом, нанюхавшись которого человек не сможет соврать. Пол тут был чисто каменный со скрытыми ловушками, про которые знали всего пять человек в замке: я, король, Сабрина, главный дознаватель короля и глава стражи. Остальным вход сюда был строго запрещен, а расположение ловушек засекречено, потому побег отсюда даже для высокопоставленных лиц был невозможен.
— Миленькое подземелье, — спустя какое-то время сказал Диаваль.– Дурман трава?
— Пары экстракта дурман травы и правдоцвета, — уточнила я.
— Запомню…
— На тебя не действует?
— Я дракон, — сдержанно ответил принц Серии, но мне этого хватило.
Мы дошли до допросных, которые располагались на первом уровне.Передав Диавалю факел, я достала из щели в каменной стене связку ключей. Но прежде, чем открыть дверь, я повернулась к принцу и строго произнесла:
— Во время допроса не говори, просто наблюдай.
— Думаешь, я не умею вести допросы? — правя бровь принца взмыла вверх.
— Я хочу показать свои методы, чтобы в будущем ты знал, чего от меня ожидать. То, что ты видел на публике, это маска вечного ребенка, с которой расставаться не хочется, но на самом деле я настоящая Стерва, и прозвище это мне дал намир, который и обучал меня политике.
Диаваль нахмурился, начиная понимать с кем связался.
— Так значит вчерашний поцелуй в библиотеке один из уроков Гошшера? — почти рык.
— Это был урок быстрой приспособленности к ситуации, — ровно сказала я и, развернувшись к двери, тихо добавила: — А поцелуй был первым…
Будь проклят драконий слух! Я не успела поднести ключ к замочной скважине, как меня развернули, прижали к стальной двери и поцеловали. Страстно! Жадно! Властно! Умопомрачительно сильно! Разум почти сразу же потемнел, взорвался, как перегревшаяся склянка, которую забыли над горелкой. Кровь начала кипеть, но холод, исходящий от принца, гасил меня и доводил до полного необычайного экстаза. Сама не знаю, почему, но ответила ему почти сразу же.
Рывок — ноги мои не касаются пола, а принц, сжав мою талию, держит меня так, чтобы наши лица были наравне. Пара томительных минут, в которые мы страстно впивались в губы друг друга, и все резко закончилось. Меня в полном шоке и плохо соображающую поставили на пол, застегнули на мне рубашку, поправили мои волосы, обвели мои припухшие губы по контуру большим пальцем, а после принялись и на себе вещи поправлять, пока собственно я стояла и глазками хлопала.
— Это сейчас что было? — глухо спросила я, смотря на принца по меньшей мере испуганно.
— То чего я и боялся, пока ехал сюда, — ответил Диаваль.– Мой дракон требует тебя.
— Кто, чего и не жирно ли? — я начала банально злиться, так как совсем ничего не понимала. А если я чего-то не понимаю, то злюсь!
— Я дракон, Анна, а точнее я сосуд истинной драконьей силы. Внутри меня сидит дракон, неукротимый зверь, у которого есть свои потребности и требования. Еще пару месяцев назад он вел себя тихо, давая мне пользоваться своей силой, но потом…
Принц оборвался, смотря на свои руки так, как будто на них была кровь. И взгляд этот меня натурально пугал.
— Что тогда случилось? — спросила я, видя, что Диан погрузился в себя.
— Я впервые увидел тебя, — принц развернулся резко и посмотрел прямо мне в глаза.– Я действительно был тогда в Оридене и видел тебя в том красном платье верхом на коне. Во мне тогда впервые что-то дикое проснулось, какая-то жажда… По легендам ледяные драконы лишены пламени, потому им и подвластен холод, но все они стремятся найти свой огонь. И мой дракон признал в тебе своё пламя.
— Бред…– пробубнила я.
— Согласен, бред, но мне тяжело сдерживать себя, — принц сделал шаг ко мне, но я отступила назад. Заметив это, он замер и продолжил: — Я думал, что наша игра на публику удовлетворит зверя, но она делает его еще более голодным. Он требует еще и еще. С каждым твоим новым прикосновением, с каждым словом, слетевшим с твоих губ, его желания затмевают мои собственные. У меня крышу сносит от того, что я прикасаюсь к тебе!
Сказать, что я была шокирована, это ничего не сказать. Я стояла на ногах только благодаря тому, что гордость не позволила сползти по стеночке и зареветь.
Вот поэтому я и никогда не хотела иметь дел с драконами! У них все настолько сложно, что даже я ничего не понимаю. Да и не удивлюсь, что и наш бессмертный и всесильный намир ничего не поймет.
Я начала копаться в своей памяти. Ну, ведь должна была что-то про них да прочитать. Тексты старых манускриптов, которые меня заставлял читать намир в годы обучения под его крылом, всплывали в памяти отрывками путано и медленно, но кое-что я точно вспомнила.
Драконы делятся на четыре больших царства: пламя, земля, ветер, вода. Царства делятся на несколько семей в зависимости с особенностями, те еще делятся по отдельным характеристикам. Есть смешения, но у тех опять же какая-то своя отдельная ступень в их иерархии и особенность, и насколько помню, драконов, стоящих между двумя царствами, ценят и берегут, так как их мало. И они все блюдут чистоту крови, не связываясь с людьми.
Если не ошибаюсь, снежные драконы стоят между царствами ветра и воды, в семействе холода, потому они действительно лишены пламени, так как у них есть ледяное дыхание. Некоторые сильные снежные могут заморозить взглядом и одним легким движением когтя создать снежный буран. По большей части они живут в горах, прибывая в вечной спячке, не покидая пределов своей пещеры больше, чем два раза в год, и выращивая своих детей там же.
И вот вопрос: чего это снежные затесались в предках Диаваля и почему он сосуд?
Мне абсолютно не нравилась вся эта ситуация, особенно учитывая наш с принцем договор на крови. И ладно бы это был простой договор на крови, так я ведь умница такая закрепила его магией, и теперь если мы нарушим его главный пункт об интимной связи, то у кое-кого, и это не я, будут очень сильный болевой шок. Спасибо Алакару за книги, которые он по глупости своей оставил.
— И что мы теперь будем делать? — нервно спросила я, чувствуя приступ апатии и желания придушить кого-нибудь.
— Сначала мы проведем допрос, а после в быстром темпе собираем отряд и выезжаем к Гому, — сухо ответил принц.
— Ты забыл пункт с пыткой мага, — осторожно вставила я, но получив хмурый, почти убийственный взгляд, решила, что раз Алакар бессмертен, то подождет недельку, где-нибудь в моем подземелье с блоками на руках и ногах, чтобы не сбежал.
С силой сжав ключ, развернулась к двери и со скрипом открыла её…
