Когда замуж неохота, или Как не сгореть заживо.

      Путь, который Дуб описал в три часа, мы преодолели за полтора, благо лошади у нас выносливые. Но вот поляну нашли не сразу, так как она была чуть дальше дороги, по которой мы ехали, и солнце только всходило. Мы, наверное, еще бы долго блуждали в сосновом бору, если слева мне в голову шишка не прилетела. Я тут же развернула Грома и пошла искать потенциального трупа, так как шишки с навеса просто так в людей не попадают.       Выехала как раз на небольшую поляну, посередине которой был костер. А вот у костра сидел Дед. Смотря на высокого широкоплечего крепкого мужчину с седыми короткими волосами и бородой, с темно-серыми глазами, с вертикальным шрамом, пересекающим левую бровь и глаз, с мозолями на больших шершавых ладонях, я улыбнулась, как самая последняя идиотка. Во мне неожиданно проснулся маленький ласковый ребенок.       До сих пор не верится, что когда-то вот этот уже действительно дед со своими людьми напал на карету со мной и Сабриной, а потом требовал за нас выкуп. Понятное дело, никто во дворце не поверил, что кому-то в королевстве пришло в голову украсть принцессу с самой худшей репутацией в мире, поэтому среди бандитов мы провели пару недель, пока нервы отца не дали сбой, и он не решился проверить леса. Но в принципе мне все понравилось. Я общалась с простыми людьми, изучала их быт и проблемы, нашла себе новых сторонников и приобрела в своей жизни человека, которого могла считать за настоящего дедушку. Пусть меня и наказывали за то, что много умничала, и подвешивали за ноги к дереву, и Дуб, который на пять лет старше меня, ставил собственно меня у мишени и метал в мою сторону ножи, но мне безумно нравилось жить в лесу с разбойниками. Я чувствовала свободу, вольность, которой меня лишали в замке. Мне так нравилось просыпаться с первыми лучами, бежать на речку, потом под присмотром Деда собирать ягоды и цветы, а вечером под народные песни танцевать у костра.       Расставаться было тяжко, но… Мы с Сабой уже на следующий день вернулись в лес с подарками для всех.       Я дождалась Сабрину и быстро спрыгнула с коня. Подруга повторила все действия за мной, и мы синхронно бросились к Деду. Сели на бревно с двух сторон от него и сразу же угодили в объятья.       — Исхудали то до чего, — выдохнул Дед, а потом поцеловал нас обеих в макушки.       — Где ж исхудали-то? — фыркнула я, так как большая часть моей одежды мне мала.– Я из-за вечных стрессов скоро на бегемотика буду похожа.       — А по-моему, кто-то просто взрослеет, — старый бандит бережно погладил меня по плечу.– Голодны?       — Да! — хором крикнули мы.       Дед хмыкнул и, взяв палку, вытащил ей из костра три хорошо прожаренных черные картофелины.       –Аска, где нож? — спросил разбойник.       Я молча вскочила, побежала к Грому, вытащила из сумки нож с ручной резьбой на рукоятке, который подарил мне Дед, и вернулась обратно. Довольная собой продемонстрировала мужчине нож. Он лишь хмыкнул и в очередной раз напомнил:       — При встрече с людьми из моих кругов, этот нож должен у тебя на поясе быть.       Я немного виновато опустила голову и, прицепив нож к поясу, с некой жадностью посмотрела на картошку больше похожую на уголек.       –Горячая еще, — заметив мой взгляд, сказала Дед.       Я лишь хмыкнула, так как мне ни огонь не навредит, ни горячий корнеплод, и схватила первую картофелину. Быстро почистив, бросила её Сабрине, которая своими нежными ручками вряд ли бы смогла почистить картошку самостоятельно. Проделав тоже самое со второй картошкой, отдала её Деду, а вот уже третью съела сама. Только из-за этого люблю ездить с разбойниками, они все умеют готовить картошку в костре так, что оторваться невозможно!       Видя, что я довольна, как Генри, когда ему удавалось умыкнуть из-под носа у пастухов барана, Сабрина в край расслабилась и тоже поела. Дед от нас не отставал и умял свою картошку за два укуса.       Когда все перекусили, с дерева рядом на тросе неожиданно спрыгнул Ель. Паренек лет двадцати шести с длинными темными волосами и мутными зелеными глазами в одеждах камуфляжного цвета выпрямился и поклонился.       — Рад приветствовать принцессу и её фрейлину, –сказал он и тут же протянул руку.       — Я на минутку, — виновато сказала я и, вкладывая пальчики в чужую ладонь, подбежала к Ели.       Парень сразу положил мою руку себе на шею и, перехватив за талию, притянул к себе. Он силой дернул трос, и мы взмыли вверх. Как ни завизжала, не знаю, но вцепилась в парня руками знатно.       Ловко подхватив меня в полете на руки, парень абсолютно спокойно приземлился на ноги. Мы оказались на самой верхушке дерева, на который был установлен какой-то странный помост, который явно бандиты ставили сами, так как на перилах я заметила знакомый узор. Ель поставил меня и дал оглядеться.       Вид, конечно, был обалденный, что я сразу приметила, как нам ехать дальше и где примерно можно будет остановиться на ночь. Налюбовавшись пейзажем лесов, полей, гор и рек в первых лучах солнца, я повернулась к парню и спросила:       — Инфу нарыл?       Елай, а настоящее имя Ели было именно таким, встал рядом и оперся бедром на перила.       — Сделал все, что мог, и…       — И? — мне уже не нравилось, что он отводит глаза.       — И все хуже, чем ты думаешь, — парень виновато почесал затылок.– Тут ко мне на днях ваш секретарь заглядывал, ну и я ему выдал информацию о гильдиях Ювелиров. Видела?       — Конечно, я же лично затребовала. Так что еще узнал?       — В общем, тапариты, — Ель упомянул название запретных драгоценных камней, которые в себе таят сильную магию обольщения, — запекали в хлеб прямо на пропускном пункте у перевала Гому, потом развозили до ближайших гильдий Ювелиров, в качестве продовольствия. Там камни изымали, но половину снова запекали и отправляли в более дальние гильдии. Схема достаточно простая, но настолько незаметная, что я про это узнал лишь, когда ваш секретарь запрос сделал.       — Меня больше волнует, почему намир это прикрывал, — произнесла я, сдерживая жгучее желание спалить все вокруг.– Он же сам запретил эти камни еще до моего рождения под предлогом, что его мутит от такой низкой магии.       — Может он решил устроить твою личную жизнь, раз свою уже уладил? Так в других странах Альянса Анто ничего такого нет, — предположил мой информатор, но из этого я зацепилась только личную жизнь нашего всемогущего бессмертного.       — В каком смысле уладил свою жизнь? — удивилась я.       — В том самом. Я был неделю назад в Оридене и случайно встретил рена Лонского в пивнушке на окраине.       — Подожди, ты сейчас про независимого участника Альянса?       Лонского я знала плохо, так как он редко появлялся на общих собраниях Альянса и приезжал лишь на закрытые, на которые меня намир, слава всем богам и чертям, не брал. Но по слухам он помешан на здоровом образе жизни и никогда не пьет, поэтому я была слегка удивлена.       — Да про него, — кивнул разбойник и продолжил: — Мужика, честно говоря, было очень жалко. Он очень много пил и что-то бубнил, ну, я и подсел к нему и такое узнал, что чуть со стула не упал. Намир решил жениться!       — Да не! Да быть такого не может! Неее! — я поверить в услышанное не могла.       Наш намир, который женщин рассматривал лишь для удовлетворения своих плотских потребностей, решил жениться? Звучит как очень плохая шутка!       — Я тоже сначала не поверил, но Лонский сказала, что намир отменил праздник летнего солнцестояния, так как у него в этот день свадьба.       — А про невесту что слышно? — у меня от удивления аж рот открылся.       — А вот про невесту ничего, — Ель стал тарабанить пальцами по перилам.–Намир это в держит в тайне. Но Лонский подозревает, что это принцесса из Нована.       Я быстро начала перебирать в своей голове всех знакомых принцесс и вспомнила! Её зовут Белотриса! Чудная тихая девочка с прямыми светлыми волосами и большими голубыми глазами. Настолько милая, что рядом с ней у меня рвотный рефлекс начинался. Уж слишком много и мило она улыбалась и смеялась. Наверное, именно поэтому и не подружились… Никогда не думала, что у намира такие вкусы. Хотя мне же лучше!       — Слушай, а может, женившись, намир от дел отойдет и меня, как свою ученицу, во главе поставит? — предположила я вслух.       — Мечтай, Аска, — усмехнулся Елай.– Он скорее сдохнет, чем власть отпустит. А как ты знаешь, он бессмертен.       — Не сыпь мне соль на рану, — фыркнула я.– Дай хоть немного помечать.       Где-то внизу щебетали птицы, в полутораста метрах от нас журчала река, а солнце почти встало. Чудесный вид! И мысли о смерти намира чудесные! Хотя и его женитьба меня устроит.       — Надо будет обязательно заскочить в столицу и пожать Белотрисе руку, как женщине укротившей этого психа.       — Еще не факт, что это будет Белотриса, — вставил Ель.       — Да не важно, кто это будет, главное она все внимание намира на себя возьмет, — облегченно выдохнула я и устремила свой взгляд в стороны высокой гряды гор Гому.       Вот разберусь с лордом Гирном, стряхну со своей головы Диаваля, намира и Алакара и можно будет в отпуск на месяцок. Ах, проведу чудесный месяц в лесах с разбойниками.       Неужели жизнь решила наладиться?