Часть 23
4 октября 2020 г., 12:00
Без малейшего сомнения я зашла в башню, закрыла за собой дверь и почувствовала, как трясутся колени. И это не было связано с тем, что тут много лестниц и мне не хотелось по ним подниматься. Здесь было тихо. Ужасно тихо, и это пугало.
Прислуги или стражи тут, конечно, отродясь не было, потому тишина всегда присутствовала в мраморной башне, но тут всегда были сквозняки, который мелодично дули, что иногда казалось, что здесь кто-то очень красиво, но тихо поет. Вот только сейчас даже этого не было слышно.
Тяжело вздохнув, я подобрала подол платья и ступила на первую ступеньку, как раздался крик! Хотя нет, это был не крик. Это был смех! И принадлежал он одному очень хорошо известному мне рену!
Рен Злевки хохотал, как всегда громко, что у меня заболела голова. Что удивительно, но я отчетливо услышала громкий голос рена Айскрона, хотя он повышал свой голос крайне редко.
Как понимаю, никакого семейного обеда не будет. Ну и слава всем чертям! Один на один с намиром не окажусь.
И вот понимание того, что там скорее сейчас будет собрание ближнего круга, меня как-то окрылило, что я взбежала по длинной круговой лестнице даже не запыхавшись. Но у самых дверей в кабинет все же остановилась и, глубоко вдохнув и подобрав подол платья поудобней, открыла дверь с ноги.
Уж раз сделали меня намирой, то терпите теперь мой характер, господа!
Двери открылись легко, еще и впечатались в стену. И чуть потянувшемуся бледному лицу Трейвиса шарм Айскрона было видно, что потребуется ремонт. Он слегка дрожащими руками достал свой излюбленный блокнот и быстро что-то в нем написал, видимо сразу прикинул затраты на ремонт. Рен Лонский так вообще с открытым ртом на меня смотрел. Да даже намир удивился! Один рен Злевки, который сидел ко мне спиной, был ни капельки не удивлен. Даже обернувшись, он лишь усмехнулся и выдал:
– Я был прав! С вас по десять тысяч шенг!
Но на его заявление никто не отреагировал. Все смотрели на меня и ждали моего следующего хода.
Но заходить и что-то делать я не спешила. Лишь оглядела белоснежную отделанную мрамором комнату и стол издалека. На нем были фрукты, сладости, небольшое количество закусок и пара бутылок вина. И вот последнее меня заинтересовало. Быть трезвой в компании супруга я не собиралась!
Гордо и быстро я подошла к столу схватила бутылку, стоящую около рена Злевки, и отхлебнула с горла. Вино оказалось красным и очень сладким. Можно сказать, что даже приторным, но достаточно сносным.
С этого моего поступка даже рен Злевки выпал в осадок.
– Моя намира, вам не стоит пить на пустой желудок,– сказал самый азартный из всех ренов на земле.
– Еще раз назовете меня намирой и я вас на эту бутыль насажу!– рыкнула я и сделала еще глоток.
Бесят! Как же они меня бесят!
– Рад, что брак не сильно пошатнул вас,– как бы невзначай сказал рен Айскрон. Он-то знал мой дикий нрав, не раз с ним лаялась, когда намира рядом не было.
– А я не рада, что вообще замужем!– честно прорычала я, прожигая главного секретаря намира.
Он был одет, как всегда, с иголочки в костюм с преобладающими зелеными тонами. Взгляд у него был острым, пронзительным, а зелена его глаз делала его еще и хитрым. Темные волосы уложены назад так, чтобы ни один волосок не торчал. Лицо без единой эмоции, лишь с той приветливо обманчивой улыбкой, которые многие наивные дамы понимают неправильно. Я же знала его с детства, а потому уже давно поняла, что ему плевать на всех кроме него самого и намира. В своем начальнике он видел чуть ли не бога и был готов на все ради его интересов. Даже не раз поднимал на меня голос, когда я была не согласна с приказами намира или его политическими решениями.
– Вот скажите мне, мой дорогой рен Айскрон, это же вы спланировали весь этот фарс со свадьбой? Вы ведь выстроили все так, что я до последнего не знала, что сама являюсь невестой?– мне было тяжело говорить, чтобы не сорваться на крик.
– Это было коллективное решение,– холодно ответили мне и, взяв бокал с вином, сделали безразличный глоток.
– О, в этом я даже не сомневаюсь! Но ведь именно вы составили план, ведь так?
– И с чего же такие выводы?– Айскрон посмотрел на меня с легкой хитринкой, которую в этот раз не срывали его очки, которые в данный момент лежали на столе.
– Этот,– указала на рена Злевки,– слишком азартен. Он скорее выбрал бы вариант меня подловить. Этот,– я показала бутылкой на рена Лонского,– слишком стеснителен и не достаточно хорошо подкован в таких вещах, как плетение интриг. А этот,– очередь дошла до намира,– слишком прямолинеен и груб, чтобы пойти на такую хитрость. Остаетесь вы!
И почему-то все посмотрели на намира, на которого я так любезно указала бутылкой. Сам же Гошшер не отводил взгляда от меня. И что странно в нем не было злости, но проблескивало какое-то странное восхищение и умиление.
Ну, да такой он меня не видал. Лишь только вчера, когда я была пьяна и в истерике. Обычно я тихая, послушная ученица с лицом без эмоций. Максимум могла сквернословить за его спиной.
– Огонек мой,– нежно и мягко, что глаза округлились и у меня, и у присутствующих ренов, начал намир,– присядь. Нам надо поговорить.
И указал на место рядом с собой, явно оставленное для меня.
– Не думаю, что у нас сейчас выйдет разговор,– фыркнула я, быстро сделав еще глоток вина.– Я сюда за скандалом шла.
– Скандал отложим до ужина, а сейчас нам надо обсудить дела.
Как ни странно, но намир не проявлял враждебности совсем, даже как-то с обожанием смотрел на меня, что я не удержалась и, чуть склонившись к рену Злевки, спросила:
– У него крыша поехала?
– Боюсь, что от любви все мужчины глупеют,– выдал рен с радушной улыбкой.
– У вас видимо тоже крыша улетела,– подытожила я, так как ни о какой любви в наших отношениях и речи идти не может.
– Уж лучше сядьте, намира,– посоветовал рен Лонский, что было крайне удивительно, ведь обычно он молчит.
Вермут шарм Лонский всегда отличался тихим нравом и излишней молчаливостью. Когда я впервые его встретила, то даже не поверила, что именно его называют «Кровожадным ангелом войны». Уж слишком он тихий и правильный. Не пьет, не курит, не сквернословит, всегда вежлив, галантен и добр ко всем. Даже его внешность говорила об этом. Иссиня-черные волосы средней длины были прямыми и всегда распушенными, яркие синие глаза всегда были чистыми и честными, черты лица хоть и были грубоватыми, но никак не отпугивали. Иногда, когда он чего-нибудь не понимал или чувствовал вину в чем-то, я все не могла отогнать образ грустного щеночка. Единственное, что говорило его прошлом великого воина, так это военная форма. Она сидела на нем просто идеально!
В отличии от ренов Айскрона и Злевки он имел отличную физическую подготовку, о чем прямо кричали его накаченные руки, идеальная фигура и мощная шея. Как-то в детстве я представляла, что было бы оденься приближенные рена намира в женские платья. И если Айскрон и Злевки могли смело идти на разведку в женское общество, в силу их достаточно женственных фигур, то Лонский смотрелся бы смешно.
– Рен Лонский, вы сегодня очень говорливы,– заметила я.
Рен тут же отвел смущенно взгляд.
Мдя, видимо, ему было искренне стыдно за участие во всей этой авантюре со свадьбой.
Ну хоть кому-то!
Еще раз оглядев комнату и поняв, что стул свободный тут только один, я приняла решение сесть, на подлокотник стула рена Злевки.
– Все я села, прошу переходите к делам,– махнула я, но даже опомниться не успела, как меня магией перенесли на стул рядом с намиром. Благо бутылку держала крепко, а то могла бы и уронить.
И мне бы поднять скандал, но я решила все же отложить его на ужин. Потому устроившись поудобнее, я оглядела всех присутствующих и повторила:
– Прошу о делах. И побыстрее.
Но кто меня будет слушать? Явно не они.
Так как стоило мне это сказать, как независимые рены встали и, склонив головы, хором сказали:
– Рады приветствовать вас, наша намира, сердце альянса Анто!
– Официальненько,– заметила я и подумала, что если они сейчас начнут официально представляться, то засну прямо здесь.
Вообще не понимала к чему этот фарс, так как всех их я знала уже давно. Но если припомнить традиции, то это было верно с их стороны. Отец тоже устраивал для Пирелы официальное представление министров, хотя та знала всех.
– Трейвис шарм Айскрон,– еще более низко склонил голову советник намира,– главный советник вашего супруга, ответственный за казну и внутренние дела дворца.
– Вермут шарм Лонский, глава дворцовой стражи, ответственный за армию, флот и армаду.
– Мениган шарм Злевки, главный посол намира, ответственный за внешнюю политику альянса, связи с другими королевствами и странами и торговые отношения. А также с недавних пор назначен вашим личным секретарем.
Последнее было удивительно. Так как я вообще не ждала, что ко мне кого-то приставят. Хотя и охрана с утра была достаточным сюрпризом.
– Рен Злевки, не обижайтесь, но в вас, как в секретаре, я не нуждаюсь,– искренне сказала я и тут же напомнила:– Мне обещали, что ко мне приставят Сабрину.
– Вот и я им говорил, что вам абсолютно не нужен,– победно сказал мужчина и сел на свое место. Его примеру последовали и остальные, но тему правда закрывать на этом не стали.
– Моя намира,– обратился ко мне рен Айскрон,– вы сейчас говорите про свою фрейлину?
– Для меня она больше чем фрейлина,– насупилась я, чуя что никто не хочет делать так, как того хочу я.– Она моя подруга, советник и соратник. Только к ней я могу спокойно стоять спиной и не бояться, что меня предадут. Это же кстати касается рена Иторна, главу моей личной стражи. Также желаю видеть его здесь. Я, конечно, благодарна за вашу предусмотрительность и то, что вы приставили ко мне рыцарей, но мне бы хотелось видеть в их главе своего доверенного человека.
– Вас чем-то не устроил рен Сапронс?– немного удивился рен Лонский.
– Нет, что вы. Он достаточно сдержан и квалифицирован, но думаю помощь от человека, который проработал со мной больше пяти лет ему не помешает. Думаю, после обучения рена Сапронса, рен Иторн вполне мог бы пойти под ваше командование, рен Лонский. Насколько помню, экс-капитан первого отряда дворцовой стражи ушел в отставку и на его место еще никто не выбран. Можно ли будет устроить рена Иторна на это место?
– Не вижу препятствий для этого,– чуть подумав, сказал рен, одобряя мое решение.
Ну хоть кто-то тут со мной соглашается!
– Отлично,– кивнула я.– Ну, а теперь вернемся к вопросу касаемо Сабрины. В роли своего секретаря и советника я желаю видеть только её!
– Моя намира, я понимаю, что вы привязаны к этой девушке,– тон рена Айскрона был крайне надменным,– но она не подходит на роль вашего секретаря сейчас. До вас уже должен был дойти факт того, что вы уже не взбалмошная принцесса, а намира. Вы теперь лицо Оридена, лицо альянса Анто, сердце нашего повелителя. Вам предстоит не только заниматься делами дворца, но также проводить приемы для знати, вести торговые отношения с другими государствами, включая участников альянса, и руководить самим альянсом Анто. У вашей фрейлины просто не хватит навыков и знаний для такой работы, когда же рен Злевки уже давно вращается в данной сфере и сможет вас направлять.
– Ваши доводы достаточно весомы,– должна была признать я,– но меня сильно не убеждают. Хотя, чтобы угодить и вам, и мне, могу предложить такой вариант. Сабрина пройдет обучение у вас, мой дорогой рен Айскрон!
Мужик явно не обрадовался такому предложению, что даже напрягся.
– Как это у меня?
– А так. Вы же у нас секретарь намира, вот и поучите секретаря для намиры. Так сказать, опыт передадите, научите всему как следует. Уверяю вас, Сабрина очень способная девушка, не пройдет и месяца, как она сменит рена Злевки,– я одарила мужчину мягкой, но уверенной улыбкой, что тот тут же посмотрел на намира.
Я кстати в этот момент тоже на него посмотрела, ожидая его решения. И честно, была уверенна, что намир встанет на мою сторону. Собственно так и вышло.
– Не вижу проблем в том, чтобы подготовить для работы доверенного человека моей супруги,– сказал Гошшер.
– Как прикажете,– смиренно сказал рен Айскрон, не забыв при этом недовольно на меня посмотреть.
Ну, а чего он ожидал? Я всегда была упрямой! Да и не собираюсь оставлять подругу в Методории. Она же с ума там сойдет без меня! Конечно, первое время она сможет спокойно вести себя среди придворных дам, но очень быстро начнет умирать со скуки. Да и раз Иторн будет переведен в Ориден, то ей там делать вообще нечего.
– Ну, раз эти вопросы мы разрешили, перейдем к следующим,– я была спокойна.
Вообще, когда дело касалось работы и в ней все идет гладко, я была прям ангелом, но, стоило пойти чему-то не так, во мне просыпалась моя вторая и бессмертная суть бестии.
– Рен Злевки, прошу записывайте,– я в ожидании посмотрела на временного секретаря.
Тут мужчина слегка удивился, видимо не ожидал от меня такого рвения к работе. Он с некой надеждой посмотрел на рена Айскрона, что тому со скрежетом сердца пришлось вырвать из своего блокнота пару листков и передал их коллеге вместе с ручкой.
– Диктуйте, намира,– улыбнулся мне рен Злевки.
– Первое, раздобудьте мне всю документацию, касающуюся дворца. Также информацию о всех, кто проживает во дворце. Второе, подготовьте мне кабинет. Желательно с видом на внутренний сад и не на первом этаже. Третье, распорядитесь о том, чтобы все наложницы намира к сегодняшнему вечеру покинули территорию дворца и были отправлены со всеми пожитками домой. Семьям выплатить компенсации за возвращение дочерей…
– Подождите, намира!– неожиданно встрял рен Айскрон.– Вы хотите разогнать гарем?
– Абсолютно верно,– лишь кивнула я и, опережая рена, добавила:– Намир уже дал свое добро вчера.
Глаза Айскрона округлились, ведь он явно не ожидал такого, но был вынужден добавить:
– У нас могут быть проблемы с некоторыми семьями девушек.
– Сошлитесь на то, что я ревнива,– махнула я.– Эта причина быстро всех отрезвит.
– Боюсь на короля Заокеании нет.
– Будет ворчать, отправьте ко мне на аудиенцию. Он тут же присмиреет. Как-никак, а после того, что я сделала с пятью его сыновьями, он меня боится.
– Я слышал про это,– не удержался рен Злевки и рассмеялся.– Третий принц не провел в вашем замке и одного дня.
– Этот гад пытался меня скомпрометировать, так что получил по заслугам,– я не сдержала хищной улыбки, прекрасно помня, что было в ту ночь.
– Что пытался сделать?– спросил намир, до это предпочитавший молчать и просто смотреть на меня.
Все время, что я вела беседу с его приближенными, сам Гошшер предпочёл сесть полубоком ко мне лицом, облокотиться на подлокотник и, подперев голову кулаком, смотреть на меня, почти не моргая. Было ощущение, что он боялся, что если будет держать глаза закрытыми хоть на секундочку дольше, то я исчезну. И ведь я могла, но пока не видела в этом смысла. А смысл вообще дергаться? Все равно уже окольцевали.
– У него была неудачная попытка изнасилования,– как будто ничего такого сказала я.– Ночью пробрался ко мне в библиотеку, хотел изнасиловать спящую меня или хотя бы подстроить все так, будто у нас с ним что-то было, но он не ожидал, что у меня десятиметровый питон на страже. Генрик им тогда стекло разбил. Ору было на весь замок, но что удивительно этот нахал даже не пострадал.
И вот сказала я это все и поняла, что ляпнула. Намир ведь об этом инциденте никак узнать не мог, ведь я всё обернула так, что принц просто случайно напоролся на моего змея и со страху сиганул в окно, по просьбе его отца, короля Райхона, который теперь мой большой должник.
Воздух в комнате резко накалился, что я понимала скоро Заокеании не будет. Что крайне проблематично. У Методории с ними договор о поставке драгоценных камней и шелка.
Сама не понимая, что творю, я схватила намира за руку и посмотрела прямо в его пылающие праведным гневом глаза.
– Только попробуйте лишить меня поставщика шелков!– с нажимом сказала я.– Если хоть кто-то из королевской семьи Райхона пострадает, я с вами разведусь.
Намир тут же смягчился и посмотрел на меня с сомнением, явно давая понять, что развод мне не светит.
– Ну тогда сбегу,– тут же исправилась.– И поверьте при большом желании даже вам меня не удержать!
Намир лишь усмехнулся и перехватил мою руку так, чтобы аккуратно держать мои пальчики. И столько было в этом жесте, что я немного засмущалась. Вот как можно так себя вести, будто действительно во мне души не чает. Актер, определенно актер!
Еле сдержав желание вырвать собственную руку из чужой хватки, я приняла прежнее отрешенное выражение и продолжила:
– Четвертый пункт, рен Злевки, это обустройство прежней пристройки для гарема в мою личную библиотеку. Даю не больше недели. Наймите лучших архитекторов и артефакторов, план с ними я согласую лично. Как только с постройкой будет закончено, распорядитесь о том, чтобы мои вещи из отцовского замка перевезли в новую библиотеку. Змея также требуется переместить. И не забудьте о том, чтобы договориться с поставщиками о еде для Генрика. Пятое, подготовьте также конюшни для моей личной проверки. Я хочу также перевести своего коня. Шестое, вызовите ко мне сегодня же портних и модельеров. Хочу обновить свой гардероб. Да и это одеяние меня очень бесит,– свободной рукой поставив бутылку вина на стол, поправила мешающий свободно дышать ворот.-Ну, и пока на этом все.
– Ох, намира, я же трое суток не буду спать, пока все выполняю!– раздосадовано заметил рен Злевки.
– А Сабрина справлялась и с большим количеством заданий за сутки,– как бы невзначай сказала я.– И вообще, благодарите тех, кто пихнул вас на должность моего секретаря.
Рен Айскрон сразу понял в чей огород я кинула камень, но промолчал, хотя думаю он сорвется, как только мы с ним останемся один на один. Уже представляю эту тираду! Думаю, стоит завести блокнот для того, чтобы записывать его острые эпитеты.
– Когда состоится передача альянса мне?- забив на уважаемых ренов, я посмотрела на супруга.
– Завтра будет собрание альянса, как раз на нем и объявлю о передаче его тебе,– уверенно сказал он и осторожно погладил большим пальцем мою ладонь.
Что странно мне нравилось, как он это делает. Осторожно, ласково, нежно… раньше от него я видела только издевки, грубость и холод, но сейчас… Намира как будто подменили!
Не находя себе места рядом с супругом, я освободила свою руку и встала из-за стола.
– Рен Злевки, даю вам полчаса на поиски кабинета, сбор документации дворца и начало отправки девушек из гарема, пока я гуляю в саду. Уважаемые рены, на этом наше первое собрание объявляю закрытым.
Оправив платье и прихватив понравившуюся мне бутылку вина, я направилась на выход. Честно была готова сорваться на бег. Очень хотелось сбежать от следящих за мой пылающих глаз, но я держалась. Держалась до того момента, пока не услышала:
– Ужин будет в семь. Не опаздывай, огонечек мой.
– Как прикажите,– по привычке буркнула я, не оборачиваясь, и ускорилась, желая побыстрее покинуть мраморную башню.
Сердце билось как бешеное то ли от страха, то ли от непонимания, что происходит с намиром. Он явно сошел с ума. В голове как в прокрутке повторялось: «Моя любимая ученица … схожу с ума от чувств к одной юной, смышлёной и крайне изворотливой принцессе… огонек мой». Все смешалось в кашу, что даже сбегая по лестнице, я почти не видела ступеней перед глазами. Это абсурд! Полнейший абсурд!
